призраки будущего

тэхён берет третий по счету эклер и, вдохнув сладкий аромат шоколада и ванили, откусывает, прикрыв глаза от удовольствия. помадка тает на пальцах и губах, оставляя липкие следы, местами уже подсохшие, но вкус настолько волшебный, неземной, что оторваться попросту невозможно. крошки бисквита и послевкусие карамели, легкие касания заходящего солнца в сезон унылых сеульских дождей и одиночества, несколько чашек чая и музыка в наушниках громче обычного - кажется, туман застилает глаза и мир начинает сверкать. плевать, что завтра он наверняка пожалеет о лишних калориях, о еще одной бессонной ночи, в прорезях которой редкие лучи надежды на лучшее, и мечтах, стирающихся в крошку с рассветом. сейчас хочется чувствовать - как можно больше, насыщеннее, ближе. ближе к телу, к жизни, которая ни на что не годится. (если устал, разозлен и немощен - бери последнее, что дают, кусай до мяса протянутую руку, и смейся как вне себя. не жди похвалы, не извиняйся. быть собой невозможно, а попытка оказалась пыткой истинной, неосторожной - никому не нужной) тэхён открывает окно в спальне и выдыхает облачко пара, представляет, что курит где-то на балкончике в люксовом номере гостиницы лас-вегаса над баром-казино, в котором его знают как главного транжиру и весельчака, молодого бизнесмена из далекой кореи, из которой он бежал меньше года назад. ким видит себя, прожигающим юность, деньги и молодую честь, на которой, как говорится, свет клином не сошелся. светящие неоновые вывески режут глаза, звук крутящейся рулетки ласкает слух и множество рук, ухоженных, мягких, тянутся к нему как мотыльки к огню. тэхён для них принц, божество, которому все позволительно, все прощается. он эфемерный, но доступный, снисходительный и жутко обидчивый. его прихоти - закон, а желания не имеют границ. человек, удостоенный его взгляда, воистину благословлен, может ловить удачу за хвост и валить на ближайшем столе, сдирая загребущие ладони в кровь. в мечтах тысяч, на виду миллионов тэхён неподвластен, тэхён бесподобен. реальность же оказывается куда более плачевной, бьющей под дых. вместо улыбок официантов и девушек в роскошных дизайнерских платьях - ругающиеся соседи и плачущие навзрыд дети в старой трехэтажке на конце розовой ветки, где он снимает жалкую однушку. не так далеко течет река хан, и ким все чаще ловит себя на мысли, что хочет прыгнуть и не всплывать. вокруг лишь какофония звуков, запахов и мыслей, от которых сильнее скручивает в спазме живот - кроме пирожных в нем целый день ничего не было; срочно нужен воздух, танцы и люди. желательно незнакомые - чтобы на раз; однодневки живут недолго (утром - ребенок, вечером - старец), но красиво. тэхён тоже хочет красиво. солнце садится на западе, куда ким хочет, но не может. ни денег, ни образования. даже язык знает на уровне "здравствуйте, добро пожаловать, чем могу помочь?" - даже работая в музыкальном магазинчике на окраине, нельзя терять бдительности: мало ли какой заплутавший турист набредет и что с ним потом делать? так, по крайней мере, ему объяснил босс. к слову, бывший босс, но от этого не менее хороший мужик, коих сейчас по пальцам сосчитать - и то, задача не из простых. тэ сворачивает с освещенных улиц и идет к ближайшему клубу. их в районе немного - скорее, он единственный - да и контингент не первой свежести, но выбирать не из чего. ким трясет головой, спугивая лишние мысли, и прячет замерзшие пальцы в карманах джинсов. вот бы самому спрятаться и не вылезать, как улитка или черепаха, замерев в одном положении на краткую вечность, нескончаемый миг. но он так не может, поэтому переходит на бег, оставляя смущение, тяжесть и скуку позади. сердце стучит быстрее, ветер бьет по лицу наотмашь - хочется влиться в него, раскрошиться на атомы и испуганно разлететься сотнями жизней, иллюзиями вечности. - ваш паспорт, - охранник на входе словно непробиваемая скала для мелкого талого ручья. тэхён сдувается мгновенно. особенно после того, как понимает, что оставил все документы дома. - мне уже есть двадцать, - пытается выглядеть серьезно - ведь не врет, а голос тонкий, просящий. охраннику же все равно, и парня шлют куда подальше. куда подальше это либо дом, вновь четыре стены и решетки на окнах, либо парки, аллеи и скверы, в которых по ночам даже собаки не бродят. но была, не была - жаль, конечно, что не была - ким идет прочь от толпы, неоновой вывески и желания надраться и забыть все к чертям. неожиданно, но черти приходят без приглашения, подкрадываются со спины и пугают до мушек в глазах. ржут как кони, пьют пиво и предлагают за компанию. тэхён с долей сомнения все же принимает из чужих рук жестяную банку и делает первый глоток. на вкус отвратительно - пиво горькое с густой пенкой и явно повышенным градусом, но он пьет. и ему даже начинает нравиться - возможно, потому что за чужой счет жить радостнее, возможно, потому что ночь начинает играть новыми красками (по-прежнему мрачными, но разбавленными). незнакомцы много говорят, но еще больше спорят, кто из них больший дебил. в редкие моменты ким тоже вставляет слово - бредит будущим, которое для него не настанет, и поднимает извечную проблему поиска человека в толпе. он не знает, слушают его или нет, но говорит пылко, с чувством, будто в последний раз, вкладывая всего себя, но не теряя. странно, можно ли потеряться, если тебя нет? к концу ночи - к началу утра, когда туман еще висит в воздухе, подрезая машины, тэхён прощается с новыми знакомыми, шлет воздушный поцелуй, не скрывая пьяного блеска в глазах, и, съежившись, минует завесу дыма и слез. до первого автобуса еще часа три, время есть. люди не успеют опомниться; пока свечей бесчисленное множество, игра остается прежней. тэхён сворачивает на полпути, но домой не возвращается. ни этим днем, ни последующими. (невозможно потеряться, если тебя нет. если тебя нет - потеряться невозможно)