One Night

– Хорошо, вот схемы здания, – сказал Джонз агентам, собранным вокруг него, – одна группа пойдёт с южного входа, другая с северного. Уинн просканировал здание, и это даёт нам основания полагать, что там есть подвал, не указанный на этих схемах. Попасть туда – наша цель. Будьте осторожны при входе, мы не знаем, что там найдём. Лена стояла поодаль, опираясь на стену офиса ДЭО в Метрополисе. Они прилетели в город накануне вечером под вымышленными именами и покровом тьмы. Лена наблюдала за тем, как ДЭО готовится к операции. Агенты перед ней стояли плечом к плечу, одетые в бронежилеты и держащие оружие. Они готовили этот план уже полтора дня. Речь Джонза была просто напоминанием. Часть Лены была расстроена, что её не включили в состав группы, штурмующей здание. Ей казалось, что должно быть что-то, что она могла бы сделать, но логически она понимала, что совершенно не обучена этому. Ей было немного обидно, что ДЭО без неё закончит то, над, чем она работала последние несколько недель. – Мы входим и выходим, – добавила Алекс, – мы ищем Лилиан Лютор и Хэнка Хэншоу. Внимание Хэнк Хэншоу был улучшен. Он очень силён, по нему стрелять только бронебойными патронами, остальное его не возьмёт. Также он может стрелять лазером из одного глаза. Помните об этом, когда будете приближаться к нему. Также имейте ввиду, что у целей может быть подмога и они могут владеть инопланетным оружием. – Мисс Лютор, есть что добавить? – спросил Джонз, обращаясь к ней. Все агенты обернулись и посмотрели на неё с нечитаемыми выражениями лиц. Лена задумалась о том, что они о ней думают. Что она просто очередной Лютор? Они уважают её? Или же их внимание просто попытка угодить директору? – Не стоит недооценивать мою мать, – начала она, – у неё всегда есть козырь и у неё нет чувства милосердия или какой-то человечности. Не думайте, что она ценит вашу жизнь. И ещё… спасибо, что делаете это. Я знаю многие думают, что я такая же, как и моя семья. Отчасти они правы. Я была воспитана ими и многому научилась у них. Но я не ненавижу пришельцев. И я даже не боюсь их. И Супергёрл… она очень дорога мне. И я также как и вы, а может даже и больше, хочу чтобы любой кто является угрозой для неё сидел за решёткой. Спасибо, что делаете то, что я не могу. Волна удивления проходит через группу агентов, и Лена уверена, что она не придумала себе, что они немного расслабились. – Пожалуйста, мисс Лютор, – ответил Джонз, – но мы это делаем не для тебя. Агенты приготовились, мы отправляемся в… Но тут внезапно зазвонил телефон Алекс, не давая ему договорить. Она вытащила его и тут же нахмурилась, увидев имя звонившего. – Супермен? – ответила она с удивлением, – всё в порядке? Комната всё ещё наполнена эхом имени героя, Джонз напряжённо смотрит на Алекс, в ожидании дополнительной информации. Лена надеяться, что если Супермен и нуждается в помощи ДЭО, то это может подождать, потому что она боится, что чем дольше они ждут, тем больше шансов, что её мать сбежит навсегда. – Уинн, – внезапно отчаявшимся голосом разрушает повисшую тишина Алекс, – мне нужно, чтобы ты отследил Супергёрл. Где она сейчас находится? – Секунду, – слышится голос Уинна через динамик. Он остался в Нэшинал-Сити, так как он может выполнять свою работу удалённо, но он был подключен к их наушникам, готовый подключиться в любое мгновение, – чёрт, мы потеряли её сигнал около десяти минут назад. Она приближалась… так ладно… это не хорошо. Она приближалась к 4500 Аламо Авеню в Метрополисе. Сердце Лены рухнуло вниз. Адрес был ей знаком. Потому что она смотрела на него в течении нескольких дней и в настоящее время он мигал на экране позади неё для всех агентов. 4500 Аламо Авеню, это адрес по которому они собирались провести штурм всего несколько минут назад. Там, где Лилиан Лютор. – Агенты! – прокричал Джонз, призывая их всех обратить на него внимание, – приготовьтесь к отъезду через десять минут. Супергёрл находится в здании и потенциально недееспособна. Новая цель миссии – спасение. Она наш приоритет. Агенты разом сдвинулись с места, чтобы закончить последнюю подготовку и загрузить всё в фургоны, которые доставят их к зданию. Лена быстром шагом пересекла комнату и направилась к Алекс всё ещё разговаривающей по телефону с Суперменом. – Хорошо, мы выходим, Супермен. Оставайся на связи, – заканчивает с ним разговор Алекс. – Что случилось? – спросил Джонз. – Она искала историю, – ответила Алекс, покачивая головой, – ты же знаешь, какая она упрямая, когда находит, что-то интересное. Похоже какой-то пришелец рассказал ей об этой области в Метрополисе, в радиусе мили от Sуnc Tech, куда не могут пройти пришельцы. Здесь им становилось плохо, появлялись головные боли и всё такое. Кара конечно, – прорычала Алекс, – решила, что было бы хорошо если бы она пошла одна без поддержки. Она написала Кларку пятнадцать минут назад, сказав что чувствует себя ужасно, но что она продолжит путь, и если она не ответит, то он должен позвонить мне. – Проклятие! Раз это влияет на пришельцев, то наверно я не смогу вам помочь, но я зайду так далеко, насколько смогу. Они понимают, что мы прийдём за ней, поэтому будьте готовы к сопротивлению. Алекс кивнула и отошла от них, ей нужно было подготовиться к операции. Джонз повернулся и посмотрел на Лену. – Вы можете предположить что это за устройство, которое отвадило всех пришельцев от этого места независимо от вида? Лена покачала головой. – Нет, я никогда не слышала о таком. Я знаю, что Лекс нашёл все виды вещей, феромонов, токсичных веществ, такие как криптонит и тому подобное, чтобы держать пришельцев в страхе, но все они были специфичны для конкретного вида. Я не знаю ничего из того, что у него было, что действовало бы так. – Уинн!!! Просканируй область, посмотри, можешь ли ты понять что это за устройство. – Есть босс, но у меня нет ни малейшего представления о том что искать, так что это займёт некоторое время. – Начни со звуковых частот или чего-то в таком роде, – вставила Лена, – согласно бюджетным отчётам, последний проект этой компании связан с улучшением специфики частот на радиоволнах. – Принято. Лена отошла и паника вновь атаковала её. Кара где-то там с её матерью и Лена совершенно не хочет представлять, что может произойти. Она вдруг почувствовала себя идиоткой за то, что оттолкнула Кару. Может быть если бы она этого не сделала, Кара не была бы там, или она сказала бы Лене об этом и Лена смогла бы защитить её. Или может быть они просто были вместе последние десять дней, вместо этого, Лена ночевала в офисе, чтобы избежать сна в одиночку и прятала от самой себя свой телефон, чтобы не позвонить Каре. – Мы её вернём, – проговорил Джонз, взяв её за руку в утешительном жесте, – я обещаю, мы не позволим, чтобы с ней что-то случилось. Лена смотрела на него и видела в его глазах беспокойство смешанное с доброжелательностью. – Мне пора идти, будьте сильной, мисс Лютор. Она кивнула, а затем он ушёл. Лена прижала руки к своей груди, пытаясь успокоить своё сердце. ••• Кара пришла в себя от удара по лицу. Она бежит по комнате, пытаясь разогнать себя суперскоростью, но это заканчивается падением на колени, когда её вновь охватывает головокружение. Она еле поднимает голову, смотрит вверх и видит Лиллиан и Хэнка стоящих рядом с друг другом в конце комнаты. Она попыталась встать, чтобы схватить их, но это закончилось обратным падением на локти. С трудом, Кара толкает себя вверх и опираясь на стенку приподнимается. Она смотрит на Лилиан, та в свою очередь с любопытством наблюдает за ней, но потом разочаровано вздыхает. – Когда ты появилась у ресепшена, я подумала, что ты каким-то образом смогла обойти действие сигнала. Но кажется это не так. И видимо ты пришла сюда без поддержки. – Мне не нужна помощь, – прорычала Кара и попыталась сделать шаг вперёд, но в конечном итоге она отступила назад и закрыла глаза из-за ослепительной боли пронзившей её голову. – Как это ощущается? – спросила Лилиан, – мне немного любопытно. Я не была в Нэшинал-Сити, когда была запущена Мириада. Люди говорили, что это довольно болезненно. – Мириада? – с трудом переспросила Кара, ей было сложно уследить за логикой Лилиан. – Да. Отличный подарок от твоих… тёти и дяди, не так ли? Лекс сначала не был уверен в ваших отношениях, но он предположил, что вы как-то связаны. Мы заметили, что ты проявила к ним снисхождение, к тем кто чуть не уничтожил твой город. Не самая лучшая идея, Супергёрл. – Я не.. я не понимаю. – Я полагаю в этом есть смысл. Я слышала, что сильная головная боль влияет на мыслительные процессы. Поэтому я объясню тебе максимально просто, чтобы тебе не пришлось слишком много думать. После того, как произошла Мириада, правительство захватило устройства, которые использовали криптонцы для нарушения радиоволн и захвата человеческих разумов. В конце концов эта технология оказалась у Кадмуса. Она была великолепна, людям предстояло потратить десятки лет, чтобы прийти к чему-то подобному. Было очень трудно понять, как настроить её для управления разумом. Но мы быстро разобрались, как использовать её, чтобы причинить огромное количество боли чему-то нечеловеческому. Ведь ни один пришелец не пострадал от Мириады, и мы просто изменили настройки. Что может быть лучше, чем держать пришельцев подальше с помощью небольшого контроля разума. Кара застонала. Она должна уйти. Эта единственная мысль, которая сейчас была у неё в голове. Она осмотрелась, но там была только одна дверь, за которой было неизвестно что, и вряд ли Лилиан позволит ей спокойно дойти до лифта. Кара чувствует, как отчаяние всё сильнее и сильнее охватывает её и наконец она решает попробовать единственный вариант, что у неё остался. Её цель состояла в том, чтобы взлететь и пробиться вверх, как можно дальше от сигнала Мириады, чтобы освободиться от его эффекта. Но Хэншоу предвидел её движение, он бросился вперёд и схватил её за лодыжку, не давая улететь и бросая на землю. Ей не было больно, но на неё вновь накатило чувство тошноты, которое оставило без сил. – Отпусти её, – вздыхает Лилиан. Хэншоу посмотрел на неё с удивлением. – В этом состоянии она ничего нам не сделает. И, к сожалению, нам надо идти. Хотя она и не пришла с поддержкой, они безусловно скоро начнут её искать. Забери Лекса наверх, встретимся там, мы должны выдвигаться. Хэншоу без колебаний направился к лифту, оставляя Кару на полу. Лилиан сделала два шага вперёд и внимательно посмотрела на неё. – Приходить сюда одной было очень глупо, Супергёрл, – сказала Лилиан, – я была удивлена, когда ты нашла эту базу. Я думала, что достаточно хорошо замела следы. Но ты пришла сюда, не зная, что ты обнаружишь. Как ты сделала это? Как узнала? А знаешь на самом деле это не важно. Ты явно не ожидала здесь найти меня, а иначе бы привела сюда свою сестру и марсианина. Лилиан присела на корточки и протянула руку, убирая прядь волос с её лица, а затем посмотрела на неё и можно было бы подумать, что с нежностью, если бы с её губ не слетали слова с таким отвращением в голосе: – Что в тебя такого? – вопрос был задан явно риторически, – как ты смогла соблазнить мою дочь и настроить моего прекрасного мальчика против меня? Это даже не удалось сделать Супермену. – Я люблю Лену, – быстро ответила Кара, – и я не настроила Лекса против тебя. Это сделала ты. Лилиан убрала руку с её волос и в следующую секунду она наотмашь ударила Кару. – Не смей произносить его имя. Такое существо, как ты, не имеет на это право. Лилиан встала и ещё раз ударила Кару, и герой уже не смогла себя поднять. – Посмотри на себя, – усмехнулась женщина, стоя над ней, – такая слабая и жалкая. Я многое бы могла сделать с тобой, но, к сожалению, мне пора идти. Не волнуйся, Супергёрл, мы скоро увидимся. Лилиан повернулась и пошла по коридору. Кара приложила максимум сил чтобы подняться, она не могла дать Лилиан вновь уйти. Но через мгновение тьма поглотила её. ••• Они оставили Лену в фургоне с одним из агентов, который смотрел на мониторы и не двигался. Со своего места она слышала только треск раций, но ничего не видела. Алекс и её команда выскользнули из фургона, примерно за десять минут до этого, и они всё ещё не начали штурм здания, это заставляло Лену всё больше нервничать. Чем дольше Кара находилась там, тем тревожнее ей было. Лена знала, что если её матери дать достаточно времени, то она просто убьёт Кару, и Лена ненавидела их, за то, что они давали ей его. – Главная команда у запасного выхода. Наблюдайте за крышей и остальными выходами, - послышался голос Алекс из динамика рации. Пауза, затем послышался голос другого агента. – Команда B на позиции. – Всем командам отчитаться, – вновь раздался голос Алекс. – Команда А на позиции. – Команда B на позиции. – Команда С на позиции. – Все команды на месте. Главная, заходите. Последующая тишина, казалась Лене неимоверно долгой, она подумала что может сойти с ума от неизвестности, затем она слышит выстрелы и вздрагивает. Связь быстро оживает. – Команда С, мы нуждаемся в подкреплении! – кричит Алекс, – главная команда удерживать позицию. Град выстрелов только увеличивался, Лена с трудом справлялась с волнами паники накатывающие на неё одна за одной. Она боялась, что там кого-нибудь убьют, потому что без сомнения это будет её вина. Ведь там её мать, использующая разработки её брата. Вдруг внутри здания раздался громкий взрыв, а затем повисла тишина, пока голос Алекс не разорвал её. – Уинн, это сработало. В ответ из рации раздался радостный вопль Уинна. Лена была в недоумении. – Что это было? – спросила она, агента сидящего рядом, но он по-прежнему не отрывал взгляда от мониторов. – Это моя разработка, – послышался голос Уинна, удивляя Лену. Она не знала, что фургон связан со всеми коммуникациями, – но это была твоя идея. – Что ты имеешь ввиду? – Я модернизировал генератор поля, что ты использовал на гала-концерте. Я сделал его портативным, размером с портфель и настроил на частоту, которую излучают электронные части Хэншоу. Довольно круто, да? – Да, – ответила Лена, – это довольно круто. Но её внимание тут же вернулась к треску раций. – Команда С, вытаскивайте его оттуда, прежде чем он очнётся. Мы не знаем, как долго продлиться действие устройства Уинна. Не забудьте одеть на него наручники из прометея. И убедитесь, что устройство рядом с вами, на случай если он очнётся. – Да, мэм, – ответил лидер команды С. – Кто-нибудь видит Супергерл? – спросила Алекс и Лена тут же напряглась в ожидании ответа. Прозвучал хор отрицательных ответов и Лене кажется, что она слышит тихие проклятья агента Дэнверс. – Продолжайте. Доберитесь до подвала. Лена не может усидеть на месте, беспокойно ёрзая на стуле, когда всё снова затихает. Её сердце бешено колотиться, ей очень хочется найти Кару и ей крайне необходимо, чтобы с той было всё в порядке. Проходит несколько минут, прежде чем Лена слышит тихое «вот дерьмо», а затем раздаётся громкий голос Алекс. – Агент Леман, пожалуйста, проводите мисс Лютор в здание. Есть кое-что, что она должна увидеть. Лена почувствовала, как её сердце второй раз за ближайшие полчаса ухнуло куда-то вниз. Она попыталась успокоить саму себя, что если бы они нашли Кару, то так бы и сказали, а если бы с ней было что-то не в порядке, то голос Алекс звучал гораздо более расстроенным. Но все равно в её голове непрерывно разыгрывались самые худшие сценарии, где Кара избита, или того хуже. Она вышла с агентом из машины и остановилась, её разрывали два желания, одно войти в здание и посмотреть что происходит, а другое уйти и не возвращаться. Когда они вошли в здание, главный холл выглядел, как зона военных действий, всё было разрушено, несмотря на то, что прошло всего десять минут. Стойка регистрации была перевёрнута и вся продырявлена пулями. Воздух был наполнен запахом дыма, вокруг лежали разбитые компьютеры и тихо тлели. На земле была полоса крови, и не понятно кому она принадлежала. Дальше около двери стояли два агента, один из них выглядел так, что если сейчас раздаться хоть один выстрел, он обмочиться в штаны. Они кивнули агенту Леману и жестами показали влево. Лена шла с агентом по коридору и наконец они дошли до комнаты, которая охранялась двумя мрачными агентами. Алекс вышла, преграждая путь Лене, в её выражение лица было что-то, что заставило Лену вновь вернуться к ужасным сценариям в её голове. Она выглядела будто… жалела её. – Что там? – спросила Лена. – Там… твой брат, – проговорила Алекс и было видно, что каждое слово даётся ей с трудом. Лена изучающе смотрит на неё, обращая внимание на кровь на её руках, а затем проходит мимо неё. Алекс протестующе восклицает, но не делает никаких движений, чтобы остановить её и не следует за ней. Комната в которую вошла Лена, была похожа на больничную палату, хотя было видно, что обустроена она была в кратчайшие сроки. Кровать стояла посередине и к человеку на ней был подключен аппарат снимающий жизненно важные показатели. В комнате пахло стерильностью и немного кровью. Лекс лежал с закрытыми глазами, его кожа была настолько бледной, что под местным освещением казалась серой. На секунду Лена подумала, что он мёртв. Волна эмоций, которая охватила её в тот момент, когда она думает об этом, в будущем потребует несколько психотерапевтов, чтобы понять её. Но затем она чувствует облегчение, когда видит, как он чуть шевельнулся под простынёй, которой был накрыт. Она быстро подошла к нему и стала осматривать на предмет ран. Всё его лицо было покрыто порезами, так же как и руки, но большинство повреждений находится в районе живота, там была тугая повязка, которая уже пропиталась кровью. – Я был слишком близок к бомбе, – еле проговорил Лекс, – осколки попали в моё левое лёгкое и задели сердце, Они пытались вытащить их, но это невозможно исправить. Лена посмотрела вверх, встречая взгляд его голубых глаз, он смотрел на неё с нежностью, даже через боль. Лена не знала что делать. Видеть его умирающим после всех этих лет, после того, как он спас их с Карой, после того, как всё стало таким запутанным, убивало её. Она нежно взяла его за руку, это было приятное давно забытое ощущение, даже не смотря на шрамы, пересекающие его кожу. – Лекс, – мягко проговорила она, не зная, что ещё сказать. – Прости меня, – сказал он, сжимая пальцами её руку, – я забыл, что должен защищать тебя. Я знаю, что ты не согласна со мной… почти во всём, но ты моя сестра, и я должен был быть рядом. – Лекс не трать силы на разговор. – Я должен. Есть вещи, которые я должен сказать тебе… я был плохим братом. Я задолжал тебе больше, чем кому-либо. Поэтому я хочу дать тебе, единственное, что теперь могу. Совет. Я знаю, что ты… любишь её, но не сближайся с ней слишком сильно, не ослабляй свою защиту. Возможно у неё пока нет никаких планов, но существа с такой силой не могут надолго оставаться в подчинении. Придёт время, когда они поймут, что они могут сделать… пожалуйста Лена, ты должна быть там, чтобы остановить их. Лена ненавидит этот момент, ненавидит то, что она здесь держит за руку своего брата, возможно в последний раз, а он опять о том же самом. Она хочет делать то, что привыкла, спорить с ним, сказать ему что он не прав, но она не может. – Я люблю тебя Лена, – шепчет Лекс, его дыхание становится всё более затруднённым, – и мне нужно знать, что ты будешь в безопасности, так что пообещай мне. Если они зайдут слишком далеко, ты остановишь их. Лена сейчас испытывала такую гамму чувств, слишком большую, и она не могла справиться с этим, так же как и с молящем выражение лица Лекса. – Я обещаю, – наконец отвечает ему брюнетка, игнорирую горький привкус от слов слетевших с её губ. Она хочет дать ему спокойно умереть, тем более это не такая уж и ложь. Если по какой-то причине Кара перейдёт черту, она будет там, чтобы остановить её. Ей не обязательно это обещать Лексу, она знает где границы. Конечно они размыты и смещаются, но Лена сможет распознать, когда или если Кара зайдёт слишком далеко. И хотя она не хочет думать об этом о том, что ей придётся противостоять блондинке, она знает, что сделает то, что надо будет сделать. Но тем не менее давать такое обещание, кажется чем-то неправильным, потому что Лена безоговорочно верит Каре и что та никогда не сделает ничего предосудительного. И обещая Лексу, что она уничтожит Кару, зная его историю и его отношение к пришельцам, заставляет внутренности Лены сжаться. Лекс расслабляется и его маниакальное выражение лица сменяется на что-то более мягкое. – Я боролся, я надеялся увидеть тебя снова, чтобы поговорить с тобой. Теперь я свободен. Это было очень утомительно. Лена я люблю тебя. Лена не успевает его спросить, что он имеет ввиду, как видит что его глаза закрываются, а монитор сердечного ритма по другую сторону кровати стал неистово пищать. Лена сжала его руку, пытаясь придумать, как ему помочь, хотя она знала, что это бесполезно. Лена заплакала, когда Лекс вздохнул, а затем испустил последний протяжный выдох и вслед за этим раздался протяжный писк на мониторе. Она любит его. Она ненавидит его. Ей грустно что он ушёл, в её груди останется зияющая дыра, которую она не уверена что сможет когда-нибудь заполнить. Но наряду с этим Лена испытывает облегчение от того, что зло которое он нёс миру исчезнет вместе с ним и что ей больше не придётся иметь с этим дело. Слёзы продолжали и продолжали течь по её щекам, и она не уверена от чего, то ли от грусти, то ли от счастья, то ли от того, что она напугана. Она плакала, пока не услышала крики за пределами комнаты, которые заставили её встать. Она вытерла слёзы и опустила руку Лекса, беря ещё пару секунд, чтобы собраться с мыслями. Лена понимала, что люди за пределами этой комнаты, спокойно отреагируют на его смерть. Им все равно, может даже они будут праздновать. Только Алекс немного могла её понять. Поэтому она приводит себя в порядок, пока не почувствует, что её вид стал вновь презентабельным, а затем выходит из комнаты. Как только Лена вышла, её сердце замерло. Впереди в коридоре она увидела Кару, которую несли двое мужчин, её руки были переброшены через их плечи и похоже она был без сознания. Лена отодвигает мысли о брате на задний план и бросается в сторону Кары. Она напоминает себе, что не должна отталкивать Алекс, которая приподняла голову сестры в поисках травм, Лена сдерживает себя, позволяя Алекс быть рядом с Карой. – Мэм, – осторожно начал агент ДЭО, приближаясь к ним, – мы обыскали всё здание. Здесь нет никаких признаков Лилиан Лютор. Алекс отступила от сестры и в гневе ударила рукой по стене, яростно ругаясь. Лена испытывала похожую ярость, кипящую в её груди, её обзор сузился до одной единственной точки – она видела перед собой только Кару. Она без сознания и избита, всё о чём может думать Лена, это о тех днях, когда девушка лежала без сознания на её коленях из-за материнских замыслов. Она думает о Лексе, который спас их и кого она любила большую часть своей жизни и он любил её. Она думает о том, что Лилиан была худшей частью её жизни с тех пор, как её удочерили, всегда заставляя сомневаться в себе. Она думает о Кадмусе, Каре, Лексе, о каждом пришельце на планете, о каждом человеке, которым Лилиан причиняла боль. Лена думает о Лилиан и теряет самообладание. Она только наполовину осознаёт, что делает, когда выхватывает из кобуры Алекс пистолет и идёт по лестнице вниз в подвал. Она не слышит, как Алекс зовёт её или как она приказывает агентам ДЭО не двигаться, потому что некоторые из них увидев Лютора с пистолетом приходят в замешательство. Она слышит только, как кровь стучит в висках, и чувствует бешеный ритм своего сердца. В её голове плотно засела мысль, что Лилиан тут. Должна быть здесь, все выходы были перекрыты, ей некуда было деться. Она должна быть здесь. Она изучает подвал, в котором нашли Кару, зная склонность Лилиан к злорадству, это было самое вероятное место, где она могла спрятаться. На первый взгляд, было похоже, что агенты ДЭО правы, и что её мать каким-то образом сбежала. Но Лена так не думала. Она отказывалась верить в это. ДЭО явно застали Хэншоу врасплох, а Лена видела, что они почти всегда находились поблизости друг от друга. И Лилиан не могла бросить своего умирающего мальчика. И тут её взгляд за что-то зацепился, за что-то маленькое и незначительное. Лена легко могла пропустить, но что-то было не так с тем швом на стене. Он выглядел как-то неправильно. Она дважды выстрелила в стену, привлекая внимание агентов ДЭО во главе с Алекс, которые поспешили к ней. Лена смотрит на стену и не может сдержать улыбку, вместо двух круглых дыр в штукатурке, она видит две вмятины. В отличие от любой другой стены в этом подвале – это металлическая. – Это потайная дверь, – с изумлением в голосе говорит Алекс, – откройте её, сейчас же! Лена не стала ждать, пока агенты начнут действовать. Вместо этого она провела рукой с правой стороны от двери и нащупала скрытую панель управления, брюнетка приложила ладонь и панель мигнула, оживая. Sync Tech была старым объектом Luthor Corp, и если бы Лекс построил секретную дверь, он бы запрограммировал её для распознавания любого члена семьи Лютор. Ещё через пару мгновений дверь открылась и Лена заглянула внутрь, не дожидаясь агентов. С другой стороны был длинный тёмный коридор и Лена сразу поняла, что это запасной выход. Она ту же побежала по нему, прошло много лет с тех пор, как она бегала, может быть это было в старшей школе, но она не стала думать об этом дальше. В её организме было достаточно адреналина, его хватило бы и на марафон. Она бежала, бежала, следуя по извилистому тоннелю до тех пор пока вдалеке, не увидела Лилиан, быстро идущую от здания, она была выше того, чтобы спасаться бегством. – Стой! – прокричала ей Лена, поднимая пистолет, – я буду стрелять! Лилиан замирает и медленно поворачивается, на её губах играет саркастическая улыбка. – О, Лена, ты бы не стала. Лена не дрогнула. Сейчас она могла бы выстрелить. Она могла бы с лёгкостью сделать это. В её голове тут же возникает картинка, как пуля пробивает грудную клетку Лилиан, и оттуда вытекает кровь, и она чувствует легкое удовлетворение от этой мысли, чуть не надавливая на курок. Но другая её часть, всё ещё не поддалась горю и гневу, она всё ещё цепляется за здравый смысл. – Он мёртв, – холодно говорит Лена, – Лекс мёртв. Лилиан немного вздрагивает, но брюнетка ждала от неё другой реакции. Лекс был её драгоценным маленьким мальчиков, её ангелом. Лилиан была очень расстроена, когда его отправили в тюрьму, но сейчас она почти не реагирует. Лена задумалась о том, а испытывала ли её мать когда-либо подлинные эмоции, или она просто притворялась, как для шоу. – Это его вина, – пренебрежительно говорит Лилиан, – он сам запустил ту бомбу. Он покончил с собой. – Нет. Ты убила его. Ты сделала его таким, каким он был. Он ненавидел отца, но он обожал тебя, и он пытался всю жизнь соответствовать образу, который ты создала у себя в голове. Но он не был таким, как ты. Он всегда был добр в душе, а ты его сломала. – Я этого не делала, – начала Лилиан, но Лена устала слышать её оправдания, она не хотела спорить с ней. – Ты сказала, что я бы не выстрелила в тебя, – проговорила брюнетка, её голос резал, как нож, – но на самом деле я могла бы. Но я не думаю, что ты боишься смерти, и я не думаю что ты заслуживаешь такого наказания. Ты заслуживаешь сгнить в тюрьме. Ты заслуживаешь вечных страданий за то, что ты сделала со мной, с Лексом, со всеми. Я не буду стрелять, мне и не придётся. Если ты попытаешься бежать, то они пристрелят тебя за меня. Агенты ДЭО наконец-то догнали их, Лена услышала, как они остановились за её спиной. Алекс шагнула мимо неё, держа в одной руке наручники. – Лилиан Лютор, вы арестованы. Я не буду зачитывать вам ваши права, потому что пока мы не передадим вас в полицию, у вас их нет. Лилиан на мгновение взглянула на Алекс, а затем вновь вернула взгляд к Лене. На этот раз она ничего не сказала, ни саркастических замечаний, ни очередных заявлений о том, что Лена ещё не победила. Ничего кроме тяжёлого взгляда и соответствующего выражения лица. Лена так же пристально смотрела на неё, пока Алекс не увела её из поля зрения брюнетки.