За что ты так со мной, жизнь?..

Кирилл, художник у которого я работал натурщиком и от которого сбежал в костюме военного, оказался другом Драго, и тот, прежде чем вернуть мне сумку, вывалил ему всю правду, включая причину моего спринтерского бега. Кирилл оказался нормальным мужиком. В общем он меня понял, в связи с чем не уволил. Но как-то так получилось, что я познакомил его с Джулией, которая оказалась его суженой. Таким образом, я оказался единственным педи… В смысле необычным в своей семье. Молясь всем богам, которых только знал, я перерыл кучу литературы, пытаясь найти хоть что-то, чтобы изменить судьбу. Оставшись у разбитого корыта, я с тяжелым сердцем поплыл по течению. Иногда все еще пытаясь брыкаться, как выброшенная на берег рыба, но без особого результата и рвения. Драго сдержал свои слова и в следующую нашу встречу пришел с цветами, заверив меня предварительно, что насекомых там точно нет. Так получилось, что мы стали часто общаться и куда-то ходить. Как-то все получается совершенно вразрез с задуманным. Однако, кроме цветов дело дальше не шло, и я потихоньку стал успокаиваться, перестав сжимать булки при виде новоиспеченного друга. Вел себя более расслаблено и даже стал замечать, что он все чаще обращается ко мне по имени. Так бы может и наладилась потихонечку моя жизнь, если бы не пристрастие Драго и Кирилла к рыбалке. Уж очень они любили это дело. Кирилл, у которого полным ходом шуровал роман с моей сестренкой, естественно, позвал ее с ними на рыбалку. Драго тоже не остался в стороне и, с пометкой: «По дружески посидим, развеемся…», пригласил меня на данное мероприятие. Я с чистыми помыслами и хорошим настроением, утром назначенного дня, собирался на природу. Так как мы должны были остаться с ночевкой, я постарался впихнуть в сумку все впихуемое и невпихуемое. В момент, когда понял, что чемодан мой великоват для поездки на один день, в комнату вплыла моя сестрица.  — Эй, ты что собрался сбежать от нас в Турцию? — Она удивленно посмотрела на мою сумку и вдруг на ее лице появилась игривая улыбка. — Или ты к чему-то особенному готовишься?  — Что ты имеешь ввиду? — я, сама простота, не понял ее намека.  — Ну, вам мужчинам больше всяких штучек с собой таскать приходиться, чтобы потрах…  — Да заткнись ты уже! — я покраснел и отшвырнул ногой чемодан. — Я просто беспонятия, что брать. Ты же знаешь, я никогда с вами не ездил на природу.  — Это да. Как только Драго тебя уговорил? Я отвел глаза в сторону. О моем страхе не знал никто. Мне всегда удавалось увиливать от походов на природу, отмазываясь плохим самочувствием, нежеланием или какой-то еще лабудой, в которую родители верили свято и безоговорочно. С Драго такая схема не катила. Он узнал о моем страхе случайно, но быстро смекнул в чем причина моего отказа от рыбалки. Заверив меня, что он побеспокоится обо всех богомолах в радиусе трех метров от моего местонахождения, он не дал мне даже шанса на отказ. Таким образом, я пытался верить его словам и поддерживать хорошее настроение. Выходило неплохо. До появления сестры.  — Ну, он мне просто не задавал вопроса, а поставил в известность, что я еду…  — О, а с каких это пор ты у нас стал таким покладистым? — хохотнула Джулия. — В любом случае, я рада что у вас все хорошо, и что ты едешь с нами. Я промолчал. С горем пополам и помощью Джулии я собрал некоторое количество вещей в небольшую сумку. Сунув несколько спреев от насекомых в боковой карман, пока не видела сестра Land Rover Discovery серого цвета ждал под подъездом. За рулем сидел Драго, а Кирилл пристроил свою жопу на заднем сиденье, тем самым определив автоматом кто куда сядет. Пока мы ехали, я прямо чувствовал всем телом эту неловкость, которая бывает только тогда, когда ты сидишь на переднем сиденье машины, рядом со своим суженным, с которым у тебя чисто дружеские отношения, а на заднем сиденье, то и дело, слышаться хлюпающие звуки поцелуев, которые не заглушает даже музыка. Суки, ни стыда, ни совести. Кинув быстрый взгляд на Драго, я понял, что не единственный чувствую эту неловкость. Мужчина напряженно сидел, и на его лице вместо привычного спокойствия читалась растерянность. Видимо, он не знал чем заполнить возникшую атмосферу. Тут машина попала в ямку и слегка подпрыгнула. Я услышал с заднего сиденья глухой звук удара и тихую ругань. Голубки стукнулись лбами и шепотом чертыхались на плохие дороги. Посмотрев на водителя, я увидел, что он повернул голову в сторону окна и прикрыл рот рукой. Уголки губ явно были приподняты, и он сдерживал смех. Осознав, что мы не случайно въехали в ямку, я и сам еле сдержал подступивший к горлу комок смеха. Редко можно было увидеть, чтобы Драго выражал эмоции. Он всегда находился в неведомом для меня напряжении, поэтому это его выражение чувств сделало меня счастливым. Место для рыбалки оказалось действительно потрясающим. Его живописность сожрала все мои страхи и выплюнула мне в лицо счастливой улыбкой. Я восторженно смотрел на большое озеро, обрамленное лесным массивом. Деревья отражались на водной глади и казалось, что лес безграничен. Пока я любовался здешними видами, обретая скрытую любовь к подобным местам, рядом происходила движуха местного разлива. Драго и Кирилл занимались приготовлениями к рыбалке, а моя сестрица творила какую-то несусветную дичь. Правда, как оказалось позже, она просто собирала хворост для будущего костра, а не таскала веточки как пичужка для создания гнезда, как мне изначально показалось. В общем, я, как и предполагалось, оказался более чем бесполезен в подобном месте. Драго терпеливо сносил все мои удивленные взгляды и тяжелые вздохи, продолжая объяснять тонкости рыбалки. А когда инструктаж был окончен, мы уселись в лодку и… Начался новый инструктаж по гребкам. Тут уже я терпеливо слушал и смотрел наглядное пособие, как надо размахивать веслами. Все оказалось сложнее чем представлялось на первый взгляд. Итак, подводя итог всей этой ботвы, хочу сказать, что рыбалка это безмерно скучное, страшное и опасное занятие. Нет, сначала все шло хорошо. Мы сели, закинули удочки и затихли. Я упущу момент, что я единственный ловил рыбу на булку хлебушка, так как Драго, помня мою слабую точку, отставил баночку с червями из моего поля зрения. Я как-то более менее спокойно пытался усидеть на пятой точке и воздержаться от серьезных комментариев, так как мне сказали, что по правилам все должно происходить в тишине. Но тут мы вспоминаем, что правила созданы для того, чтобы их нарушать.  — Милая, а как ты думаешь, лучше нарисовать пейзаж с этого ракурса или с противоположного? — задумчиво произнес Кирилл. На пару секунд воцарилась тишина.  — Думаю с этого, — сестрица улыбнулась. В этот момент поплавок у Джулии дернулся и она с быстротой моторной лодки стала закручивать катушку. Достав из озера рыбу, а точнее форель, которая безмолвно открывала рот, прося поддержки у высших сил, девушка радостно протянула мне рыбу, висящую на леске, как самому неопытному в этом деле. Не могу сказать, что испытывал радость, когда сестрица тыкала рыбой мне в лицо. При этом рыба, видимо, в попытках избавить меня от россыпи веснушек на лице, хлестала хвостом с таким усердием, что похоже мои веснушки тупо сдуло. Для профилактики, форель решила закрепить результат точным ударом по щеке, тем самым поставив, попутно, жирную точку в моем отношении к рыбалке. В попытке отодвинуться от рыбы, я неудачно качнулся и упал прямо на Драго, но если бы на этом все закончилось, я бы не брался писать эту историю. Драго же, пытаясь меня поймать, полетел с лодки вместе со мной в прекрасную, чистую, озерную воду, в которой отражались пушистые белые облака и необъятные кроны деревьев. Под смех наших товарищей, мы с громким плеском разрушили зеркало воды. Когда жидкость проникла мне в рот, а затем и в нос, я почувствовал, как сильная рука, охватывающая меня в районе талии, с силой потянула мое тело вверх. Повторяя подвиг вышеупомянутой форели, я беззвучно открывал рот, глотая воздух.  — В норме? — голос Драго раздался в самое ухо.  — Да… — Меня прижимали к себе по прежнему сильно, и я был благодарен, ибо плавал как орудие людей каменного века.  — Ребята, мы же здесь чтобы веселиться, — глядя на наши тухлые лица, торчащие из воды, закричала Джулия. Я фыркнул.  — Ну что, Кристоф, может и мы с тобой повеселимся? — спросил Драго, когда мы уже забрались обратно в лодку.  — Как? — опять-таки, я просто святая простота, Драго стоял мокрый рядом с Кириллом и, наиграно потянувшись, столкнул в воду приятеля, демонстративно отодвинувшись от брызг. Решив последовать его примеру, я фигурно вильнул бедрами и отправил Джулию вслед за возлюбленным.  — Ребята, мы же здесь чтобы веселиться! — крикнул я им вдогонку, и мы с Драго засмеялись, я даже позабыл что мокрый. Рыбалка занятие опасное, скучное и страшное, но в тот момент мне было весело. На этой ноте наша ловля подошла к концу. Мокрые, но довольные, мы приплыли к берегу с единственной рыбой в ведре. На этом началась походная деятельность. Для меня она немногим отличалась от рыбалки. Хотя нет, все же отличалась, я сидел в трусах на бревнышке и наблюдал, как вокруг меня шныряют такие же полуголые товарищи. Рассматривая живописность момента и прокручивая в голове события сегодняшнего дня, я улыбнулся.  — Знаешь, Драго, я все же решил чем хочу заниматься, — привлек я его внимание, когда он в очередной раз проходил мимо моего бревна с чем-то в руках, сверкая упругими ягодицами, которые облегала ткань мокрых труселей.  — И чем же? — мой судьбоносный друг остановился и внимательно на меня посмотрел.  — Я хочу писать*,  — торжественно произнес я и снова, как в первый день нашей встречи, сдулся, точно гелевый шарик. Он постоял секунду и с тем же выражением лица прошел мимо, я даже обиделся.  — Пиши, я потом прочитаю, — через минуту он всучил мне пару чистых листов и ручку и, все так же сверкая упругой задницей, удалился ставить палатку. Я опешил от неожиданности, рассматривая, как огромный дракон на мускулистой спине мужчины двигался в такт его движениям. Драго не соврал, у него были татуировки. Две. Но такие, от которых трудно оторвать взгляд. Когда он раздевался, то стоял ко мне лицом, поэтому, первое, что я заметил, был масонский глаз у него на боку. Он был выполнен в цвете и так искусно, что я невольно подзавис и стал его рассматривать. Как оказалось, это две разные тату, но связанные вместе: дракон на спине держал этот глаз в лапах. Так же, выполненный в цвете, он занимал все пространство кожи, опуская кольца хвоста под нижнее белье. Но проблема похода в мокрых труселях на природе заключается в том, что ткань обтягивает не только упругие ягодицы - передок тоже во власти ткани по самое не балуйся. Увидев Драго спереди, я слегка прихуел. Его достоинство, отчетливо выпирающее, было больше, чем я мог предположить в своих самых смелых фантазиях. После увиденного, мой мозг стали посещать смачные картины, где мы в самых разных позах и в самых разных местах занимаемся любовью, при чем ни на одной из них я не был доминантной особью. Поняв, что вовсе не испытываю от этого отвращения, я испугался и попытался отшвырнуть эти мысли. Покрутив в руках ручку, я стал с усердием марать чистые листы таким почерком, что даже курица, обзавидовавшись моими каракулями, снесла бы яйцо раньше.

И сейчас, спустя столько времени, этот листок Драго трепетно хранит в тумбочке стола. Подозреваю, что он не понимает, что там написано и надеется когда-нибудь расшифровать этот Код да Винчи.

В общем, пока я паскудил древесные массивы спрессованные в тонкие листы бумаги, мои друзья развели костер, поставили палатки, и теперь Кирилл с Джулией, отогнав Драго от костра, готовили ужин. С опаской поглядывая в сторону парочки, мы сидели на бревнышке в тишине, раздумывая отравят нас или нет. Мы следили в надежде увидеть, добавят они что-либо в еду или нет. Доверив Драго наблюдение за нашими поварами, я еще немного пошкрябал на листочках. Через некоторое время я отдал ему рукопись и сменил вахту. Драго старательно пытался разобрать рунические символы, видимо уже позже поняв, что я писал на чистом русском. Но все же спустя время, когда ужин был готов, а небо потемнело, он озвучил свой вердикт.  — Мне понравилось, напишешь еще — дашь почитать, — я засиял, и мы отправились потреблять вкусный и безопасный, по нашим надеждам, ужин. Костер умиротворенно потрескивал, чернота вокруг сгущала краски, озеро отражало свет луны. Мы сидели в кругу и тут, как по самому идиотскому закону всех фильмов и книг, самый неадекватный предлагает очередную дичь.  — Давайте сыграем? — голос Кирилла резанул по ушам, разрушая благоговейную тишину.  — Во что? — оживилась Джулия. Мужчина побежал к машине и стал чем-то шуршать.  — О, бля, я и забыл уже об этом, — с некоторым удивлением произнес Драго, когда художник вернулся с пакетом, полным бутылок алкоголя. Ну, тут даже я оживился, хоть и не понял, во что мы будем играть. А играть мы собирались по старым традициям: в картишки, за бутылочкой да на желаньице. Ведают боги, это был махач всех времен - каждый хотел выиграть. В итоге ближе к ночи счет был примерно следующим: Джулия — три, Кирилл — четыре, Драго — шесть, Кристоф — один. Я надулся как индюк перед супом, но все же примирился с судьбой. Алкоголь ударил в голову, а спустя некоторое время, мы с Драго уже сидели вдвоем, слушая удаляющиеся шаги друзей. Они не стеснялись озвучивать свои желания при свидетелях, и мы узнали «куда», «зачем», «как» и «что» во всех вопиющих подробностях. Когда мы остались наедине, я облегченно вздохнул. Впервые в жизни меня раздражала сестра, хоть и причина была не в ней, но все же факт остается фактом. Я потянулся к бутылке и, ничего не подозревая, сделал крупный глоток. В этот момент Драго выдал мне свою блестящую, во всех смыслах этого слова, идею, после чего я эффектно подавился.  — Ты же мне желание должен? Так вот, я хочу, чтобы ты меня поцеловал, но зная какой ты хитрющий лис внесу ясность: в губы. Не в щеку, не в лоб, не в какое другое место. Хотя… — он замолчал на секунду. На этом месте я подавился вторично, но Драго мужественно проигнорировал все мои попытки, пышущие суицидальными наклонностями. — Короче, в губы. И не чмокнул, а поцеловал. Откашлявшись после неудачного самоубийства, я тяжело вздохнул, понимая что отвертеться от карточного долга нельзя. Поставив бутылку на землю, я медленно подполз к нему, сверкая трусишками пустым кустам. Помедлил, в голове пролетела мысль: «А успею ли я смыться?» Она была секундной, но настойчивой. Собрав в кулак все остатки своего достоинства, сил, гордости и всего светлого, что я чувствовал к этому человеку, я как спецназовец на минном поле осторожно коснулся его губ. Зря, я вам скажу, я боялся, потому что дальше все пошло как по маслу. То ли алкоголь сыграл, то ли судьба выстрелила мне из пустых кустов в задницу стрелой амура, не знаю. Губы, столь мягкие и податливые, не пытались завладеть моим ртом, дав мне вначале самому проявить инициативу. Я медленно и неуверенно пробовал их на вкус, открывая для себя абсолютно новый спектр ощущений. Язык скользнул в приоткрывшийся рот и стал выписывать ранее неведомые мне фигуры. В какой-то момент нашего затяжного поцелуя я сильно прижался к Драго, чем выбил из него остатки терпения, которые он надеялся растянуть подольше и не испугать меня своим напором. Притянув меня одной рукой к себе, второй он схватил мою рыжую шевелюру, немного оттянув за волосы и овладевая моим ртом. Теперь уже спектр моих ощущений зашкалил настолько, что я потерялся во времени. Наши языки устроили бурный и страстный танец. Я прижимался сильнее, чувствуя, как сзади упирается его мощный член в полной боевой готовности. Теперь мне уже не было страшно от его размера. Стыдясь собственных пошлых мыслей, я лишь поддавался желанию собственного тела и терся о него своей попой. Когда воздуха стало не хватать катастрофически, нам пришлось сделать перерыв, во время которого Драго со страстью стал целовать мою шею. Легко касаясь губами, он изредка прикусывал нежную кожу, тут же зализывая место укуса. Мне ничего не оставалось, как закинув голову наслаждаться процессом и силиться не производить слишком громкие стоны. Однако, когда его рука проникла в мои трусы, обхватывая пальцами стоящий член, я все же не сдержал откровенного и громкого стона. Я чувствовал его горячее дыхание на своей шее, его руку в своих трусах, чувствовал, как второй рукой он оттянул ткань своих собственных боксеров. И снова не смог я сдержать стона, почувствовав соприкосновение интимных мест. Вернув свободную руку мне на голову, он утопил мои нескрываемые стоны в жарком поцелуе, продолжая надрачивать наши члены. Я извивался и старался прижаться к нему еще ближе, хотя ближе уже было некуда. Волна оргазма, накрыла мое возбужденное тело с силой булыжника, летящего в голову. Я прикусил его губу, на которой тут же выступила кровь. Прикрывая глаза в сладкой истоме, я кончил, забрызгав его руку. Когда наслаждение стало меня немного отпускать, я понял, что я натворил с губой Драго и стал старательно ее зализывать, не замечая, как оттопырил собственный зад за столь увлекательным занятием. Видимо это и послужило тому, что спустя считанные мгновения, я услышал негромкий стон больше похожий на хриплый рык, и Драго кончил, скорее всего в отместку мне за руку, забрызгав каплями своей спермы мой живот. Видят Боги или нет - я не знаю, но пребывая под впечатлением от происходящего, я уже смутно помню, как мы добирались до палатки, как спали. Помню его руки и цепкую хватку, помню его голос, но слов моя память не выдает. Единственное, что свято я запомнил перед сном, так это то, что я непременно еще раз хочу поехать с ним на рыбалку. И обязательно только вдвоем.