Считающие звёзды (Хомура/Мадока)
3 февраля 2018 г., 11:58
Примечания:
**Жанры:** романтика, психология, первый раз, дружба, UST.
Звёзды в её глазах были прекраснее всего на свете, и Хомура просто не могла их не считать каждую свободную минуту, каждую секунду. Их взгляды пересекались редко и мимолётно, но и этого хватало тогда, чтобы увидеть первозданный и такой далёкий, истинный космос. И Хомура каждый, каждый раз видела в этих глазах туманности кораллового цвета и считала скрытые ото всех слёзызвёзды.
Потому что она любила этот тяжёлый взгляд.
Мадока казалась Хомуре разломом тысячи галактик, квазаром, который пожирает тёмную материю и светится-сияет ярче всего в нигде. Тонкие пальцы Канамэ слишком искусно считали все сверхновые, попадающиеся на пути. Акэми очарована была (да и до сих пор очарована) тем, как по-нелепому наивно Мадока уничтожает душу Хомуры, как уничтожает её Млечный Путь. Планета за планетой, система за системой, и в крови уже не какие-то там тельца, а настоящие, немного колючие и отчего-то коралловые, созвездия.
Хомура единственная могла выдержать всепоглощающий свет.
Канамэ, такая хрупкая и прелестная, запала Акэми в душу как-то само собой, медленно и быстро одновременно. Как образовалась вселенная — это было правильно — так и Хомура понимала, что полюбила Мадоку слишком давно. Поэтому тёмные глаза, потухшие, с остаточным светом сверхновых, целомудренно следили за каждым движением светлых волос, за каждым взмахом рук и каждой разорванной в клочьямягкой улыбкой.
Когда коралловые глаза впитали слишком много света и стали золотыми, Хомура начала кашлять галактиками.
Их пальцы переплетаются, как Андромеда и Млечный путь — неизбежно и очень медленно. Погибают сотни миров, туманности сменяются квазарами и чёрными дырами, и глаза с сокрытым золотым светом направлены в чёрные, наполненные разрушенными туманностями и потухшими созвездиями. Теперь они считают звёзды вместе, сидя на кровати и смотря в потолок, на котором мерцают светящиеся точки от карманного планетария. Коралловые созвездия окрашиваются в глубокий, подёрнутый пылью от взрывов сверхновых, малиновый. Теперь они текут не только в Хомуре, но и Мадоке.
Внутренний космос оказался прекраснее настоящего.
