lilac and peony

— У тебя здесь очень красиво, — улыбается Лиам, осматривая дом Маликов. Повсюду находятся цветы, в маленьких, в больших и средних горшках, какие-то высокие, другие низкие, но все они потрясающе красивы. На подоконнике с несколькими глиняными горшками красуются белая леечка и инструменты для ухаживания за растениями. Лиам на самом деле поражается такой любви к цветам, ведь не каждый подросток способен вывести столько самых разных видов, а уж тем более так аккуратно относиться к ним и ухаживать. Он оборачивается на Зейна, на лице которого играет смущенная улыбка, парень складывает руки в замок за спиной и совсем немного раскачивается, пытаясь не смотреть на мужчину. — Я стараюсь сделать наш дом красивее. Хочу, чтобы складывалось ощущение, что здесь обитает только любовь и счастье, а не ссоры, — брюнет указывает на один разбитый горшок. — Забыл убрать. Зейн немедля подбегает к горшку и собирает осколки, осторожно складывая их в ладошки. Пейн кладёт свой чемодан на белый диван, после чего замечает небольшой совок с веником. Он берет их и подходит к парню, собирая землю с пола. — Гвоздика. — Ты назвал её отцом, верно? — Да. Родители вчера сильно поругались, и папа ушёл из дома, а мама свалила этот горшок. Я слышал, как он разбился, и у меня было чувство, будто разбивается какая-то частичка меня. Она знала, какой цветок разбивать, — по щекам юноши бегут слезы, он стирает их грязными руками, из-за чего на его белых щечках появляются чёрные полосы. — Я уверен, она это сделала не специально, ведь твоя мама любит тебя и твои увлечения. Она бы ни за что так с тобой не поступила, Зейн, — Лиам берет грязные руки брюнета в свои и не даёт ему снова вытереть слезы. Он кивает и поднимает осколки горшка на подоконник, пока шатен подбирает цветок, аккуратно придерживая корневую систему, чтобы не повредить её. — Может быть, если я посажу его снова, то отец вернётся? — с надеждой спрашивает Малик, поднимая заплаканное личико к мужчине. — Конечно, он вернется, — кивает Пейн. — А теперь иди и отмой своё лицо. Зейн подставляет грязные ладони под тёплую струю воды и тщательно моет их с мылом, затем он стирает грязь с лица, вытираясь фиолетовым полотенцем с вышитой ромашкой на ней. Он выходит из ванны, замечая мистера Пейна за обеденным столом. Мужчина пишет в своём дневнике, который брюнет видел на прошлых двух сеансах. Когда он подходит ближе, то замечает своё имя и несколько нарисованных цветов на полях. — Садись, — Лиам с тёплой улыбкой указывает на стул напротив себя. Парень делает так, как ему было велено, присаживаясь на деревянный стул. Он складывает руки на стол, перебирая по нему пальцами и издавая тихое постукивание. — Расскажи, что тебе сегодня снилось. — Мне снилось, что я тонул в океане. Я не знаю, как там оказался, но никто не мог помочь мне, потому что я заплыл слишком далеко. Это так забавно, ведь я даже не умею плавать и ужасно боюсь воды. — Тебя кто-то спас? Или ты утонул? — обеспокоено спрашивает Пейн, нахмурив брови. — Вы меня спасли. Вы оказались рядом со мной за считанные секунды и вытащили из воды. Теперь я знаю, что Вы хорошо умеете плавать. — Узнал из своего сна? — Конечно. Но я был удивлён, что мне приснились именно Вы. — Почему же? Ты что, не рад был видеть меня в своём сне? — Рад, но я ожидал своих родителей. Я думал, они помогут мне, но они просто стояли на берегу и кричали, что сейчас позовут помощь. А Вы даже не колебались и приплыли ко мне. — Во сне ты видишь те образы, которые хочешь увидеть. Ты хотел, чтобы я спас тебя, верно? — Вы уже делаете это не в первый раз. Никто не может понять меня. Никто не воспринимает мои слова всерьёз, говоря, что я психически болен. Но Вы не обращаете на это внимание и разговариваете со мной, как со здоровым человеком. — То, что у тебя не клеится общение с людьми, это не значит, что ты болен, Зейн. Юноша смотрит на него, и в его карих глазах столько благодарности, что Лиам непроизвольно улыбается и кивает в знак поддержки. — А ты задавался вопросом, каким бы ты был цветком? Брюнет хмурит брови, впервые задумываясь над этим вопросом. Он оборачивается к своим цветам, осматривая каждый, потом снова возвращает взгляд к Пейну и качает головой: — Нет. — Завтра я принесу к тебе цветок, который назову твоим именем, что скажешь? — Какой цветок? — Пока это секрет, узнаешь все завтра, идёт? — Идёт.