24 часа

      Момо покончила с учебой во вторник, и настал обед перед занятиями в академии. В последнее время она с нетерпением ждала похода в столовую. Не то, чтобы она когда-то хотела это признавать, но ей очень нравилось в компании Мины. После долгих размышлений Момо пришла к выводу, что Мина была тем человеком, который сначала стесняется, но как только ты узнаешь её, она становится довольно разговорчивой и смешной. Момо особенно любила людей, с которыми она могла посмеяться. Но, на данный момент, то, что совсем недавно она ненавидела её, казалось таким смешным.       Занятия в академии начнутся совсем скоро. Мина попросила девочек подождать немного, потому что она забыла забрать вещи из своего шкафчика. Так как Мина задерживалась, Момо решила воспользоваться возможностью и купить еще один бутерброд, чтобы поесть позже. По какой-то причине они были необыкновенно вкусными сегодня.       Когда Момо вернулась с её бутербродом, других девочек не было. Они ушли без неё, даже не предупредив. Момо пожала плечами. В любом случае, это не так важно, потому что она, как обычно, собиралась ехать на своем мотоцикле, а остальные собирались ехать на машине Пинки.       Но кто-то стоял рядом с припаркованным байком. Момо в замешательстве подняла брови и огляделась, пытаясь найти Пинки и её машину, но никого не обнаружила.       Она привлекла внимание девушки своим приближением. Она смотрела на Момо обеспокоенным взглядом.       — Почему... ты еще здесь? — спросила Момо с некоторым колебанием. Она не хотела звучать грубо, но она должна была спросить. — Я имею ввиду... Я думала, что ты поедешь с Пинки и остальными.       — Цзыюй написала мне. Она сказала, что Виктория-сенсей позвонила им, и попросила приехать пораньше, чтобы они убрали комнату для практики. Очевидно, класс джазового танца не убрал за собой комнату, но все в порядке. Она извинилась и сказала ждать тебя здесь, чтобы ты... довезла меня, — сказала Мина и, заканчивая свое объяснение, отвела взгляд.       Момо пристально смотрела на девушку, её рот открывался и закрывался, в поисках каких-нибудь слов.       — Хорошо, — это единственное, что она смогла придумать.       — П-прости за то, что доставляю неудобства...       — Нет, я.. Все в порядке! Я часто езжу с Саной, так что я привыкла! — сказала Момо, протягивая белый шлем. — Его носила Сана, так что он может немного пахнуть. Надеюсь, ты не против.       Мина посмотрела на Момо, а затем на шлем, глядя на него пару секунд, прежде чем взять, после этого она тихо хихикнула. Момо надела свой шлем, затем снова посмотрела на Мину, чтобы убедиться, что она правильно его застегнула. Чего она конечно же не сделала. Момо приблизилась к Мине и закрепила подбородок.       Затем, это случилось – их взгляды встретились, и они словно приклеились. Только сейчас Момо заметила, как они близко друг к другу. Мина выглядела странно симпатичной с этими глаза и длинной челкой под шлемом, что слегка прикрывало ее лицо.       Момо моргнула и неловко улыбнулась, делая шаг назад.       — П-пойдем?       Блондинка запрыгнула на мотоцикл и ждала, пока Мина сделает тоже самое. Она выглядела нерешительной, даже не зная, куда опереться.       — Ты впервые едешь на мотоцикле? — спросила Момо, получив кивок в ответ. — Ладно, ставь ногу сюда, — Момо указала на подставку для ног, Мина послушалась. — И когда ты держишься... — Она внезапно застыла. Когда Сана едет с ней, она всегда держится за плечи, чтобы не упасть. Момо чувствовала, что её щеки краснеют с каждой секундой. — Держись за мои... плечи, так легче.       Глаза Мины на секунду расширились. Она неловко придерживала плечи Момо, и, наконец смогла сесть. Блондинка посмотрела назад, чтобы найти Мину, которая оглянулась вокруг, найдя пассажирские поручни и крепко держа их.       Мина казалась готовой, поэтому Момо запустила двигатель. Как только она это сделала, две руки резко обхватили её талию, а тело Мины контактировало со спиной. Когда двигатель запускается, мотоцикл немного подпрыгивает и издает громкий звук. Конечно, Момо привыкла, но Мина нет. Она выключила мотоцикл.       — Ты испугалась? Прости.       — Мне жаль... Они произнесли это одновременно. — Я... Все в порядке, ты можешь держаться за талию, это безопаснее, ты же знаешь... — И намного комфортнее. Момо попыталась скрыть свои красные щеки, посмотрев вперёд.       Момо запустила двигатель. Мина снова вздрогнула и обняла талию Момо железной хваткой. В конце концов, она сама сказала, что Мина может держаться за неё, поэтому пришлось иметь дело с последствиями. Такими как бешеное сердцебиение. Мина крепко обнимала её талию, её руки прикасались к животу и её тело полностью прилегало к спине.       Момо знала, как опасно кататься на мотоцикле, особенно если есть кто-то сзади, поэтому ей нужно было сосредоточиться. Но эта поездка была, безусловно, слишком сложной для того, чтобы сосредоточиться.

___

      — Было весело? — спросила Сана, сидя рядом с Момо в ожидании Виктории.       — Что?       — Поездка с... Миной, — она прошептала последнее слова, её дразнящий тон был ясен.       Момо подняла бровь.       — Что за вопросы?       — О, ничего. Прости интересно, — Сана явно насмехалась.       Затем лампочка в голове Момо внезапно загорелась.       — Сана... Это был не один из твоих планов, не так ли? — Она спросила, опасаясь ответа.       — Я? Я даже не знаю, о чем ты говоришь.       — Клянусь Богом, Сана, я убью тебя! Зачем ты это сделала? Ты понятия не имеешь, как было тяжело! Я едва могла сконцентрироваться на дороге!       Сана посмотрела на сестру, её лицо сияло от признания Момо.       — О, почему же?       — Что почему?       — Почему ты не могла сконцентрироваться? Твой разум был затуманен или что-то такое? — Её озорная улыбка не исчезала.       Глаза Момо могли стреляли лазерами, пытаясь убить Сану. И в то же время ей хотелось самой умереть на месте. К великому счастью, Виктория вошла в кабинет.       — Привет всем! Надеюсь, у вас хорошее настроение. Если нет, то сейчас будет, потому что у меня хорошие новости! — Глаза девушек сияли от любопытства. — У меня была встреча в минувшие выходные, и 20 мая состоится концерт, чтобы продвинуть нашу академию, и вы все будете выступать.       Лица всех ребят светились от счастья, кроме одного, обеспокоенного чем-то.       — Мюи-сан, это касается и тебя, — сказала Виктория с тёплой улыбкой.       — Н-но... я даже ни разу не танцевала с вами, не думаю, что я должна...       — Значит это будет отличным началом, не так ли?       Мина застенчиво огляделась, другие девушки тоже улыбались. Её глаза нашли Момо и остановились на пару секунд, прежде чем снова посмотреть на Викторию.       — Хорошо, спасибо за то, что доверяете мне, я вас не разочарую.       — Хороший настрой! Итак, как видите, у нас не так много времени, так что в течении 10-15 минут нужно выбрать хорошие песни для каверов. Жду ваших идей!       Виктория села в круг рядом с ними, предлагая идеи. Они не могли выбрать что-то сложное, потому что это заняло бы много времени. Времени, которого у них не было. Но брать скучную песню с лёгким хорео тоже не хотелось.       На самом деле, тот у кого была идея, был слишком застенчив, чтобы говорить. Но она приложила все усилия, просто ОГРОМНЫЕ усилия, чтобы её голос наконец был слышен.       — Я думаю... — Все обратили на неё внимание, заставляя ещё больше нервничать. Она сглотнула и продолжила: — Так как у нас мало времени, что, если мы все сделаем танец вместе с Викторией-сенсеем, которая будет центром, а потом все разделятся на маленькие группы? Если это будет просто одна хореография для всех нас, и мы разделимся на пары или трио. Каждый будет практиковать два танца, а в итоге мы сможем показать целых четыре.       Девушки обменялись одобрительным взглядами.       — Я не думала о выступлении с вами, но считаю, что это действительно хорошая идея, и я не могу пропустить это, — рассмеялась Виктория. Виктория Хорошо, все согласны? — Девушки одобрительно закивали. — Ну, решено! Теперь мы должны определиться с песнями и юнитами. Кто с кем хочет танцевать? Я знаю, Сана, ты хочешь с Цзыюй, — сказала она до того, как Сана собралась открывать рот.       Другие смотрели друг на друга, в поисках желаемого партнёра.       — Может быть, я буду в паре с Момо-семпаем. Мы вместе учимся, и уже совместно тренировались до этого... Но это если она не против, конечно! — Мина опять заговорила, и сейчас ей понадобилось куда больше смелости.       Виктория и Мина смотрели на Момо. Блондинка сидела с непроницаемым выражением лица. Что-то между удивлением и счастьем? На ее губах появилась улыбка.       — Д-да, я не против. Думаю, мы сможет сделать что-то... вместе, — произнеся это, её уши покраснели.       Мина хотела танцевать с ней... вновь? Она не помнила ощущения лести, когда Мина выбрала её в первый день.       Группы сформировались так: Момо и Мина, Пинки была с Цзыюй и Саной, и остальные девушки, Аюми, Рейна и Эри. Все были довольны, ну, возможно, кроме Саны, которая все же предпочитала танцевать наедине с Цзыюй, но Пинки отказывалась отделяться от сестры. Теперь у них была вторая тема для размышления – песни, под которые они будут танцевать. Как и до этого, у Мины было хорошее предложение, которое всем понравилось, Ли Хьюри «U Go Girl». Идеальная песня для них. Виктория будет центром и остальные девушки будут в подтанцовке. Хореография была достаточно лёгкой, но в то же время сильной и интересной.       Затем назначенные группы собрались вместе, чтобы выбрать свои песни. Мина села рядом с Момо, и по некоторым причинам, Мина выглядела неловко. Неужели она все ещё была смущена из-за той поездки? Честно говоря, Момо все ещё смущалась. Самую малость. Но ни один из них, казалось, не знал, что сказать, поэтому они переключили свои мысли на песню.       Момо обнаружила, что смотрит на рыжую девушку, в раздумьях о песне, которая может подойти обоим. Разумеется было множество хореографий мужских групп, но слишком сложно выучить их за такое короткое время. Внезапно, Момо вспомнила что-то, и казалось, что её голос набрал всю жизненную силу.       — Сонми «24 часа».       Мина посмотрела на Момо, их взгляды снова встретились, и все слова застряли в горле. Да, это произошло снова.       — Ты... видела это? — Спросила Мина, после долгого молчания. Момо прикусила язык и начала проклинать себя. Что она могла ответить на это? Да, я смотрела на тебя как минимум минуту, пока ты танцевала «24 часа», не зная, что я наблюдаю за тобой, как змея. И я была так восхищена, что не могла перестать смотреть на тебя.       Конечно, Момо не ответила бы так. Она должна была сказать что-то, потому что время тикало, и чем больше секунд проходило, тем больше она нервничала.       — Я-я просто немного увидела. Пока я, ты помнишь, думала, убивать паука или нет. — Ей удалось ответить, убеждая себя, что это достаточно убедительно. Но она не была уверена, что Мина купится на это, и чтобы она не спросила что-то еще, Момо снова заговорила. — В-вот, я думаю, что это хорошая идея! Ты же уже знаешь хореографию. — Затем последовала секунда молчания, и она добавила в спешке: — Из того, что я видела, конечно.       Мина отвернулась и хихикнула, скрывая это от Момо. Блондинка в замешательстве подняла бровь. Когда Мина вновь встретила её этими сверкающими глазами, с мягкой улыбкой, розоватыми щеками, а так же мягким «спасибо», Момо поклялась, что её сердце билось так сильно, что её тело слегка покачивало.       Момо подумала, почему она предложила эту песню. Было ли это действительно по тому, что так было легче, так как Мина уже знала хореографию, или это по тому, что она хотела снова увидеть Мину? В любом случае, она была счастлива, начиная танцевать с ней.

___

      Следующий день – среда.       В этот день Момо ждала урока «Проект» ещё больше. Она хотела показать свою идею концепции «любви» и те шаги, которые она создавала в течении последних двух дней. Несмотря на то, что она не была сильна в современности, она приложила все усилия и была удовлетворена результатом.       В этот раз Мина сделала первый шаг. Она тоже создала немного хорео и хотела услышать мнения Момо. Блондинка была удивлена, но потом подумала, что если она это делает, то достаточно уверенна, и было приятно видеть, как она активизируется чаще.       — Поскольку я была очень взволнована этим проектом, я также подумала о концепции и сюжете. Надеюсь, ты не против, это все не точно, просто идея! — сказала Мина, сидя перед блондинкой. — Все в порядке?       — Итак... Обычно, когда мы думаем о любви, мы представляем счастливые чувства или хороший конец, верно? — Момо кивнула. —Дело в том, что истории любви не всегда имеют хороший конец. — Момо снова кивнула. — Песня, которая нам досталась, называется «Crazy In Love». Но что значит быть сумасшедшим в любви?       — Что-то в роде, безумно влюбленных? Когда человек любит кого-то действительно сильно?       — Именно, и это соответствует сильной энергетике и быстрому ритму, которые есть в оригинальной версии песни. Но, я не думаю, что эта концепция сочетается с той версией, которую мы собираемся танцевать. Поэтому, я подумала о том, что «Сумасшествие в любви» должно быть в плохом смысле.       Момо нахмурилась.       — Что ты имеешь в виду?       — Когда человек слишком сильно любит кого-то, это переходит в одержимость, — объяснила Мина. — Чем больше человек хочет другого, тем больше другой чувствует удушение.       Момо не знала, что сказать. Она была очарована мягким голосом Мины, и тем, как девушка нежно разговаривала, двигая руками.       — Ты поняла что я имею в виду? — спросила Мина.       — Думаю, да... Но я не понимаю, как такие отношения работают.       — В том то и дело, что они не работают. Подобные отношения оскорбительны. Иногда человек не понимает, что они оскорбительны, и на самом деле думает, что защищает другого. Это было бы, скажем, если бы твой парень стал настолько ревнив, что запретил бы тебе видеть своих друзей и семью, потому что он сказал, что у тебя может быть только он. Это насилие.       Момо представила этот сценарий у себя в голове. Зная Юнгвона, который всегда поддерживал и был к ней добр, невозможно было вообразить, что он может действовать так, как описала Мина.       — Порой, все становится хуже. Преследования человека, его контроль, что он делает, как одевается... Иногда, в самых крайних случаях, это может перерасти в физические последствия... Это не любовь, но человек думает, что это она. — Мина больше не смотрела в глаза Момо.       Но Момо все еще смотрела на неё, в абсолютной потере слов. Мина была такой искренней, и то как она говорила заставляло казаться, что она сама прошла через это. Момо внезапно рассердилась, думая, что кто-то мог сделать это с ней.       — Мюи-чан... — позвала Момо. Она осмелилась и опустила руку на руку Мины, заставив её посмотреть на себя. — Кто-то с тобой это сделал?       — Нет, не мне, но...       Момо бы соврала, сказав, что она не хочет знать что случилось, чего бы там ни было.       — Все в порядке, тебе не нужно говорить мне, если ты не хочешь, — сказала она, избавляясь от любопытства. Но Мина продолжила, словно ничего не слышала.       — Мой отец делал так с моей мамой. Он становился навязчивым, подозревая, что она изменяет ему, поэтому он постепенно начал контролировать её. Сначала мама думала, что он просто волнуется и хочет защитить её, но это происходила слишком часто. Он пытался запретить ей встречаться со своими друзьями, контролировать то, что она носила, постоянно проверял её телефон без разрешения. Однажды, моя мама увидела его по дороге в магазин, пока он следил за ней. Он сказал, что это просто совпадение. Вначале, она верила, но это происходила не единожды.       — Почем она ничего не сделала?       — Она знала, что он умственно не стабилен, поэтому боялась того, что он мог сделать. Кроме того, он манипулировал ею, говоря, что не сможет жить, если она уйдет, и сумел убедить, что это все только потому, что он ее любит, что она должна быть благодарна, что он так забоится. Однажды, мама вернулась домой позже обычного, и отец испугался. Они спорили и... он ударил её. Тогда моя мама поняла, что всему этому стоит положить конец.       Момо заметила, что её рука не просто держала Мину, она сжимала её.       — И что случилось потом?       — Она попросила развестись, но он возражал и снова начал её избивать. Мама взяла меня под руку, и мы сбежали этой же ночью. Она подала в суд, и все юридические вопросы были решены. Мы больше не должны видеть его.       — Сколько тебе было, когда это случилось?       — Около десяти.       Момо отпустила голову. Мина была таким ребенком... Как Момо могла судить и ненавидеть девушку, которая прошла через все это? Момо ненавидела себя за все, что думала о ней. Неудивительно, что она была такой застенчивой и мягкой.       Момо не могла придумать, что ответить. Момо хотела обнять её и сказать, что все в порядке, и что она тут для неё. Но не решилась.       — Прости, мы должны были тренироваться, а я просто...       — Нет, не извиняйся за это! Прости, что задавала такие вопросы, и все же, я не знаю, что сказать...       — Все в порядке, тебе не нужно ничего говорить. — Насупило короткое молчание. Мина положила свою руку поверх руки Момо, заставив взглянуть на себя. — Это был первый раз, когда я открылась кому-то, поэтому... спасибо, за то, что выслушала.       Момо заметила, что глаза Мины немного блестят. Это были.. слезы? Нет, Момо точно не хотела, чтобы Мина плакала, иначе она бы тоже заплакала.       — Почему я?       Мина начала волноваться из-за такого вопроса. Казалось, даже она сама не знала ответа.       — Я чувствую, что могу доверять тебе. Когда я в первый раз встретила тебя, ты произвела впечатление на меня, классный, практически недостижимый человек, как те популярные главные герои в фильмах. Затем я увидела, как ты танцуешь, и я была так потрясена, твоя энергия, твоя страсть, мне так хотелось танцевать с тобой, учиться с тобой, и, к счастью, у меня была такая возможность. Я чувствовала, что... что ты хороший и добрый друг, и когда у меня получилось узнать тебя, ты доказала мне мою правату.       Мина посмотрела в глаза Момо, когда закончила свою речь. У Момо не было слов, чтобы ответить. Её горло пересохло вкусом ненависти к себе. Она неоправданно ненавидела Мину, даже не знав, что та восхищалась ею. В Мине не было ничего, из того, что Момо думала раннее. Она никогда не судила её, и не считала себя лучше. Как она могла чувствовать ненависть к этой девушке?       Момо почувствовала давление слез из-за слов Мины и собственных размышлениях о них. Она не могла вспомнить, когда в последний раз слышала, что кто-то говорит так открыто. Момо вдруг почувствовала, что не достойна дружбы с Миной.       — Ты ошибаешься... Я не такой уж и хороший человек, — сказала Момо. Ее голос становился тише, пока не стал шепотом. Она больше не могла смотреть Мине в глаза. — Я злюсь на самые мелкие вещи, я слишком люблю соперничать, я хочу быть всегда права и никогда не признаю своих ошибок, хотя в глубине души знаю, что не права. Это заставляет чувствовать себя слабой. Люди указывают на мои недостатки в танцах, и по тому, что у меня нет сил принять эту конструктивную критику, я теряю уверенность... — Последнее предложение было самым трудным. Она не смогла остановить поток слез, убегавший из края её глаз.       — Момо-семпай, — мягко позвала Мина, вся еще держа Момо за руку. — Я не думаю, что осознание своих ошибок делает тебя слабой. Как раз наоборот, это делает тебя сильной. Собственно, это то, что ты только что сделала. Ты открыто признала свои недостатки. Значит, ты была сильной.       Момо почувствовала, что встретила другую сторону рыжеволосой девушки. Она заставила её сердце биться ненормально быстро. Она заставила её сказать то, о чем ей было трудно говорить. С каких пор Момо могла быть такой открытой? И с... Миной. Не со своей сестрой или с её парнем, а с Миной.       — Я... — сказала Момо, потому что тишина начинала душить. — Спасибо.       Они посмотрели друг на друга, когда улыбка появилась на губах Мины.       — После того, как ты рассказала о своей семье, нормально, если я тоже поговорю об этом с тобой? — Момо ждала одобрения Мины, прежде чем продолжить. — Моя мама умерла, когда мне было четыре года.       Мина была в шоке, но закрыла свой открытый рот рукой.       — Мой отец – пилот, поэтому он все время на работе. Мы с Саной росли вместе с бабушкой, а с 18 лет живем одни. Ну, и папой, когда он дома, — закончила Момо со слабой улыбкой.       — Трудно... расти без матери? Когда мы уши от отца, я уже была достаточно взрослой, чтобы многое понять. Но ты была намного младше.       — Я не знаю, потому что не знаю каково это, расти с матерью. Я едва помню её лицо... Только со старых фотографий. — Затем последовало еще одно молчание. — Забавно, у нас обоих есть какая-то трагедия за спиной, — сказала Момо, пытаясь облегчить настроение.       И это действительно сработало. Обе девочки улыбнулись.       — Ну... давай тренироваться? — спросила Момо, уже уставшая от темной атмосферы в комнате.       — Д-да! Я хочу показать тебе то, что придумала.       Мина встала и подошла к центру комнаты.       Даже без музыки, она была словно бриллиант. Момо даже позволила своему подбородку упать, наблюдая, как рыжеволосая девушка изящно двигается под звуки тишины, объясняя каждую мелочь, её глаза блестели энтузиазмом. Видя это, она почувствовала себя полной неудачницей в том, что придумала. То, что по её мнению, могло быть хорошим, даже рядом не стояло с тем, что показывала Мина. Её движения были намного сложнее и красивее, и хореография была намного интереснее.       Мина остановилась и села перед блондинкой, тяжело дыша.       — Что думаешь? Я бы хотела увидеть и твои идеи, но все же, что думаешь?       — Это прекрасно.       — Тебе правда понравилось?       — Очень.       Мина улыбнулась.       — Я рада... Я боялась, что тебе не понравится. Ты что-нибудь приготовила?Да?       — Нет, ничего, — сказала она. Не стоило даже тратить время на то, что она сделала. — Но даже если бы у меня что-то было, я бы все равно выбрала твою версию. В конце концов, твои навыки в современном танце гораздо лучше моих. Это твоя сфера.       Улыбка не сходила с губ Мины. Она хотела учиться у Момо, но удивительно, что Момо могла научиться гораздо большему у неё, чем можно было представить.