Часодеи читают часодеев

— Итак… Глава 3 СЕМЕЙНЫЕ ТАЙНЫ — начал Норт. — Ооо, семейные тайны. Сейчас мы многое узнаем. — задорно произнесла Захарра. На её заявление все посмеялись. Василиса же пытались вспомнить, что произошло после того злополучного вечера. Кажется, был разговор с отцом. Наступило утро. Быстро умывшись и причесавшись, Василиса не без опаски спустилась в столовую. — Чего боялась? — спросила Николь. — Не чего, а кого. — поправила свою сестру Василиса. И потом добавила, под не понимающий взгляд некоторых сидящих здесь людей. — Отца. Все тут же поняли, из-за чего она боялась и переживала, ведь если ты был на тайном собрании Ордена, так ещё и слушал все, что там говорили, то тебе «крышка». Но оказалось, можно было не волноваться — отец куда-то уехал. Госпожа Азалия пребывала в прекрасном настроении: за завтраком она вместе с остальными детьми обсуждала вчерашний вечер. Даже Норт-младший вел себя хорошо и совсем не обращал на Василису внимания. Эрик тоже был за столом — сидел справа от Норта и даже не смотрел в ее сторону. Василиса лихорадочно соображала, что же ей теперь предпринять. То, что она увидела вчера, не подлежало хоть какому-нибудь разумному объяснению. Поэтому девочка для себя решила, что отец принадлежит к некой странной тайной организации… гипнотизеров. Две секунды молчания… Ииии… Смех на весь Расколотый Замок, а смущенная Василиса пыталась всех успокоить. — Ну… Василиса… Ну… Рассмешила… — Миракл пытался успокоиться, что у него не очень хорошо получалось. Если быть честной, то вообще не получалось. — Гипнотизеры… — смеялся Константин. Ну, я думаю вы поняли, что было в зале. Василиса тоже улыбалась, хоть и была вся красная. Очень интересно было вспоминать свои мысли в почти тринадцать лет. — Давайте продолжим… Вдруг чего ещё смешнее прочитаем… — сказала Захарра. И её слова подействовали. Норт продолжил читать. Но как же быть с остальным? — Они тоже, Василис, гипнотизеры. — сквозь смех выдавила Николь. Все эти диковинные события в библиотеке, вращающиеся часы, мост, зеркала и Дух Астрагор в подземелье казались такими реальными… А сам отец? Люди в фиолетовых плащах и, главное, — та безумная женщина, Елена? Раздался звон. Василиса, задумавшись, не заметила, как выронила вилку, и та звучно ударилась о кафель пола. — Что с тобой? — покосилась на нее госпожа Азалия. — Тебе что, плохо? — Да, мне плохо, — согласилась Василиса. — У неё перенасыщение организма вашим часовым неведомым миром. А ещё, кажется, она сейчас лопнет от смеха. — сказал Лёшка, сам еле сдерживая смех. — Тогда иди в свою комнату и никуда не выходи, — резко произнесла няня. — А как же… — на миг Василиса растерялась. — Сегодня вроде выходной… Я думала поехать в город, встретиться с… — С… Своим парнем? — поинтересовался Ник, скрывая усмешку. Нортон-старший прислушался, интересно, ведь с кем его дочь ещё общалась, кроме Лёши. — Ник, и ты туда же… — протянула девочка. — Не было у меня парня. Только Лёшка. И то друг. Фэш тихо выдохнул. Ему не хотелось делиться Василисой ни с кем. А девочки тихо хихикали от сложившейся ситуации и от красной, как помидор, Василисы. — Сегодня посвящение, — перебил ее Норт. — Так что никаких прогулок, сестричка. Не пошла бы ты… в свою комнату, набираться сил перед вечером. — Итак, если вы хотите научиться посылать человека вежливо и надолго, записывайтесь на уроки к Норту Огневу-младшему. — поучительным тоном произнесла Захарра. — Да, Нортон, а сын такой же как и ты. — сказал Константин, а потом добавил. — Впрочем, неудивительно. Я уверен, тебя ждет великое потрясение… Просто не могу дождаться. — Норт радостно оскалился. — Такое потрясение, что я ещё долго его вспоминала. — вспомнила девочка. — Что будет вечером? — спросила Василиса, повернувшись к госпоже Азалии. — Дети! — Игнорируя вопрос, няня демонстративно встала из-за стола. — Сегодняшний день вы проведете дома. Отдохните, погуляйте в саду, но не шумите, берегите силы. Подождем того часа, когда приедет ваш отец и начнется великое испытание. — Мастер Игнора. — сказал Миракл. — А ещё слишком болтлива. — вставил свои пять копеек Родион Хардиус. Выдав столь чудную тираду, причем весьма благожелательным голосом, няня позвала кухарку — молчаливую полноватую женщину, чтобы та убрала грязную посуду. Норт и Дейла первыми вышли из-за стола, Ноэль увязался за ними, последним шёл Эрик. Проходя мимо Василисы, он тихо шепнул ей: — В библиотеке. — Ура, хотя бы одна тайна раскроется. — мечтательно произнесла Гроза. — Или появится ещё бесчисленное множество проблем и загадок. — грустно добавила Василиса, вспоминая старение Константина. — Неужели ни одна не раскроется? — спросил Маар. — Одна. То, что мне не рады. Никто… Впрочем, это тайной не было. — Мы рады тебе, Василиса. — подбодрил Фэш девушку. — Я тогда с вами была незнакома — это раз. А два — это то, что в начале нашего знакомства ты меня убить хотел. Не помнишь? — насмешливо спросила девушка. — Помню. — чуть краснея, сказал Фэш. И отвернулся от всех. — А как вы тогда подружились, да ещё и настолько близко, если так ненавидели друг друга вначале? — спросил отец. У Василисы был шок. Отец это спросил спокойно. Кажется, что уже смирился с тем, что Драгоций стал парнем его дочери. — Это была длинная история с приключениями. — загадочно произнесла Захарра. — А ещё недоговаривания и тайные вздыхания по любимой. — насмешливо закончила она. — Ага, а ещё опасное путешествие в Змиулан, ради того, что спасти своего возлюбленного, но при этом страх сказать ему хоть одно слово. — так же насмешливо добавила Диана. Повелители Времени сидели красные, а остальные просто смеялись над этой ситуацией. Ведь именно так всё и было. Они помогали друг другу, рискуя собственной жизнью, но боялись признаться в своих чувствах. Норт решил спасти свою сестру и продолжить читать. Василиса незаметно кивнула, удивляясь, как это она забыла об Эрике — единственной надежде хоть что-нибудь узнать о семейных странностях. Но возле лестницы поджидал Норт. — Сегодня вечером у нас будут гости, — ехидно сообщил он. — На посвящение придет госпожа Мортинова, а с ней — Марк. — Я очень рада, — сказала Василиса, думая, как бы так незаметно пробраться в библиотеку. Однако путь лежал мимо лестницы, на первой ступеньке которой и стоял любезный братец. — Ооо, уже любезный. — ехидно сказала Захарра. — Скоро они помирятся. — Мечтать не вредно. — ответил Нортон Огнев. — Марк очень злится на тебя, — продолжал Норт. — На меня все злятся… — Василиса подумала, что это действительно так: отец, госпожа Азалия, эта Елена, Норт, Дейла, даже Эрик и Ноэль — все на нее за что-то злились. Она непроизвольно сделала несколько шагов в сторону коридора. — И что вы злилась на такое маленькое беззащитное чудо природы? — спросили Лёша и Ник. Огнева на этих словах смутилась, мальчишки переглянулись, а Фэш немного напрягся. — Какие комплименты… — протянула Гроза. И всё улыбнулись второй раз, первый был, когда Ник и Маар произнесли свою речь… — Я путаю всем карты. — сказала Василиса, когда немного справилась со своим смущением. — Повторять, милочка, за другими не очень вежливо, — усмехнулась Нерейва. — Какие карты? — спросила Диана. — Самые обычные. — Я надеюсь, что ты не станешь часовщиком, — продолжал Норт, преграждая сестре дорогу. — И мы больше тебя никогда не увидим… — Я не хочу становиться часовщиком! — удивлённо возразила ему Василиса. — Я ничего не понимаю в часах. Секунда молчания и… Зал потонул в хохоте. Все смеялись от слов Королевы Времени в прошлом. Даже сама она понимала, насколько смешно и глупо тогда выглядели её слова. Справившись со смехом, Норт продолжил. Норт округлил глаза, а потом вдруг оглушительно расхохотался. — В общем, как и сейчас. — прокомментировал он. — Ой, не могу… Я все время забываю, что ты ничегошеньки не знаешь! Василиса почувствовала, что ее лицо опять краснеет, густо заливаясь румянцем. В гневе она отодвинула хохочущего братца и зашагала в сторону библиотеки; Норт не препятствовал. В библиотеке было тихо. Василиса прислушалась: кажется, никто за ней не увязался. И тогда из-за шкафа вышел Эрик. — Василиса, мне надо тебе кое-что рассказать… — начал он без предисловий. — Дело в том, что я… вернее, ты. Ух… На вот, возьми для начала. На ладони Эрика сверкнул маленький золотой предмет, тут же перекочевавший в ладонь ошеломленной Василисы. При ближайшем рассмотрении вещь оказалась крохотными песочными часами — не больше обычного кулона. За стеклом корпуса блестели золотые песчинки. — Теперь ты, Ник, знаешь, почему я использовала такой сложный часовой механизм и не знала кто их изготовил. Ник на это заявление кивнул, а другие ничего не поняли. — Да, а, кстати, кто их изготовил? Наверное, Константин Лазарев? — Угадала. Василиса повертела в руках странные часы. — Они что, золотые? Зачем они мне? — Да, золотые… — Эрик скривился, будто раздумывая, как получше объяснить. — Это непростые часы. — Да знаю я, песочные. А почему песок в середине заполнен доверху? Как он будет высыпаться? — Только не говори, что тебя этот вопрос интересовал больше, чем все остальное. — сказала Николь. — На тот момент я… Как бы вам сказать… На момент разговора с ним, я думала только о этих часиках. — и после раздумий добавила, видя непонимающие взгляды друзей. — Забейте. — и встретила ещё больше непонимающие взгляды. На них она только мотнула головой и кивнула Норту, чтобы он продолжил читать. — Нет, я не о том. Они волшебные. Подуй на них и потри ободок, когда тебе будет грозить опасность. — Часодейные, а не волшебные. Это раз. Какая опасность? Это два. — спросил Маар. — Ууу, ты не представляешь, сколько ей этой опасности грозить будет. А она будет в самое пекло лезть. — ответила Николь, вспоминая все похождения своей сестры. — Не смешно, — зло сказала Василиса и попыталась вернуть часы, но Эрик отскочил как ужаленный: — Ты не понимаешь! Тебя хотят убить! — Вот это заявление. — произнесла Лисса. У всех отвисла челюсть. — Хотя от Мортиновой можно ожидать всё, что угодно. — Ты с ума сошел… — Василиса озадаченно посмотрела на брата: кажется, тот действительно был напуган. — Я слышал, что Елена заберет тебя, если ты окажешься часовщицей. Ну, если тебе удастся пройти испытание на часовую степень… — Что я и говорила. Только откуда Эрик это знает? А потом её настигло озарение. Она догадалась, что Эрик был подослан Нортоном Огневым. Злость захватила её. Но она сдержалась… Ради дочери. Вот, интересно, когда она догадается, что Лисса мать Василисы. — Да кто такие эти часовщики?! — воскликнула Василиса. Но Эрик не спешил с ответом. — Давай сначала о часах… — Ну ладно, давай, — согласилась Василиса, про себя гадая, что же братья такое задумали. — Часы откроют временной коридор, на другом конце которого будет один человек… У него ты сможешь попросить помощи. Я советую тебе испытать часы до обряда часового посвящения, потому как после него может быть поздно. — Так вот как ты познакомилась с Ником. — сказали Лёшка и Гроза. Они переглянулись и улыбнулись друг другу. — А теперь расскажи мне о часовщиках… — Василиса попыталась вернуть разговор к интересовавшей её теме. — О посвящении отец просил не рассказы-ы-ва-ать… — протянул в ужасе Эрик и осёкся. Рот его стал похож на большую букву «о». — Так это отец попросил тебя отдать мне часы, да?! — Нет! — выкрикнул Эрик с какой-то тоской в голосе. — Еще до твоего приезда он собрал нас и строго-настрого запретил с тобой общаться и хоть что-либо рассказывать об Эфларе… — Об Эфларе! — ахнула Василиса. — Пожалуйста, расскажи мне о ней… знаешь, наверное, я была уже там. — Так он тебе и поверит. — саркастически сказал Миракл. — Не обманывай, это невозможно. — Эрик кисло усмехнулся. — Не пытайся меня подловить. На Эфлару можно попасть через любой часовой механизм, но только лишь по-особому перекрутив стрелки. Ты-то уж точно не смогла бы совершить переход… А сейчас, прошу тебя, поверь мне: поднимись в комнату и испытай эти часики. У Василисы было свое мнение насчет Эфлары, но она рассудила, что не стоит посвящать Эрика в подробности вчерашних приключений. Лучше уж сама разберется. — Ага, разберётся. А потом со всем остальным тоже разберётся без осведомлёния взрослых. — сказал Нортон. Даже как-то зло звучали его слова. — Но зато она выросла доброй и отзывчивой. Хорошей подругой. И была, позвольте заметить, единственная кто не побоялся Астрогору даже в глаза взглянуть. Когда вы все прятались в своих домах, она, девочка, перешла в замок Змиулан, только для того чтобы спасти своего друга. Кхм… А вы даже под пушечным выстрелом туда не пойдёте. Она рисковала своей жизнью, когда вы просиживали штаны. Она, спасая свою лучшую подругу, не побоялась пойти на поле Старых Часов, когда вы все забыли о маленькой железной ключнице. И вы ещё будете осуждать её за то, что она не советовалась с вами? Только, благодаря этому, её друзья все живы и сидят тут. — всю эту тираду Чёрная Королева выдала на одном дыхании. Все были в шоке. Василиса, кроме шока, сидела ещё и вся красная. Как точно высказалась Нерейва. Считай, Василиса и вправду оказалась сильнее их всех вместе взятых. Не физически, морально… — Ты права, как всегда, матушка… Но она чудом осталась жива. Даже на поле Старых Часов она могла погибнуть. Благо стрела указала правильное направление, и нашла хозяйку. Но одно неправильное движение, малейшая ошибка и она бы осталась там. Как бы я этого не скрывал, но потерять свою дочь, не хочу. Когда я узнал о вашей выходке, я поседел на двадцать лет вперёд. Я волнуюсь за неё, даже сейчас. Боюсь, что потеряю её, как потерял когда-то Лиссу. Боюсь, что как-то утром проснусь и не обнаружу рыжеволосое чудо в комнате, мирно спящую. Я боюсь. И я не железный человек. У меня так же есть чувства и страхи. Я также боюсь потерять своих детей. Всех… Один раз мне уже пришлось с ней расстаться… И это была моя самая большая ошибка в жизни, о которой я сожалею до сих пор. У Василисы текли слезы. Она этого не замечала, она слушала речь отца. Ей было приятно, что отец за неё беспокоился раньше и беспокоится сейчас. Она поняла, какую боль переносил отец каждый раз, когда дочь рвалась в бой. Норт и Дейла тоже тихо сидели и слушали отца. Хоть и говорил он больше про Василису, но они прекрасно знали, что их тоже любят. Василиса просто без слов встала, подбежала к отцу и обняла его. — Прости… Прости… — шептала она. А все наблюдали за этой сценой. Нортон обнял дочь в ответ. — Василис… Всё в прошлом… Успокойся… — пытался успокоить свою дочь Нортон. Чёрная Королева сидела в шоке, никогда её сын так не откровенничал. Да ещё и при таком количестве свидетелей. Девочка просто села на колени отца и легла на него так, что голова оказалась на плече. — Давайте продолжать. — предложила Диара Дэлш. Все отходили от слов Огнева. — Не буду я испытывать эти ча-а-сики, — передразнила она. — Если ты мне ничего не расскажешь. — Слушай, это твое дело! — внезапно рассердился Эрик. — Я вообще не обязан тебе что-либо говорить! — Тогда почему говоришь? — Ну, — Эрик смутился, — просто… — Это Норт тебя подослал, — уверенно заявила Василиса и, сощурившись, добавила: — Передай, что ничего у него не выйдет. — Как знаешь, — окончательно разозлился Эрик. Лицо его побагровело, глаза превратились в обидные щёлочки. — Если тебя уничтожат, будешь сама в этом виновата! — Кому понадобилось меня уничтожать? — гневно спросила Василиса. — Я никогда никому плохого не делала. Ну, разве что совсем чуть-чуть… — Она вспомнила фиолетовый синяк у Норта под глазом. — Ты умеешь часовать, я видел, — тихо сказал Эрик. — И между прочим, я не рассказал об этом отцу. — Я не умею часовать… — возразила Василиса. Никто не перебивал, понимая, что всем надо обдумать сказанное Огневым. Но многие потихоньку уже начали отходить. — Я видел часовой флер вокруг тебя, — перебил Эрик. — Целую кучу чисел! Девочка смутилась. — Ну, если ты о тех циферках… Они появились как-то сами… Может, это у многих бывает? Честно говоря, Василиса сама была не прочь узнать побольше об этом «флере». — Если у тебя будет выше степень, чем у Норта, — вдруг выпалил Эрик, — или даже такая же… тебя сразу убьют, чтобы ты не стала наследницей. Существует закон: старший сын является первым наследником, но если у девочки часовая степень выше… Марк рассказывал Норту, что наш отец никогда не согласится на твое посвящение и надеется, что ты — фейра. Но если ты не фейра… — Даже он тебя так называет. — попытался разрядить обстановку Маар. Немного получилось. Эрик перевел дыхание. — Что за фейра такая? — Василиса вспомнила, что уже слышала это слово от Елены. — Фейра — бездарная, то есть без часового дара рожденная. Рожденная человеком и… Слушай, — всполошился Эрик, — я не должен тебе много рассказывать! Меня могут сильно наказать. — Он поёжился. — Ладно. Василиса решила, что надо действовать осторожнее: может, тогда она разберется, где же тут подвох. Поэтому она сказала: — Ты говоришь, что девочка не может быть наследницей, но ведь, кроме меня, есть Дейла! — Кстати, да. — припомнила Дейла. — Почему-то все думали, что у тебя будет степень ниже, чем у брата. Поэтому тебя, так сказать, не боялись. — объяснила Чёрная Королева. С минуту они молча смотрели друг на друга. — О Дейле разговор не шёл, — пожал плечами Эрик, отводя глаза. — Может, этот Марк просто пошутил? — Таким не шутят. — С чего бы это Марку меня убивать? — разговор все больше раздражал Василису. Кажется, Эрик затянул с розыгрышем. — Не Марку, — еле слышно произнес Эрик. — А… слушай, верь мне и все. — Ну-ну. Тебя тоже убьют, если твоя степень будет выше? Эрик вновь отвел глаза. — У меня нет способностей, — очень тихо сказал он. Так тихо, что Василиса еле расслышала. — После посвящения я все забуду. — Почему? Это ведь неправильно! — воскликнула Диана. — Диан, это такое правило. Не мы его придумали, не нам его менять. — произнёс Хардиус. Фрезер нахмурилась, но продолжать спор не стала. — Да что это за дурацкое посвящение?! — не выдержала Василиса. — Что оно означает? — Слушай, хватит меня расспрашивать! — вдруг взорвался Эрик. — Я не должен был тебе ничего рассказывать! Какое мне вообще до тебя дело… Оставь меня в покое! Брат развернулся и побежал прочь. Хлопнула дверь. У Василисы глаза полезли на лоб: что это с ним? Сейчас он больше всего походил на ненормального: говорил какой-то бред, угрожал убийством… Василиса с опозданием подумала, что стоило ещё поспрашивать брата, например о Елене и этом Марке. — Зачем? — не понял Миракл. — Чтобы знать своего врага со всех сторон. Чтобы его действия не были для меня неожиданностью. — просто ответила девочка. Она продолжала сидеть на коленях отца, но глаза закрыла. Кажется, она скоро заснёт. — И это говорит мне маленькая девочка. Куда катится мир? — наиграно ответил зодчий. Неожиданно дверь вновь открылась, пропуская Эрика обратно. — Забыл чего? — спросила Николь. — Нет. — Спрячь часолёт! — Эрик скривился, как от зубной боли. — Скорее! Только Василиса сунула золотые часики в задний карман джинсов, как дверь распахнулась под мощным ударом — Эрик отлетел к шкафам, распластавшись на полу. — Кто это такой сильный и тупоголовый, чтобы так двери открывать? — зло спросила Диана. — Сейчас узнаешь. — ответила Василиса — Так нечестно, ты всё знаешь в этой книге, а мы нет. — Ну, наверное, потому что книга про мою жизнь. На пороге нарисовался Норт. — А, ну понятно. — сказал Маар. — Ничего ему не говори! — выкрикнул Эрик, приподнимаясь на локтях. Взгляд Норта не предвещал ничего хорошего. — Что за секреты, а? — прошипел он. — Эрик, ты что, забыл, что нам говорил отец? — Ничего я не забыл! — Да ладно, вы вспомнили о запрете?! — с закрытыми глазами, устало произнёс отец. Норт нахмурился, но продолжил читать. Норт подступил к Василисе: — О чем он тебе растрепал?! — И размахнулся изо всех сил, намереваясь ударить её. Но Василиса успела первой и, практически бессознательно, нанесла короткий и точный удар в Нортово правое ухо. — Молодец, Василиска. — сказал… Норт. Все были удивлены. — Я так плохо себя вёл, поэтому заслужил это. — пояснил брат Василисы. И чтобы не было лишних вопросов, продолжил читать. Брат пошатнулся и побледнел. Но его глаза опасно сузились. — Тебе конец, — процедил он, вновь замахиваясь. И тут Эрик набросился на Норта сзади, обхватив за плечи; они покатились по полу. Эрик, на миг оказавшись сверху, принялся яростно колотить брата кулаками. — Вот тебе за все! Я тебя ненавижу!!! Не-на-вижу! — Отпусти, идиот… — хрипел Норт, пытаясь вырваться. — Я тебя ненавижу, ненавижу отца… вас всех ненавижу! — У Эрика из глаз покатились слезы и потекли ручьями по щекам. — Довели ребёнка. — ошалело произнесла Захарра. Онемев от изумления, Василиса решительно не знала, что ей предпринять. К счастью, на шум прибежала госпожа Азалия, а за ней — господин Эрн. Последний и разнял, не без усилия, дерущихся братьев. — Придурок! — кричал разъяренный Норт, пробуя вырваться из стальных клещей, в которые заключил его грозный шофер. — Ты все ей выболтал! Бездарный! — Неправда! — вскричал Эрик, плача навзрыд. — Мы совсем не о том говорили… Няня обменялась с господином Эрном тревожным взглядом. — О чем же вы говорили, Эрик? — вкрадчиво спросила она, подступая к младшему брату. — Что ты ей рассказал? — Интересно, а что он ответит? — спросила Захарра. — Он ответит то, что вы себе представить не можете. Я когда услышал, чуть в обморок не упал. — Читай уже. — сказал Фэш. — Нам всем хочется узнать, что же такое сказал Эрик. — с улыбкой продолжил он. — Ничего он мне не рассказывал, — хмурясь, заверила Василиса. Кажется, здесь действительно происходит что-то серьёзное. — Да ладно, а ты только догадалась. — усмехнулась Диара Дэлш. — Эрик? — Няня пропустила её реплику мимо ушей. — Ничего удивительного. — протянула Василиса. — Ничего, — ответил тот, внезапно успокоившись. — Я просто хотел поцеловать её. — Чегооооо? — воскликнули все, кто был в зале, ну кроме тех, кто был в той библиотеке, в то время. — Ага, у меня такой же был вопрос. — сказали Норт и Василиса одновременно. Все улыбнулись их слаженности. Воцарилась изумленная тишина. У Василисы отвисла челюсть. Норт тоже выглядел ошарашенным. — Да врёт все… — заявил он, но уже не так уверенно. Первой опомнилась госпожа Азалия, она резко шагнула к девочке, схватила ее за ухо и повела вон из библиотеки. — И опять страдает твоё ухо. — воскликнула Николь. От удивления Василиса даже не сопротивлялась и позволила довести себя в таком положении до самой комнаты. Раскрыв одной рукой двери, госпожа Азалия отпустила наконец Василисино ухо, не забыв подтолкнуть девочку в спину. После чего ушла, так и не произнеся ни слова. Оставшись одна, Василиса решила разобраться с мыслями, успокоиться, взять себя в руки. — Отличная мысль, правнучка. — протянул Родион. Поведение Эрика ошарашило ее. И не само заявление о дурацком поцелуе. На девочку куда большее впечатление произвело то, с какой ненавистью Эрик колотил Норта, кричал на него… А она-то думала, что младший во всем слушается старшего брата. — Ага, если бы… — пробормотал брат Василисы. Загадки семьи окружили Василису плотным кольцом, и ни одна из них не хотела разъясняться. Поэтому девочка вытащила на свет золотые часики — пожалуй, единственный, имеющийся у нее ключ к семейным секретам. Ничего страшного не случится, если она подует на них и потрёт стекло… Крохотные часики легко выпрыгнули из рук и завертелись в воздухе, словно висели на невидимой ниточке. Вращение убыстрялось, сливаясь в одно сплошное золотое кольцо. Кольцо начало расширяться, пока не превратилось в сверкающий солнечный обруч. В середине его неожиданно засеребрился легкий дымок, словно запотело стекло в окне, и вдруг проявилось четкое изображение: смуглое лицо какого-то пацана. Василиса не сдержалась и ахнула. Мальчишка озабоченно хмурил лоб, чесал затылок, стриженный ежиком, и глядел куда-то вниз. И вдруг он поднял взгляд: глаза у него оказались большие, темно-карие. — Привет, мальчик! — радостно ляпнула Василиса и сразу же покраснела. Ну надо же так сказать! — Ахахахахах. Василиса, ну надо же так сказать. — смеялась Дейла. И не только она, все поддержали ее смех. — Теперь мы наконец знаем, как вы познакомились. — вторил ей Фэш. А девочка сидела вся красная. Только отец сохранял спокойствие и хладнокровие, но девочку он обнял посильнее. — Привет, девочка! — Мальчишка широко улыбнулся. — Ты хочешь сделать заказ моему отцу? Часолист сломался, да? — Ник, и ты туда же? — продолжал смеяться он — Так ещё новые слова ей тут говорит. — Э-э, а кто твой отец? — Самый глупый вопрос, который я только могла задать. — смеясь, сказала Василиса. Темные брови мальчика сложились домиком. — Мой отец — Константин Лазарев, — произнес он после некоторых раздумий. — Часовых дел мастер. Самый лучший. — Часовщик? — Да нет же. — Мальчишка все больше удивлялся. — Он просто… мастер. Делает всякие часовые штучки. А еще он советник. А меня зовут Ник. Ник Лазарев. А ты кто такая? — Василиса… Огнева. — Какая еще Огнева? Василиса пожала плечами. — Просто Огнева. — Очень содержательный ответ. — хмыкнула Лисса. — Ты где живешь? — Мальчик озадаченно потер лоб и глянул вниз. — Мой инерциоид не может определить, где ты находишься. — Да здесь живу, на… — И тут Василису осенила догадка: — Послушай, а твоя страна как называется? — Знаете я так запутался, когда с ней разговаривал. — Какая-такая страна? Есть долины и города. Например, я живу в Астрограде — лучшем городе на целой Эфларе. Мой дом находится в Ратуше… над тем самым Лазорем. — Мальчишка гордо выпрямился. Василиса вздохнула: опять что-то новое и непонятное. — Так ты говоришь, что с той самой Эфлары? — уточнила она. — Из Астрограда, — поправил мальчик, все более удивляясь. — А твой отец кто? Кем работает? — Не знаю… — Как это? — Согласитесь, это странно не знать кем работает твой отец. Я всё больше и больше удивлялся, когда с ней общался. Василиса подумала, что действительно странно выглядит — не знать, кем работает твой собственный отец. — Во-во. — Понимаешь, я не знаю, — произнесла она расстроенно. — Сегодня у нас посвящение на часы, э-э, ну, то есть… — Часовую степень? — Глаза у мальчика расширились. — Так ты можешь стать часовщиком?! Ну, то есть часовщицей. Значит, ты из знаменитой, благородной семьи, и я должен был про тебя слышать. — Думаешь? — удивилась Василиса. — Ого… — Кажется, мальчик с той стороны нажимал некие кнопки, ибо плечи его двигались. — Я проследил твой путь… Так ты живешь на Остале! У меня первый раз связь с Осталой! Надо Фэшу рассказать, вот удивится… Раньше это было почти невозможно, но теперь, когда расстояние между мирами уменьшается… это просто здорово! — Ник явно был счастлив. — А вот и первое напоминание о тебе, братец. Надеюсь, ты окажешь должное внимание Василисе. — Ты опоздала, Захарра. Он меня так ненавидел при первой встрече. Да и должное впечатление он всё-таки произвёл. Но… Я стала считать его гадом. — Эй, я вообще-то тут. И могу обидеться. — А не фиг было меня к треуглам отправлять. — сказал Василиса. И тут же получила рукой отца по губам. — Без ругательств. Василиса насупилась. — И да, что это за выходки с треуглами? — спросил он у Короля Времени. — Да, так… Ничего страшного не случилось. Жива же ваша дочь. Норт решил продолжить чтение. Василиса, однако, не разделяла его радужного настроения. Она так ничего и не узнала толком. — Ну, да. Кроме какого-то расстояния между мирами. — сказала Василиса, все ещё немного сердясь на отца. В ту же минуту в коридоре послышались чьи-то неторопливые шаги. Кажется, сюда кто-то направлялся. Шаги замерли у самой двери. Василиса прислушалась… Тихо. — Ты знаешь, я не уверена… — прошептала она Нику, опасливо оглядываясь, — но вроде мне угрожает серьезная опасность. — Так вроде или действительно угрожает? — Ник выглядел заинтересованным. — Заинтересованным? Там девчонке опасность угрожает. — воскликнул Маар. — Мне так сказал один… друг. И вручил эти часики. Пожалуй, мне надо сбежать отсюда… Ты можешь мне в этом помочь? — У тебя очень сильная связь, — неуверенно сказал Ник. — В общем-то, я могу перетащить тебя ко мне… если тебе действительно угрожает опасность. Я дам тебе часовой пароль. Только отцу это совсем не понравится. — Давай быстрей, — поторопила Василиса. — Ко мне идут, и я не знаю, получится ли у меня опять выйти на связь. — Запоминай, — решился Ник и продекламировал: — Тридцать три Ступени в небо, Вверх смотри, Где раньше не был. Василиса несколько раз повторила про себя. Стишок был легким и быстро запомнился. — На то он и рассчитывался. — А потом мысленно считаешь от тридцати трех до нуля, понятно? Василиса кивнула: понятно. Хотя и странно. — Только, чтобы переместиться, надо быть на открытой местности, а еще лучше — на возвышении… — Слушай, а как это вообще — перемещаться, а? — Да просто, — удивился Ник. — Ты какой транспорт обычно используешь? — Я?! — Ну не я же, — резонно заметил Ник. — Твои часики кто изготовил? Если они протягивают такие серьезные коридоры между Эфларой и Осталой, тут явно работал сильный мастер. — Не знаю я, — расстроилась Василиса. Разговаривая с Ником, она одновременно пыталась слушать, что происходит в коридоре, но посторонних звуков больше не было. — Молодец. — воскликнула Королева лютов. — Как это, используешь такие сильные вещи и ничего не знаешь? — Удивление Ника сменилось подозрительностью. — Так кто же ты такая? — Василиса Огнева, с которой связано много загадок и тайн, а также Королева Эфларского Времени, собственной персоной. — продекламировала Захарра. Все дружно посмеялись. За дверью опять зашуршали. Василиса замерла и прислушалась. — И как зовут твоего отца? — напомнил о себе Ник. — Это он дал тебе такой сильный механизм? Ручка двери начала медленно поворачиваться; Василиса схватилась за края обруча, пытаясь скрыть его; «экран» зашипел, озадаченное лицо Ника мигом исчезло. Не прошло и двух секунд, как в руке у девочки вновь оказались теплые песочные часики, и она мигом спрятала их в карман. — Кто посмел мешать налаживанию дружбы? — спросил Маар. Его выдавала ухмылка, парень просто смеялся. Оказывается, уединение Василисы нарушила госпожа Азалия. — Я уж и забыл про нее. — Иди за мной, — приказала она, и девочке не осталось ничего другого, как последовать за ней. — Будь на виду, — заявила няня, когда они очутились во дворе. — Садись на лавку, под яблонями. И ни на шаг в сторону! — Как будто в тюрьме. — высказал свое мнение Лёшка. — Поверь, ты ещё не знаешь, что такое подземелье Змиулана. — Что-то как-то не хочу проверять и узнавать. — Можно мне хотя бы книгу, пожалуйста, — попросила Василиса, и няня, как ни странно, кивнула в знак согласия. Как только няня удалилась, Василиса уныло оглядела «место заключения». Яблони давно расцвели — тонкие ветки с белыми цветами красиво наклонялись над лавочкой, как будто стремились заключить в объятья и спрятать сей укромный уголок от чужих глаз. — Красиво. — протянула Диана. — Ага. Вернулась няня, вручив Василисе потрепанную книгу — «Занимательную физику». Кисло поблагодарив, Василиса раскрыла наугад страницу и начала читать первое, что попалось, — как ни странно, это была биография Исаака Ньютона. «Эх, — рассеянно подумала она, — вот упало бы мне на голову яблоко, может, я сразу бы поняла, что происходит. А надо мной одни цветки…» — Причём тут яблоко? — недоумевал Фэш. — Есть такой учёный — Исаак Ньютон. Когда на него упало яблоко, он открыл всемирный закон тяготения. — вместо подруги, ответил Рознев. Сначала Василиса была в шоке, а потом кинулась обнимать друга, чем заставила вздрогнуть отца. — Выыыууучил. Молодец. — и она потрепала мальчишку за голову. — Василис, ты же знаешь, что после путешествий твоих, я физику стал знать очень хорошо. — Всё равно. Сколько я тебе вдалбливала? А тут ты всё помнишь. Кстати, как экзамены сдал? Лёшка отвёл глаза. — Так я не поняла. Какие оценки? — спросила Огнева. — Ой, знаю я этот тон. — как-то жалобно протянул Фэш. — Нормальные, Василис. Ну, по физике пять. По биологии четыре. — А по русскому и математике? — По русскому тоже четыре. — А математика? Она меня больше всех интересует. Или ты её не сдал? Если не сдал все лето будешь со мной её учить. Все потихоньку смеялись, прекрасно зная Василису, и то, что она обещает, она выполняет. — Нуу, на троечку написал. — А баллы? — А это информация секретная. Всё уже угорали над этой ситуацией. И над тем, как Василиса выпытывает у друга результаты экзамена. — Я тебе сейчас дам! Секретная информация… — Да ладно ладно. Только я не буду с тобой все лето заниматься. — Если у тебя будет выше четырнадцати баллов — не буду, честное слово. — Фуух. У меня пятнадцать баллов. — Повезло тебе, Рознев. — оповестил его Миракл. С нашей Королевой лучше не шутить. — Ну ладно. Выкрутился. И девочка улыбнулась. Рознев выдохнул. Василиса села на свое законное место, рядом с Драгоцием. Тот улыбнулся и приобнял её за плечи. Девчонки улыбнулись. Василиса видела, как на полянке Норт с братьями играют в футбол. Эрик выглядел обычно: что-то весело кричал Норту, когда пасовал ему, покрикивал на толстяка Ноеля, красного и громко пыхтевшего. Как будто Эрик и не дрался только что с братом, не кричал: «Я вас всех ненавижу!» У Дейлы тоже было серьезное занятие: она ловила бабочек и отрывала им крылышки. Иногда она искоса поглядывала на Василису, но подходить, к счастью, не решалась. Господин Эрн сидел на крыльце, курил с задумчивым видом и в этот раз по-настоящему читал газету. — Неужели? Он вообще читать умеет? — сам себя перебил Норт. — Получается, что да. — ответила Дейла. Василиса пыталась изобразить, что поглощена чтением физики. Но мысли то и дело возвращались к мальчику Нику, часикам и загадочному стиху-паролю, который девочка иногда повторяла, на всякий случай. Норту надоело играть в футбол. Бросив мяч далеко в кусты, он переключился на более интересное, на его взгляд, занятие: начал кидаться в Василису комьями влажной грязи, взятой с клумбы. Дейла, Эрик и Ноель присоединились к нему, и вскоре вокруг лавочки засвистели опасные земляные шарики. Когда особенно большой комок грязи попал прямо в учебник, которым Василиса прикрывала лицо, она не сдержалась. Отлепив комок от обложки, Василиса послала ответный удар и попала Дейле в глаз, хотя, в общем-то, целилась в Норта, но последний успел пригнуться. — Хорошая реакция/меткость. — сказали одновременно Василиса и Норт. Все опять улыбнулись их слаженности. Кажется, теперь они будут более дружными, что не могло не порадовать Нортона-старшего. Вот тогда вмешалась госпожа Азалия и увела двойняшек, а вместе с ними и Эрика с Ноелем куда-то в дом. Василиса подозревала, что на обед, и это окончательно подтвердилось, когда через минут сорок вышли Норт, довольно поглаживающий себя по животу, и Ноель, громко отрыгивающий. — А ты? — поинтересовалась Захарра. — Обед — это святое. Когда небесную синь наконец-то приглушили вечерние краски и ленивое майское солнце подошло к самому краю горизонта, Василисе до чертиков наскучило сидеть на лавке. Эх, если бы не господин Эрн, которому почему-то не надоедало крыльцо, газета и сигары. И вот когда почти стемнело, Василиса услыхала радостный писк Дейлы: — Отец приехал! Девочка тут же встрепенулась. Меньше всего на свете она хотела бы попасться на глаза Нортону-старшему. Пока все радостно кинулись к воротам, чтобы встретить отца, и даже господин Эрн покинул свой пост, Василиса незаметно проскользнула в дом. Она намеревалась добраться до комнаты и сделать вид, что уже спит. — Так боялась меня? — Тогда да. По пути она не удержалась и заглянула на кухню. И вот чудо! На столе возвышалась огромная ваза свежеиспеченного глазированного печенья. А рядом никого не было. Соблазн был слишком велик! Быстро оглянувшись, Василиса набрала полные руки печенья и пулей понеслась к лестнице, ведущей на второй этаж. Но пробраться незамеченной ей не удалось. Окрик Нортона-старшего застиг ее на середине лестницы: — Василиса!!! От неожиданности девочка споткнулась и выронила все печенье. Оно весело поскакало по ступенькам, прямо к ногам озадаченного отца. Воцарилось гнетущее молчание. Василиса так и стояла на лестнице, а снизу на нее взирала вся семья. Нортон-старший нахмурился, лицо няни стало розовым, и лишь Норт с остальными детьми радостно ухмылялись, предвкушая интересное зрелище. — О боже! Она стащила печенье! — наконец нарушила тишину госпожа Азалия. — О боже, она ничего не ела. — передразнивая няню, сказала Диана. — Ахах, Диана, как похоже. Василиса промолчала, чувствуя, что лицо предательски меняется, приобретая помидорный оттенок. — Что еще можно ожидать от фейры?.. — раздался вкрадчивый низкий голос. — Малодушные, слабовольные создания. — Ставлю на то, что это Елена. — заговорщицким шёпотом произнесла Захарра Василиса подняла голову и чуть не свалилась с лестницы, встретившись глазами с Еленой. — Я же сказала! — победно воскликнула она. Женщина была одета в зеленое бархатное платье, длинное и пышное, и такого же цвета изящную широкополую шляпу с белым пером. Рядом с ней стоял улыбающийся Марк. На нем были простые джинсы и вязаный голубой свитер, и потому его одежда как-то резко контрастировала с чопорным нарядом Елены. — Вороватые и бесхарактерные существа эти фейры, — подхватил реплику Елены Марк и осклабился. — Ну куда же без него. — Я думаю, — медленно произнес Нортон-старший, — что не стоит портить такой важный вечер из-за глупого поступка… Всем в гостиную! — обратился он к детям. Те, немного разочарованные, повиновались. Василиса осталась стоять на лестнице. — Почему ты не ушла? — поинтересовался Нортон у дочери. — Не знаю. Может, поговорить захотела. — с улыбкой произнесла она. — Так я тебе и поверил. Колись, зачем осталась и не пошла? — так же с улыбкой спросил Нортон. — Секретная информация. — так как недавно делал это Лёшка, ответила Василиса. Присутствующие не выдержали и засмеялись. — Меня так не возьмёшь. — сказала рыжеволосая. — Все в гостиную! — повторил отец, глядя на Василису. На секунду глаза их встретились, и девочке захотелось стать очень и очень маленькой, чтобы спрятаться от холодного отцовского взгляда куда-нибудь подальше. — Азалия, — обратился к няне Нортон-старший, — все готово? — Да, господин, — подобострастно прошелестел нянин голос. — Все убрано соответственно случаю, камин давно растоплен, сундучок на столе… — Какой сундучок? — удивилась Диана. — Узнаешь. — Прекрасно, Азалия, вы можете идти, — кивнул Огнев. — Елена, пройдите с Марком в гостиную, я буду через миг… — Этот миг длился очень долго. — оповестила всех девочка. — Не понял. — сказал Ник. — Там будет разговор с отцом. Елена легко кивнула и, больше не обращая на Василису внимания, пошла по коридору. Марк послушно последовал за ней. — Как собачка. — как-то грустно прокомментировал Фэш. — Его преданность, его же и погубила. Василиса осталась с отцом наедине. — Что ты наделала? — тихо произнес отец и шагнул к лестнице. — Ты хоть понимаешь, что ты натворила?! — Я сейчас все уберу. — Василиса быстро спустилась вниз и собралась уже подбирать раскиданное по всему полу печенье, как вдруг отец грубо схватил ее за руку. — Ты серьёзно думала, что я про печенье говорю? — Нет, конечно. Я же типо не ходила на ваше собрание. Нужно было поддерживать алиби. — Ну, ну. — Я не об этом дурацком печенье, — прошипел он ей в ухо. — Я знаю, что кто-то лазит там, где не следует! — Я не понимаю, о чем вы говорите… — Василиса старалась высвободиться, но отец сам резко отпустил ее, и девочка еле смогла удержаться на ногах. — Не понимаешь… — Нортон-старший продолжал сверлить Василису взглядом. — Ты вчера вечером была в библиотеке? — Нет, не была… — Девочка низко опустила голову. — Дейла мне сказала, что хотела спросить тебя о чем-то, но не смогла найти. — Я была в саду. — Василиса старалась выглядеть честно. — Мне не хотелось разговаривать ни с кем… тем более с Дейлой. Отец хмыкнул. — Как слаженно врала, если бы не охранный эфер… — Не жалуют тебя сестра с братьями, да? — Он насмешливо скривился. — Норт говорил, что и в школе у тебя нет друзей… Ты плохо уживаешься с людьми, что неудивительно. — Может, это из-за того, что родной отец подает им плохой пример? — выпалила Василиса. — Так его, Василиска! — подбадривал девочку Миракл. Она в страхе закусила губу. Взгляд отца потемнел. — Ты слишком любопытная… задаешь глупые вопросы. — Он снова скривился. — Я последний раз спрашиваю, как ты пробралась в тайный ход? А особенно — как смогла выбраться обратно? — Я ничего не знаю… — При упоминании о тайном ходе сердце Василисы учащенно забилось. — Я гуляла в саду, честное слово… — Кстати, ты и вправду очень любопытная. — сказал Король Остальского Времени, за что получил существенный толчок под ребра локтем от Королевы, только уже Эфларского Времени. За этой картиной наблюдали все, и никто не сдержал улыбки. А Нортон и Лисса на их месте видели себя в детстве. — Ты не могла быть снаружи! — взорвался вдруг Нортон-старший. — На двери охранный эфер, и ни один… — Он осекся. — Прокололся. — воскликнули все взрослые, только у них не получилось сказать так же слажено, как у детей. — Теряешь хватку, дружище. — сказал Миракл. У Василисы округлились глаза: — Что на двери? — Ничего. — Отец хмуро взглянул на нее. Внезапно лицо его посветлело: — Узнаёшь? И отец сунул ей в руки… маленькую заколку-гребень с синим цветком. У Василисы все поплыло перед глазами: она поняла, что забыла заколку перед зеркальной дверью. — Ну! — Глаза отца торжествующе блеснули. — Что теперь? Василиса решила тянуть до последнего. — Молодец, раз начала, то продолжай до самого конца. — ответил Хардиус. — Ты чему мне детей учишь? — Спасибо, — сказала она убитым голосом, — и где же она была? Некоторое время отец с дочерью молча смотрели друг на друга. Внезапно Нортон-старший резко шагнул к Василисе и, больно захватив прядь ее волос, заколол их гребнем. — Ну и за что ты так с ней? Она тебя тут спасает, выкручивает, а он… — чуть ли не кричала Лисса. — Мама… — воскликнула девушка. — Ну зачем? Я его простила уже. Честно, мам. Я не хочу ругаться заново и переживать все то, что была давно, в прошлом. Надо уметь прощать, иначе очень тяжело жить, ненавидя всех. — Умные слова говорит ваша дочь. Вам бы поучиться у неё. — проговорила Чёрная Королева. — Хорошо. — Он задумчиво оглядел дочь. — Сейчас и так все прояснится… Что с тобой? Василиса изо всех сил старалась задержать катившиеся из глаз градины. — Неужели это слезы? — холодно спросил Нортон-старший и вдруг присел перед ней на колени. Глаза его насмешливо сузились. — Насмешливо? — спросил Константин. — Ну ты и чудик. Ей и так плохо, а ты масло в огонь подливаешь. Неожиданно отец ласковым жестом взял ее руки в свои. Его ладони были холодные как лед, и Василису озноб пробрал по спине. Ей стало по-настоящему страшно. — Так жалко себя, да? — Голос отца прозвучал вкрадчиво, даже издевательски. — Вокруг незнакомые люди, говорят странные вещи… И конечно, надо во всем разобраться, проследить, подслушать, подсмотреть. При этих словах губы у Василисы предательски задрожали. — Ужасный отец, — продолжил Нортон-старший, — а еще эта Елена… она кажется тебе сумасшедшей? А ведь ты ей не нравишься. Очень не нравишься… Может, она даже хочет убить тебя. Почему ты вздрагиваешь? Тебя это страшит? — Да, страшит… — тихо произнесла Василиса. — Мне всего двенадцать, и меня это страшит… — Тебе уже тринадцать, — равнодушно поправил отец. — Какая большая разница. Плюс-минус год. — саркастически произнесла Диара Дэлш. — Что поделать, настали смутные времена, многие из нас не доживают и до этого возраста… — Отец хмыкнул. — Кто знает, может, твои неприятности только начинаются. Так что бояться пока рано… Рано. Василиса громко всхлипнула. По сути, она ведь действительно была тринадцатилетней девчонкой, и слова отца сильно встревожили ее. — Отпустите меня, — неожиданно попросила она. — Я не хочу находиться здесь. Я убегу. Нортон-старший прищурился. — И куда, позволь спросить? — И только сейчас я поняла, что уже тогда ты беспокоился за меня и эти слова тебя выдали с головой. Хоть ты и пытался скрыть это, но плохо получалось. — тепло сказала девочка. Нортон улыбнулся ей. Ему было приятно то, что дочь защищает его перед Лиссой. Василиса неопределенно пожала плечами, думая, что Лешка поможет ей первое время устроиться, переночевать где-нибудь, а потом… Лишь бы выбраться отсюда. — Можешь жить у меня на постоянной основе, плату не беру. Переезжай хоть сейчас. — сказал Рознев. — Буду рад. — Я её никуда не отпущу. Будет тут, рядом со мной. — сказав это, Фэш посадил себе на колени красную Василису. — Ребят, я пока что дедушкой не хочу становиться. — тихо сказал Нортон. Все смеялись от этих слов, даже само Время. — А мы пока и родителями тоже становится не хотели, но вот женой… Нортон чуть в обморок не упал от этого заявления. Впрочем Лисса тоже, только благодаря тому, что сидела, осталась на месте. — Не понял. — А мы тут… Это… В общем… Василиса случайно проболталась и поэтому не могла связать предложения. — Ну не тяни. — Фэш ответь за неё. — решила Лисса. — Ну вообще-то я ей сделал предложение и она согласилась. — А почему мы это узнаем только сейчас? — хором спросили родители. Дети вообще сидели с выпученными глазами. — Так это должен быть сюрприз, но вот только моя невеста, случайно проговорилась. — Ну ладно, поверю. — Горько! — воскликнули дети. — Не-а. — в голос сказали Время. — Ну так не интересно. — А давайте продолжим читать. Норт радовался за сестру, какое счастье, что ей так повезло с Фэшем. — Я не могу тебя отпустить, — скучающим голосом произнес Нортон-старший. — Видишь ли, как только ты выйдешь за ворота, тебя сразу же убьют. — Почему? — изумилась Василиса. — Я никому ничего плохого… — Разве для того, чтобы кто-то желал твоей смерти, обязательно сделать что-то плохое? Знала бы ты, — задумчиво добавил он, — как ты нам всем мешаешь… — Вот видите. А я вам говорила. — Молчи уже, без-пяти-минут-Драгоций. — сказала Драгоций. — Ты меня теперь постоянно так называть будешь? — Ага. А потом просто Драгоций. Норт смеялся, да и не только он. — И моя мама тоже мешала? — внезапно обозлилась Василиса. — Что с ней случилось? Она тоже умерла? — Как же я ошибалась. — тихо проговорила девочка, и только её жених услышал. — Всё нормально, Василис. Ты же потом встретила её. — Что вы там шепчетесь? Или решаете в каком замке свадьбу проводить? — Диан, отстань, а? — сказал Фэш. — Ладно, только не кипятись. Отец замер. Василисе вдруг показалось, что он впервые заглянул ей прямо в глаза. Воцарилось молчание. Стало так тихо, что Василиса слышала, как бешено стучит ее сердце. — Твоя мать… О да, она еще больше мечтала бы избавиться от тебя, чем я. — Неправда!!! Я всегда хотела дочь!!! И никогда бы не избавилась бы от неё. — Но избавилась. Отдала нить её судьбы!!! И кому. Астрогору. Прекрасно понимая, что он тот ещё манипулятор. — Хватит! Вы достали уже ссориться. — чуть ли не в слезах выкрикнула девочка. — Всё это было в прошлом. Я не эту семью хотела, которая постоянно ссорится. Вы ругаетесь из-за ошибок прошлого, которые вы когда совершили. Их уже не исправить!!! А вы продолжаете ругаться, и нет бы помириться. И совсем не думаете обо мне, о том как мне плохо, когда вы так себя ведёте. Василиса выбежала из Янтарный залы в слезах. Ей было плохо. Она всегда хотела настоящую, добрую семью. А не так, чтобы приходилось мирить родителей и выгораживать их друг перед другом, чтобы не было ещё одного скандала. — Я пойду к ней. — Не надо, господин Огнев. Вы лучше подумайте о том, что она сказала и примите к сведению. Фэш вылетел следом за своей невестой, такой ранимой и милой. Только он знал, где любит проводить Василиса время, когда хочет скрыться ото всех. — Василис. — Фэш, я устала их мирить. Я хочу нормальную семью. А они постоянно ругаются. — Василис, успокойся. Я думаю, они уже поняли, что натворили и переживают за тебя. Но и ты понимаешь, что в Чёрной комнате тебя искать никто не будет. Они могут такую шумиху устроить, в поисках тебя. — Я не хочу туда идти. — Надо, Василёк, надо. Покажи что ты сильная. — Да и поэтому убежала в слезах из зала. — Пошли или я тебя силой туда затащу. — Ну и неси, а я туда не хочу. — Сама напросилась. И Фэш взял на руки свою девушку и понёс обратно.

***

— И опять вы довели её до слез. Сколько можно? Вам не надоело? Мне пришлось провести много переговоров, чтобы вернуть вам хоть какое-то здравомыслие. Теперь страдает ваша дочь. — с укором спросил Хардиус. В ответ была тишина. Нортон и Лисса переживали за дочь. Вдруг дверь распахнулась и в неё вошёл Фэш, на руках которого была Василиса. Она смеялась, так как Фэш рассказывал свои похождения в Змиулане. — Он сказал, что я слишком добрый, и поэтому моё превращение в Треугла — это моё наказание. — Это точно. Ни на кого не обращая внимания, они подошли к своим местам, (вернее Фэш подошёл, а Василиса подъехала) сели, только Василиса сидела на коленях жениха. — Продолжайте читать. Что молчим-то? — Отец улыбнулся как ни в чем не бывало. Но в черных зрачках его глаз заблестели злые огоньки. — К счастью, — добавил он, — она умерла вскоре после твоего рождения. Сразу после того, как сбежала. Но успела подкинуть твою маленькую душу под дверь. — Иногда мне кажется, — вдруг произнесла Василиса, — что она… Мама не умерла. Возникла пауза. Всё молчали, никто не хотел вспоминать недавний инцидент. — В этом случае для тебя было бы лучше обратное. Василиса дернула головой, но сдержалась. Да, такого ответа она не ожидала. — Сегодня ты пройдешь испытание на часовую степень, — продолжал Нортон-старший. — И я бы хотел, чтобы ты оказалась просто фейрой, не способной к часодейству… Но если у тебя проскользнет хотя бы вторая степень… Значит, такова твоя судьба. — А получилась высшая степень, лучшие друзья, самый хороший жених и… Всё. — Ну да, полный комплект. — ответила Николь. И отец вновь усмехнулся. После чего встал во весь рост и заложил руки за спину. Василиса внезапно успокоилась. — Странно, — она поглядела отцу прямо в глаза, — что Марта Михайловна попала в больницу тогда, когда ты захотел обо мне вспомнить. Она и не заметила, как перешла в разговоре с отцом на «ты». — Он твоего уважения не заслуживает. — сказала Нерейва. — Ничего странного, — заверил Нортон-старший. Его взгляд устремился вдаль, куда-то мимо Василисы. — Простой расчет. Тому, кто знает секреты времени, легко управлять чужой судьбой. — И своей? — вырвалось у Василисы. Она даже удивилась, что так сказала. Светло-серые глаза с широкими темными зрачками опять сфокусировались на ее лице. — И твоей. Василиса неожиданно громко икнула. — Вспоминают, — произнес Нортон-старший без тени улыбки на лице. — Попрошу в гостиную. И быстро, пока я действительно не разозлился. Василиса мотнула головой и прошмыгнула в коридор, прилегающий к гостиной. Отец бесшумно последовал за ней — Всё. Конец. Кто следующий? — Давайте я. — вызвался Лёша. — Итак. Глава 4. ЧАСОВОЕ ЗЕЛЬЕ.