Не забыть ее

Я уже не раз говорила себе, что никогда больше не буду этого делать. Услышав, что включился душ, я чувствую раздражение на своего одноразового любовника, который, кажется, думает, будто мой номер - подходящее место для того, чтобы подготовиться к предстоящему дню. Что дальше? Нежные обнимашки? И тут я понимаю, что это не мой номер. Вот черт! Как ужасно болит голова! Как я уже сказала, я обещала себе, что никогда больше не буду этого делать. Мне почти 40, ради бога! Пора успокоиться, но это не значит, что должна стать кому-то второй половинкой. Я не создана для брака. Слишком независима, слишком упряма - мне не раз об этом говорили. Нет, я просто имею в виду, что мне нужно перестать спать с кем попало. Нет, я не конченная шлюха, раздвигающая ноги перед кем попало. Я искушенный гурман с определенными требованиями. Во-первых, он должен заставить меня смеяться. Во-вторых, высокий, темный и не помешанный на своем достоинстве - вот что меня притягивает. Кстати, прямо сейчас я могу сказать, что некоторые части моего тела чувствуют себя так, как будто мы прошлой ночью неплохо провели время. Я ни черта не могу вспомнить, но чем меньше ты помнишь, тем больше удовольствия ты получил, не так ли? Или, вполне возможно, что ты просто потратила время впустую, Саманта. Вот дерьмо! Я действительно должна прекратить это. Мне удалось приоткрыть один глаз. Я приподнимаюсь и беру часы, лежащие на прикроватной тумбочке. 7:55. Вот зараза! Я определенно опоздаю, если прямо сейчас не подниму свою задницу с кровати. Я сажусь и хватаюсь за голову, а потом вновь смотрю на часы. Ролекс. Изысканные часы, но, на мой взгляд, слишком женственные. - Выпей это, почувствуешь себя лучше. Это не тот голос, который я ожидала услышать. Я не двигаюсь. И не вздрагиваю. Выражение моего лица не изменилось ни на йоту, но это не отражение моей стальной решимости, это результат невыносимого похмелья. Мое тело не способно реагировать на что-либо, по крайней мере, еще минут тридцать. Разум внутри меня взорван. Если судить по тому, что чувствует моя голова, все остальные части тела тоже пострадали, но это не главное. Мой взгляд поднимается по длинным гладковыбритым ногам и упирается в черные женские трусики. Гладковыбритые ноги? Женские трусики? Я беру из ее рук бутылку воды и пытаюсь скрыть потрясение. Сделав глоток, поднимаю взгляд чуть выше - на загорелый подтянутый живот и черный бюстгальтер. С трудом сглотнув, смотрю ей в глаза. Она мне улыбается. - Мне было весело прошлой ночью, - она поднимает часы и надевает их на запястье. - Да... - я стараюсь прочистить пересохшее горло и оглядеться, все еще надеясь найти в кровати мужчину. Вот дьявол! Вид пустой кровати заставляет меня повернуться к ней, я уверена, на моем лице написано смятение. - Там... - ее брови поднимаются вверх, ожидая, что я начну выражаться более-менее связно. - Я имею в виду... наверняка есть кто-то... - я смотрю на дверь ванной, надеясь увидеть под ней свет. - Мы... "Устроили групповушку?" Я не говорю этого вслух, а просто разглядываю пол в поисках использованного презерватива. Пожалуйста, боже, скажи мне, что я не была настолько пьяна, чтобы забыть про презерватив. А еще, боже, пожалуйста, скажи мне, что во все это дерьмо был вовлечен мужчина - каким бы он ни был. - Да, мы занимались этим, - она кивнула и улыбнулась. Думаю, она считает все это забавным. Я вижу, как ее взгляд опускается, и понимаю, что он остановился на моей груди. Боже мой, что я наделала? - Кто, хм... - я небрежно тяну простыню, чтобы прикрыть свою наготу. - Кто? Я не уверена в том, о чем ты спрашиваешь. - Был... - я отпиваю еще один глоток воды, интересно: я сейчас выгляжу так же плохо, как чувствую себя. - Ну, знаешь... третье лицо на этой вечеринке? - Мужчина, ты имеешь ввиду? Я киваю. Она закатывает глаза. - Я позволю тебе одеться. Проклятье! Кажется, я разозлила ее. Мои глаза смотрят, как она уходит. Она великолепна - знаешь, как женщины ходят. Длинные волнистые каштановые волосы и очень симпатичный зад - ну, ты знаешь, как выглядят прекрасные женские задницы при ходьбе. Прошлой ночью я прикасалась к этим аппетитным булочкам? Ну надо же, черт возьми, я даже не могу вспомнить свой первый лесбийский опыт! Моя проклятая удача! Выходя из ванной, я застегиваю вчерашние брюки и слегка улыбаюсь ей, а потом отворачиваюсь на случай, если начну краснеть. Почему я вдруг почувствовала себя такой застенчивой? У нас, очевидно, прошлой ночью был удивительный лесби-секс, иначе с какого перепугу сегодня утром ей быть такой дружелюбной. Мое тело говорит мне, что, возможно, этот секс был немножко жестким. Я еще не разглядывала себя в зеркало, но уже заметила на животе - на дюйм выше лобка - любовный укус хорошего размера. Что? Какого черта! Возможно, что причина моей сегодняшней застенчивости в том - а шансы на это очень даже хорошие - что голова этой прекрасной женщины прошлой ночью побывала у меня между ног. Боже, я такая шлюха! Украдкой бросаю на нее еще один взгляд и вижу, как она надевает пару дорогих туфель на каблуках. На ней надета деловая, но очень сексуальная юбка, и рубашка. Мне хочется спросить, в каких магазинах она закупается, но я чувствую себя как-то неловко. Я тоже надеваю туфли, закидываю на плечо сумку и не знаю, что сказать или сделать дальше, что очень странно для меня. Обычно я пробегаюсь пальцами по небритым вискам и благодарю за прекрасно проведенное время. Прикосновение к лицу позволяет мне не целовать их на прощание, в нем достаточно тепла, чтобы они не поняли, что трахались с хладнокровной стервой. Я ненавижу, когда меня неправильно понимают даже совершенно незнакомые мне люди. Я не холодная и не бессердечная, а просто не хочу обязательств. Мужчины цепляются, нуждаются во мне и хотят от меня младенцев. Ну, во всяком случае, хотели, когда я была моложе. А мне не хотелось разрушать свое тело, я и сейчас, конечно же, не хочу этого. Оно никогда не восстановится. Не в моем возрасте. Она открывает дверь гостиничного номера - я говорю "она", потому что не могу вспомнить ее имя. Прежде чем уйти, мне действительно нужно узнать ее имя, чтобы не чувствовать себя полной дурой. Но как именно мне это сделать и не выглядеть этой самой полной дурой? Я наклоняю голову и направляюсь к двери, а когда прохожу мимо нее, она берет меня за руку. - Саманта... Вот черт! Похоже, она помнит мое имя. Наши глаза встречаются, и она переплетает пальцы. Я смотрю вниз, наслаждаясь тем, как ее тонкие пальцы идеально сочетаются с моими. Ломаю голову над ее именем и жду, пока она скажет все, что собиралась сказать. Ее брови хмурятся, а потом она улыбается. Это выглядит так, как будто она сомневается, подбирая правильные слова. Затем она неожиданно отпускает мою руку и возвращается обратно в комнату. - Я забыла, что мне нужно позвонить до того, как я уйду. Я очень хорошо умею читать лица людей и готова поставить тысячу долларов, что на самом деле ей не нужен никакой телефонный звонок. Она просто не хочет пройти сквозь неудобную поездку со мной в лифте. Я не виню ее и, если честно, мне стало легче. Я киваю и ухожу, но услышав позади себя звук закрывающейся двери, облегченно выдыхаю. Боже, я проклятая идиотка! *** В настоящее время я борюсь с желанием вспомнить каждую чертовую секунду прошедшей ночи с попыткой притвориться, что я не просыпалась в постели с другой женщиной - в первый раз в своей жизни. С женщиной! Господи! А этот кофе мне совершенно не помогает вспомнить хоть что-то. И яичница тоже. Почему повара ресторанов в отелях думают, что должны высушить в яйце каждую каплю влаги? Даже когда я прошу яйцо всмятку, они... О боже, она только что вошла сюда! Она на самом деле чертовски красива и кажется очень организованной, как будто точно знает, каким будет ее следующий шаг - вся ее жизнь распланирована и расписана где-то. Ставлю десять баксов на то, что я не являлась частью этого плана. И ее, конечно же, не было в моих планах на жизнь. Едва ли я планирую что-то большее, чем на две недели, но то, почему она оказалась в Чикаго, наверное, было записано в ее календаре еще несколько месяцев назад. Или, вполне возможно, что я совсем слетела с катушек и прошлой ночью переспала с проституткой. С очень высокого класса проституткой. В конце концов, это дорогой отель - с бесплатными халатами и тапочками. Я быстро заглядываю в кошелек, чтобы убедиться, с какой суммой денежных средств я рассталась прошлой ночью, и только после этого возмущенно качаю головой. Как я могла заплатить за секс с женщиной! Эта мысль чуть не заставила меня громко рассмеяться, но я контролирую себя, чтобы не привлечь внимание моей прекрасной и экзотической любовницы. Да, я только что мысленно произнесла это слово. Привет, любовница! Да, это тоже я сказала. Не судите строго! Хотелось бы мне знать, как прошлой ночью мы оказались в одной постели. Каковы были обстоятельства перед тем, как она отвела меня в свой номер? Какие слова я говорила? Была ли я обаятельной? Кто начал первым? Сначала я ее поцеловала или она меня? На все эти вопросы я никогда не получу ответы, если опять не поговорю с ней. Все, шутки в сторону, но я не уверена, что мне хочется это делать. Как, собственно говоря, я могу начать этот разговор? Прости, что я надралась и не могу ничего вспомнить, но расскажи мне, ради бога, почему мы вообще переспали с тобой прошлой ночью? А мы несомненно это сделали. Как я уже говорила раньше, мое тело болело в неописуемых местах, а так бывает только тогда, когда я занимаюсь сексом всю ночь. Боже, мне так жаль, что я не могу хоть что-то выжать из своего затуманенного мозга. Я опять тру виски, пытаясь облегчить похмелье. Это не помогает. Она села за стол возле другой стены ресторана. Чтобы заметить меня, ей придется повернуться направо, а значит я, по сути, скрыта от ее взгляда. Это заставляет меня улыбнуться, я могу смотреть на нее, пока пью вторую чашку кофе и молюсь о том, чтобы долбежка в голове закончилась. Кто она? Откуда? Очевидно, что мы обе не из Чикаго. Итак, откуда взялось это прекрасное существо, и как я оказалась в ее постели? Я знаю, что уже не в первый раз задаю себе этот вопрос, но это очень серьезный вопрос. Я не сплю с женщинами! Никогда! Ни разу. Даже в юности не спала, когда была так пьяна, что ничего не помнила... о черт! По правде говоря, мне бы хотелось вспомнить, что она чувствовала. Конечно же, я ласкала руками ее тело, прикасалась к ее гладкой коже и целовала эти полные губы. Проснувшись сегодня утром в ее кровати, я была в ужасе от одной только мысли об этом, но сейчас, глядя на нее, я бы сказала, что мне хотелось снова провести с ней время. Много времени. Она всего лишь сняла очки для чтения, а у меня в животе все перевернулось. Почему в нем проснулись бабочки? У меня миллион лет не было бабочек. Сейчас я хочу, чтобы она посмотрела в мою сторону. "Эй, малышка, как тебя зовут? Хочешь поговорить?" Она уткнулась носом в планшет, кофе и кекс - весь ее завтрак. Я не удивлюсь, если это ее обычная рутина. Боже, я даже не удивлюсь, если она замужем, а со мной у нее просто игры на сеновале. Возможно, она всегда делает это во время деловых поездок. Я обычно смотрю на обручальные кольца или на их признаки (светлая полоса там, где должно быть кольцо). Я не сплю с женатыми мужчинами и давным-давно выучила этот урок. Подумала ли я о том, чтобы поискать кольцо на ее пальце? Сомневаюсь, эта мысль, скорее всего, даже не приходила ко мне в голову. Потому что - с чего бы ей появиться? Я не могу есть эти сухие яйца. Мой желудок тоже завязан в узел. - Что-то не так с яйцами? Официант загораживает мне взгляд на мою сексуальную одноразовую любовь. Я склоняюсь в сторону, пытаясь увидеть ее сквозь пухленькую женщину. Не хочется потерять ее из виду. - Нет. Просто дайте счет. - Если что-то не так с яйцами, я буду рад поговорить с шеф-поваром... - Нет! - я смотрю ему прямо в глаза. - Счет, пожалуйста. К тому времени, когда он насмотрелся на меня, а затем пожал плечами, моя соблазнительная красавица находилась уже на полпути из ресторана. Итак, у меня есть выбор: дождаться счета и потерять ее навсегда? Или кинуть немного денег на стол и бежать за ней? Да, я согласна. - Миа! - я застываю на месте, потому что не знаю, какая часть моего мозга вдруг вспомнила ее имя. Боже, надеюсь, что это точно ее имя. "Повернись, Миа!" Она улыбается и медленно направляется ко мне. Вот что она сделала прошлой ночью! Я четко вижу это в своей голове - она вчера улыбалась мне так же, как сейчас. Хотелось бы вспомнить, что случилось после этого. Как, например, черт возьми, я оказалась в ее постели. - И снова здравствуйте, - она остановилась достаточно близко, чтобы я могла почувствовать запах ее духов. Пахнет знакомо. И восхитительно! - Привет. А где потерялись мои навыки к общению? Как бы мне невзначай спросить у нее: кто она такая, почему напоила меня - только ради секса со мной? Кстати, а мне нравилось? Боже, как же я хочу знать - понравилось ли мне! Она так замечательно улыбается, что заставляет меня подумать о том, будто мы отлично провели время. Миа поворачивается и смотрит на группу людей, стоящих у входа в отель. - Мне нужно идти или я опоздаю, - я просто кивнула, по-прежнему не зная, что сказать. - Но, если ты хочешь встретиться позже... - Я... я уезжаю сегодня ночью. "Боже, теперь я еще и заикаюсь!" Она кивает и улыбается опять, демонстрируя милые ямочки. - Хорошо. Ну... я действительно не знаю, что сказать. Мы обе хихикаем. - Я тоже. Ее карие глаза теплые и добрые, и я на секунду теряюсь в них, потом смотрю вниз и пытаюсь прочистить горло, надеясь, что в следующие три секунды найду мужество и соберу вместе несколько слов. - Я могла бы... возможно... поменять время вылета и уехать завтра утром? Она изучает мои глаза, задаваясь вопросом - серьезно ли мое предложение. Это так странно для меня, но я убийственно серьезна. По каким-то причинам я не могу оставить все это так, как есть. Я должна знать больше. И должна знать - почему это случилось. Она снова оглядывается на группу людей. Некоторые из них смотрят на нас. Они похожи на ее коллег. Это не члены семьи и не друзья. - Посмотрим, что можно сделать. Оставь записку для меня на стойке регистрации. Я вернусь к шести. Наши взгляды на несколько секунд встречаются, а затем она дарит мне еще одну очаровательную улыбку. Когда она улыбается, ее глаза немного искрятся. - Ладно, пока. Может быть, позже мы еще увидимся. - Да, - это все, что я могу выдавить. Она кивает мне, поворачивается и уходит. Ну вот, а мои глаза останавливаются на ее заднице. Мои чертовы глаза опять упираются в ее дьявольскую задницу!