Терранская культура и андорианские методы

      Шран заливал в себя андорианский эль литрами. Он пил без удовольствия, не пьянея. Он сохранял адекватность, и с каждым глотком становился только нервознее. Разведка доносила, что к звездной базе, где был пристыкован корабль Арчера, прибыли и два вулканских крейсера, оснащенных по последнему слову техники. Несложно было представить, что за картографирование сектора было поручено земному капитану. Наверняка два последних месяца Арчер соблазнительно крутил задницей перед носом у коммандера только затем, чтобы слить данные из приватной беседы вулканцам. Андорианец точно не помнил, выболтал ли он что-то важное, касающееся действий имперского командования. Паранойя нервным комком скрутилась у Шрана где-то в области желудка.       Коммандер прижал пальцы к переносице, отгоняя слишком живые образы: вот Арчер просовывает голову через ворот гражданского джемпера, вот завязки на пижамных брюках капитана мелькают прямо перед камерой на уровне глаз Шрана. Коммандер заскулил, пытаясь избавиться от навязчивых картин терранской анатомии. Слишком худощавый, на вкус Шрана, Арчер все же не шел из головы. Он представил, как под розовой полупрозрачной кожей натянулись бы мышцы, если бы Шран заломил руки Арчера над головой. Впечатлительный капитан мог бы стать отзывчивым партнером и в постели. Шран опрокинул в себя очередной стакан. Желание почувствовать на собственном языке гладкость тела Арчера становилась все навязчивее. Возбуждение медленно нарастало, словно снежная лавина, грозясь накрыть коммандера с головой. Член под кожаной форменкой требовал внимания, и андорианец высвободил разгоряченную элем и фантазиями плоть наружу. Шран застонал, проведя по истекающему смазкой стволу рукой. Ему было достаточно пары резких движений, чтобы довести себя до пика, но коммандер намеренно медлил и дразнил себя. Его пальцы невесомо поглаживали чувствительную головку, нежно спускаясь по всей увлажненной длине. Андорианец закусил нижнюю губу, вспомнив, как обожгло его рукопожатие с капитаном при их последней встрече. Кожа коммандера еще помнила короткое, но горячее прикосновение. Он безотчетно представил то же касание гибких розовых пальцев на своем члене, и не сдержавшись, позволил себе излиться в ладонь. Нахлынувшее чувство удовлетворения было пронзительным, но слишком быстротечным, и уже через несколько мгновений Шран ощутил, что паранойя все еще не оставила его.       Наскоро приведя себя в порядок, андорианец поднялся на мостик и задал курс до системы неподалеку от звездной базы, где пока еще был пристыкован «Энтерпрайз». Тогда, на Коридане, коммандер не солгал: мысли о розовокожем правда лишали сна. Шран становился мягким и податливым, а значит, и слабым командиром. Андорианец был полон злой решимости вывести Арчера на чистую воду и навсегда покончить со своими пустыми фантазиями.       «Кумари» стал на орбите безымянной планеты. Там, в тени от нескольких лун, судно должно было остаться скрытым от сенсоров базы и пристыкованных к ней кораблей, а звездолет Шрана, модернизированный для разного рода тайных миссий, мог просканировать или даже телепортнуть со станции любого. Однако коммандер не спешил. Он приказал экипажу занять выжидающую позицию, не вдаваясь в объяснения. Шрана не беспокоил предстоящий отчет. Андорианец все же надеялся перехватить немного информации, которая могла бы оправдать его незапланированный вояж перед имперским командованием.       Ожидание дало плоды: через пару часов прослушивания каналов андорианцы выяснили, что станцию охватила эпидемия регулианской лихорадки. База находилась на карантине. Вулканские научники были отправлены туда для помощи в синтезе лекарств. Все это не объясняло присутствия рядом «Энтерпрайза». Шран скрипнул зубами, но передал приказ продолжить наблюдение и третьей смене. Коммандер решил вести себя с Арчером, ничем не выдавая своих подозрений насчет возможного предательства. Поэтому и сегодня, в привычный для их совместных «телемостов» час он вызвал капитана.       После нескольких неудачных попыток Шран с ликующим видом отвернулся от монитора. Что и требовалось доказать. Арчер наверняка сейчас на одном из вулканских крейсеров сливает секретную информацию, так любезно предоставленную самим же андорианцем. Шран был крайне взбешен, но сейчас был почти бессилен перед обстоятельствами. Скучные дипломатические миссии, похмелье, тревожность и бессонница давали о себе знать.       Больше всего коммандеру хотелось сейчас придушить Арчера собственными руками. При мыслях о беззащитной шее капитана андорианский член заинтересованно шевельнулся под форменкой. И да, в другой ситуации коммандер поддался бы своим чувствам, но сейчас был вынужден отогнать от себя все фантазии. Шран приказал перевести управление сенсорами на компьютер в своей каюте и начал сканирование вулканских кораблей на человеческий биосигнал. Безрезультатно. Тогда он навел сенсоры на «Энтерпрайз». Там был единственный вулканец, и Шран разочарованно выругался, поняв, что это всего лишь первый офицер Арчера.       Коммандер решил подождать еще. Все должно разъясниться после снятия карантина на базе. Андорианец даже вспомнил, что период тяжелых симптомов от регулианской лихорадки длится шестнадцать часов. Более половины этого времени уже прошло. Неожиданная ясность и четкость собственного плана даже удивила коммандера. Впервые за несколько месяцев его сон был менее беспокойным.