Я всегда с тобой

Я разорвала поцелуй и оттолкнула Найлу. Это совершенно не правильно. Серые глаза смотрели на меня с удивлением и некой обидой. Мне даже показалось, что еще немного и она заплачет, но у девушки была еще гордость. Она встала с моих колен и покинула класс, оставляя меня в полном одиночестве. Я провела пальцем по своим губам и шумно выдохнула. Я поступила правильно на сей раз. Пусть лучше сейчас перестрадает, чем будет потом страдать еще больше. Мне хотелось убежать, скрыться где-нибудь, исчезнуть с лица земли. Но я встала и покинув класс, пошла на следующий урок. День тянулся очень долго. Как и вся неделя. Мне хотелось завыть от досады, когда мое тело требовало касаний Лексы, а разум ее хрипловатого голоса. Я часто искала в коридоре ее изумрудные глаза, но никогда не находила, словно её не существовало в природе, будто она прекрасная девушка из моего сна, плод воображения, больной фантазии. Но я четко осознавала, что она где-то есть, ходит себе спокойно и, скорее всего, не вспоминает обо мне. На выходных я не выдержала и пошла в клуб, чтоб расслабиться. Я больше не могла выносить разлуку с ней и надеялась, что смогу увидеть ее в клубе. В этот раз ребят было немного и танцпол почти пустовал. Октавии и Линка я не видела и это даже к лучшему. Я не могла видеть их счастье лично, но не смотря на это я была рада за подругу. Я заказала у бармена коктейль и забрала готовый спустя пару минут. И снова в голове мысли о ней. Надо попросить О возобновить наши дни рисования. Только это могло бы облегчить мою боль. Я горько усмехнулась и стала искать изумрудные глаза вокруг, но их нигде не было, как вдруг… — Не ожидала, что снова тебя увижу, — этот хрипловатый голос. Я повернулась и была готова завыть. Лекса стояла не одна, а со своей шатенкой. Я рассмотрела ее получше. Карие глаза. Длинные волосы. Ровные черты лица. Девушка выглядела действительно красиво и на ней была белая пуховая куртка с замшевыми сапогами такого же цвета. Мои предположения подтвердились. Она явно из богатой семьи. — Моя девушка Костия, — представила ее брюнетка. — А это девушка, в которую я врезалась. Я тебе рассказывала о ней, — обратилась она к шатенке и девушка задумчиво кивнула. — Приятно познакомиться… — сказала девушка запнувшись, видимо не знала мое имя. — Кларк, — отвечаю, смотря в ее карие глаза. Она смущенно кивает и я делаю несколько глотков коктейля. Спустя пару секунд молчания, девушки делают заказ у бармена и говорят о чем-то своем, забыв обо мне и мне совсем не обидно. Так даже лучше. Не хочу говорить с той, что открыто наслаждается счастьем и компанией Лексы. Мне завидно и я ужасно боюсь, что могу ляпнуть что-нибудь лишнее, чего не хотелось бы. А потом они перемещаются на танцпол и я не могу оторвать взгляд от Лексы. Она так плавно двигается, так соблазнительно покачивает бедрами, что мое желание поцеловать ее на глазах этой Костии возрастает. Но я не имею права рушить её жизнь. Теперь мы квиты, как она сказала. Мама звонит мне так неожиданно, что я подпригиваю от звонка в кармане. Достаю смартфон и слушаю ее. Она говорит, что ее вызывают на работу и она снова останется на ночь в больнице. Ничего нового. За эту неделю не первый случай. Я говорю, что все нормально и услышав довольный голос матери, завершаю вызов. Я бы так хотела провести эту ночь в ее объятиях, но это просто несбыточная мечта. Шанс завоевать ее с неба не упадет. Я перевожу взгляд на нее и вижу на лице улыбку. Она счастлива. Пусть даже с этой Костией. Что может быть лучше этого? Я вздыхаю и покидаю клуб. Оставшиеся часы выходных я провожу дома за рисованием картин. Рисую закат солнца, а под ним озеро, где вода цвета ее глаз, а на берегу ее силуэт. Она задумчиво смотрит на водную гладь, ожидая свидания со мной. Я улыбаюсь, думая об этом. Если бы мы поженились с ней, я бы повесила эту картину над нашей кроватью и каждое утро благодарила бы судьбу за жизнь рядом с ней. Но это всего лишь мечты, а суровая реальность давит на виски и не дает спокойно жить. Наверняка, всё это ожидает ее ненаглядную Костию, такую изысканную и набитую деньгами, которой я завидую и которую ненавижу. Еще немного позлившись, я разорвала картину на мелкие кусочки и подбросила их вверх, таким образом создавая искусственный снег. У меня совершенно не было настроения и мусор убирать тоже не хотелось. Я упала на кровать и сама не заметила, как погрузилась в сон. Утром я почувствовала себя лучше. Наверное сон и правда лечит, как говорят. Мама сделала мне завтрак из блинчиков с джемом и чашки горячего чая, за что я была ей благодарна. На пустой желудок нельзя идти в школу. Вторая неделя моей безответной любви началась неплохо, если не считать учителя по истории, который отсчитал меня за плохую успеваемость. Но мне было плевать на учебу. Я все еще не знала чего хочу и старалась не задумываться об этом. Главное остаться человеком, все остальное лишь приложение. Так я думала всегда и думаю сейчас. Учитель покачал головой и отошел от меня, заканчивая урок. Прозвенел звонок и я заметила, как Найла поспешно выбежала из класса, закинув на плечо рюкзак. Мне стало жутко интересно куда она так спешит и я побежала за ней. Блондинка оглядывалась по сторонам, что вызывало у меня некий интерес, но затрудняло быть не пойманной. Наконец, она остановилась у их любимого места — спортзала. Оглянувшись последний раз, девушка заскочила внутрь и некоторое время не выходила. Я пыталась прислушаться и понять что же там происходит, но ничего не было слышно из-за гула других ребят. Постояв еще пару минут, я решила забить на все и пойти по своим делам, но любопытство брало вверх и я спряталась за углом ожидая когда же она выйдет, а в голове прокручивала чем она там может заниматься. Самоудовлетворять себя? Пф, Найла? Сомневаюсь. Ох, Кларк, да ты какая-то озабоченная стала. Я усмехнулась собственным мыслям, как вдруг блондинка вышла и убежала, оставляя дверь открытой. Я набралась смелости и зашла в помещение. Спортзал был сам по себе небольшой. По бокам были лестницы для подъема, ворота для футбола, а наверху корзины для мячей. Сейчас он временно не работал из-за болезни учителя и им пользовалась только команда Найлы. Беллами и Фин состоят в футбольной команде школы и они всем составом тренируются по вечерам. Белл настолько крут, что наш учитель позволил ему тренировать команду самому и парень немного зазнался, но я уверена, что у него большое будущее в спорте, если он, конечно, не забросит его в скором времени, как Найла забросила танцы, на которые ходила с детства. В спортзале я ничего необычного не нашла и было хотела уже уходить, как услышала чей-то жалобный стон, доносившийся из женской раздевалки. Я могу назвать ее больше подсобкой, потому что там ничтожно мало места. Стоит старая вешалка для одежды и скамейка, чтоб посидеть. Я приоткрыла дверь и увидела чье-то тело, лежавшее на той самой скамейке. От него доносились жалобные стоны и я подошла поближе, чтоб рассмотреть кто же это и какого же было мое удивление, когда я увидела лицо Лексы. Она ошарашено смотрела на меня, а само ее лицо было в крови и сильно исцарапано. — За что она так тебя? — первое, что слетает с моих губ. — За то, что ты отвергла ее и она думает, что причина этому я, — отвечает девушка, вытирая кровь с лица тыльной стороной ладони. — Объясни своей девушке, что я здесь не причем и что у меня уже есть человек, с которым я встречаюсь. — В ее словах есть доля правды, — тихонько отвечаю, полностью обескуражев брюнетку. — То есть, ты в меня в… — она замолкает. Наверное, пытается переварить услышанную информацию. Я понимаю, что для нее это все не просто. Я киваю в ответ. — И как давно? — изумрудные глаза бегают по моему лицу изучающе. — С нашего столкновения, — почти шепотом говорю. Она задумчиво потирает ладони, опуская глаза вниз. Наверное ей стыдно и неловко. Считайте, что я призналась ей в любви. Пусть и не прямо, но теперь она знает, что я влюблена. Мне безумно хочется ее ощутить прямо сейчас, но я не имею права. Вздыхаю и поддаюсь минутному порыву. Будь что будет. Сажусь на корточки и взяв ее лицо в ладони едва ощутимо прикасаюсь к ее пухлым губам своими. Она опешила, но не отталкивает. Я ощущаю ее порывистое дыхание на своих губах и как гулко стучит ее сердце, отдавая болью в висках от страха. Я боюсь, что кто-нибудь может зайти и помешать нам, но я так не хочу прекращать эту сладкую пытку. Прохожу язычком по ее нижней губе, а затем вовлекаю ее в нежный поцелуй, ощущая ее руки на своих плечах. Она спускается чуть ниже и взяв край моего пиджака тянет на себя. Я подымаюсь на ватных ногах и аккуратно сажусь на ее колени, углубляя поцелуй. Ее проворной язычок изучает мой рот, а ее руки перемещаются на ягодицы немного сдавливая их. Я издаю слабый стон в ее губы и тяжело дышу смотря в ее изумрудные глаза, полные желания. — Нам нельзя этого делать, — шепчет она в мои губы и я прекрасно понимаю, но не могу иначе. Меня ужасно тянет к ней и с этим сложно бороться. Я прислоняюсь своим лбом к ее и пытаюсь привести дыхание в норму. Она едва заметно улыбается прижимая меня крепче к себе и в этот момент нам плевать зайдет сюда кто-нибудь или нет. Она хочет что-то сказать, но я кладу руку на ее рот и не даю ничего сказать. Пусть лучше помолчит. Я целую каждый сантиметр ее лица стирая с кожи капли крови. Я бы убила Найлу за такое обращение с моей богиней. Приревновала она ее видите ли. — Прости, что тебе досталось из-за меня, — шепчу, утыкаясь носиком в ее щеку. Она шумно дышит и прижимает меня так крепко к себе, как только может и мне кажется, что мое сердце скоро выпрыгнет от такой близости с ней. — Все хорошо, — шепчет в мои волосы. Я вдыхаю ее сладкий запах. Лекса пахнет лесом и хвоей. Так приятно, что сносит крышу. Мне становится нечем дышать и я встаю с ее колен, потому что такая близость убивает меня. Она удивленно смотрит на меня, но не пытается вернуть в свои объятия. Она сама все прекрасно понимает. — Нам пора. Может еще увидимся, — кидаю напоследок и выбегаю из раздевалки, а после покидаю спортзал. Выхожу на свежий воздух и меня накрывает холодом. Разум проясняется и я пытаюсь обдумать все, что произошло сегодня. Ее поцелуи, касания. Мотаю головой, чтоб стереть с памяти ее желание в изумрудных глазах. Еще немного и я точно сойду с ума. Оглядываюсь по сторонам и вижу Беллами. Брюнет стоит и затягивается. Подхожу к нему и выхватываю сигарету, затянувшись. Такое ощущение, что я взлетаю. Выдыхаю облако дыма и задумчиво смотрю вдаль. — Ты же не куришь, — констатирует факт парень. — Мне нужно расслабиться, а это самое то, — усмехаюсь, переводя на него взгляд. Беллами кивает в знак согласия и заходит внутрь здания школы, а я все также продолжаю стоять и смотреть вдаль. Затянувшись еще пару раз, прикрываю глаза от наслаждения. Надеюсь, что запах выветрится. Не хочу, чтоб Эбби ругалась со мной из-за одной выкуритой сигареты, а после я вернулась в здание школы. Больше я Лексу не видела на протяжении всей недели. Только слышала от своих одноклассниц, которые очень любили посплетничать, что марионетки Луны все еще ее преследуют и что ей не хило досталось в последний раз. Не знаю, чтобы это значило, но я решила забыть о ней. В конце-концов, меня это не касается больше. У нее есть девушка. Вот пусть и разбирается с ее обидчиками сама. Я знала ее всего ничего, но она никогда не покидала мои мысли, словно всегда была рядом со мной. Это пугало меня и радовало одновременно. На выходных мы с Октавией возобновили наше совместное рисование. На сей раз О предложила нарисовать пляж. Я рисовала небо, а брюнетка берег. Было чертовски сложно сосредоточится, но Октавия стала рассказывать про Линка и мне стало легче. Я с радостью задавала ей интересующие меня вопросы по поводу их отношений и она с такой же радостью отвечала. О была единственной, кому бы я могла рассказать все, что у меня внутри, но рассказывать про Лексу не спешила да и не хотела жаловаться подруге, ведь сама виновата во всем произошедшем. Если бы я умела держать себя в руках, то между нами никогда и ничего не произошло бы. Спустя пару часов, картина была готова и мы с Октавией переместились на кухню выпить по чашечке кофе. Я пробыла у подруги все выходные и мы даже вместе делали домашку. Только каждый свою. Это было настолько забавно, что я не смогла не снять нас, а после выложила фото в инстаграм подписав как «заняты поеданием гранита науки», а рядом смайлик с высунутым языком. Октавия еще долго хохотала, а после сделала у себя точно также. Мне было приятно проводить с ней время и рисовать вместе. Это помогало ненадолго забыть о моей безответной любви. Но с началом третьей недели стало еще хуже. Я везде видела изумрудные глаза, полные боли и тоски. Лекса была разбита. В прямом и переносном значении. На ее лице было полно царапин и ссадин. Причем и свежих, и уже затянувшихся. Она осунулась и мне стало страшно за нее. Куда ее благоверная Костия смотрит? Если так пойдёт, от Лексы кости да кожа останутся. Брюнетка старалась, как можно меньше смотреть на меня и я отчасти понимала почему. Найла стала проявлять к моей персоне больше интереса и часто садилась на уроках со мной, что бесило. Особенно ее рука на моем колене или бедре, которую я тут же убирала, но она возвращала ее обратно и с некой обидой смотрела в мои голубые глаза. Мне хотелось рвать и метать… Но все, что я могла, так это смотреть со стороны, наблюдать. В средине недели меня все стало выводить из себя, а к концу я не сдержалась и пошла поговорить с Лексой. Я посмотрела расписание ее занятий и последовала в кабинет истории, но брюнетки я там не нашла. На свои занятия у меня не было сил идти, потому что там Найла. И я решила пойти прогуляться. Оделась и вышла во двор школы. Никого не было. Так спокойно и хорошо, кроме сугробов. Я правда их ненавижу. Дворник наверное еще не успел почистить. Я стояла и смотрела на небо. На мою руку упала снежинка и тут же растаяла от соприкосновения с теплом. После нее стали еще падать снежинки и запутываться в моих белокурых волосах. Я едва заметно улыбнулась и двинулась в сторону спортивной площадки и когда я увидела, как на снегу валяется Лекса, а другие две девушки бьют ее ногами в бок, мои ноги подкосились и я упала на колени, закричав на всю улицу. Не знаю, что мной двигало, но это то, чего я действительно хотела. Девушки испугались и покрутив у виска, убежали. Я шумно выдохнула и поползла на коленях к брюнетке, которая схватилась за бок и шумно дышала. В уголках ее губ виднелась кровь, также как и ее лицо украшала кровь. Я не знаю сколько я ползла к ней и где вообще взяла силы на это, но очнулась я уже в ее объятиях. Она уткнулась носиком в мои волосы и прижала к себе, словно не видела сто лет и ужасно скучала. Но так ли это на самом деле? Кто я для нее? Что я значу для нее? — Дурочка… Зачем ты ищешь себе лишние проблемы, Кларк? — она смотрела в мои глаза, не отводя взгляда, а ее худые руки поглаживали меня по спине. Ее изумрудные глаза были полны печали и мне не верилось, что это она. Может это сон? — Потому что люблю тебя. Разве не понятно? — спрашиваю, гладя ее по холодной, словно лед, щеке. Она ничего не говорит. Лишь накрывает мои губы своими и трепетно целует, будто боится спугнуть грубостью или этим поцелуем она просто благодарит меня за еще одно спасение? И я снова чувствую себя шлюхой, вспоминая что у нее есть девушка и что нам не суждено быть вместе. Я разрываю поцелуй и она непонимающе смотрит на меня. — В чем дело? — спрашивает. — Тебе не нравится, когда я целую тебя? — В том то и дело, что мне очень нравится, — едва заметно улыбаюсь. — Просто… Просто все так сложно… Скажи, ты поцеловала меня сейчас, потому что хотела сама или это в знак благодарности? Если в знак благодарности, то… — Я хотела этого, — перебивает меня и я несколько секунд смотрю на нее не понимая она это правда сказала или мне, все-таки, послышалось. Игры разума, черт возьми. — И тогда в раздевалке я этого хотела сама. И в клубе тоже, — повторяет. Я улыбаюсь и прижав ее к себе нежно целую, позволив углубить поцелуй. Она с таким напором отвечает на него, что мне сносит крышу. Меня переполняют чувства и я впервые осознаю, что влюблена не безответно. Что она тоже что-то чувствует ко мне. Возможно, с ее стороны это не любовь, а страсть или симпатия, но для меня уже этого достаточно для счастья. И я готова сделать что угодно, только бы она больше не страдала ни по моей вине, ни по чьей-то еще. Мы отстраняемся друг от друга и тяжело дышим, соприкасаясь лбами. Ее изумрудные глаза сияют и я вижу в них живые огоньки, которых уже давно не видела. Она приулыбается и мне становится легче на душе, видя ее улыбку. — Лекса, я люблю тебя, — шепчу ей на ушко, нежно прикусывая мочку. Она издает едва слышный стон и выгибается, когда мои руки проходят по ее спине. Я бы хотела провести с ней вечность и дарить ей все, чего она только пожелает. Видимо это и есть та самая настоящая любовь, о которой пишут в книгах. Жаль, что без счастливого конца для одной из нас.