Боль в наших сердцах

Каору повезло с местом жительства немного меньше, чем остальным ребятам из компании.

Аска жила с родителями, Рей тоже, Синдзи обитал у знакомой своего отца (эксцентричной, но приятной женщины), а вот домом Нагисы было общежитие, предназначенное для учеников старшей и средней школы. Так же, часть здания принадлежала университету, что располагался неподалеку, так что тут же встречались и студенты. Впрочем, в этом были и свои плюсы: путь от школы до дома у пепельноволосого занимал невероятно мало времени, что по достоинству оценили и его сегодняшние гости. Найти комнату парня было несложно: он ни с кем не общался, к тому же ему удивительно повезло (а может, везение тут было и ни при чем) жить одному. Благодаря этому Каору волей-неволей выделялся среди массы веселых студентов и учеников. — Точно сюда? — Аска заглянула через плечо Икари. Тот все еще прижимал одной рукой бумаги с домашним заданием к груди, а во второй руке держал перед глазами бумажку с написанным услужливым студентом номером нужной им троим комнаты, номером 117. — Ну… Да, — в голосе темноволосого зазвучала неуверенность, хотя цифры на листочке и цифры на двери перед ними совпадали идеально. Синдзи опасливо покосился на дверь, будто бы та должна была вот-вот открыться, а за ней его бы ждал настоящий портал в ад. Ну, в какой-то мере, все это испытание было для него сравнимо с адскими муками.  — И чего ты мнешься? — задала второй вопрос рыжая, нервируя друга еще больше. Тот сейчас радовался всего одной вещи: что хотя бы Аянами молчала и не подгоняла его, заставляя чувствовать себя трусом. — Никто в жизни не был у него. А я и ты — вообще из другого класса. Так может, лучше… Прежде чем он закончил предложение словами «а может, лучше Рей постучится?», девушка, словно прочтя его мысли, сделала шаг вперед и плавно нажала на кнопку звонка. Звук того был слышен даже за дверью, скорее всего потому, что это вообще был единственный звук в квартире. Ничего более, кроме этой короткой трели, за ней не слышалось все это время, и Синдзи поначалу списал это на толстые стены, но действие Рей быстро разубедило его в догадке. «Он вообще дома?» — одновременно подумали Аска и Икари, поскольку после звонка уже прошел довольно приличный отрезок времени, а новых звуков за дверью все не было слышно. Однако, ответ на вопрос они получили почти сразу. Дверь открылась, неспешно, будто неохотно, однако полностью. В квартире свет был выключен и темнота захватила каждый уголок в ней, так что ничего дальше порога, едва освещенного светом коридора, не было видно и проглядывались только смутные очертания мебели. Каору выделялся на этом мрачном фоне: он был одет чисто и опрятно, в белую рубашку и темные брюки, а пепельные волосы были взлохмачены едва ли больше обычного, и он даже все еще держал на лице свою обычную полуулыбку. Правда, она казалась более грустной, чем обычно. Да и рубиновые глаза потемнели настолько сильно, что по своему цвету напоминали больше загустевшую кровь, чем блестящие драгоценные камни. Нагиса засунул обе руки в карманы, несколько секунд рассматривая гостей. — Вы пришли навестить меня? Как мило, — уголки губ поднялись чуть выше, придавая улыбке более солнечный оттенок, однако почти сразу же опустились на свои места. Кажется, парень даже выжать из себя маску приветливости не мог. Он скользнул взглядом по Рей, молчаливо кивнув ей в качестве приветствия, а затем сразу перешел к Аске, которая уже успела надменно отвернуться. Синдзи он будто бы намеренно проигнорировал поначалу, однако после Аски взгляд кроваво-багровых глаз перешел на Икари. Тот впервые за долгое время не опустил, а, наоборот, поднял собственный взгляд, сталкиваясь им со взглядом пепельноволосого. В тот раз он позорно убежал, но больше такого допускать не собирался. Парень считал, что вполне может справиться с собственным страхом или предрассудками. Дабы они не причиняли другим боль. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, и Икари, несмотря на свою решимость, все же боялся реакции Нагисы. Однако, потемневшие глаза Каору не выражали и капли ненависти по отношению к Синдзи. В их багряной глубине, скорее, читалось умиротворение и спокойствие, чем злость. Следующим необычным событием стало то, что темноволосый парень первый подал голос. — Все в школе очень беспокоятся о твоем отсутствии, в том числе и мы. Поэтому было принято решение прийти к тебе, а заодно нам дали поручение… Отдать тебе это, — Икари протянул Нагисе стопку бумаги, с неудовольствием подметив, что его рука предательски дрожит. Пепельноволосый удивленно приподнял светлую бровь, при этом даже не опуская взгляда на бумаги, а продолжая смотреть в глаза Синдзи. — Домашняя работа? Прекрасно. Думаю, это поможет мне скоротать пару часов. — А еще тебе сказали, чтобы ты приходил в школу, между прочим! Поверить не могу, как вообще можно сидеть дома на заднице столько времени? — вдруг вмешалась в диалог Лэнгли, впрочем, почти сразу отвернувшись обратно и добавив вторую фразу себе под нос уже шепотом. Икари мысленно закатил глаза. Аска была хорошим другом, но иногда она ляпала совершенно неуместные вещи. Но Каору, видимо, не принял слова девушки за оскорбление, усмехнувшись. — Я вернусь в школу тогда, когда это будет необходимо. — В каком это смысле «необходимо»? Ты что, правда думаешь, что кому-то нужен, кроме себя?! –рыжеволосая девушка быстро повернулась, да так, что ее хвостики сделали взмах в воздухе. В ее глазах читалась злость, которая грозила насквозь прожечь дырку в Каору. Но тот лишь пожал плечами. — Даже и не думал, пока вы сюда не пришли. А раз вы это сделали, значит, кому-то нужен, — оставив Аску задыхаться от ярости, парень протянул руку и взял бумаги у Синдзи. Тот невольно вздрогнул, когда кончики пальцев Нагисы случайно задели его собственные. Воспоминания о произошедшем одним снежным днем были еще свежи, и он помнил, как эти самые руки лежали на его плечах. Тогда он не обратил внимания, с какой жадностью цеплялся за него Каору. Как будто бы за последнюю надежду в жизни. Лишь мысленно вернувшись в тот день, Икари осознал это. Жаль, что слишком поздно. А еще… Показалось ли ему, или Нагиса продержал руку на одном месте дольше обычного, чтобы их пальцы ощутили тепло чужой ладони? — И я употребил «необходимо» в прямом смысле, — шорох бумаг и высказывание Каору стряхнули с темноволосого парня навязчивые мысли, однако с места он так и не сдвинулся. По сути, их задача была решена, и можно было уходить. К этому явно и клонила Аска, дернув друга за рукав. Тот знал: еще два таких подергивания, и Лэнгли сама его утащит, если он не согласится с ее решением. Рей же уходить не торопилась, внимательно рассматривая старого друга, даже склонив голову набок. Она словно бы видела в парне что-то новое, чего не было раньше. Сам Синдзи этого видеть не мог, однако чувствовал, что что-то поменялось в его знакомом. — Что же… Спасибо вам. Передайте старосте то, что я сказал сейчас, ладно? — Нагиса сделал шаг назад, уходя во тьму и ясно давая понять, что разговор окончен. Да и продолжать его никому толком не было нужно: Аянами предпочитала молчать, а Аска дернула Икари за рукав во второй раз. Третий обещал быть последним. Лишь у единственного парня в женской компании было чувство какой-то незавершенности, недосказанности по отношению к Каору. Ему уходить не хотелось, но, с другой стороны, при девушках выразить свое желание он не мог. — Ладно. Выздоравливай, — абсолютно искренне пожелал он, пусть совершенно не был уверен, что Нагиса вообще болел. Эти слова также стали сигналом для Аски, которая тут же развернулась спиной к двери и направилась к выходу. — Вот и чудесно, прощай, Каору! — насмешливо помахала она рукой. Рей не спешила следовать за ней, пусть и повернула голову в сторону уходящей девушки. — Постараюсь, Синдзи-кун, — улыбка с лица Каору исчезла окончательно, уголки губ опустились вниз. Увидел эту метаморфозу лишь один Икари. Она же его и подтолкнула. — Каору, я… Закончить ему не дали. Нагиса вскинул голову, а на губах его опять появился знакомый изгиб. — Ты можешь зайти ко мне в любое время, Синдзи-кун. В этот момент повернулась Рей, но ни первый, ни второй парень не обратил на нее внимание. Для Синдзи эти слова стали почти откровенным намеком. Каким-то образом Каору понял, что им нужно поговорить. Вдвоем, без Аски и Рей. И дал на это согласие. А для Каору это был момент откровенности, которую он обычно никогда не проявлял. — Я… Конечно зайду, — просиял Икари, совсем позабыв и о страхе и о шалящих нервах. Почему-то в присутствии друзей почти исчез первый, а вторые только что успокоил пепельноволосый. — Ну вы, двое, идете? Хватит там трепаться! — крикнула Аска откуда-то издалека. Сейчас у Синдзи выбора не было. Но только сейчас. — Идем, Аска! Рей, ты попрощаешься? — парень повернулся к девушке и на секунду поймал на себе ее осуждающий взгляд. Оказывается, не только Лэнгли была против общения Икари с Каору. Впрочем, в кои-то веки он собирался сделать что-то, противоречащее мнению других. Потому что это было важно. — Да. Увидимся, Нагиса-кун, — она склонила и подняла голову, посмотрев другу в глаза. — Увидимся, — усмехнулся тот. — Ну вы идете? — в очередной раз нетерпеливо выкрикнула Аска. — Идем, идем, –Синдзи повернулся к Аске и обратно, но дверь была уже закрыта. Он даже не услышал, как щелкнул замок. Каору даже не попрощался с ним. Символично? Возможно. — Нам действительно стоит уйти — тихий голос Рей. Икари сглотнул и даже не повернулся к ней, продолжая тупо смотреть на дверь. Ему придется сюда вернуться. Одному. И это было единственное, о чем он думал, пока девушки наконец не оттащили его от двери. Пора было отправляться домой.