Импульсы сердца

- Папочка, а почему мы уехали от дяди Чимина? – спрашивает Мёнсу, лёжа на груди Чонгука, пока отец мягко поглаживает его по волосам. Оба наконец-то наслаждаются тем, что оказались дома. За всё время пребывания в больнице, лично Гук невыносимо успел соскучиться по этому месту. - С каких пор он дядя Чимин? – немного грубовато спрашивает мужчина. - Он сам сказал его так называть. -Ты уже выздоровел, Мёнсу, поэтому нам больше не надо находиться в больнице. - А как же ты, папочка? Почему у тебя на лице кровь? Чонгук подносит свободную руку к лицу и замечает на пальцах немного крови, которая снова начала сочиться из недавно полученных ссадин. Черноволосый не хотел пугать своего сына, но похоже, что его мальчику совсем не страшно. Ребёнок выпутывается из объятий отца и подходит к своему шкафчику, доставая платок. Мужчина всё это время молча наблюдает за тем, как Мёнсу подходит к нему обратно и начинает аккуратно вытирать капельки крови, не забывая дуть на раны. - Тебе надо помазать их зелёнкой. Мама всегда мазала мне мои ранки, и тогда они проходили быстрее, - малыш грустно улыбается, что не скрывается от глаз Чона. Он слабо ударяет пальцем мальчика по носу, от чего ребёнок морщится. - Эй, ты чего? Всё хорошо, родной, правда. Папе совсем не больно. К тому же, представляешь, как все удивятся на работе, если я приду с зелёным лицом? Я буду похож на Халка тогда, - Чонгук делает грозное выражение лица, наигранно рыча на мальчика. - Или на Шрека, - смеётся ребёнок, сразу же убегая от папы. - Ах так. А ну-ка стой, сейчас получишь за Шрека. Мужчина сразу же вскакивает с кровати, пытаясь догнать Мёнсу. Ему совершенно плевать на боль, что физическую, что душевную. Всё это в миг испаряется, когда ты видишь перед собой улыбку собственного ребёнка. Малыш забегает в комнату своих родителей, быстро прячась под одеяло. Уже через несколько минут прибегает Чонгук, который сразу заметил подозрительные движения на кровати. Черноволосый уже готовится напасть на ребёнка, как его взгляд останавливается на комоде, где расположена куча фотографий его с женой. Гук невольно засматривается на изображения, где они весело смеются, обнимаются, а на одной даже целуются. Неприятные ощущения вновь заполняют всё тело с ног до головы. Особенно, если вспомнить недавно полученную информацию. Чонгук только сейчас понимает, что улыбаясь с ним на этих фотографиях, Наён в это время точно так же улыбалась и с Чимином. Снова злость. Сильная злость, которая уже начинает душить мужчину. Чонгук ещё несколько минут смотрит на все эти фотографии, подходя ближе. - Папочка! – отвлекает черноволосого весёлый крик малыша. Гук переводит взгляд на мальчика, который снова быстро прячется, весело смеясь. Потом возвращает глаза к изображениям. Чон быстро собирает все фотографии, пряча в самый нижний ящик, в который обычно никогда не заглядывает. Мужчина твёрдо решил начать жизнь сначала. Ему надоело постоянно страдать. Да и зачем это надо, если человеку, из-за которого ты убиваешься, было на тебя абсолютно плевать? Теперь у него будет новая жизнь. Ему всё ещё есть ради кого жить. - Попался, - рычит Гук, раскрывая одеяло, под которым был мальчик, - Кого ты Шреком назвал, а? – мужчина начинает щекотать сына, наслаждаясь детским смехом. ***** Блондин отталкивает от себя руку друга, которая держит вату с нашатырным спиртом, и морщится от неприятного запаха, открывая глаза. - Дерьмо. - Ты как? – интересуется Хосок, принимаясь обрабатывать раны хирурга. - А по мне не видно? – грубо бросает Пак. Чон решает оставить своего друга в покое, продолжая вытирать кровь. Около 20 минут анестезиолог помогал Чимину, пока тот молча лежал и смотрел в потолок. Желания что-либо делать, у блондина не было от слова совсем. Внутри слишком пусто, такое чувство, будто бы чего-то не хватает. - Что я наделал? – еле слышно произносит Пак. - Он всё равно рано или поздно узнал бы. - Нет. Я говорю ещё о том времени, когда вообще всё это затеял. - Отчасти, ты не виноват. Тобой управляли чувства, - пытается успокоить друга Хосок. - Я не должен был им подаваться. Теперь из-за этого я буду страдать всю жизнь. - Не перегибай палку. Все мы делаем ошибки. Но на них ведь учатся. - Я должен поговорить с Чонгуком, - резко бросает Чимин, переводя взгляд на друга. Хирург подрывается с дивана, тихо шипя себе под нос от боли, и придерживаясь за бок, которым ударился об стол, пытается как можно быстрее дойти до палаты, в которой лежал Гук с ребёнком. - Чимин, подожди… - Хосок идёт следом за своим другом, не зная, как сказать ему эту новость, которая явно не обрадует. Но говорить уже ничего не приходится. Пак открывает дверь, заходя в палату. Застеленная кровать, пустые шкафы – всё это может значить только одно. Теперь блондин окончательно целиком может почувствовать пустоту не только внутри, но и снаружи. Чонгука нет. Мёнсу тоже. Нет никого. Чимин ведь даже не знает, где их искать. За то короткое время, пока они были вместе, Пак никогда и не интересовался, где живёт Чон. В один момент мужчину наполняет чувство надежды. Ведь адрес должен быть указан в истории болезни пациента. Но этот маленький огонёк быстро затухает, когда хирург понимает, что не должен этого делать. Чонгук ушёл. Значит, он так захотел. Значит, что он всё решил, и навязываться блондин не собирается. Пусть и противный ком в горле говорит об обратном. Пусть сердце и просит попытаться поговорить с ним. Чонгук просил исчезнуть, Чимин выполнит. ***** Черноволосый мужчина аккуратно целует мальчика в лоб, накрывая одеялом и покидая комнату. Чонгук сразу же направляется на балкон, не забыв взять пачку сигарет. Эта пачка лежит на полке в его комнате уже достаточно долгое время. Гук вообще не курит, но иногда нервы слишком сдают, и он просто чувствует необходимость успокоиться. Чон поджигает сигарету, вдыхая ядовитый дым. Горло сразу же обжигает, а по всему телу разносится тёплая волна. Мужчина молча делает затяжку за затяжкой, наблюдая за тишиной на улице. Давно он уже не чувствовал такого спокойствия. Все ненужные мысли в миг покидают голову, позволяя наконец-то расслабиться. После того, как Чон спрятал те фотографии, он почувствовал, какое-то странное облегчение. Будто бы избавился от чего-то такого, что не позволяло ему идти дальше. И только сейчас, когда наконец-то он осмелился всё прошлое забыть, в сердце почему-то снова появляется странное чувство беспокойства. Конечно, Гук догадывается из-за кого это. Но мужчина уверен, что совсем скоро исчезнет и оно. Стоит лишь немного потерпеть. Потому что закрыть на всё глаза и простить Пака он явно не сможет.