За что ты так со мной, жизнь?..

После нашей умопомрачительной рыбалки, я отходил недолго. Отношения с Драго вышли на новую ступень, в которой я не знал что должен делать. Мы теперь ходили на полноценные свидания. Жаловаться на судьбу злодейку я перестал. Возможно, памятуя ее меткий выстрел в область моей пятой точки на природе, хотя, это не точно. На свиданиях мы разговаривали помногу и эмоционально, что в первый раз стало для меня в диковинку. Иногда мы о чем-то спорили и целовались. Целовались долго и для меня это всегда было, как в первый раз. Его губы, которые могли быть нежными, легкими, почти невесомыми, касаясь моих собственных, пробуждая в моем теле неистовое желание прикоснуться еще, властно руководили всем моим телом. Они могли быть страстными, завлекая мой язык в безудержный танец необузданной страсти, или были грубыми, припечатывая мой рот столь властно, что я сжимался от напряжения, готовый кончить от одного поцелуя. Но… Всегда, понимаете всегда, есть это в жопу оттраханное НО. Дальше этого дело продвигалось усилиями сотни чумаков. Короче, если быть менее оптимистичным, не продвигалось вообще. Нет, ну, не то чтобы я торопил события. Просто после того раза, мне хотелось больше, мне хотелось еще. Но, понимая, что веду себя как бабища на сносях, то отвергая, то тут же требуя всего и сразу, я покорно молчал, наслаждаясь идиллией наших встреч. Пока в один прекрасный день, мы не пошли в парк на другом конце города. В тот день, романтическая комедия из телевизора была подана мне на блюдечке, подозреваю, что все той же Госпожой Судьбой, на этот раз более меткой, не перепутавшей мою задницу с душой. Итак, ночь была прохладная, на небе висели невесомые тучки еще с середины дня. Мы с Драго вышли довольно рано и поэтому, холодного ветра еще не было. Как только один из его первых порывов растрепал мою рыжую макушку, по телу пробежала волна маленьких мурашек, которую мой спутник не мог не почувствовать, находясь слишком близко к моему телу.  — Замерз? — Тут же поинтересовался мужчина. Не дожидаясь ответа стянул с пояса мастерку и стал меня одевать, как малое дитя, я не сопротивлялся.  — Совсем немного, — в надежде, что меня согреет не только мастерка, я потянулся было к его губам. Хвала всем богам, что я открыл глаза. Передо мной красовался ствол дерева, заботливый возлюбленный обошел меня со спины, для удобства натягивания теплой кофты. Чертыхаясь про себя, как вы уже знаете, добрым, русским, трехэтажным матерным словом, я взял его за руку и мы продолжили прогулку по парку, пока первые капли дождя не упали мне меткими каплями на нос. Какие все меткие стали, мать вашу, то задница, то нос. Дождь быстро набирал обороты и Драго, как на автомате, куда-то свернул, где-то вывернул, откуда-то вышел, я перестал запоминать дорогу после первого поворота, покорно плетясь за ним и ощущая теплоту его руки. Мы вышли у многоэтажки новостройки и он, открыв дверь ключом, буквально впихнул меня в подъезд, сразу после этого, как по заказу, ливануло с такой силой, что Ной и его ковчег утопли бы вместе со всеми вытекающими. Так я впервые оказался у него дома. Первой моей мыслью, когда мы зашли, было: «Сколько, блять, зарабатывают татуировщики? Может к нему в ученики пойти?». У Драго была шикарная, трехкомнатная квартира, обставленная дорогой мебелью и техникой. Я не стал сильно пялиться, хотя, глаза, казалось, жили своей жизнью. Ну, по крайней мере пока мне на голову не водрузили махровое полотенце. Огромные ручищи моего парня, с трепетом крыльев бабочки, вытирали мою, промокшую под дождем, голову. Я как кот хотел уже было замурчать, но вовремя вспомнил, что мурчало у меня отсутствует и ограничился тем, что нашарив его руки, постарался вынырнуть из махрового полотенца.  — Не вертись, что ты как маленький? — Назидательно говорил мужчина, продолжая делать у меня на голове постапокалиптическую картину.  — Почему «как»? В сравнении с тобой, я и есть маленький. — Он наконец удовлетворился сухостью моих волос и убрал полотенце.  — Это намек, что я старый? — Его игривая улыбка ввела меня в ступор, а руки скользнули по талии, опускаясь ниже, на плотно обтянутую джинсами жопку.  — Нет, я имел ввиду… Договорить мне не дали. Снова этот нежный поцелуй от которого коленки подогнулись и я чуть было не грохнулся назад, но опять спасли меня эти огромные, нежные руки. Он не целовал, он касался, сначала уголков губ, переходя на щеки и снова возвращаясь к губам, наши носы соприкасались и я, уже забыв что мурчало у меня отсутствует, издал звук похожий, скорее всего не похожий, но мы добавим немного яркой нотки моему, не совсем вменяемому, организму, на урчание кота. Драго улыбнулся. В моих штанах давно уже было тесно, я проклинал узкие джинсы, которые с болью давили на стояк. Его губы наконец, осуществили желаемое мною весь день и подвергли меня страстному истязанию, во время которого на пол квартиры полетело полотенце, следом компанию ему составила снятая с меня мастерка. Губ размыкать не хотелось, но пришлось, дабы избавиться от футболки и его верхней части одежды. Медленно, но уверенно, как чумаки во время похода, мы, снося каждый угол квартиры, продвигались в направлении спальни. Когда меня завалили на мягкую постель, я услышал его шепот, который заглушил для меня все посторонние звуки и выдернул на несколько томительных секунд из блаженной эйфории.  — Ты так долго терпел, мой маленький… В эти самые пару секунд, мне казалось, что я хочу ему врезать. Но это улетучилось в темный ящик пандоры, куда давеча я засунул свою гомофобию, жену и дочку. На собаку и домик у моря продолжая питать слабые надежды. Как только в плену его губ оказалось мое ухо, меня снова погрузили в мир блаженства и я оставил расправу на потом. Его руки блуждали по моему телу, которое покрылось мурашками. В тех участках где его пальцы были более требовательны кожа вспыхивала, как раскаленное железо. Проходясь губами по моей коже, он выдыхал так горячо, попутно избавляя меня от последних деталей одежды. Теперь я лежал перед ним совершенно обнаженный, с расставленными ногами, стоящим членом и раскрасневшимся, от желания, лицом. Все мое тело хотело снова оказаться в плену его рук. Но эти самые руки полезли в сторону тумбочки у кровати, доставая тюбик. Выдавив немного на пальцы, он запустил руку между моих ног и я почувствовал холод у моего, с позволения выразиться, отверстия. Я немного растерялся, но он продолжил ласки губами, вставляя в меня палец медленно, так же, как и наш путь до этой кровати, но более чем уверенно. Ощущения, скажу я вам, не из приятных, не то чтобы больно, просто как-то… Ну… когда палец в жопе, это довольно… довольно странно. Сколько это длилось я не скажу, но к пальцу добавился второй, на этом моменте, я уже свыкся с ощущениями в заднем проходе и откровенно кайфовал, ибо Драго успел избавиться от своих штанов. Теперь, потираясь своим достоинством о участки моего тела, то упираясь им в мой живот, то соскальзывая ниже и касаясь им моего собственного члена, то утыкаясь куда-то в область бедра. Все это сводило меня с ума, но когда добавился еще один палец, он всунулся в меня ими глубже, задевая ту самую заветную точку, от которой я вскрикнул и вцепился руками в его спину, оставляя на ней полосы. С этого момента мои крики заполнили все пространство комнаты, а возможно и всей квартиры. Через некоторое время он вытащил из меня влажные пальцы, тут же заменяя их своим членом. Размер явно был не таким же, от чего стало до одури больно. Но удовольствие которое я испытывал до этого сделало боль сладковато-приторной, заставив вместо крика, застонать, прогибая спину. Дав мне время привыкнуть к новому размеру, осыпая мое лицо поцелуями, как невесту ромахами, он стал двигаться. Сначала плавно, размеренно, от чего я изгибался под ним как змея. Затем толчки стали более резкими и требовательными, к тому моменту, сам того не замечая, я двигал бедрами ему навстречу и царапал спину, пытаясь найти его губы. Так как мои собственные стоны меня уже достали, я хотел услышать его. И я услышал, продолжая вколачиваться в мою попку, он в какой-то момент не сдержался и прямо во время поцелуя томительно простонал. Удовольствие накрыло нас внезапно и одновременно. Я выгнулся в немыслимой позе и, неосознанно сжавшись, кончил себе на живот, услышав снова его стон, в районе моей шеи, я почувствовал, как внутри разлилось что-то горячее, заставляя меня блаженно прикрыть глаза. Наутро я проснулся в потрясающем настроении. Несмотря на боль в заднице и все еще идущий дождь, я ощущал теплоту спящего рядом любовника, который обнимал меня, как будто оберегая от всех бед этого мира. А после, когда мы окончательно проснулись, мы пили кофе, я вдыхал запах сигарет, которые курил Драго, мы говорили много и обо всем. Укутавшись в плед, я прижимался к нему, как бомж во время сорокаградусного мороза к теплой трубе подвала.  — Ты ведь знал что я хочу… Почему же ты… — Я смотрел на черный кофе в своей кружке, видя в нем собственное отражение.  — Потому, что ты был не готов. Тогда, на природе, все произошло спонтанно, мы были под градусом и инициатором был я. Вообще я собирался подождать пока ты сам не прыгнешь на меня, но, судя твоей выдержки, которой можно позавидовать, я бы к тому моменту не дожил… Ухмыльнувшись пояснил Драго, тем самым, поставив в моей жизни еще одну жирную точку. В тот момент я понял, что у любви не бывает пола, есть только безграничная теплота и забота, желание уберечь от боли и ошибок. И ровно в тот момент, в моем воображаемом домике у моря, с собакой, я видел не пышногрудую блондинку с дочкой, а моего судьбоносного возлюбленного, с черным ежиком волос на голове.  — Я благодарен судьбе, — сказал я тихо, но он услышал мои слова и улыбнулся.