Эксгумация

Эксгумация — извлечение трупа из места захоронения для его осмотра или судебно-медицинской экспертизы. Экспансивность — особенность личности, выражающаяся в преобладании внешней направленности психической деятельности, высокой психической активности, склонности к переоценке собственной личности, собственных возможностей и физических сил. Экскреция — совокупность физиологических процессов, направленных на освобождение организма от конечных продуктов обмена, чужеродных веществ, а также избытка воды, минеральных и органических веществ, поступивших с пищей или образовавшихся в организме в процессе метаболизма. — Арис! — Хорхе повысил голос, стараясь перекричать гул лопастей. — Что за заумные фразы? Арис поднял голову от книжки, которую до этого громко читал. — Общий словарь терминов, — пояснил он. Хорхе усмехнулся, закатив глаза. — И зачем он тебе? — Мне кажется… — протянул Арис, задумчиво глядя куда-то в сторону, затем снова опустил взгляд в книгу. — Мне кажется, что я начинаю забывать. — Что забывать? — выкрикнула Бренда, пытаясь отбросить с лица короткие волосы, назойливо лезущие в глаза под потоками ветра. — Что-то, — неопределённо сказал парнишка. В отличие от других, он не пытался говорить громче. Но все и так его слышали. — Бренда! — Фрайпен подошёл ближе, цепляясь за стены летательного аппарата. Он наклонился как можно ближе к девушке и прошептал ей в самое ухо. — Зачем мы вообще взяли Ариса? Он же ни на что не годится. И оба покосились на дистрофично худого товарища, который явно знал куда больше, чем говорил. — Сама не знаю, если честно, — так же тихо ответила девушка, изучая глазами острые скулы и синяки под глазами. — Подошёл ко мне перед вылетом со списком, начал впаривать, что ему нужно, зачем нужно, слова какие-то страшные говорил… Вот я и подумала, что лучше будет взять его с собой. Пусть сам на месте выбирает. Арис продолжал читать книгу. То ли действительно не замечая их разговоров, то ли делая вид. — Так, ребятки! — задорно объявил Хорхе. — Подлетаем! Готовность одна минута. Жизнь на острове напоминала Глэйд. Разница была в отсутствии стен, монстров и ящика. Но, если первые отличия не могли не радовать, то последнее удручало. Тихогаваньцев было много больше, чем глэйдеров в своё время. А ящика не было. И, разумеется, некому было доставлять «всё самое необходимое». Поэтому островитянам приходилось самим отправляться в город. Но делали это не раз в неделю, как в Глэйде, а почти каждый день. Тащили всё, что только можно. От самых простых бытовых вещей до кнопок от пультов телевизоров. Хотя, разумеется, ни телевизоров, ни тем более, пультов — не было. Да что там! Даже об электричестве речи не шло! Но в дальнейшем, кто знает, может и пригодится. «Собирательство» было оправдано. И не человеческой жадностью, а реальной необходимостью ввиду сложившихся обстоятельств. После падения ПОРОКа началась полная анархия. Когда Лоренс трагически погиб (назовём это так), пробивая своим людям путь в город, встал вопрос — кто будет следующим лидером? И, когда народ понял, что только безносый бизнесмен реально мог управлять городом, началась такая вакханалия… Ресурсы, которых, к слову, и так было в обрез, таяли на глазах. Производство полностью остановилось. Параллельно со сменой власти и установлением нового порядка, шли массовые разграбления того немногого, что оставалось в Денвере. Но, если у Тихой гавани, при наличии общей сознательности островитян и чуткого централизованного руководства Винса, ещё были шансы на выживание, то Денвер стал тонущим кораблём, спасти который не представлялось возможным. Поэтому Тихая гавань и пыталась выжать из этого корабля всё, что только можно. «Ласточка», как её неофициально называли жители Гавани, приземлилась на окраине города недалеко от стены. Сейчас, когда основная масса населения была сосредоточена в центре, это было самым безопасным местом. — Вот, держите, — пока ребята разбирали и проверяли оружие, Хорхе вручил им рацию и какую-то штуку, по форме и размерам напоминающую зажигалку. — Это что? — спросил Фрайпен, поднимая зажигалку на уровень глаз. — Это маяк, — коротко ответил Хорхе. — Ты всегда излишне беспокоишься, — мягко сказала Бренда, обвивая руками шею названного отца. — Что ж поделать? Я не могу не переживать за тебя, — вздохнул он. — Пожалуйста, будь осторожна. — Как всегда, — с готовностью ответила она. Хорхе секунду смотрел в круглые карие глаза, затем снял её руки с себя. — Нет, как всегда не надо! Надо осторожно! Девушка засмеялась, снова обнимая его. Хорхе продолжал улыбаться какой-то печальной улыбкой. — Давайте уже, идите. Я буду вести наблюдение с воздуха. Хорхе удалился. И прежде, чем Арис успел задать вопрос, из корабля вылетел маленький квадрокоптер. — Тщщщ. Проверка связи, — раздалось из рации. Девушка достала пластиковую коробочку, щедро обмотанную синей изолентой. — Тщщщ. Связь в порядке. Бренда кивнула. Она была уверена, что Хорхе увидел это через камеру квадрокоптера. — Пошли.

***

— Я не понимаю, — сказал Арис, напряженно всматриваясь в тёмные глазницы бесстекольных окон. — Почему мы шастаем по окраинам? Тут же полно шизов. — Лучше уж зараженные, чем здоровые, — сказал Фрайпен, сжимая пистолет на изготовке. — Шизы хотя бы стрелять не умеют. — Но с живыми-то можно договориться, — предположил Арис, стараясь ступать как можно тише по осколкам стекла и кускам кирпичей, выбитым из стен снарядами. — Ага, конечно, — скептически хмыкнула Бренда, вспоминая Маркуса, — договоришься с ними… — Тихо! — вдруг шикнул Фрайпен, пригибаясь. Остальные последовали его примеру. Фрайпен сделал несколько шагов на полусогнутых, уходя с дороги, прижался спиной к длинному бетонному блоку, около ста двадцати сантиметров в высоту. — Что там? — тихо спросила Бренда. — Шиз, — ответил Фрейпен, поднимая пистолет на уровень груди. Это был первый зараженный, встреченный ими за сегодня. Что казалось странным. Обычно шизы прятались в тёмных местах, в подъездах домов, в канализациях и тоннелях. А этот стоял себе спокойно на середине дороги. — Сможешь снять его? — спросила Бренда. Фрайпен кивнул, прикручивал глушитель к дулу пистолета. Арис поднял голову, выглядывая из-за бордюра. Зараженный был молодым парнем в красной толстовке и коричневых штанах. Кожа его была покрыта тёмной сеткой вен, некогда светлые волнистые волосы запачканы грязью. Парень стоял, глядя куда-то вперёд. — Погодите, а это… — Арис прищурился, затем ошарашенно распахнул глаза. Бренда бросила быстрый взгляд на товарища. Лицо у Ариса было такое, будто бы он увидел привидение. Фрайпен, закончив установку глушителя, выдохнул и привстал, направляя ствол пистолета вперёд, прицеливаясь. — Быть не может… — прошептал Фрай, опуская руки. — Какого… — начал Арис. Бренда нахмурилась. «Да что они там такого увидели?». Девушка решительно встала и тут же обмерла, пошатнувшись назад. — Ньют… — одними губами проговорила она, не веря своим глазам. В этот момент шиз резко повернул голову в их сторону, как будто услышал. Фрай среагировал первый, прячась за бетонную возвышенность и утягивая за собой остальных. Бренда упала на колени парня, и тот крепко прижал её к себе, на всякий случай зажав ей рот. Глаза девушки были широко распахнуты. Её била мелкая дрожь. Фрайпен изо всех сил сжимал зубы, стараясь подавить нахлынувшие эмоции. Бренда пыталась прийти в себя. Фрай убрал влажную от слюны руку, открывая доступ кислорода и прижался щекой к её тёмным волосам. Девушка хватала ртом воздух, вцепившись побелевшими от напряжения пальцами в обнимающую её руку. Карие глаза бегали из стороны в сторону. Как же так? Она сама видела, как Ньют умер. Видела нож в его груди и безжизненные красные глаза, отрешенно смотрящие куда-то вдаль. И как Томас сокрушался над телом друга. Так какого чёрта? Не могло же их всех троих сейчас глючить? Или это новый эффект вируса? Но Фрайпен иммун, как и Арис. Тем временем то, что ребята приняли за Ньюта, покрутил головой из стороны в сторону и хромающей походкой зараженного направился куда-то вперёд. — Бренда, — Арис потряс её за плечо. — Нам нужно идти. Иначе не успеем. И хотя она всё ещё не могла полноценно отойти от шока, всё-таки Бренда была солидарна с парнем. Трясущимися руками девушка вынула из кармана рацию и нажала на кнопку. — Тщщщ. Хорхе, — пауза, — ты тоже это видел? — Тщщщ. Видел, — раздалось в ответ после некоторой паузы. — Но вам нужно двигаться дальше. Скоро стемнеет. Бренда смотрела в сторону, задумчиво ковыряя ногтем изоленту рации. Внутри неё львами боролись противоречивости дальнейших действий. — Тщщщ. Хорхе, — сказала она в рацию. — Наблюдай за ним через квадрокоптер. — Тщщщ. Но… — Тщщщ. Никаких но! — оборвала девушка, так и замерев с включённой рацией. — Делай, — коротко добавила она, отключая связь. Она знала, что Хорхе был с ней решительно не согласен. Но квадрокоптер начал движение, удаляясь от них. Бренда слишком часто слушалась Хорхе. И беспрекословно выполняя все его приказы, даже будучи не согласной с ними. Наконец-то и он её тоже послушал. Да, Ньют, безусловно, был несоизмеримо важен. Но они должны были выполнить миссию. А потом уже разбираться с призраками прошлого.