Papa Don't Preach

      Несколько месяцев подряд они дурачились, пока Драко не упомянул, что Гарри никогда не был у него дома.       — У тебя дома? — недоверчиво спросил Гарри. Он лежал на кровати, вместе с Драко, положившим голову ему на грудь, изредка морщась от шуршания смятых бумаг у их ног. — В Малфой-мэноре? Там, где жил Волан-де-Морт? Там, где мучали мою лучшую подругу?       Малфой скривился, повернув лицо Гарри к себе.       — Нет. В Малфой-мэноре, моем родовом гнезде, где происходили самые лучшие моменты в моей жизни, где я вынужден спать по ночам, стараясь не думать о тех вещах, которые ты только что перечислил.       — Ты ночуешь здесь девяносто процентов времени, Малфой, — сказал Гарри, слегка ущипнув Драко за руку.       — Да, но только потому, что секс помогает мне уснуть, а там ты ко мне не приходишь.       Гарри тяжело вздохнул. Его желудок сделал кульбит.       Ему нравился Драко, похоже, даже лучшего слова Гарри подобрать не мог. Он пристрастился к нему. Он будто бы балансировал на краю пропасти, ожидая толчка, который свалит его вниз в следующий раз. Когда Гарри видел его, то не мог ни пить, ни есть, ничего делать, пока Драко этого не скажет. И Гарри пытался удержать себя в руках на людях, чтобы потом прижаться к нему, сжимая крепкую задницу, уткнуться носом в шею, вдыхая мускусный, сводящий с ума, аромат.       Гарри даже пригласил Драко на пятничную встречу с Роном и Гермионой, которая началась очень неловко. Рон и Драко хмурились, глядя друг на друга, буквально метали молнии взглядом, пока толчки ногой от Гермионы под столом не заставили найти их общую, интересующую обоих, тему — квиддич.       Драко сделал это ради него. Он общался с теми людьми, которые его ненавидели. Неужели Гарри отвернется от него в этот момент?       — Ладно, — выдохнул парень. — Хорошо. Я приду к тебе домой.       — Отлично, — улыбнулся Драко. — Мой день рождения в среду, и мне будет приятно думать о том, что кто-то переключит внимание родителей за ужином на себя.       Гарри застонал.       — Я думал, ты любишь своих родителей.       — О, конечно, — ответил Драко, — но Люциус Малфой рано покончил со своим домашним арестом, так что я рад, что… Как там говорится? Положи галеоны там, где лежит его палочка?       

***

      Гарри поерзал на стуле. Он знал, что это был день рождения Драко и что это официальный праздник, но разве обязательно было надевать такую строгую одежду? Сейчас же июнь, Годрик! Он буквально чувствовал, как по бедрами стекают капельки пота, собираясь в маленькие лужицы, когда он пытался сидеть так, чтобы родители его любовника нашли его приемлемым для светского разговора.       — Разве я не могу надеть свою обычную рабочую одежду? Разве ты не говорил, что мне идет красный? — сказал Гарри в то утро, когда Драко поправлял палочкой их наряды.       — О, да, Гарри, пожалуйста, появись в моем доме в аврорской форме, это наверняка поразит моего отца, которого дважды твои коллеги тащили в Азкабан! — протянул Драко, едко выплюнув последнее слово. — И приведи волосы в порядок. Бесполезно пытаться выглядеть презентабельно, если твой вид говорит о том, что ты будто бы только что трахнул их сына.        Гарри прижался губами к уху Драко и прошептал:       — А что если это действительно так?       — Нет, Поттер, — оттолкнул его парень. — Ты не дотронешься до меня до обеда. Потом ты получишь свой десерт.       Обещание десерта было, наверное, единственным, что удерживало Гарри от аппарирования как можно дальше от Уилтшира. Однако все прошло не так трагично, как надумал себе Поттер. Драко вышел с ним из его комнаты и отвел прямиком в столовую в Южном крыле, избегая любых контактов с подземельями, где Гарри так боялся за жизнь Гермионы. Он тут же спросил себя, было ли это сделано ради него или семья Малфоев старается не вспоминать об оккупации Волан-де-Мортом?       За столом они провели небольшой светский разговор, начав отмечать день рождения Драко. Перед Гарри появилась жареная курица.       — И каково это быть аврором, мистер Поттер? — вежливо спросила Нарцисса.       Гарри проглотил очень большой и сухой кусок курицы, как-то отдаленно отметив, что на его тарелке она была самой пережаренной.       — Хорошо, — ответил он, с трудом прожевав. — Это все занимает много времени, но работа действительно интересная.       — Адекватно ли вам платят?       — Отец! Люциус! — в унисон вскрикнули Нарцисса и Драко.       — Я просто хотел узнать, хватает ли моих налогов, чтобы содержать нашего спасителя в лучших шелках.       Гарри проглотил грубые комментарий — не лучшая идея для разговора с Люциусом в день рождения его сына. Драко незаметно нырнул рукой под стол, положив ее на колено Гарри.       — Это то, что я всегда делал, мистер Малфой. Искал ответы. Избавлял мир от преступников, которые могли нанести вред людям. Так что любая компенсация — просто приятный бонус.       — Гарри самый молодой ученик, закончивший программу обучения на аврора, — вмешался Драко.       — Только потому, что мне не надо было сдавать ТРИТОНы. На самом деле, самым выдающимся молодым учеником академии была Тонкс.       Гарри не понял, что сказал что-то не так, пока не увидел, как и так прямая осанка Нарциссы стала еще более прямой, а губы сжались в тонкую линию.       — Драко, дорогой, напомни мне потом, чтобы я отдала тебе поздравительную открытку, которую отправила Астория.       — Мама, — рука Драко под столом сильно сжала колено Гарри.       — Что ж, дорогой, она ведь твоя невеста, она все равно считает твои дни рождения до тех пор, пока ты не женишься.       — Невеста? — с наигранным любопытством спросил Гарри излишне высоким голосом. Во рту противно пересохло.       — Да, мистер Поттер, — начала Нарцисса, — сейчас мы терпим небольшие склонности Драко, понимая, что когда ему исполнится двадцать пять лет, он женится и станет наследником Малфоев. Кстати говоря, Драко, Астория только что закончила академию Целителей. Было бы не плохо, если бы ты поздравил ее.       

***

      — Какого черта, Драко? — закипал Гарри, следуя за Драко в спальню.       — Что? — спросил Драко, раздеваясь и вешая одежду в шкаф.       — Когда ты планировал сказать мне, что помолвлен?       — Дай подумать… Никогда? Я не думал, что это всплывет, — небрежно сказал Драко.       — Не всплывет? — спросил Гарри.       — До моего брака осталось четыре года, Поттер, — Драко присел на пуфик, начав расстегивать сапоги. Гарри же все еще стоял в дверях.       — Ты действительно думал, что я не имею права знать, что ты принадлежишь кому-то другому? Ты думал, что я хочу просто трахнуть тебя, несмотря на то, что я приперся сюда? Если бы я знал, то ничего бы этого не было!       Драко театрально вздохнул и устало потер переносицу.       — Поттер, что, по-твоему, должно было произойти здесь? Мы бы свалили на метлах в закат, наплевав на остальной мир? — в его голосе появилась капля раздражения. — Это естественно, что родители ожидают чего-то от меня. Они хорошие. Действительно хорошие. Я должен позаботиться о поместье. Продолжить семейную линию. Я не могу просто взять и все бросить.       Гарри представил, каково это иметь родителей, которым надо угождать. Как если бы его родители могли бы видеть его, как он отчаянно хотел бы дать им все то, чего они хотели. Он думал о Драко, который стоял на вершине Астрономической башни с направленной на Дамблдора палочкой, который метался между разрывом своей души и предательством родителей. Как год спустя он смотрел в глаза Драко, который, дрожа от страха, лгал своей тете.       — Ты ведешь себя так, будто бы у тебя нет выбора, — сказал Гарри.       — Нет, я веду себя так, потому что сделал свой выбор, потому что он у меня есть. Где бы ты был без меня, Гарри? Без моей семьи? Я не горжусь тем, что мой отец был последователем Темного Лорда, что он целовал его ноги. Я знаю, что мой отец делал гадкие вещи, что он презренный человек. Но я также знаю, что семья — самое главное на свете. И это из-за тебя, понимаешь? Когда ты рассказывал перед Визенгамотом, что сделала моя мать, я это понял. Я последний Малфой. Я последний Блэк. И это мой выбор.       И Гарри понял. Действительно понял.       Он не хотел это делать. Но ему нравилось, когда они с Драко сражались. Он хотел кричать на него. Поддевать, бить, кричать, находясь рядом с промежностью Драко, тянуть его за волосы, когда его губы обернуты вокруг члена Гарри.       Для Гарри было странно, что Драко имел столь четкое видение своего будущего. Когда Поттер был мальчиком, он представлял себе свой собственный дом, со своими вещами и абсолютно без всяких правил. Может быть, в этом доме была жена, которая любила его, может, дети. Но все это было столь расплывчато, столь аморфно. В первый раз что-то щелкнуло, когда он узнал, кто такие авроры. «Это я», — подумал тогда маленький Гарри.       И затем, через некоторое время, он понял, что, вероятно, никогда не выпустится из Хогвартса, не говоря уже о учебе на аврора или чем-то еще. Его короткие встречи с Джинни, в то время как она иногда становилась его женой в размытых фантазиях после Хогвартса, были сладки, но эфемерны.       Но с Драко он не хотел, чтобы все это заканчивалось. Гарри хотел знать, что может прикоснуться к нему, когда захочет, что по ночам рядом будет лежать его теплое тело. Он не был готов покончить с этим, но монстр, сидящий где-то внутри, взревел, узнав, что может потерять Драко.       — Иди сюда, — внезапно прорычал Гарри.       Драко будто издевался над ним, закатив глаза и продолжая медленно расстегивать рубашку.       Гарри взмахнул палочкой в сторону Драко, который тут же оказался рядом.       — Что, черт возьми, ты творишь, Поттер? — спросил Малфой, оказавшись прижатым к телу парня.       Гарри крепко обхватил его за талию и приподнял голову, чтобы в следующий момент поцеловать.       — Сейчас ты мой, — сказал он и разорвал недорасстегнутую рубашку, отчего во все стороны полетели маленькие пуговицы.       Гарри опустил руки на грудь Драко, поглаживая напрягшиеся соски.       — Ты не владеешь мной, — тяжело выдохнул Драко, пытаясь расстегнуть мантию Гарри. — Ты был голым? Перед моими родителями? Вот черт!       Гарри ухмыльнулся. В последнее время он хорошо научился исчезновению одежды. Он даже не использовал свою палочку, произнеся заклинание невербально, как только он подошел к Драко.       Драко легонько провел пальцами по линии черных волос от пупка до промежности, где уже слабо подергивался полувозбужденный член Гарри.       — Снимай брюки и садись на кровать, Малфой, — сказал он. — Я буду трахать тебя так, как ты мечтал, когда был младше.       — Не льсти себе, Поттер, — сказал Драко, откидывая брюки и боксеры в сторону и подходя к кровати. — Мне всегда нравились Охотники. Ловцы, по моему мнению, были излишне слабыми.       — Вот почему ты так и не поймал снитч? — Гарри толкнул Драко, который тут же упал спиной на кровать. Присоединившись к нему, Поттер сел у его ног, стараясь не касаться его тела. — Был слишком занят горячим Маркусом Флинтом?       Драко поморщился.       — Ты слишком далеко, Поттер, — сказал он, протягивая руку к парню.       Гарри позволил Драко коснуться своей плоти, скользнуть по ней вверх-вниз. От переизбытка возбуждения он впился пальцами в шевелюру Драко, притягивая его поближе. Свободной рукой Малфой мягко обхватил яички Гарри, отчего тот вздрогнул.       — Перевернись, — грубым голосом сказал он, — позволь мне посмотреть на тебя.       Но вместо этого Драко наклонился и вобрал в рот головку, прокручивая вокруг нее языком. Гарри царапнул ногтями затылок Драко, когда его член уперся в глотку. Ему было хорошо, очень хорошо. Драко издавал какие-то неприличные бурлящие звуки, входя во вкус, но Гарри не хотел так. Пока что.       Он дернул Драко за волосы вверх, отчего тот вскрикнул от боли и закашлялся, удовлетворенно отметив, что его губы слегка опухли и покраснели.       — Перевернись, — вновь прохрипел Гарри.       Драко ухмыльнулся, а затем медленно перевернулся на живот, положив под себя подушку, отчего задница немного приподнялась вверх. Гарри сел сзади него, крепко сжав ягодицы руками, после чего резко ударил по бледной коже, вызвав испуганный вскрик Малфоя.       Гарри наклонился, раздвинул две половинки, из-за чего открылся вид на сжимающуюся дырочку, и коснулся ее языком.       — Поттер! — захлебнулся воздухом Драко.       Гарри усилил напор пальцами, сильнее раздвинув ягодицы Малфоя, и начал облизывать нежную кожу вокруг отверстия, сначала плоской частью языка, затем кончиком, кружась вокруг, но не дотрагиваясь самого ануса. Малфой держался крепко, настолько сильно, что Гарри не мог пробиться языком внутрь, поэтому, облизав свой большой палец, он ввел его внутрь, заставляя Драко извиваться на кровати, насаживаясь на руку.       Черт, он бы скучал по этой заднице. Осталось лишь шесть месяцев. Но жить без Драко… Он не мог. Он нужен ему.       Высунув палец, Гарри возобновил атаку языком. Член Драко уже полностью окреп, оставляя на простыни маленькие капельки влаги. Малфой извивался, чуть ли не плача от накатившего возбуждения:       — Пожалуйста, Поттер, пожалуйста… Гарри, пожалуйста, трахни уже меня, пожалуйста, мне это очень нужно…       Боже, как он умолял. Гарри бы сделал что угодно, лишь бы всю жизнь слышать эти мольбы из уст Драко.       Гарри поцеловал заднюю часть бедра Драко, обдав его своим теплым дыханием, протянул руки к его талии, а затем грубо перевернул на спину.       Глаза Малфоя были почти черны, а лицо сильно покраснело в том месте, где соприкасалось с простыней. Гарри пододвинулся немного выше, захватив губы Драко своими, отчего тот мягко поцарапал ногтями затылок Поттера.       — Хочешь еще больше пальцев? — спросил Гарри, прижимаясь своим твердым членом к бедру парня.       — Нет, — покачал головой Драко, — нет, просто, пожалуйста, трахни меня.       Гарри потянулся к тумбочке, но, к сожалению, его рука не доставала до ее ящика. Драко обвил ногами талию Гарри, прижимая его к себе, тем самым мешая добраться до смазки.       — Акцио лубрикант! — со скрежетом открылась тумбочка, из которой выскочил тюбик со смазкой прямо Гарри в руку.       — Хвастун, — пробормотал Драко, покрывая поцелуями шею парня.       Гарри неуклюже принял сидячее положение и выдавил смазку себе и Драко на руки. Намазав густой жидкостью, которая, из-за тепла руки, начала немного растекаться, свой член, он, облизнув губы, наблюдал за тем, как Драко смазывает себя.       Заметив, что Драко уже закончил, Гарри схватил его за запястье, опрокинув обратно на кровать, и, без промедления, вставил свой член внутрь Драко.       Малфой выгнулся дугой, громко застонав, тут же потянувшись свободной рукой к своему члену.       Гарри быстро двигал бедрами, буквально вдалбливаясь в Драко, из-за чего раздавалось пошлое хлюпанье смазки. Схватив одну из ног Драко, он закинул ее себе на плечо, тем самым создавая себе идеальный угол входа в тугое кольцо мышц.       — Боже, ты сейчас так сексуально выглядишь, — простонал Гарри, слегка повернув голову, чтобы поцеловать колено парня.       — Ты можешь звать меня просто «Драко», — ухмыльнулся он, яростнее работая рукой над своим членом.       — Что? — запнулся Гарри, немного сбившись с темпа.       — «Бог» — просто обозначение, Поттер, — облизнул пересохшие губы Драко, пытаясь сдержать смех. — Мое настоящее имя и так прекрасно.       — Черт. Заткнись. Сейчас, — Гарри обозначил каждое свое слово жестким толчком.       — Заставь меня, — бросил вызов Драко, внезапно сделавшись серьезным.       Гарри вновь вцепился в ногу Драко, внезапно откинув ее от себя. Скользнув вперед, он начал двигаться так, чтобы соприкасаться всем телом с парнем. Бедра к бедрам, грудь к груди, нос к носу.       — Я сейчас кончу, — прошептал Поттер в губы Малфоя.       Гарри мягко поцеловал его, на мгновение замедлив свой темп, осторожно посасывая губы Драко. Он был сладок, как крем-брюле. Они целовались, сильнее прижимаясь друг к другу, будто бы надеясь слиться воедино.       Внезапно Гарри застонал и слегка отстранился, задержав дыхание. Губы Драко сильно покраснели и опухли, глядя на его румяное лицо, Гарри чувствовал, что тонет в омуте этих серых глаз.       Он понимал, что это все глупо, что это лишь на время, им просто было весело вместе. И все же Гарри желал его. Желал быть ему нужным. Потому что это было гораздо больше, чем просто секс. Черт, секс всегда опьянял, заставляя раствориться в партнере. Но не было никого, кто бы не проникал под кожу так, как Драко, кто знал все его чувствительные точки, знал, когда на них нужно нажать, знал, когда он нуждался в тишине, когда он хотел смеяться, когда он просто хотел его видеть. Гарри хотел стать его семьей, хотел продолжить линию Малфоев. Вдруг он зажмурился от нахлынувших картинок их возможной жизни, от тепла, разлившегося по венам…        — Эй, — Драко пробежал пальцами по щеке Гарри. — Ты тут?       — Я здесь, — ответил Гарри. — Я прямо здесь.       

***

      Когда Гарри вернулся на площадь Гриммо, ботинки Драко стояли возле шкафа, и он понял, что Малфой вернулся. Проверив туалет и кухню, а также все остальные спальные комнаты, Гарри в итоге нашел парня в гостиной, стоящим перед гобеленом Блэков.       Услышав звук открывшейся двери, он посмотрел на вошедшего Гарри.       — Драко, я…       — Заткнись, Поттер, — покачал он головой.       Гарри закусил губу, подошел к нему настолько близко, что мог чувствовать тепло его тела, но, тем не менее, не касаясь, и взглянул на дерево.       — Меня бы сожгли как предателя крови, если бы Вальбурга еще была жива, — сказал он тихо.       Гарри взглянул на выжженный портрет Сириуса, затем на Андромеду, которая тоже была удалена из родового гобелена, прежде чем появились Тонкс и Тедди. От портрета Драко теперь шла тонкая виноградная лоза с крошечным бутоном — будущее пополнение семьи.       — Они были хорошими людьми, — сказал Гарри. Некоторое время между ними висела тишина, пока он не продолжил: — Ты выглядишь лучше.       Драко пожал плечами.       — Я купил одно зелье в Аптеке. Оно специально для беременных ведьм, — со злой улыбкой ответил Драко. — Я думал, что моя жизнь больше никогда не будет испорчена Гарри Поттером.       Гарри чувствовал, что должен извиниться перед Драко, но внезапно понял, что ему абсолютно не жаль. Он вспомнил, что когда у Тедди были колики, они с Андромедой проводили вместе бессонные ночи, он вспомнил, что подгузник Тедди взорвался прямо на любимый квиддичный комплект Гарри, он вспомнил, что ему пришлось в экстренном порядке покинуть Хагрида, потому что у Тедди началась истерика. Он понимал, во что ввязывается. Но также Гарри помнил о первой метле Тедди, которую он ему подарил, как и ему Сириус когда-то, он помнил о его первой улыбке, которая буквально отогнала мрачное настроение крестного спустя несколько недель после битвы за Хогвартс, когда Гарри корил себя за то, что вернулся в этот мир без Фреда, Люпина и Тонкс. Он был в таком же возрасте, когда погибли его родители, пожертвовав абсолютно всем, лишь бы их дитя жило дальше.       Но Драко, конечно же, тоже пожертвовал всем. Это было его тело, его репутация, его свобода. Гарри действительно должен был извиниться за эту кражу, но как только он открыл рот, Драко сказал:       — К слову, я сохраню его.       — О, — в замешательстве протянул Гарри. Он и забыл, что была альтернатива.       — Но я все равно ненавижу тебя, — сказал Драко.       Гарри попытался убрать с лица глупую улыбку, но ничего не вышло. Приблизившись к Драко, он подтолкнул его спиной к гобелену.       — Что ты делаешь? — нахмурился Драко.       Гарри осторожно поцеловал его, преградив путь к отступлению, выставив две руки параллельно его голове, чувствуя под пальцами грубую вышивку древа.       — Выражаю свою признательность, — Гарри опустился чуть ниже, легонько посасывая нежную шею Малфоя.       Драко попытался оттолкнуть Гарри от себя, сжимая мягкий хлопок майки парня в своих руках.       — Думаешь, это так работает? Думаешь, что можешь просто трахнуть меня, и я прощу тебе все то дерьмо, которое ты творил надо мной все эти годы?       — Ну, что-то такое, — уже перейдя к ключицам, пробормотал Гарри. Он знал, что если сосредоточится, реально сосредоточится, то сможет раздеть его и без палочки.       Гарри прикрыл глаза, мысленно произнеся «Эванеско».       — Ты, черт, серьезно, Поттер? — чуть ли не прошипел Драко. Открыв глаза, Гарри увидел, что вся одежда ниже талии у парня исчезла.       Потянувшись рукой вниз, он погладил белоснежное голое бедро Драко. Вновь поцеловав парня, он коснулся теперь свободной и неоспоримой эрекции.       Драко повернул голову в сторону, все еще сопротивляясь, держа Гарри на небольшом расстоянии от себя.       — Видишь ли, — тяжело дыша, ответил он, — это твоя проблема, Поттер. Ты высокомерная выскочка, как всегда говорил Снейп.       — М-м-м, — промычал Гарри, одной рукой расстегивая рубашку Драко, а другой продолжая массировать его бедра. Парень попытался вырваться из его объятий, но, увы, ничего не вышло.       — Даже когда мы были детьми, ты всегда пытался унизить меня перед моими друзьями и семьей. Ох-х-х.       Гарри пытался сказать Драко, что все это, по сути, делал он сам, но когда он издал тихий стон, Поттер ущипнул его за сосок. Его не волновало прошлое, когда настоящее было настолько теплым и сладким.       — Я ненавижу твое лицо. Я ненавижу твой уродливый шрам, который все считают таким особенным, — прохрипел Драко, когда Гарри целовал его скулы. — Я ненавижу твои глупые очки. Кто носит круглые очки? Сейчас гребаный 21 век, Поттер, я бы ни за что не напялил такие очки.       Драко набычился, когда Гарри провел пальцами по отметке Драко на гобелене.       — Мерлин, я ненавижу этот дом, — сказал Драко, когда Гарри медленно потянул рукой крайнюю плоть на его члене, чтобы в следующий момент отпустить. — Я ненавижу, что ты взял все то, что должно было быть моим.       Это заявление было гораздо серьезнее предыдущих, поэтому Гарри сильнее прижал Драко к стене и грубо поцеловал, надеясь, что его лицо покраснеет от двухдневной щетины Гарри.       Вытащив из кармана палочку, он сосредоточился на заклинании «Лубрисиус». Когда Драко затих, он понял, что добился успеха. Протянув руку к заду Драко, Гарри понял, что внутри у него все смазано и расслаблено.       Вдруг внезапная мысль пришла ему на ум: а вдруг эти заклинания были опасны для Драко? Но за последние несколько месяцев он колдовал над ним много раз, и, насколько Гарри знал, все было в порядке. Кроме того, было слишком поздно спрашивать разрешения. На данный момент ему нужно было находиться внутри Драко, нужно было напомнить ему тот момент, когда он впервые смирился с обществом Гарри, напомнить, что их связь настолько мощна, что создала новую жизнь.       Гарри расстегнул ширинку своих джинс и вытащил уже болящий от напряжения член.       — Я ненавижу его, — сказал Драко, даже когда его бедра невольно потянулись к Гарри.       Одним движением Гарри приподнял Драко за талию и, позволив ему обхватить себя ногами, вновь впечатал в гобелен.       Гарри прицелился членом и резким толчком вошел в теплое нутро парня, отчего тот глубоко застонал.       Драко изогнулся, из-за чего его голова ударилась о стенку, а Гарри до побелевших костяшек сжал его задницу, раздвигая ягодицы и подталкивая их к себе.       — Я ненавижу, что ты всегда так по-глупому благороден. Я ненавижу, что у тебя даже нет родителей, чтобы их разочаровать.       Драко впился пальцами в волосы Гарри, оттягивая их, тем самым заставив парня откинуть голову назад, приоткрыв рот, что дало Драко возможность для новой атаки. Они шумно дышали, чуть ли не соприкасаясь губами, им не хватало кислорода, как рыбам, выброшенным на берег.       — Ненавижу, что никогда не узнаю, почему ты здесь. Потому что ты просто чертов гриффиндорец.       Очки Гарри затуманились, но он не мог ничего сделать, чтобы убрать их с носа, поэтому он резко дернул головой, пока они с грохотом не упали на пол. Теперь расстояние между их лицами сократилось.       — Я этого хотел, — ответил Гарри, напрягшись. Драко застонал от удовольствия, уверяя Поттера, что он попал в нужную точку. — Я хотел тебя, — и еще один резкий толчок.       Взгляд Драко расфокусировался, он тихо постанывал, уже будучи не в силах что-то говорить.       — Я хотел всего тебя, — продолжил Гарри, накрывая рот Драко своим, заглатывая его отчаянные стоны, когда он ускорил темп, чувствуя, как приближается оргазм.       — Гарри! — вскрикнул Драко, извергнувшись на майку парня.       Гарри не мог остановиться в этот момент, не мог позволить ему прийти в себя. Он продолжал толкаться и толкаться до тех пор, пока его собственный оргазм не настиг его, с трудом сохранив вертикальное положение.       Они задыхались, их сердца громко грохотали друг о друга из-за близости грудей хозяев, пока Драко не отпустил Гарри из захвата своих ног. Достав из кармана палочку, Поттер очистил их тела.       Драко вздрогнул от накатившего прохладного воздуха и внезапной сухости и сильнее запахнул свою рубашку.       — Иди сюда, — спокойно сказал Гарри, ложась на пол и потянув за руку за собой Драко. Малфой прижался всем телом к нему, положив голову ему на грудь, щекоча своими волосами подбородок Гарри.       Поттер знал, что Драко жертвовал гораздо большим, чем он сам, но надеялся, что в его объятиях и с послевкусием ушедшего оргазма ему станет немного легче.       — Я говорил, что ненавижу твой шрам? — глухо пробормотал Драко ему в грудь.       Гарри улыбнулся и медленно погладил его рукой вверх-вниз по спине.       — Тебе лучше?       — Заткнись, Поттер, ты рушишь момент, — ответил он.       — Ты выйдешь за меня? — спросил Гарри, обдав макушку Драко своим теплым дыханием.       — Я так полагаю. Но я не хочу жить в Лондоне, — наигранно горестно вздохнул Драко.       — Хорошо, — невесомо поцеловал его волосы парень.       — А еще я хочу твоего эльфа.       — Сейчас он работает в Хогвартсе, — улыбнулся Гарри.       — Ты забрал моего эльфа, так что я хочу твоего. Это справедливо.       Гарри ущипнул Драко за бедро, вызвав у него возмущенный вскрик.       — Ты огромная заноза в заднице, ты знаешь это? — спросил Гарри.       — Ну, в данный момент это ты застрял сейчас со мной. Так что привыкай…