Беги за мной.

POV Миша. Чистый небосвод усыпан мелкими звездами, словно застывший, навечно, яркий фейерверк. Возле костра тепло, хотя ночью все же холодно, а больничная пижама не греет. Я сижу на земле и с интересом слушаю рассказы парней. У их болезней есть свои причины и истории. У Макса столько граней, он никогда не был одинок. У Дани была неразделенная любовь. А у меня... Не уверен, что это будет кому-то интересно. Я молча жду, когда Даня закончит монолог. Мне хочется его поддержать, утешить. Он хороший парень и мне его жаль. Да и я его понимаю. Как же я хочу, чтобы Максим ответил мне взаимностью. Как только Даня замолчал, я подполз к нему и обнял за шею, прижал его к себе. Интересно, а если я попрошу его больше не резать себя — это сработает? Не хочу терять никого из своих друзей. Ну, кроме Руслана. Он меня пугает. Я думал, что следующим начнет Рус, но тот продолжал что–то вырисовывать и я все же решился. Я отпустил друга, уставился на костер и начал: — Я родился в очень строгой семье. Отец — подполковник, мама — доктор исторических наук. Мои старшие брат и сестра закончили лучшие университеты, и сейчас разлетелись по разным странам. Мое будущее было прописано за меня еще с самого рождения. Я не должен был их подвести. Но... я совершенно не похож на них. Мне тяжело давалась учеба и поэтому я зубрил каждый предмет. Учился хорошо, но каждый учебный день был сущим адом. Мне запрещали общаться с детьми. По их мнению — " они все будут тянуть тебя на дно. Ты отупеешь с ними." — Я повторил за родителями и по моей коже прошел холод. За такой побег меня убьют. — Из–за этого у меня не было друзей. Кто захочет дружить с таким зашуганным? Но влюбиться мне запретить не могли. В старших классах, к нам перевелась новенькая и я влип по уши. — Я поймал на себе удивленный взгляд Руслана. Да, друг мой, я любил девушек. Ну, выходит, что я би. — Самое интересное, что это было взаимно. — Я кинул взгляд на Максима. Тот слушал внимательно, с интересом. Даже немного пододвинулся ближе. Мое сердце затрепетало бешеной птицей. Все же в него я влюблен больше, чем в кого–либо. — Я стал проводить время с ней. Все мои мысли принадлежали только ей. Я впервые начал жить, как человек, а не как заведенный робот. Но моя успеваемость стала падать, что, конечно же, не понравилось моим родным. За каждую оценку ниже отлично, они устраивали скандалы. На меня морально давили со всех сторон. Родители, девушка, учителя. Каждый требовал от меня несовместимых вещей: мама, папа, учителя — отличных результатов в ненавистной учебе, а девушка — все мое внимание. Я разрывался, старался угодить всем и каждому. Но однажды все рухнуло. — Я вздохнул. Огонь успокаивал, но я чувствовал, как подступает очередная волна паники. Это плохо. Очень плохо. — В один из таких дней отец впервые поднял на меня руку. Мы, как обычно, срались из–за учебы. Он поднял руку и ударил меня так, что я упал на пол, но это его не остановило. Я вырубился уже после третьего удара, а очнулся, через три дня, в больнице. Рядом сидела сестра и я подумал, что впервые кто–то переживает за меня, что кому–то я нужен. Но... я ошибся. — Я вспомнил те дни и мне стало мерзко. Парни были первыми и единственными, кому я все это рассказывал. Подумать только, психи стали мне ближе и дороже родных. — Она пришла только для того, чтобы уговорить меня, не подавать заявление на отца. Ей было плевать на все, что я чувствовал. В принципе, не только ей. За все время, которое я провел там, ко мне никто не пришел. Никто. — Я почувствовал, что меня взяли за руку. Я перевел на кисть Макса и улыбнулся. Сейчас, я благодарен всем. Я встретил замечательных людей и они меня понимают. — Выйдя из больницы, я узнал, что девушка мне врала. Ей нужны были мои знания, чтобы скатывать на экзаменах и контрольных. Вот, тогда во мне что–то сломалось. Будто выбили предохранители и мои нервы сдали. Я перестал контролировать свои эмоции. Мог рассмеяться или разреветься просто так, без предупреждения и причины. Родители отказались от испорченного, сломанного сына. Нет, документально они все еще моя семья. Но, по факту, им пофиг. Я замолчал и мои плечи обхватили чужие руки. Теперь пришла очередь Дани, возвращать мне объятия...