Импульсы сердца

Чонгук на ходу одевает обратно медицинский халат, быстро направляясь к Мёнсу. Мужчина не обращает внимания на попытки Пака остановить его. Он буквально залетает в палату к мальчику, падая перед ним на колени и прижимая к себе. - Родной мой. Господи, Мёнсу, наконец-то, - мужчина даже не пытается сдерживать слёзы счастья, начиная покрывать поцелуями всё лицо ребёнка. - Папочка, перестань, - малыш слабо улыбается, пытаясь оттолкнуть отца. Чимин наблюдает за всей этой картиной со стороны, пытаясь искренне улыбнуться. И лишь Хосок видит в этой улыбке печаль. Пак долго держится. Ему так же невыносимо хочется сейчас подойти к мальчику и прижать его к себе. Но вряд ли это кто-то поймёт. Поэтому он просто стоит и борется сам с собой. - Ну как ты, парень? – всё-таки решает подать голос хирург, подходя к ребёнку. - Головка болит. - Не переживай, она обязательно скоро пройдёт, - Чимин берёт ладонь малыша в свою руку, чуть сжимая её, - Ты у нас прям настоящий супер-герой. Не каждый так быстро может выздороветь. Мальчик тихо смеётся, пожимая руку доктора в ответ. Его организм ещё слишком слаб. Но уже сейчас можно радоваться этому маленькому огоньку в детских глазках и этой самой искренней улыбке. Пак опускает свой взгляд, встречаясь с Чоновым. Отчего-то становится ужасно неловко. На губах до сих пор осталось чужое тепло. А сердце продолжает быстро биться. Хирург сразу же отводит взгляд и обращается к Хосоку: - Я думаю, что Мёнсу можно переводить в обычную палату. Правда, малыш? – взгляд теперь устремлён к ребёнку. - А я там буду с папой? - Конечно. Как же мы можем вас разделить? Блондин ещё раз улыбается и спешит покинуть реанимационное отделение, бросив напоследок: - Хосок, позаботься о ребёнке. А я пойду сообщу Намджуну. Чимин уходит, сразу же направляясь в кабинет главврача. По пути он встречает радостного Сокджина, который буквально наваливается на своего друга. Ким тоже знает о радостном известии, поэтому и улыбается сейчас во все 32. И вроде как и Чимин должен быть этому рад, только вот что-то не особо на нём видны позитивные эмоции. - Что с тобой сегодня целый день происходит? – Ким останавливает друга у самого кабинета Намджуна. - Не важно. Я же сказал, просто нет настроения. - У тебя случилось что-то серьёзное? Ты же как никто другой желал, чтобы ребёнок как можно скорее очнулся. Чёрт, да ты даже донором решил стать, - громче, чем хотелось бы выкрикивает Сокджин, а блондин быстро затыкает ему рот рукой, испуганно осматриваясь вокруг. - Мы же договорились, что это остаётся в тайне. Я не хочу сейчас обсуждать свои проблемы. Извини, - хирург разворачивается и всё-таки открывает дверь в кабинет главврача. Пак молча стоит и слушает, как Сокджин рассказывает всё Намджуну, а тот в свою очередь даёт им нужные указания. Пак всё это время смотрит сквозь мужчин, думая совершенно о своём. В его организме сейчас происходит что-то непонятное. С одной стороны, мужчина пытается разобраться и понять, что вообще было между ним и Чонгуком несколько минут назад. Почему блондин не оттолкнул пациента, когда тот его поцеловал. Это действительно странно, как минимум потому, что они вообще-то оба парни, а хирург никогда не замечал за собой интерес к своему же полу. Но это не единственное, что тревожит сердце. Чимин очень сильно хочет вернуться сейчас к Мёнсу, прижать его к себе и долго извиняться перед ним. И с каждой минутой сдерживать себя становится всё труднее и труднее. Наконец хирург покидает кабинет главврача, направляясь в свой личный. Он заходит в него и сразу же закрывает шторы, чтобы лишний свет не попадал. В душе сейчас темно и мрачно. Именно такую обстановку и пытается сделать мужчина в помещении. Он устало приземляется на диван, зарываясь пальцами в блондинистые волосы. Чимин ловит себя на мысли, что хотел бы, чтобы Чонгук сейчас был рядом. Сидел бы здесь на диване. Слушал бы всю правду, которую расскажет Пак, а потом бы успокоил и сказал бы, что прощает. Да, именно этого хочется блондину. Он устал бегать и врать. Устал скрываться. Но тем не менее, он очень боится всё рассказывать. Внутри него начало зарождаться странное чувство к черноволосому мужчине. А понял он это тогда, когда забил на резкий переход на «ты», когда ответил на поцелуй, когда сам прижался ближе, только бы не прерывать его. Пак уже второй час сидит в таком положении. Можно было бы подумать, что мужчина уснул, если бы не те телодвижения, которые совершал блондин, когда сильнее сжимал свои волосы и оттягивал их, будто бы пытаясь убрать все ненужные мысли со своей головы. Неожиданно в дверь постучали, а после появилась чья-то голова. Чимин не сразу смог понять, кто пришёл. Ведь кабинет целиком и полностью погружён в темноту, благодаря длинным шторам, которые так хорошо не позволяют солнечному свету попасть в него. - Доктор Пак, можно? – лишь услышав знакомый голос, блондин наконец-то понимает, кто пришёл. - Конечно, проходи…те, - хирург удивляется, почему Чонгук снова перешёл на формальности, но решает соответствовать ему. - Почему у Вас так темно? – Чон закрывает дверь и подходит ближе к хирургу, усаживаясь рядом на диван. - Просто шторы ещё утром забыл раздвинуть, - врёт Пак, чувствуя, как чужое тело садится слишком близко к нему. - Я хотел Вас поблагодарить… - Меня не за что. Ваш мальчик, можно сказать, сам справился. - Но Вы же всё-таки ему помогли. Спасибо Вам большое, - Чонгук ещё ближе приближается к Чимину, от чего тот может чувствовать горячее дыхание, где-то в районе губ. Пак резко подрывается, подходя к своему столу и начиная перебирать совсем ненужные бумаги. - Ребёнку нужна реабилитация после комы, поэтому Вам придётся ещё полежать в больнице, - начинает блондин, но его перебивают: - Чимин… - Что? - Я не жалею…о том поцелуе. Гук снова подходит к Паку, обнимая его сзади и прижимая к столу. Чимин закусывает губу и с ужасом понимает, что ему это очень нравится. Слишком тепло в объятиях черноволосого. Хирург начинает быстро прокручивать в голове, что можно было бы ответить Чонгуку. Но ничего умного не придумывает. Поэтому решает просто промолчать. - Я не знаю, как так получилось, - шепчет Чон в самое ухо, сильнее прижимая к себе врача, - но ты действительно мне нравишься. Я понял это совсем недавно, но не хочу скрывать, - лёгкий поцелуй в шею, который смущает не только Чимина, но и Чонгука. Черноволосый не понимает откуда в нём столько смелости. Возможно, это из-за того, что блондин ни капли не сопротивляется? А возможно, из-за того, что в кабинете сейчас слишком интимная обстановка и организм требует поступать именно так. – Если ты не хочешь, то прошу тебя, оттолкни меня сразу. - Не хочу чего? - Чимин неуверенно кладёт свои ладони поверх Чоновых, переплетая их пальцы. - Ну, наверное, быть со мной. - Наверное? Ты сам не уверен в своих желаниях. - Просто я не ожидал от себя такого, - признаётся Гук, - я не знаю, как это будет и получится ли вообще. Но я не против попробовать, - мужчина кладёт голову на плечо Пака, прикрывая глаза и с волнением ожидая ответ блондина. Чимин минуты две молчит, и это начинает очень пугать черноволосого, но все переживания вмиг улетучиваются, когда он слышит тихое: - Я тоже.