One Night

Начало. Пятница: Кара находилась на грани сознания, единственное, что её удерживало на плаву это голос Лены. Та сидела справа от Кары, положив свою руку поверх руки девушки, иногда поглаживая её по пальцами. Кара еле чувствовала это, но эти невесомые прикосновения, давали ей огромное ощущение комфорта. Лена постоянно говорила, обо всём понемногу, правда у Кары не хватало сил, чтобы внимательно слушать её, но голос Лены, так приятно текший через её сознание был лучшим лекарством для больной головы. – Я не знаю слышишь ли ты меня, – говорила Лена, – но есть много исследований о людях находящихся в коме. Ты конечно технически не в ней, но то, что происходит с тобой, очень похоже, по крайней мере мне так кажется. В любом случае, разговор должен помочь. Иногда они могут слышать, а иногда просто звучание знакомого голоса успокаивает их. И, ещё… это заставляет меня чувствовать себя лучше, делать вид, что ты слышишь меня, делать вид, что с тобой всё будет в порядке. Что мы обе будем в порядке. Она говорит почти постоянно, только иногда останавливаясь, чтобы отдышаться. Кара засыпает под её голос и просыпается под него. Ей хотелось сказать Лене, чтобы та тоже прилегла и немного отдохнула, но её тело по прежнему отказывалось реагировать на сигналы посылаемые мозгом. – Здесь серые стены, похоже на какой-то металл, скорей всего это свинец, чтобы блокировать твои силы. Тебя беспокоит то, что я теперь знаю кто ты? Я знаю, что это была криптонитовая пыль, и что это с твоей родной планеты и это единственное, что может ослабить тебя. Тебя беспокоит то, что я знаю, что свинец блокирует твоё рентгеновское зрение? Может быть это было… исследования Лекса они были… это всё не должно было привести к его краху. Ему было просто любопытно, он хотел знать, как Супермен мог существовать. Мне… боже, я надеюсь, что ты меня не слышишь сейчас, мне тоже было интересно. Поэтому я помогала ему. Я не понимала куда его заводят эти исследования, пока не стало слишком поздно… Вот… в общем стены здесь серые. Я нашла три камеры, две висят в углах по обе стороны от двери, одна прямо над моей головой и смотрит на дверь. Я пыталась понять, если здесь слепые зоны, но если не считать потолка, то они могут видеть всё. Лена усмехнулась над собой. – Я не знаю, зачем рассказываю это тебе… наверно тебя это не очень волнует. Может тебя больше волнуют мои исследования в L-corp? Я не хочу утомлять тебя, но я чувствую… мне кажется, что мне нужно говорить с тобой. Сейчас мой главный проект это найти способ излечения рака. После того, как Джек… в общем я должна попробовать. Кара слушает о всех плюсах и минусах этого проекта, и вновь медленно проваливается в сон под успокаивающий голос брюнетки. Через некоторое время девушка просыпается, но не слышит голоса Лены. Она подумала, что возможно Лена всё таки заснула, и внезапно Кара ощущает себя мучительно одинокой. Она успела испугаться, пока вдруг вновь не послышался голос брюнетки, как будто она почувствовала её страх. – Я влюбилась в тебя, – медленно проговорила Лена, её голос был мягким, хоть и немного напряжённым из-за постоянного разговора, – Ты наверно знаешь это. Я не думаю, что достаточно хорошо скрывала это, – сердце Кары подпрыгнуло в груди, её пальцы буквально зудели от желания пошевелиться, сделать хоть-что-нибудь, например поцеловать Лену и сказать ей, что она тоже любит её, – иногда, я думала о том, что ты чувствуешь тоже самое. Ты всегда так смотрела на меня, своими удивительными глазами… у тебя очень красивые глаза…так, будто я важна тебе. Ты очень важна, думает Кара, и как же её раздражает то, что она не способна сказать ей это сейчас. Всё что остается девушке это внутренний рык на всю эту ситуацию. – Но это ведь не так, верно? Ты же Супергёрл… это конечно имело смысл. Всё это мужество, честность, благосклонность, надежда. Твоя вера в людей, даже если они не заслуживают этого. Кара почувствовала напряжение в груди и как сдавило её горло, и она понимала, что это не из-за криптонита. – Она, Супергерл, – продолжила брюнетка, – смотрела на меня так же. Я и правда должна была сложить всё вместе, но порой мы не замечаем именно того, что происходит у нас под носом. Лена снова замолкает и так как Кара не способна шевелиться, то она просто максимально напрягает уши, в надежде на то, что Лена скажет что-нибудь ещё. Но всё что она слышит это размеренное дыхание брюнетки. Кара максимально настраивается на него и поэтому она готова, когда Лена открывает рот, чтобы вдохнуть и продолжить свой монолог: – Я не… я не злюсь на тебя за то, что ты скрыла это. Я понимаю. Я, правда, не злюсь. Ох, или я просто не хочу. Ты спала в моей кровати, ты спасла меня и отнесла домой, а потом пришла ко мне той ночью, как будто это была не ты… как Кара и я плакала в твоих объятиях. Ты видела, что я разбита и ты пришла, так будто ты ничего не знаешь и ты спала в моей постели. Это… – её голос внезапно сломался, она резко вдохнула, явно пытаясь сдержать слёзы, – я… я думала, что я знала тебя. И я не хочу злиться. Но думаю, что я всё таки имею на это право, верно? Просто несильно. Лена снова замолкает. Она убирает свою руку с руки Кары и следующее, что чувствует блондинка, это как Лена гладит её по голове, пропуская волосы через пальцы. – Я ужасна, не правда ли? – тихо бормочет брюнетка, так что Кара еле разбирает её слова, – Ты лежишь тут без сознания, из-за моей матери, а всё что меня интересует, злюсь я на тебя или нет. Давай заключим сделку? Если ты проснёшься, я обещаю не злиться на тебя. Даже немного. Только пожалуйста, Кара, проснись. Суббота: Кара проснулась от грохота, раздавшегося при резком открывании двери и ударе её о стену, в комнату вошли Лилиан и Хэншоу. Она почувствовала, как рядом с ней вздрогнула Лена, кажется она придвинулась ближе, пока Кара спала, так как её бедро, чувствовало тепло от плеча брюнетки. Кара на мгновение забыла где они и что происходит, пока не поняла, что Лена отстранилась от неё и встала. – Теперь, дорогая, без глупостей, – проговорила Лилиан, – я не хочу, чтобы мистер Хэншоу поранил тебя. – Что ты делаешь? – спросила Лена, в её голосе слышался страх и злость, – прекрати! Нет… Голос Лены вдруг стал приглушённым, Кара слышит только звуки борьбы, но она быстро прекращается. – Тихо, я тебя предупреждала. Теперь покончим с этим. Чувства Кары притуплены, но не настолько сильно, чтобы она не почувствовала иглу, которая проткнула кожу на внутренней части локтя. Затем появилось какое-то тянущее ощущение и Кара поняла, что Лилиан начинает вытягивать из неё кровь. Женщина повторила этот процесс три раза, и к головной боли прибавилось головокружение от такой потери крови. – Пошли, – проговорила Лилиан, – мы закончили. Кара слышит грохот рядом с собой, и судя по стону, это Лена, которую Хэншоу отбросил в сторону. Злость закипает в груди Кары. И сейчас она выжигает её больше, чем криптонит в её легких. На секунду она думает, что она в состоянии двигаться, для того чтобы встать и впечатать Хэншоу в стену и улететь вместе с Леной на руках. Но пока она думала об этом, дверь захлопнулась, а она так и осталась неподвижно лежать. Справа от неё теперь раздавались всхлипы брюнетки. Каре так хотелось проверить её, открыть глаза и увидеть, что с той всё в порядке. – Мне так жаль, – сквозь слёзы прошептала Лена, – Кара, мне так жаль, что они делают тебе больно. Я сожалею… Кара слышит звук разрываемой ткани, а затем что-то прижимается к её коже. – Это поможет остановить её, – мягко произнесла Лена, – я не хочу рисковать. Она взяла очень много крови. Прости. Кара хотела бы сказать Лене, чтобы та прекратила извиняться, что та ни в чём не виновата. Это вина Кары. Ведь понятно, что Лилиан ничего не хотела от Лены. Она была просто средством для достижения цели. В конце концов, ей нужна была она и её кровь. А Лена просто оказалась между двух огней, между её матерью и Суперами. Кара больше всего на свете хотела сказать это Лене, вместо того, чтобы слушать её бесконечные извинения. – Лена, ради бога, – послышался голос Лилиан, видимо через внутреннюю связь, – хватит извиняться перед этой… вещью. Имей хоть каплю самоуважения. – Она не вещь, мама, – голос Лены вновь был холодный и опасный, – она моя подруга. Мой лучший друг и лучший человек, чем ты когда либо смогла бы стать. – Она пришелец, Лена. Она угроза нашей безопасности, безопасности всего мира. Ты действительно думаешь, что она заботится о тебе? Нет, Лена. Они не способны любить людей. Такие, как она и Супермен, они думают, что они выше нас. Они думают, что они неприкосновенные боги. Как они могут полюбить человека? Зачем ей любить тебя? – Ты не знаешь её. Ты ничего не знаешь о ней. Кара, добрая и бескорыстная. Она лучше, чем любой из людей, которых я встречала. Конечно, лучше чем ты и она… она заботится… Последние слова Лена прозвучали так, будто она пыталась убедить себя также, как и свою мать. – Нет. Ты же помнишь, что случилось в прошлом году? Пришельцев, которые напали на Нэшинал-Сити? Ведь им это почти удалось. Они не видят в нас тех кого надо спасать. Мы просто люди, маленькие и одноразовые. В сердце Кары неприятно кольнуло при упоминании Астры и Нона. Она понимала, что Лилиан не знала. И Лена тоже не знала. Никто из них не знал, что они были в небольшом заблуждении, и что Нон сошел с ума из-за потери любимой. Они не знали, что Астра была доброй и пыталась помочь. Разумеется их методы были крайне неправильными, но ими двигало знание о том, что бывает когда ты не можешь остановить конец света. Кара хотела бы их ненавидеть, она старалась их ненавидеть, но она не могла, потому что она понимала, и она ненавидела себя за это. – Да, помню, – ответила Лена, – а также я помню, что именно Супергёрл всех спасла. – Супергерл и её двоюродный брат и все те другие «хорошие» инопланетяне в которых ты веришь, одинаково легко могут нас уничтожить и спасти. Однажды Супергёрл была в плохом настроении, как раз за несколько недель до мириады, и она чуть не уничтожила город. Просто так. Потому что ей так захотелось? – В новостях сказали, что она была под воздействием какого-то наркотика. – Новости лгут. Ты действительно думаешь, что можешь доверять ей? Мы не знаем, почему Супергерл решила терроризировать город и мы не знаем, почему она решила остановиться, но мы знаем, что если она решит сделать это снова, нет никакой гарантии, что мы сможем защититься от неё. Лена отчаянно и резко выдохнула. – Мы не нуждаемся в то, чтобы останавливать её. Кара милая и добрая и она замечательная. Единственный кто терроризирует этот город – это ты. Лилиан, усмехнувшись, ответила. – Я пытаюсь спасти этот город и всех его жителей. И со временем ты поймёшь это. Я просто пытаюсь защитить тебя. Затем послышался звук отключения связи и наступила тишина, в которой слышались только гневные вздохи Лены. – Она отвратительна, – сердито говорит Лена, – я хочу сказать, что я конечно знаю насколько она ужасна, но я всё время надеюсь, что она не так плоха, как я думаю, и что однажды я проснусь и она снова станет холодной и отрешённой от моих дел матерью, какой я помню её. Но нет, она реально сумасшедшая убийца, как и мой брат. – Ты же остановишь меня, верно? – через паузу продолжила Лена, – если я начну… если я буду делать что-то, как это… ты остановишь меня. Если я однажды проснусь сумасшедшей, запри меня, прежде чем я смогу навредить кому-то, хорошо Супергёрл? В этот момент пальцы Кары дёрнулись. Может быть дёрнулись. Или Кара выдумала то, что они двигаются, потому что она так хотела коснуться Лены и подарить ей немного тепла и комфорта. Они буквально горели от напряжения. Она злилась на Лилиан, на Лекса, на себя. Она злилась на всех, кто заставлял Лену сомневаться в себе, бояться себя и тем кем она может стать. – Я, думаю, что однажды я сойду с ума, – продолжала Лена, кажется смирившись с этим, – но сейчас я могу… я могу защитить тебя. Мир нуждается в Супергёрл. Может ему не очень нужна очередная сумасшедшая Лютор, но ему нужна ты, так что я сделаю всё, чтобы ты выбралась отсюда целой и невредимой, договорились? Кара не успела полностью обдумать то, что Лена сказала, как почувствовала что её тело приподняли и подтащили вверх. Это было довольно неуклюже. Кара мёртвым грузом висела на руках Лены, через секунду она почувствовала, что будто падает, но девушка почти тут же вновь хватает её и двигает в сторону. Затем Лена ложится рядом, на её плечо, прижимаясь к ней, затем она ещё некоторое время елозит около неё, чтобы получше улечься на груди Кары. – Я не знаю слышишь ли ты меня или чувствуешь всё это. Я не знаю больно ли тебе, но если это так , то я с тобой Кара, хорошо? Я с тобой. Я с тобой.