А потом они упали...

И потра... Наверное, зря он столько выпил. Да и не наверное, а точно, потому что если бы был хоть один шанс остаться этой ночью трезвым, то Ваня херню эту ни за что бы не сделал. * Рудбой Это была его третья вписка за ночь. Явно получше первых двух – на этот раз небольшой двухэтажный коттедж, соседи далеко, бухло крепче и музыка круче. Вот только все настроение хорошо провести время куда-то делось, испарилось, пока Рудбой скакал зайцем по ночному Питеру, то ли следуя за друзьями, то ли сбегая от лишних мыслей. Слякотных, как эта ебаная зима. А еще чудился чей-то прилипчивый взгляд. С хуя ли? Поначалу они неплохо выпили, и было весело, потом закинулись еще понемногу, потом остальных потащило на приключения, а его как-то попустило. И пьяный вроде, а думки в голове все еще есть. И сейчас, когда последнее знакомое лицо растворилось в гомонящей толпе, он присел на кухне за большим холодильником, полным пива и водки – отличное сочетание! – и тупо втыкал в телефон, скролля давно надоевшие страницы. Среди густого полумрака его едва было видно, и Рудбой лениво размышлял: то ли домой свалить и погеймить, то ли окончательно закинуться, хоть он водку и не любил, чтобы не сидеть здесь, как долбоебу, одному. – Эй, дядь. Надо поговорить. Рудбой тяжело вздохнул, оторвался от телефона и прищурился, вглядываясь в скрытое в полумраке лицо. – На хуй пошел, – ответил он и снова уткнулся в светящийся экран. Но Фаллен, ясное дело, так просто никогда не сдавался, вот и сейчас нависал темной тенью и, кажется, подбирал слова. – Слышь, Рудбой... Давай просто поговорим, тебе что, сложно, что ли? – Ну, собственно, мне не сложно. Но с тобой, – он оглядел Фаллена с головы до ног, – не о чем. Отвали. Рудбой парой движений пальцев закрыл приложение, сунул телефон в карман и встал. Его слегка качнуло, и он хотел уже плечом отодвинуть Фаллена с дороги и свалить и с этой вписки, но тут как назло подоспела пьяная толпа, снесла, притиснула к ебучему Фаллену и к стене, загомонила, оглушая криками, хохотом и визгами. Рудбой рванулся, но протолкнуться сквозь нее не получилось – народ был слишком пьян, не пройти. В соседней комнате грохнуло, дрогнули стекла в окнах, когда рванули биты, и компания, опустошив холодильник, вымелась из кухни. Рудбой хотел уж было следом, но Фаллен вцепился ему в рукав, не пустил, дернул на себя и ожег пьяным и злым взглядом. – Че ты как сука, – прошипел он Рудбою в лицо, обдав густым запахом алкоголя, – надолго не займу, не ссы. – Да нахер ты мне сдался? – возмутился Рудбой. – Я тебе что, должен что-то? Разве что в табло прописать! – Вот и прекрасный случай представился, – Фаллен смотрел зло и как-то отчаянно. – Когда еще Фаллен МС подставит рожу под страшную месть рэпера Охры? – И ты поэтому за мной уже на третью вписку ездишь? – прищурился Рудбой. – Какую третью, ты че?.. – начал было Фаллен, но Рудбой перебил: – По еблету не терпится получить? Так давно бы сказал, а лучше не наедине, а в семнашке, например. Ты же любишь выносить всю херню на обозрение, да? – Вот видишь, дядь, сколько всякой хрени накопилось. Нам есть, что сказать друг другу, – Фаллен вытащил из кармана ключ, потряс им перед лицом Рудбоя и потянул его в сторону двери. – Много времени не займет... я думаю, – на миг замялся он, но тут же потянул с новой силой. – Не пожалеешь. Рудбой хмыкнул, но решил, что не так уж и плохо высказать Фаллену все в лицо, а потом и свалить. Ну, или дать ему в табло, а потом уже свалить домой. Смотря чего допросится. Фаллен вытащил его в пульсирующий неоном зал, в котором в грохоте музыки отрывалась пьяная толпа, провел мимо диванов, над которыми причудливо клубились облака дыма, скрывая чьи-то тела, и вывел в коридорчик с пронумерованными дверями. Сверившись с номером на ключе, он отпер одну из них и только внутри отцепился от куртки Рудбоя. Закрыл дверь, отсекая громкие биты, щелкнул замком и замер на несколько секунд. – Свет включи, – подал голос Рудбой. Оставаться в комнате с Фалленом без света казалось стремным. – На хер, – ответил тот, не поворачиваясь. Рудбой нахмурился, полез в карман за сигаретами, наткнулся на телефон. Пока искал зажигалку, вытряхивал сигарету и прикуривал, Фаллен, кажется, решился. Во всяком случае расправил плечи, повернулся лицом и смело посмотрел Рудбою в глаза. И чет сдулся. – Ну? – подсказал Рудбой, затянулся и выпустил густую струю дыма в сторону Фаллена. – Я пиздец как устал. Давай, жги по-быстрому. Фаллен вскинулся, глаза заблестели злостью и еще чем-то. На лице, – во всяком случае, как показалось Рудбою, – отразилось отчаяние. Хотя... это же Фаллен, какое отчаяние?.. – Выеби меня. – Что? – сигарету Рудбой уронил, да и дымом поперхнулся. – Ебу дался? – Дался, че, не видно? – Фаллен, наконец, решился. Подошел ближе, запрокинул голову, чтобы посмотреть Рудбою в лицо. Глаза лихорадочно блестели в полумраке. – Ебанулся, бля, и кукухой поехал. Хочу, чтобы ты, ебаный рэпер Охра, выебал меня. – То на хуй шлешь, то на хуй просишься? – Да, сука, прошусь! Что неясного? – Да все, блядь, неясно! – взорвался Рудбой. – Это прикол такой? Очередной? Ты и так уже задрал, тупой придурок! Все, отъебись, пока пиздюлей не прописал! Рудбой со злостью толкнул Фаллена в плечо, в два шага подошел к двери и дернул за ручку. И ни хрена она не открылась, конечно. – Ключ гони. – Хуй. – Да блядь! Рудбой навис над Фалленом, который едва не отшатнулся от него, ухватил за плечо и хорошенько встряхнул. Протянул ладонь. – Да не истери ты, – кажется, Фаллен и сам был готов заистерить. – Все же просто – выеби меня и вали на все четыре стороны. – Затянулась что-то твоя шуточка... – Да какая, на хер, шутка! – взорвался Фаллен и рванулся из крепкой хватки. – Что в слове "выеби" тебе непонятно?! Рудбой помолчал, потирая ладонь, потом видимо расслабился, расправил плечи и даже ухмыльнулся. – Телефон покажи. Фаллен понятливо кивнул, вытащил из заднего кармана телефон и показал темный экран. И тут же вообще отключил его. – Теперь ты. Рудбой, неприятно ухмыляясь, показал свой, где уже несколько минут шла запись. – Ты, сука! – взвился Фаллен, рванулся к телефону и постарался выхватить его из рук Рудбоя, но как бы он смог его достать? – А что ты хотел? С вашим гадюшником надо быть настороже. Не ссы, сейчас удалю. – Рудбой под чужим напряженным взглядом пробежался пальцами по экрану, удалил записанное и так же выключил телефон. – Доволен? Фаллен посмотрел на него с откровенной злостью. – Какой же ты мудак, ебаный ты Охра, – процедил он сквозь зубы. – Но так даже лучше. И стал стягивать куртку, нервно дергая за рукава. Рудбой вытащил очередную сигарету и прикурил, жадно затягиваясь. – Давай еще раз. Ты меня ненавидишь, хуесосишь, треки свои ебаные клепаешь, а потом... просишь, чтобы я тебя выебал? – Да. – Прямо в жопу? – уточнил Рудбой ядовито. – Да, прямо в жопу. – Фаллен выпрямился, заледенел весь, только глаза горели. – И желательно погрубее. Ты же не зря Рудбоем прозвался? – Ебаназия какая-то, – Рудбой глубоко вздохнул, потер руками лицо и... успел заметить, как жадно вспыхнул взгляд Фаллена. – Что, татухи мои нравятся? Спросил навскидку, но, кажется, попал в цель. Фаллен прищурился и кивнул. – Если тебе будет так легче меня выебать, то да. Пиздец как нравятся, – а вот голос так и сочился ядом. – Послушай, рэпер Фаллен. Либо объясняешь все как есть, либо на хуй. Но не на мой. – Для умственно... альтернативно-одаренных повторяю – мне надо, чтобы ты меня выебал. Грубо и не жалея. Желательно, конечно, чтоб жопа не в клочья, но нежничать не надо. – Ну... ок. А зачем? – Какая тебе разница-то? – взвился Фаллен. – Вот ты душный, бля! – Или так, или... Фаллен пару секунд смотрел мрачно и тяжело, и Рудбой подумал уж было, что вот и все, закончился этот тупой фарс, но Фаллен потянулся к брошенной на стул куртке, вытащил из кармана маленькую бутылочку и жадно к ней присосался. А потом, выдохнув и благоухая ядреным алкогольным душком, снова уставился на Рудбоя. – Затем, что я, блядь, только об этом и думаю, сука ты ебаная! Как рэпер Охра меня ебет, ясно? Я это во снах столько раз видел, я на это дрочу, я на тянок смотреть не хочу, понял?! Поэтому мне нужно, чтобы ты меня выебал. Мне это, конечно, не понравится, и я смогу спокойно жить! – А если понравится? – Чего?! – А если тебе понравится? – Рудбой как-то внезапно успокоился, перестал паниковать и решил довериться случаю. Прикольно же, если вся эта ебаназия правда. – Выпить не осталось? Фаллен поболтал бутылочкой, кинул ее Рудбою и отчеканил: – Мне. Не. Понравится. Ну так что? – Ладно, – пожал Рудбой плечами и одним глотком допил все, что осталось. Горло обожгло. – Мне даже приятно будет натянуть такого пиздюка как ты. Фаллен усмехнулся. – Да, дядь, продолжай. Ты такая сука, как я и думал. – Легче становится, да? – Ты не представляешь, как я хочу отделаться от всей этой хуеты! Чем больший ты гондон, тем легче будет тебя ненавидеть. – Я тебе не психолог, но ты явно чем-то не тем закидываешься, – Рудбой бросил сигарету на пол, растер подошвой и сделал шаг к Фаллену. – Но кто я, чтоб раздавать советы. – Верно мыслишь. Так ты?.. – Да, дорогуша, я тебя выебу. И даже грубо, как ты просишь. Только резинок у меня нет. – И как ты на вписки-то ходишь? Не ебешься наживую хоть, а? Здоровье там, то, се... – Фаллен полез в карман джинсов и достал и резинку, и пакетик смазки, стараясь игнорировать руку Рудбоя с красноречивым факом у своего носа. – Отвали... И очень старался не пялиться на татухи, да. Рудбой убрал фак и едва не рассмеялся, но сумел сдержаться – сейчас, когда он наконец поверил, что Фаллен реально такой отбитый, чтобы дать себя выебать, решил хорошенько развлечься. – Я на вписках не ебусь вообще-то. Но меня так и не уговаривают обычно. – Рожей не вышел? – Фаллен подошел к кровати и решительно взялся за толстовку. – Хватит тянуть! – Стой. – Ну что еще-то?! – Я сам тебя раздену. – Ебнулся, дядь? – У меня же должен как-то встать. Думаешь, я тут со стояком наперевес хожу? – Рудбой оглядел Фаллена, залип на его губах. – Или отсосешь? – На хуй, блядь! – Я так и думал, так что... – Рудбой развернул Фаллена к себе спиной и встал совсем близко. – Стой и молчи. – Мудила, – выдохнул Фаллен, а потом ничего не мог больше сказать, потому что Рудбой коснулся грудью его спины и обнял.