Медвежонок

Юри проснулся от яркого света, луч света падал прямо на лицо японца и заставлял того насильно открыть глаза. Брюнет хотел было встать чтобы задернуть занавеску и лечь спать обратно, но открыв глаза не понял где он находится. Осознание приходило медленно, а вот румянец покрывал лицо за считанные секунды. В его голове всплыли смутные воспоминания о вчерашнем вечере, как он и Отабек сидели рядом, казах читал стихи своим красивым мужественным голосом, потом как он сам кладет голову на его плечо, и под конец, скозь сон он почувствовал как его нежно взяли за руку. В последнем он был не уверен, но через секунду всё подтвердилось, Отабек так же держит его за руку и отпускать явно не собирается. Сердце японца уже чуть не выпрыгивало из груди, оно билось так сильно что звук отдавался в ушах. «Наверное он сделал это во сне случайно.» Вторая попытка подняться и не разбудить казаха увенчалась успехом, он буквально выскользнул из-под пледа. Самое сложное это было освободить свою руку, японец делал это с огромным сожалением. «"Вряд ли я еще смогу подержать его за руку, но если он проснется то нам обоим будет неловко, пусть лучше это будет моим маленьким секретом.» Кацуки принес подушку и аккуратно уложил на неё Отабека. Японец бессовестно рассматривал казаха пока тот спал. «Отабек очень красивый, у него наверняка есть девушка. Вряд ли ему может понравиться парень, тем более такой как я. » Кацуки грустно улыбался своим же мыслям. «Пора готовить завтрак. » Японец тихо удалился на кухню.

***

Откыв глаза у Отабека возникло чувство дежавю, по квартире опять витает запах чего-то вкусного, он снова накрыт пледом и снова один. Может то что было вчера ему просто приснилось, он встает и запинается о том Русской классики о любви. Мысли в этот момент запрыгали хаотично, казах испугался. «Это не сон! Значит Юри проснулся и увидел что я держу его за руку. Он встал и не разбудил меня! Он догадался! Может он злиться? Конечно злиться у него же уже есть Виктор, а тут появляюсь я и лезу к нему со своими чувствами!» Паника накатывала на Отабека как лавина, она захлестывала его с головой. — Отабек ты встал? — Юри стоял в дверном проеме и смотрел на казах. Алтын был готов провалиться сквозь землю, лишь бы не увидеть разочарования или презрения в глазах японца. Отабек поднимал глаза медленно, он боялся посмотреть на его лицо. Но перед ним стоял всё такой же теплый и улыбающийся Юри. «Может он не заметил или я во сне отпустил его руку. » Казах вздохнул с облегчением, чем вызвал удивленный и обеспокоенный взгляд Юри. — Все хорошо? — — А, да конечно. — Отабек быстро пошел в ванную, чтобы больше не беспокоить брюнета. За дверью он смог до конца придти в себя, за эту неделю он явно потратит нервных клеток больше чем за всю свою жизнь.

***

Юри уже расставил всё на стол и ждал Отабека. «Нужно вести себя естественно. Ничего не произошло. » Кацуки твердил это про себя как мантру. Алтын вышел из ванной и сел за стол, Юри поставил перед казахом блинчики с творогом и горячее какао. Они ели молча, оба сидели как на иголках. Эту тишину нарушил Отабек, он порезал себе палец. Юри встал из-за стола тут же кинулся к аптечке, но запнулся гипсом о ножку стола, Отабек поймал его за локоть почти у самого пола. — Не торопись, это всего лишь царапина. — Кацуки залился краской и поплелся к аптечке. «Блин я выставил себя перед ним таким дураком. Нужно взять себя в руки. Не будь тряпкой Кацуки Юри! » Взяв пластырь и перекись Юри обработал рану. — Вот. Всё готово. — — Спасибо Юри. — Отабек коротко улыбнулся. Сердце Юри опять не находит себе места. Он улыбнулся в ответ. Это единственное что японец мог из себя выдавить. «Улыбка ему очень идет.»

***

Казах допивал какао и решил всё же заговорить с Юри. — Может посмотрим фигурное катание. — Японец уже мыл посуду и думал о том чем себя ещё сегодня занять. — А разве ты не хочешь погулять по городу, ты ведь сюда для этого приехал, а не со мной в квартире сидеть? — — Думаю я лучше останусь с тобой. — Кацуки чуть не побагровел от этих слов. — Ну тогда ладно. —

***

С кухни они перебрались в гостиную к телевизору. — Ты хочешь посмотреть кого-то конкретно? — Юри было крайне интересно, почему казах не ушел куда-нибудь развеяться, а остался с ним. — Да нет, можешь включать кого хочешь. — — Ладно. — На этот раз Кацуки включил финал прошлогоднего гран при, а не Виктора, что очень порадовало казаха. Первый катал сам Юри. Отабек смотрел на экран в месте с японцем не отрываясь и не говоря ни слова, пока не закончилась его короткая программа. — Не надо было её включать. — Глаза японца стали стеклянными. Он всё ещё не может отпустить прошлое и каждое напоминание о его неудачах отзывается глухой болью в области груди. — Почему. — — Мне стыдно, что я не смог докрутить тот четверной, в отличие от тебя даже до 100 баллов не дотянул. Какой позор. — Юри спрятал лицо в руках. — Зря ты так, мне очень нравится как ты катаешь свои программы. — Отабек убрал руки с лица Юри, чем заставил того смотреть себе прямо в глаза. Комната была в полумраке из-за задернутых штор, их освещал только экран телевизора. Глаза Юри блестели от немного поступивших слез, зрачки сильно расширились его темно-карамельной радужке отражались разноцветные искорки от экрана. « Я ещё никогда не видел таких красивых глаз.» Они сидели совсем рядом и просто смотрели друг на друга, он держал руки Кацуки и был не в силах отпустить его. «Черт, что я творю!!! Нужно отпустить его, что он теперь обо мне подумает?! » Кажется Кацуки даже моргать перестал, невыносимое желание податься в перед и прильнуть к губам казаха сдерживалось только одним. «Если я его поцелую, это конец! Он меня за это не простит. Но почему-то мне сейчас всё равно… » Японец подается вперед и касается уголка губ Отабека, почти невесомо. Он не успевает отстраниться, казах тянет его за руку на себя и перехватывает за талию, Юри не успевает ничего понять, губы Отабека так грубо и решительно припечатались к его собственным. Ещё секунда, и их странный поцелуй становился нежным и ласковым… ещё пара секунд и он стал томительным и страстным. Кацуки уже держал одну руку на затылке Отабека, а вторая покоилась на его плече, Юри облизал губы казаха на что тот крепко прижал японца к себе, их языки сплелись в страстном танце. Ни один не другой уже не могу оторваться, но воздух предательски заканчивается. Первым отстранился японец, но буквально на пару сантиметров, опаляя своим горячим дыханием губы казаха. Отабек не мог в это поверить, он хотел бы себя ущипнуть, но если это сон, то он не хочет просыпаться. Он тянется к губам снова и японец его не отталкивает, руки казаха сами заставляют Кацуки поддаться на него, и прижать всем телом. Воздух заканчивается снова, в этот раз Юри уткнулся носом в ключицу, он не мог восстановить дыхание. Они ещё долго сидели в объятиях друг друга, не решаясь сказать и слова.