Просто люби меня

Проснулся я утром от будильника. Я открыл глаза так широко, что мне показалось, что они сейчас выпадут из орбит. — Черт, Бэкхен! Почему я у тебя?! Я же не позвонил ни папе, ни отцу, они наверное дома с ума сошли!!! — Успокойся, я им вечером позвонил и сказал, что ты у меня. После этих слов мне стало намного спокойнее. — Не знаю, что со мной происходит, раньше я таким рассеянным не был, — Сказал я и задумался. — Слушай, а у тебя это… Того… Ну, течка была? — Нет. — Ясно, — Вот и чего он добился этим вопросом? Потом мы умылись и оделись, благо, у нас с Бэком был одинаковый размер одежды и мне не составило труда влезть в его шмотки. В школу нас отвез мистер Бен, отец Бэкхена. Уже около здания нас встретил разъяренный Кай. Он сразу припечатал меня к стене и начал кричать: — Ты где был?! Да мы с родителями себе места не находили, ты хоть зн… — Эм, я извиняюсь, что перебиваю, но, Чонин, я вчера вечером позвонил вашему папе, и он сказал, что все в порядке и поблагодарил меня за то, что я предупредил. Я посмотрел на Чонина, а его взгляд упал с лица Бэкхена на меня, затем он резко отпустил меня и ушел в неизвестном направлении. — И что это было? — Негодовал Бэкхен. — Меня спрашиваешь? Я без понятия. Пойдем, а то у нас первый урок у учителя О. — Черт. И мы побежали в кабинет, так как прозвенел первый звонок. Весь день я чувствовал себя ужасно, когда мы пришли в столовую, то первое, что я услышал, это были слова Кая: — У тебя течка, и ты пришел в школу? С ума сошел? — Я заметил, как его глаза почернели то ли от ярости, то ли от… Возбуждения? — Какая течка, Чонин, ты в своем уме? У меня просто, наверное, температура поднялась, покушаю и схожу к медбрату. — Ты посмотри, как на тебя другие альфы смотрят! — От его крика мне стало не по себе, — Из-за течки у тебя температура! — Кай это так громко прокричал, что, наверное, вся столовая услышала, ну или вся Корея, как минимум. Но вдруг я почувствовал, как начал терять опору под ногами и погрузился во тьму. Сквозь эту черноту я слышал крик Бэкхена: — О господи, Кай, сделай что-нибудь! Он же в обморок упал! Кенсу, не переживай, все будет в порядке, обещаю. Перед тем, как окончательно упасть в черную безду, я почувствал, что сильные руки меня подняли и понесли в неизвестном направлении.

***

Проснулся я в белом кабинете, как я понял, это был кабинет нашего медбрата — Тао, наш главный спаситель — бета. — О, ты уже очнулся? Я так понимаю, у тебя течка в первый раз? Я утвердительно кивнул головой. — Тогда тебе повезло, что у тебя есть такой сильный и красивый альфа, вы прекрасно вместе смотритесь. — К-какой альфа? -Недоумевал я — Ну, как какой? Который тебя принес, Кай, кажется. — Вы все не так поняли… Договорить мне не дали, так как в кабинет вошел Кай. — Ну ладно, я оставлю вас наедине, — сказал Тао и ухмыльнулся. Кай тем временем подошёл к кушетке и сел рядом. — Ты не представляешь, как ты меня напугал. — Да что ты? А я думал, ты весь день орать на меня собираешься, вот решил по-развлекаться, дай, думаю, в обморок упаду! — Надул я губки и отвернулся к стене. — Хе-ен~, ну прости, я правда не специально, я ведь о тебе забочусь. Ну посмотри на меня~ Я взглянул на его прекрасное лицо и вдруг атмосфера между нам редко поменялась и стала какой-то более… Интимной? Затем Кай подался вперед и случилось то, чего я меньше всего ожидал, он поцеловал меня сначала в щеку, а затем в губы. Его губы такие же мягкие на ощупь, как я себе и представлял. Он не опошлял этот поцелуй, лишь нежно посасывал мои губы. Затем он резко отстранился и выбежал из кабинета со словами «Прости, я не могу тут находиться, твой запах… Он… Повсюду» и сильно захлопнул дверь. После школы мы с Каем пошли домой. Мы шли в полной тишине, но все же я не выдержал и решил спросить: — Чонин, что это было? — Я… Я не знаю, Кенсу. Это то, о чем я тебе хотел сказать утром… — Ч-что? Но это же ведь не могу быть я? — Что ты? — Кай странно дернул бровь, и я понял, что ошибся. — Айщ, да нет, ничего. Я почувствовал, как в уголках глаз начали опять скапливаться слезы. Что бы Чонин это не увидел, я отвернулся и смахнул непрошенные слезы. — Эй, ты плачешь? — удивленно спросил Чонин. — Нет, тебе показалось. Далее мы шли в напряженной тишине. К вечеру я понял, что перестал делать домашнее задание последние несколько дней и здорово скатился по учебе. Только я хотел сесть за уроки, как вдруг в дверь постучали: — Милый, к тебе можно войти? — Да, папа, что ты хотел? — Удивленно вскинул бровь я. — Почему ты нам не рассказал, что у тебя течка? Чонин сам не свой, весь дом пропах ванилью. — Я сам не знал. У меня же никогда не было ее. — Ну ты будь поаккуратнее, а то мало ли что там с Чонином творится. — Хорошо. После нашего диалога я сел за уроки, на завтра задали много уроков. Потом я лег спать. Но поспал я, увы, недолго. Потому что проснулся от неприятного ощущения вытекающей смазки. Я осознал, что мне приснился «мокрый» сон с участием Чонина. Ну не-ет. Только не это, мое тело жаждало его, и я ничего с этим не мог поделать. В каком-то полубреду я пошел к нему в комнату. После этого, я начал жалобно молить его неизвестно о чем: — Чони-ин, Чонин, помоги мне, — Захныкал я. Тут я увидел, что он зашевелился во сне и в итоге проснулся: — Кенни, что ты…- Закончить он не успел, он резко вдохнул и все понял, — Кенсу, иди, пожалуйста, к себе в комнату. — Я не могу, Кай, Возьми меня. — Кенсу, ты не в себе. Иди в комнату. — Чонин, пожалуйста, — Я сам не понимал, что мною движет, но я понимал одно, мое тело жаждет Чонина. Я подошёл к его кровати, наклонился к нему, и наши губы слились в поцелуе. Сначала Чонин не отвечал, а потом сам протолкнул язык в мой рот. И вот, я уже сидел на нем. Я почувствовал его возбуждение и потерся пахом о его. В ответ он утробно простонал, но этот стон был тихим. В ответ я укусил его за губу, а его губы начали оставлять поцелуи и засосы везде, где он только мог достать. Он снял с меня всю пижаму. Как только я предстал перед ним нагим, он тут же, не думая, опрокинул меня, прижимая к кровати своим телом. Чонин стал спешно стягивать с себя трусы. Пока это делал, я все продолжал терзать его губы в страстном поцелуе и, не осознавая ничего, взял в руки его возбужденную плоть и начал надрачивать, отчего Чонин простонал в поцелуй, но вскоре он прервал наш поцелуй и слизал у меня в губы ниточку слюны, что соединяла наши губы после поцелуя: — Смочи их, малыш, — Чонин приставил к моему рту два пальца, а я, не медля, начал их обсасывать. Далее Чонин начал меня растягивать. Первый палец прошел на удивление легко, скорее всего, боль притупилась благодаря течке, да и к тому же, естественной смазки было достаточно. Следом за одним пальцем пошли еще два, почувствовав резкую боль, я начал уворачиваться, но Чонин одной рукой начал мне дрочить. Из-за смеси боли и наслаждения, я и не заметил, как головка его члена уже вошла в меня. Его член не был маленьких размеров, поэтому мне пришлось терпеть, но он резко толкнулся и попал по заветной точке, из-за чего я простонал. Чонин прикрыл мне рот рукой. Вскоре я сам начал насаживаться на его член. А Чонин уже подхватил мой темп, вбивая в матрас. Надолго нас обоих не хватило, и мы кончили одновременно. А затем, уставшие, просто уснули и даже ничего не выяснили.