Перекресток семи дорог. Встреча пятая
7 февраля 2018 г., 16:33
— Лали! Если ты немедленно не отпустишь Кристиана, у нас завтра будет не свадьба, а похороны.
Лали, прекратив визжать, но не разжимая охвативших шею Кристиана рук, посмотрела поверх его плеча на качающего головой Николя.
— В любом случае, без работы я не останусь! — уже под всеобщий смех она наконец отпустила Кристиана, который, немного отстранившись, посмотрел на нее.
— Ты совсем не изменилась, — улыбнулся он, — такой же острый язычок, решительная хватка и истинно бразильский шарм.
— Ага. И такой же оглушающий фальцет, — раздался голос от ворот, повернувшись на который, все увидели приближающегося мужчину, рядом с которым шел Дэймон. Мужчина остановился и повернулся к нему. — И на кой я вас, молодой человек, спрашиваю, мы тогда динамики тащили?
— А на той, — Лали отпустила Кристиана и под молчаливые улыбки друзей подошла к мужчине, положила руку ему на плечо, — что истинно бразильские девушки предпочитают танцевать под громкую музыку. Здравствуй… Себастьен… — она вдруг притихла и положила голову ему на плечо. Его рука привычно легла на ее талию, словно и не было этих двадцати с лишним лет.
— Заметьте, — через какое-то время нарушила затянувшуюся тишину Элен, — Лали первый человек, который не спрашивает, что происходит.
— А наша Лали всегда была рада любому шабашу… — засмеялась Джоанна, подходя к Кристиану.
Услышав ее голос, Лали отпустила Себастьена, обернулась и…
— О, Боже! — Себастьен бросился за ней, успев поймать прежде, чем она набросилась на Джоанну, которую, к слову, Кристиан под всеобщий смех тоже успел убрать с дороги торнадо по имени Лали до того, как он настиг их.
***
— Господи-и-и-и! Как же хорошо! — Лали потянулась, вытянув руки вверх. — Спасибо, не стоит, — улыбнувшись, отказалась она от предложенного Дэймоном стула и еще крепче обняла за шею Себастьена, на коленях которого и сидела. Мест для всех на террасе даже за большим столом уже не хватало. Брайану и Дэймону пришлось принести дополнительные стулья из дома. — Да, для полного комплекта не хватает еще двоих, — усмехнулся Николя, протягивая сидящей рядом с ним Элен сок. — Скоро будут, — улыбнулась подошедшая Саша, ставя на стол кувшин с морсом. — Они только что звонили. Я слышала, как они обсуждали, что лучше — оливки или маслины. — Саша, тебе надо было их раньше просить приехать, — повернулась к ней Лали, — потому что, когда эти двое обсуждают стол… — смех Лали утонул во всеобщем смехе. — Боюсь, сегодня ночью они не дадут спать никому. — Мне сегодня ночью в любом случае вряд ли удастся поспать… — улыбнулся Кристиан. Элен кивнула в знак солидарности. — Пап… — Саша подошла и обняла его со спины, — ты что… волнуешься? — Вообще-то я не каждый день выдаю дочь замуж, — Кристиан накрыл ее руки своими. — А мне нужно будет довести до ума букет, — сказала Элен. — К тому же ночью привезут цветы для украшения террасы. Надо будет принять. — Я тебе помогу, — наклонился к ней Николя, — все равно нужно будет настроить сразу вечерний свет. — Неужели только нам нет необходимости бодрствовать ночью? — глядя на Себастьена, спросила Лали. — Но мы все равно не будем спать. За компанию, — кивнул Себастьен. — Так дело не пойдет! — покачала головой Джоанна. — Если вы все не будете спать ночью, как вы будете завтра на свадьбе выглядеть? Я представляю эту картину: клюющий носом отец невесты, кривые фотографии засыпающего фотографа, заплетающийся язык тележурналистки… — Джоанна права, — Саша наклонилась и облокотилась подбородком о голову отца, — нам всем надо поспать. Жаль, наших запасов валерьянки на всех не хватит. — Ничего, — Лали невозмутимо посмотрела на друзей, — моих хватит на две наши компании. А вы что думали? Я, как черепаха, толстокожая? Я ж куда, думала, еду? На свадьбу дочки какого-то старого хрыча! Это ж сколько надо валерьянки, чтобы ещё и улыбаться на таком мероприятии, думала я. И снова дружный смех спугнул зазевавшихся чаек. — Кстати, — Лали сняла с протянутой Себастьеном вилки помидорку, — похоже, у нас не только встреча старых друзей, но и знакомство с новыми? — Здесь собрались все, хорошо, почти все, — поддержал Лали Себастьен, — друзья Кристиана. Я еще тогда в университете мечтал, что может быть однажды познакомлюсь с тем, кто был частью нашей группы до меня, но всегда считал свои мечты чем-то из разряда фантастики, и даже не предполагал, что однажды они сбудутся. Себастьен выглянул из-за спины Лали и повернулся к сидящему как раз рядом с ним Этьену. — Никогда не пытался заменить вас, потому что видел, что, даже покинув группу, вы остались частью ее, — протянул он ему руку. — Сейчас я понимаю, что и группа все эти годы была частью меня, — голос Этьена вдруг дрогнул, он пожал протянутую Себастьеном руку. Во вдруг воцарившейся тишине, казалось, было слышно неровное дыхание пытавшихся совладать со своими эмоциями мужчин, тихое, словно взмахи лебединых крыльев, касание их плеч руками женщин и бесконечное, словно небо над морем, счастье, оглушающее всех своей звенящей тишиной. Из всеобщего оцепенения всех вывел настойчивый звонок в ворота, и то не сразу. — Та-а-ак… — Николя поднялся из-за стола, загадочно зазывая остальных сделать то же самое. — А я говорю — оливки! Они лучше гармонируют с рыбой, — мужчина шел по дорожке, то и дело оборачиваясь к идущей за ним женщине, и отчаянно жестикулируя. — Маслины ярче оттеняют вкус, да и на столе смотрятся выигрышнее, — пыталась она сопротивляться ему. — И вообще, ты обещал слушать мое мнение, а пока что только и делаешь, что пытаешься настоять на своем. Что должно произойти, чтобы ты перестал пытаться единолично принимать решения? — Вселенский потоп, всемирная засуха или воскрешение призраков прошлого, — ответил мужчина, подходя к столу, за которым их ждал, судя по всему, хозяин дома, он же — отец невесты. — Ну, первое и второе это не ко мне, — сидящий за столом медленно поднялся, все еще стоя к ним спиной, но его голос уже заставил их замереть, — а вот третье… Мужчина открыл рот, а женщина наоборот — закрыла рукой, когда он обернулся к ним. — Черт с тобой… пусть будут маслины… — дрогнувшим голосом произнес Жозе, подойдя к столу и крепко обнимая Кристиана. Бенедикт же, замерев, смотрела за их спины на выходящих из дома Элен, Николя, Лали, Себастьена и других, пока незнакомых ей людей.***
— Можно. Саша обернулась на стук в дверь. Та открылась, на пороге стоял Кристиан. Саша встала из-за туалетного столика и подошла к нему. — Все разошлись? Она улыбнулась, вспомнив прошедший день. Как маленький ребенок, долго делавший подарок для любимого папы и волновавшийся за результат, а потом наблюдавший его своими глазами, ждет реакции на него, так она сейчас ждала реакции Кристиана. Хотя все и так было понятно без слов. Взволнованный, счастливый, растерянный… это все сейчас было про него. — Да, почти… — Кристиан подошел и сел на диван, протянул Саше руку. Она присела рядом. — Спасибо тебе… — Я и так была бы счастлива, — сказала она, облокачиваясь рукой о спинку дивана. — Завтра моя свадьба, мы в райском месте, просто созданном для такого случая. Но видя тебя сейчас, я счастлива вдвойне. — Как тебе это вообще в голову пришло? — улыбнулся он, глядя на нее. — Просто пришло и все. — Тяжело было всех найти? — Не особо. Сложнее всего было убедить Кати. Ну, и с Лали чуть все не сорвалось, — засмеялась Саша. Кристиан понимающе кивнул. — Где они все? — Элен и Николя ждут цветы. Элен пока заканчивает букет. Николя параллельно проверяет свет. Себастьен настраивает звук, Лали пытается ему не мешать, — Кристиан и Саша одновременно засмеялись, видимо, представив эту картину. — Жозе и Бенедикт прикидывают расстановку столов, и он все еще пытается склонить ее к оливкам. — А Кати и Этьен? — Они куда-то исчезли… но думаю, у них все будет хорошо, учитывая, как Кати смотрела на него в аэропорту. Надеюсь, — Кристиан вздохнул, — он не повторит моей ошибки, совершенной когда-то и не станет играть в гордость. — Не станет… — Саша коснулась его руки. Ее душа чувствовала только радость и покой вокруг, никаких тучек, даже легких облачков. Только ясное небо. — Ладно, — Кристиан взял ее руку и сжал, — пора и правда спать. Завтра пусть радостный, но волнительный день. Я только что видел, как Дэймон стащил у Лали упаковку валерьянки. Саша засмеялась. — Я приду к тебе завтра к десяти, — он поднялся и направился к двери. — Пап… — Саша окликнула его уже у двери, он остановился, повернулся к ней, — я люблю тебя… Он улыбнулся и тихо закрыл дверь. Саша подошла к окну. Николя настраивал свет, Себастьен что-то бурно доказывал Лали, Жозе и Бене рисовали на листочке, то и дело прикладываясь к оставшимся после ужина маслинам. А в стороне, под виноградниками, в свете фонаря сидели двое и просто молча целовались.
