Скрытая под алой маской

— Ты сегодня какая-то грустная, Баг, — остановившись, заметил Нуар. — Тебе показалось, Котёнок, — улыбнулась собеседница и вскоре скрылась за очередным поворотом. Ему вовсе не обязательно знать. Знать, что это, возможно, их последний совместный патруль.

***

      Конечно, она не могла отказаться! Ей впервые в жизни выпал такой шанс. И когда Габриель Агрест пригласил ее с собой в турне по Европе в роли помощника его главного дизайнера, Маринетт, не задумываясь, ответила: «Да!».       Талант одноклассницы собственного сына Габриель Агрест заметил давно, еще со дня конкурса дизайна шляпы дерби. Как иронично, что всего лишь за неделю до отправления с простудой свалился один из заместителей его главного дизайнера. Что же, Габриель счел Дюпен-Чен подходящей кандидатурой.       «Обязанности не особо сложны, а опыту девчонке набраться не помешает», — решил для себя Агрест-старший и отправил письмо с приглашением мисс Дюпен-Чен.       Визг Маринетт, пожалуй, был слышен в соседнем районе Парижа.  — Ущипните меня! — кричала девушка снова и снова. — Меня пригласили работать в агенство Агрестов! Я буду работать у Габриеля Агреста! У Габриеля Агреста! — Может, ты, наконец, успокоишься и расскажешь мне всё? — хохотнув, сделала попытку разузнать все по-подробней Аля. — Он пригласил! Пригласил меня работать! — не переставала вещать брюнетка.       В этот момент эйфория полностью поглотила девушку, и она даже не думала о том, что произносит. Ей очень льстило, что её заметил столь известный модельер. — Маринетт, — мулатка потрясла свою подругу за плечи. — Расскажи. Все. По. Порядку, — намеренно делая паузу после каждого слова, произносила Сезер, еле сдерживаясь, чтобы не начать прыгать от нетерпения вместе с Дюпен-Чен. — Габриель Агрест пригласил меня работать к себе. Заместителем его главного дизайнера, — начала тараторить Мари. — Это мы уже знаем, — прервала ее шатенка. — Подробней, пожалуйста. — Он написал письмо, где сказано что заместитель его дизайнера заболел и он предлагает мне отправиться в турне вместо него. Он считает, что я справлюсь, ведь там не нужны большие познания. А так же он думает что мне стоит посетить разные страны, чтобы набраться опыта, если я хочу продолжить свою карьеру в мире моды, — выпалила она на одном дыхании. — Теперь понятно, почему ты так рада, — добродушно улыбнулась Аля. — Так ты приняла его предложение? — Конечно! — чуть ли не с писком восклицает брюнетка. — Но меня не будет ни несколько дней или неделю, меня не будет несколько месяцев. Ты это понимаешь, Аля? — Конечно понимаю, — согласно кивнула Сезер. — А так же понимаю, что редко выпадают такие шансы. Не переживай, Мари. Все получится. — Но мы так долго не увидимся, да и родителей не хочется бросать, — девушка глубоко вздохнула. — Ну, не говори глупостей, — шатенка нежно приобняла подругу. — Ты никого не бросаешь, к тому же, неужели ты надеешься отделаться от меня так просто? Я буду звонить тебе и требовать полнейший отчет событий! Каждый день, нет, каждые два часа! И ты, — Аля повелительно ткнула в подругу указательным пальцем, — будешь обязана мне ответить. — Аля, — засмеялась Дюпен-Чен, закатывая глаза и краснея от такой заботы, — ты как всегда. — Все будет в порядке, ты мне веришь? — Верю. Я справлюсь, — утвердительно кивнула девушка.       Маринетт лишь потом поняла, на что она согласилась. Это был огромный шанс, бесспорно. Но она повела себя как полнейшая эгоистка. Кто будет защищать Париж в её отсутствие?!

***

— Прощай, Нуар, — махнула Леди рукой и пряча лицо, сдерживая рвущиеся на волю слезы. Её попытка моментально скрыться не увенчалась успехом. — Почему так печально, МуррЛеди? — окликнул её голос, вынуждая остановиться. — Мы с тобой еще увидимся завтра, не так ли? А потому, не «прощай», а « до свидания», — Кот заговорщицки подмигнул, сделав акцент на слове «свидание».       «Глупый, глупый Кот. Как много ты не знаешь», — думает героиня в алой маске, но от чего-то никак не может перестать улыбаться. — Как тебе угодно, Котик, — бросает Баг и спешит удалиться. Она просто не выдержит прощания и расскажет ему все.       Все-таки он больше, чем просто «друг». Почему истина становится явью лишь в самый последний момент? Ведь пойми она это раньше, тогда…