Часодеи читают часодеев

— Давайте я. — с этими словами Родион Хардиус забрал книгу у Миракла. ГЛАВА 19 В ИЗОЛЯТОРЕ — Даже в изоляторе покоя не было. — в шутку возмущалась Василиса. — То есть мы за неё волнуемся, а она избавиться от нас хочет? — также в шутку начала возмущаться Диана. — Конечно, с вами было интересно, но я жутко устала и хотела отдохнуть. — мило улыбнулась Огнева. — А учитывая, что вы начали бы задавать вопросы, так это всё. Просто ужас был бы. — добавила девушка. — Ты всё равно бы не смогла ответить. — заметил Фэш. — Да, и все благодаря отцу. — буркнула Василиса. — Я тебе помогал. — подал голос Нортон. Через весь потолок пролегала длинная, ветвистая трещина, похожая на переплетение маленьких чёрных молний. Уже который час Василиса изучала её тонкие и сложные узоры. — Что? Мне заняться было нечем. — ответила на удивлённые взгляды друзей Василиса. — Да. Это как у бабушки. Только там ковёр на стене. И когда не можешь уснуть, или же просто заняться нечем, всегда разглядываешь узор. И каждый раз находишь что-то новое. — хмыкнул Лёша. Произошедшее с ней казалось сном — неровным, беспорядочным, зловещим и странным. Она всё думала и думала о мальчике, который постарел за одно мгновение… Проклятый Цветок высосал из него все силы… Что же в таком случае произойдёт с самой Василисой? — Видишь, я сделал только лучше. Я же не лишил тебя памяти совсем. — оправдывался Нортон. Больная ступня продолжала ныть, слабость не исчезала. Девочка вспомнила, как её доставили в лагерь: Рок принес её на руках прямо в изолятор. — Хорошо, что не Астрагор. — хохотнул Ник. — Фэш, смотри, её уже Рок на руках носит. А ты где бегаешь? Невесту уводят. — не хотела успокаиваться Захарра. — Захарра, милая моя сестрёнка. Заткнись, а? Или начну я вспоминать все твои выходки. Например, поцелуй на ветках ели. Как романтично, а самое главное — рядом был не Маар. — коварно произнес речь Драгоций. Ник и Захарра смутились, а Маар и Диана нахмурились. Разбуженная посреди ночи врач измерила температуру, заглянула в горло, послушала сердце и определила диагноз — обычная простуда. — Помимо вывиха, ты ещё и заболела. Класс. Тебя никуда одну отпускать нельзя. — заметил Диаман. С ногой оказалось хуже — обнаружился серьёзный вывих. Василисе дали целую горсть таблеток, наложили на ногу тугую бинтовую повязку и приказали много спать. — В принципе, что я и делала. — улыбнулась Василиса. — Ну да. Хотя бы первый раз послушалась кого-то, а не сделала по-своему. — многозначительно кивнула Гроза. Но девочка не могла сомкнуть глаз, заново переживая своё первое путешествие во времени. В изоляторе больше никого не было, да это и неудивительно — кто хочет болеть в летнем лагере? — Как кто? Сама Василиса Огнева. — смеялся Маар, который слишком быстро отошёл от темы поцелуя невесты. Наверное, принял это, тем более он сам лез к Василисе. А за окном всё не кончалась ночь. Интересно, сколько сейчас времени — часа три или четыре? Василиса приподнялась на кровати и тут же рухнула обратно от испуга — в дверь громко постучали. — Было полчетвёртого. — вздохнул Нортон. — А кто это к тебе так рано пришёл? — поинтересовался Александр. — Отец и Астрагор собственной персоной. — ответила Королева Времени. Не дожидаясь приглашения, в комнату вошли двое. Василисе захотелось стать маленькой бабочкой и выпорхнуть в окно, только бы избежать новой встречи с Астрагором и отцом. — Твоё желание почти сбылось. Ты теперь превращается в маленькую птичку. Красивую птичку. — чуть тише добавил Фэш. — Просим прощения за столь поздний визит, — резким, гортанным голосом произнёс Дух Осталы. — Вернее, ранний… Но пришлось переместить вас, маленькая госпожа, сразу в этот лагерь, чтобы избежать нежелательных вопросов остальных ключников. Как вы, наверное, догадались, мы хотим услышать всю историю вашего путешествия на тысячу лет назад. — М-да. Эфларус сказал, что тебя не спросят, потому что так нельзя, а они спрашивают. Несостыковочка. — хмыкнула Дейла. — Эта несостыковочка называется — наш отец. — добавил Норт. Отец присел к дочери на кровать и поднес к её губам круглый флакон с тёмной жидкостью. — Это Часовое Зелье. Сделай ровно два глотка. Не бойся, — чуть помедлив, добавил он. — Мы должны знать правду о проклятии ЧерноКлюча, если оно есть… И помочь избежать его. — Что-то, я не видела ваших действий. — вспомнила события той давности Огнева. — Я не помню, чтобы вы дали мне хоть какой-нибудь совет. — Я не знал, что делать в той ситуации. Астрагор — да, знал. Но ему было невыгодно раскрывать эту тайну. А у меня не было возможности узнать её. — печально ответил Огнев. — Василис, ты зря так хмуришься и обвиняешь отца. Он чуть ли не головой об стенку бился, думая, как спасти тебя. — покачал головой Миракл. — Он и ко мне за помощью обращался, но и я в этом был бессилен. — Правда? — девушка переспросила у отца, ей надо было знать, правду ли говорит зодчий. Нортон просто кивнул в знак согласия, ни слова не сказав. — Спасибо. — одними губами прошептала Василиса. — Насколько это будет возможно, — сухо вставил Астрагор. — Индюк необщипанный. — буркнул Данила. Василиса поочередно глянула на их лица и невольно подумала, до чего же они сейчас похожи — безликие, каменные маски без малейшего проявления чувств, безо всяких эмоций. — Покер фейс. — хмыкнул Рознев. — У тебя порой такое же лицо бывает, Василис. — заметила Николь. — Особенно, когда ведёшь приемы. Все ещё медля, она перевела взгляд на флакон. Неизвестно, так ли они хотят помочь ей… Для них же главное — спасти мир, который впоследствии они решили присвоить. — Какая вумная (не бетить) девочка. — протянул Константин. — А то! — довольно откликнулась Василиса. — Вумная как вутка! Что им проклятие? Маленькая девочка превратится в старуху, отдав все жизненные силы страшному растению… Возможно, проживёт ещё несколько лет и умрет. — Что-то я не узнаю Василису, которая всегда пылает оптимизмом. — нахмурился Диаман. Василиса всхлипнула и, откинув крышку флакона, сделала два больших глотка. В сердце ещё теплился крохотный огонек доверия к одному из этих двоих: отец однажды спас её, может, и сейчас он что-нибудь придумает. — Я не успевал. — покачал головой Огнев. — Ну, а теперь попрошу рассказать всё, что произошло с тобой в прошлом, — велел Астрагор. — Злыдня. — фыркнул Нортон-младший. После того как прозвучало последнее слово из Василисиного рассказа, воцарилась особенная тишина. За окном посветлело, в комнате стало по-утреннему свежо. Василиса так устала, что желала лишь одного — чтобы посетители наконец ушли. В горле першило, хотелось выпить воды, но девочка постеснялась взять стакан с тумбочки. Отец перехватил её взгляд, встал, принес чайник с общего палатного столика, наполнил стакан до краёв и передал дочери. — Да ладно! У тебя всё-таки есть такая штука, как отцовский инстинкт. — саркатически заметила Чёрная Королева. — Спасибо… — Итак, — нарушил тишину Астрагор, — это всё очень удивительно. Никто из ключников не углублялся настолько далеко в прошлое… И настолько точно. Похоже, мы имеем дело с интересным феноменом. Очень занятный временной цикл, не находишь, Нортон? Ты ведь всегда хорошо разбирался в парадоксах, не так ли? — Интересный феномен? Вы опять начинаете говорить загадками. — хмурился Лёша. — Почему ей ничего нельзя было сказать? — недоумевал парень. — Она была слишком маленькой, и на неё столько всего свалилось, что лучше было нам помолчать. — ответил Нортон. — Маленькая?! — воскликнула Огнева. — Очень маленькая. — кивнул Фэш. Василиса насупилась, уже продумывая о мести, но… Почувствовала поцелуй в висок и успокоилась. Надо с этим что-то делать. У Фэша есть преимущества. Он так легко её успокаивает… Мужчины как-то странно, с особым значением переглянулись. «Опять загадки», — устало подумала Василиса. Она-то им рассказала всю правду, может, теперь настала их очередь? — Правильно! — сказал Лёша. — Только почему-то мне кажется, что они этого не сделают… — Ну, как тебе сказать. — протянула Василиса. — Что-то рассказали, но по большому счёту просто запутали и напугали. — Что будет со мной? — угрюмо спросила она. — Я постарею и умру? — Да, конечно. Только не скоро. Нам придётся лицезреть тебя ещё о-о-очень долго. — насмешливо ответил Хардиус. — Как и тебя, как и тебя. — фыркнула Нерейва. Астрагор соизволил посмотреть ей прямо в глаза. Василисе пришлось призвать все силы, чтобы не укрыться с головой одеялом — спрятаться от тёмного огня, вихрящегося в глубине бездонных зрачков. Астрагор слегка наклонил голову: уголки его бледных губ дёрнулись вверх. — Я бы уже давно сбежала от такого взгляда. — поделилась своими страхами Дейла. — Я бы тоже, но гордость не позволяла. — хмыкнула Огнева. — Когда-нибудь ты постареешь и умрёшь… Но не сейчас. — И он в этом был так уверен, хотя даже не пытался мне помочь. — буркнула Василиса. — Ну ему же надо было строить из себя доброго Духа, который согласился нам помочь. — развела руками Диара Дэлш. Василиса испуганно молчала. Теперь она особенно хорошо понимала Фэша — тот, кого Астрагор хоть раз в жизни одарил подобным взором, всегда при его виде бежит без оглядки. — Эй. — возмутился Фэш. — Я не бежал без оглядки. — насупился парень. — Только пятки так и сверкали. — поддела брата Захарра. Драгоций запыхтел, как паровоз. — Я тебя не осуждаю. Я сама не раз хотела бежать. А учитывая твою ситуацию, тебя можно понять. Так что не пыхти. — успокоила жениха Василиса, даже не словами, а поцелуем в щёчку. Теперь она удостоверилась в том, что не только у Фэша есть маленькая власть над ней, но и у неё над ним. Ведь, если подумать, отношения на этом и строятся. Ты знаешь слабые стороны своей второй половинки, она знает твои слабые стороны. Но вы не пользуетесь ими, чтобы уколоть побольнее, а наоборот, прикрываете друг друга. — Ты поступила безрассудно, не дослушав того, что собирался сказать тебе великий Эфларус. — А то я этого не понимаю. — нахмурилась Королева. — И всё же следует признать, что проклятие существует, — подал голос Нортон-старший. — Подбодрил дочку, молодец. Даже не сомневался в тебе. — хмыкнул Миракл. — Я знаю, — обрезал Астрагор. — Но ты же читал «Слово о Времени», дорогой Нортон? И не хуже меня знаешь, что первый чёрный ключник остался жив-здоров. — Чего? — не понял Александр. — На сколько я знаю, первый чёрный ключник умер. — Ага. Твои знания верны. — кивнула Диана. — А почему?.. — продолжил Диаман. — Чтобы запудрить мозги девочке. — пояснил Константин. — Глупо. — пожал плечами Ник. — Она всё равно узнает правду. Не от вас, так от других. — Да, но о том, что он поседел во время обряда, я слышу впервые. — А Василиса у нас — первооткрыватель. — хохотнул Лёша. — А ещё она ломает все стереотипы. — добавила Гроза. Астрагор передёрнул плечами и мотнул головой, показывая, что раздражён тем, что ему приходится объяснять простые вещи. — Если бы твоя дочь дослушала речь великого Эфларуса… — повторил Астрагор. Прервавшись, он как-то странно глянул на отца Василисы. — То узнала бы, что, принимая вновь в руки Алый Цветок, чёрный ключник исцелился. Жизненные силы вернулись к нему сторицей, и он прожил много лет во здравии. — Самое смешное, что он обещал награду тому, кто первый принесёт чашу Алого Цветка. И тут же встаёт вопрос. Как вспомнят обо мне ключники, когда будут драться из-за чаши, чтобы получить свою обещеннную награду? — заметила Огнева. — В его словах несостыковка. — Он сам, как одна большая, просто огроменная несостыковка. — фыркнул Фэш. Нортон-старший молчал. Его глаза были полуприкрыты, как будто он задремал. — Обычное его состояние. — хмыкнула Чёрная Королева. — В анабиозе. — Ну, спасибо, матушка. — ответил Нортон. — Мальчик оставался без сознания, — решилась произнести Василиса. — Как же он взял в руки Цветок, если… — Ему помогли, — резко произнёс Астрагор. — Тебе не стоит волноваться, Василиса Огнева. Твой отец может подтвердить мои слова. Не так ли, Нортон? — О, мне даже интересно, что же ты ответишь дочери. Правду или пойдёшь по кривой тропинке лжи. — Нерейва даже немного наклонилась вперёд, желая поскорее узнать ответ. Василиса обратила взор к отцу. — Тогда я мечтала услышать правду. — заявила Василиса, и многие, после её фразы, подумали, что Нортон её обманул. — Чёрный ключник умер, — сказал тот, открывая глаза. — И я её дождалась. И хоть правда оказалась устрашающей, мне было приятно, что ты осмелился озвучить её для меня. — закончила свою фразу Василиса. — Что ж. Удивлена, Нортон. Приятно удивлена. — покачала головой Чёрная Королева. — Не во время обряда, позже… Он сильно заболел и не смог оправиться… — И Нортон-старший процитировал: — «Когда Временной Разрыв сократится до нуля, а две планеты Эфлара и Остала сойдутся в единое целое, вновь расцветет Алый Цвет, и будет пульсировать его сердце… Один из ключников должен перерезать стебель и расплатиться за это жизнью». — Я же сказала, что Василиса ломает стереотипы. — хмыкнула Гроза. — Здесь скорее подойдёт то, что она боится за свою жизнь. — поправил подругу Маар. Астрагор недовольно воскликнул. — Она должна знать, — сухо произнёс Нортон-старший. — Это её право. — Только таким образом ты её ещё больше напугал. — заметил Константин. — Но знать она должна была. — покачал головой Хардиус и продолжил читать. Но великий Дух Осталы придерживался другого мнения. — Теперь твоя дочь будет напугана, — жёстко произнёс он. — Ты поступил неразумно. — Так. Начинаем новое расследование. Почему Константин Лазарев и Астрагор говорят одни и те же слова. Схожие мысли? Или Константин является союзником великого Духа? — заговорщики заговорил Рознев. — А может, господин Лазарев сидит здесь, для того чтобы узнать, как спасти своего союзника? — поддержала игру Гроза. Но на долго их игры не хватило, потому что они захохотали, не сумев сдержать смех. Василиса громко всхлипнула, сдерживая рыдание. Астрагор поморщился, явно не одобряя и этого. — Кажется, он вообще ничего не одобряет. — фыркнула Лисса. — Ну почему же. — заступилась за врага Василиса. — Он одобряет, когда идёт всё по его плану. Он даже готов своему противнику дать шанс на маленькую незначительную победу, чтобы игра была веселей для него. — Так. — протянул Ник. — Теперь и мне интересно, почему Огнева так много знает о Духе, неужели он и твой союзник? — коварно произнес Лазарев. — Нет. Просто он сам мне это рассказал. Так сказать, делился секретами о том, почему же я до сих пор жива. — ответила Огнева. — Ну… Ладно я тебе поверю на слово, но расследование всё-таки придётся провести. — со смешком добавил парень. — Как вашей душеньке угодно. — заверила его Василиса. — Так. Пока я не удостоверюсь, что ты не прислужник Астрагора, про души, будь добра не упоминай. — веселился Ник. — Как вашей ду… Ой. Как тебе угодно. — исправилась Огнева. — Дети. Вы такие смешные. — покачала головой Диара. — Расскажи всё, раз начал. — Многие часовщики ломали головы над тем, что же на самом деле случилось с чёрным ключником, — начал Нортон-старший. — Все остальные ключники чувствовали себя хорошо и действительно прожили долго и счастливо. Многие из самых опытных часовщиков ходили в прошлое и наблюдали первый обряд цветения, не вмешиваясь в него. Путём сложных вычислений, многократно проведенных опытов и яростных споров было выяснено, что несчастье произошло по одной-единственной причине: чёрный ключник был истощен от голода, взволнован и… поэтому не выдержал… С тобой всё будет иначе. Ты просто перережешь стебель и… И всё. — Так. Всё просто. Её всего-то навсего надо накормить и спать уложить. Потом ещё раз накормить и отправить резать стебель. — широко улыбался Рознев. — Да. Хороший совет. Только немного запоздалый. — заметил Драгоций. — И поесть Василисе не дали в тот день. — вспомнила Диана. — И она почти не спала. — добавил Ник. — Убить её захотели? Я всегда знал, что вам доверять жизнь ребёнка нельзя. — пожурил друзей Лёша. — Ой, да кому она нужна? — отмухнулась Захарра. — Вообще-то мне. — заверил всех Фэш. — То есть я тебе не нужна? — воскликнула Василиса, обращаясь к Захарре. — Ещё подругой называется. — наигранно опечалилась девушка. — Но Эфларус… — вновь всхлипнула Василиса. Нортон-старший вытащил из кармана небольшую таблетку бледно-зелёного цвета и поднёс девочке, вновь подавая стакан воды: — Выпей. Иначе не сможешь заснуть. Поговорим позже. — Ну ты и гад. — Миракл первый понял, что за таблетку дал дочери Нортон. — А что? Она всё вспомнила тогда, когда нужно. А так, она бы до этого, извелась бы вся. — объяснил свои действия Огнев. — Если с этой стороны посмотреть, то да. Ты действовал правильно. Но… — Константин так и не закончил предложение и никто не узнал, что же скрывалось под этим «но». Таблетка подействовала мгновенно — голова Василисы упала на подушку, и девочка забылась тревожным, но крепким сном. Она не слышала, как, выйдя на крыльцо, Нортон-старший обратился к Астрагору: — Я уверен, ты знаешь, как избежать проклятия. — О да. Он знал. Но даже не пытался помочь. — заверила всех Захарра. — Он радовался, что никто кроме него об этом и не узнает. — Но я всё обломал. — по слогам проговорил Фэш. — Поверь, даже тогда он думал, что Василиса не догадается. — протянула Драгоций. — Он просто недооценил Василису. — хмыкнула Диана. — Её все недооценили. — добавил Ник. — А она в итоге стала Королевой Времени. — Да, есть один способ… — рассеянно ответил Дух. — Но не знаю, поможет ли он. В любом случае, надеюсь, ты сдержишь своё обещание и не будешь вмешиваться в ход событий. Пока же твоя дочь забудет о том, что видела в прошлом. Кстати, весьма неплохо придумано с сонным порошком. На сколько ты поставил таймер? — Ровно на начало испытания. До этого она не вспомнит даже наш разговор. — Хотя мне было бы о чем подумать. Может быть сама бы доперла до решения. — заметила Огнева. — Что за выражения? — воскликнула Нерейва. — Будешь у меня Чернолют отмывать за такие высказывания. — бурчала Чёрная Королева. — Зубной щёткой! Нет. Лучше зубочисткой. — Я пошутила. — испуганно протянула Василиса. — Да и зачем тебе это, ведь есть клокеры? Они сделают всё гораздо лучше меня. — пыталась убедить бабушку Огнева. — Трудотерапия ещё никому не причинила вреда. — ухмыльнулась Повелительница Лютов. Нортон-старший коротко поклонился и, пройдя несколько шагов по аллее, растворился в бледно-розовых лучах восходящего солнца. Вслед за ним, взметая полы широкого плаща, быстрым шагом удалился Астрагор. — И осталась Василиса одна, забытая тревожным сном. Но кто её спасёт? Конечно же наш супергерой Фэш. — смеялся Маар. — Сейчас супергерой Маар полетит в окно. — мило закончил Фэш. Внезапно раздался оглушительный треск — сломав одну из верхних досок веранды, на порог изолятора упал мальчишка с тёмными, всклокоченными волосами. — То есть всё-таки подслушивал. — с улыбкой на лице протянул Нортон. — Что ж, это было ожидаемо. — То есть ты, гад такой, всё слышал, всё знал, но надо мной шутил. Вот значит как. — коварно протянула Огнева. — Я хотел как лучше. Поверь, было бы странно, если бы я так не делал. — заверил девушку Фэш. — Ну-ну, ну-ну. — пригрозила Огнева. По-видимому, он прятался под крышей, каким-то образом удерживаясь на двух перекрёстных балках. Он чертыхнулся, потирая ушибленное место, и, воровато оглядываясь, заспешил к ряду домиков, предназначенных для ребят из первого и второго отрядов. — И скрылся с места преступления. Даже к любви всей своей жизни не заглянул. — насмешливо протянул Норт. — А что к ней заглядывать? — пропустил колкость мимо ушей Фэш. — Она спит крепким сном. А мне надо было срочно возвращаться, иначе вожатые заметили бы моё отсутствие. На следующий день с самого утра в изолятор началось настоящее паломничество: пришли Ольга Михайловна с ребятами из группы, вожатые в полном составе и, конечно, Ник с Фэшем, Лёшка и Диана. — Ты прям знаменитость. — хохотнул Маар. Все сгрудились вокруг кровати и наперебой расспрашивали о том, что случилось. К своему ужасу, Василиса не могла вспомнить ни единой детали, но Фэш выручил её: с обычной ехидцей он сообщил всем, что Василиса подвернула ногу, прыгая с подоконника. — Видишь. Я тебя спас от распроссов. — указал на книгу Фэш. — Кстати, оправдание хорошее. Василиса очень часто прыгала из окошек, так что никого не удивило, что именно таким образом она вывихнула ногу. — заметил Лёша. — По вашим словам я только и делаю что из окошек прыгаю. — насупилась Огнева, но под видом многозначительных взглядом недоуменно спросила. — Что? — Кх. Кх… — почистил горло Норт. — Ещё на Остале ты постоянно залазила в свою комнату, позволь заметить которая находилась на втором этаже, через окно. Сбегала опять с Осталы, то тоже через окно. Чтобы пройти посвящение ты вылезала из окна. Потом лагерь… — Всё-всё-всё. — замахала руками Василиса, обрывая брата на середине предложения. — Я поняла тебя. И вас тоже. Но я не виновата, что приходилось покидать помещения таким образом. Не мы такие — жизнь такая! Ольга Михайловна всплеснула руками и сказала, что если ломать ноги, то лишь по делу — на тренировке! — В какой-то степени, если проводить аналогию, ты вывихнула ногу даже не на тренировке, а на соревнованиях, которые называются испытанием. — заметил Ник. Рита пробурчала что-то насчёт серьёзного нарушения правил, а Мишка громко заверил всех, что неудачное падение может произойти с каждым и в этом нет ничего страшного. — А вот здесь он прав. — кивнула Лисса. — Мишка — такой Мишка. — хором протянули Василиса и Лёша, после чего вместе рассмеялись. Ровно через полчаса всех посетителей выгнала медсестра, крича, что они нарушают режим больной, и Василиса, уставшая слушать сразу всех вместе, даже обрадовалась этому. — Вот и приходи к подруге потом. — Диана сложила руки на груди. — Поверь, если бы ты пришла одна, ну или хотя бы в компании Ника и Фэша, то я с радостью пообщалась. Но, вас там так много было. Все хотели что-то сказать. Это меня сильно утомило. — оправдывалась Огнева. — Хотя бы в компании Ника с Фэшем? — удивлённо переспросил Драгоций. — То есть мы тебе не так важны? — хитро поинтересовался Фэш. — Я сейчас повешусь. — вздохнула Огнева. — Но сначала дам по лбу тебе. — хитро улыбнулась Василиса и выполнила своёобещание. — Эй. — обиженно надул губы Фэш. — И вообще, кто тебе вешаться разрешал? — Никто. — весело ответила Огнева. — Ну вот и сиди на попе смирно. — улыбнулся жених. К сожалению, друзьям так и не удалось поговорить об испытании, но и это было хорошо, потому что девочка не могла вспомнить, в чём оно состояло. — А мы сначала подумали, что ты скрываешь специально от нас. — в потолок сказала Диана. — Василиса, ты молодец, — успела шепнуть ей на ухо Диана, пока все протискивались через дверь. — Никто ещё никогда не летал в прошлое без путеводных нитей… Из учеников. А ты… У тебя получилось! Не представляю, как ты рискнула… — Ну… Путеводная нить всё-таки была. — протянула Василиса. — Но это не отменяет того факта, что ты сама прыгнула в этот Колодец. — продолжил Ник. В её глазах светилось настоящее восхищение и не было ни следа былого недоверия. — Ну да. Неудобно вышло как-то. Тебе не доверяли… — пробормотала Диана. — У вас были на то основания. — горько заметила Огнева и посмотрела на отца. В порыве признательности Василиса хотела обнять подругу, но фею чуть ли не силой выпроводила за дверь медсестра. — Отдыхать! — рявкнула она и натянула Василисе одеяло до самых глаз. — Интересно было бы посмотреть на тебя в тот момент. — смеялась Гроза. Оставшись одна, девочка приложила все силы, чтобы вспомнить хоть что-нибудь из испытания: вот она прыгнула в Колодец, потом долго летела среди странных вещей — часов и стульев… Видела окно и лицо человека… Говорила с ним? — Что? Но как? — не понимал Нортон. — Ты не должна была это вспомнить. Даже это. — Для неё нужна двойная доза снотворного. — смеялся Лёша. — Я бы сказал — лошадиная. — добавил Фэш. Василиса насупилась и даже отвернулась настолько, насколько позволяло её положение. Всё же сидеть на женихе и отворачиваться ото всех тяжело. Так и получилось, что при попытке спрятаться, девушка уткнулась носом в шею парня, но не стала менять позы. Она была обижена на друзей. Не сильно, конечно, но ради приличия можно и обидеться. Девушка она или где? Да, но вот о чём — не помнила. И как вернулась обратно, и почему так болит сейчас ступня… Она не могла пошевелить даже пальцами, так туго ей наложили повязку. Неожиданно в дверь постучали. — Разве тебе не сказали отдыхать? — поинтересовался Диаман. — Мне да, а вот посетителю нет. — проговорила в шею жениха Василиса. — Щекотно. — хихикнул Драгоций. — Войдите! — обрадовалась Василиса. Как же она поразилась, когда увидела на пороге знакомую длинноногую фигуру Инги. — Вау. — шокировано протянул Александр. — Вы же типа враги. — Были. — ответил за подругу Лёша. — Привет! — решительно поздоровалась посетительница. — Я увидела, что врачиха ушла. — Привет… Готовая ко всему, Василиса приподнялась в постели, но Инга тут же бросилась к ней: — Ты лежи! Я ненадолго. — Интересно, а чего она хочет от тебя? — задумалась Гроза. Василиса только хотела ответить на вопрос, и уже даже набрала воздуха, но не стала говорить. Во-первых, она типа обижается, а во-вторых, зачем говорить то, что они и так сейчас прочитают. — Да всё нормально, — невольно запротестовала девочка. — Наоборот, мне надоело валяться до ужаса. — А это правда. — всё-таки подала голос Огнева. — А-а, ну да… Тогда ладно. Инга присела на рядом стоящую кровать. Посетительница явно чувствовала себя не в своей тарелке: она нервно перебирала пальцами, то и дело сплетая их в замок, её взгляд перебегал от линолеума к белым занавескам на окнах, оттуда — к трещине на потолке и снова перемещался на пол. — Нервничает. — заключила Захарра. — А то мы без тебя не поняли. — фыркнул Фэш. — Конечно не поняли бы. У вас любовь в голове играет. Вы чисто теоретически думать здраво не можете. — хмыкнула Драгоций. — То есть. Раз ты хорошо мыслишь, значит ты не любишь? — хитро спросил Ник. — Люблю. Просто… — но Захарра так и не нашлась с ответом, поэтому замолчала. — Ольга просила передать, что они к тебе снова вечером зайдут, — наконец произнесла она. — Хорошо, — обрадовалась Василиса. — Не представляю, что здесь делать. — Как что? — воскликнул Маар. — Рассматривать потолок и думать о жизни. Ответить наконец-то на вопрос: быть или не быть. — смеялся парень. — Рисунок на потолке могу до сих пор по памяти повторить. А на этот вопрос у меня всегда был ответ — быть. Так что, увы и ах. — Василиса всё же повернулась ко всем лицом и развела руками. — Понимаю… Они снова немного помолчали. — Ты правда решила уйти из гимнастики?! — вдруг выпалила Инга. — На самом деле? — Понятно. — ей надо было удостовериться, что ты точно уходишь. — саркатически заметил Александр. — Ну почти. — уклончиво ответила Василиса. По всей видимости, именно этот вопрос она и хотела задать. — Да, — кивнула Василиса. И, не выдержав, добавила: — Разве тебя это расстраивает? — Думаю, что её это наоборот обрадует. Главный соперник уходит. — хмыкнул Диаман. — Наоборот. — покачала головой Василиса. — Отсутствие соперника плохо сказывается. Нет человека, который бы подталкивал тебя больше работать над собой. И в какой-то степени, Ник, Диана, Марк, Норт, Фэш и Маришка были мне соперниками. Смотря на них, я старалась догнать их быстрей, чтобы быть на одном с ними уровне. А когда этого достигаешь, то понимаешь, что раз я смог подняться до этого уровня, значит могу и дальше идти. — философски продолжила девушка. — Иногда я задаюсь вопросом, а точно ли тебе восемнадцать, а не все сто двадцать. — заметил Маар. — Ну вот. — воскликнула Василиса. — Нормальный человек! А то меня тут некоторые маленькой считают. — Ты можешь думать и выражать свои мысли как угодно, но для меня ты всегда останешься моей маленькой. — прижал её ближе к себе Фэш. — И вообще. — сверкнул ямочками он. — Кто сказал, что я говорю о возрасте? Ты же маленькая. — шутливо протянул он. Все с умилением наблюдали, а Василиса сделала вид, что обиделась. — Конечно нет, — усмехнулась Инга. Но тут же спохватилась: — Я не в том смысле, конечно… Просто удивительно… Ведь ты столько времени отдала тренировкам, неужели ты хочешь бросить? В следующем году ты могла бы сдавать на мастера! — Ну, если б Временной Разрыв сократился бы через год, то я бы успела стать мастером спорта и со спокойной душой стала бы спасать Эфлару. — хмыкнула Огнева. — Жалко, что у меня никто не спрашивал, когда же сократить этот Разрыв. — печально вздохнула Огнева. Василиса неопределенно покачала головой. Всегда сложно объяснить вещи, которые тебе кажутся настолько простыми, что не требуют объяснения. — Твои поступки хотелось бы объяснить всем. — заметил Данила. — Понимаешь, я нашла дело получше, — терпеливо произнесла она. — Такое, что мне тоже очень нравится. И я бы очень хотела добиться в нем успеха. — А что это за дело? — заинтересовалась Инга. — Оно необычное… На самом деле я пока не хочу говорить, чтобы не сглазить, — выкрутилась Василиса. — Очень необычное. — поддакнул Лёша. — И всё же это так странно, — не унималась гостья. Помедлив, она вдруг вскинула голову и решительно произнесла: — Ты, наверное, не поверишь, но я всегда уважала тебя за то, что ты столько времени отдавала спорту. Даже восхищалась тобой, не улыбайся, это правда. — Инга и сама усмехнулась. — Поэтому мне важно знать, почему ты уходишь. Почему бросаешь любимое дело! Я же знаю, тебе нравится гимнастика. Нравится тренироваться… Если честно, наша Ольга пребывает в шоке. До сих пор не может поверить. — Ух ты… Вот это да… — шокировано произнес Маар. — Признание года. — подтвердил Лёша. Василиса глубоко вздохнула. Вот ведь точно: как ни постараешься, а всем никогда не угодишь. Поэтому всегда важно слушать собственное сердце — знать, что важно для тебя самого. — Мои слова вспомнила. — мягко улыбнулась Диана. — Гимнастика даёт многое, ведь правда? — задумчиво произнесла Василиса. — Почти каждый день мы идём в зал и тренируемся, отрабатываем по многу раз всякие движения — простые и сложные. Вот почему спорт развивает очень важную вещь — силу духа. Приучает добиваться цели, отрабатывать мастерство, стремиться к победе. Мне кажется, это очень важно. Ты знаешь, раньше я этого не понимала. — Тебе точно двенадцать было? — поинтересовался Норт. — Точно. — отмахнулась от брата Огнева. — Почти тринадцать. — скурпулёзно отметил Лёша. — Какая разница? — вспелеснула руками девушка. — Ольга всегда говорила, что наш спорт воспитывает победителей, — поддержала Инга. — Любой спорт, — кивнула Василиса. — Но Ольге об этом лучше не говорить. — Это точно! Они рассмеялись. — Любому тренеру об этом лучше не говорить. — хмыкнул Лёша. — Я пойду. — Инга поднялась. — Выздоравливай. Ну и… Желаю удачи тебе в новом деле! — Спасибо, и тебе удачи! — И самое обидное, что от Ольги ушли две самые лучшие спортсменки. — заметил Рознев. — Всмысле две? — не поняла уже Николь. — Инга тоже потом ушла. — оповестил всех Рознев. Гостья ушла, а у Василисы стало очень легко на душе. Кто бы мог подумать, что у них будет такой душевный разговор с Ингой! Конечно, бывшая соседка по команде наверняка рада тому, что из группы ушёл опасный конкурент, но в то же время сопереживала она, кажется, искренне. — Как к человеку, она относилась к тебе хорошо, как к гимнастке — завидовала. — объяснил простую истину Хардиус и продолжил читать. Они с Ингой всегда были соперницами в группе и, быть может, поэтому враждовали. Но теперь, когда их интересы разделились, они вполне могли бы дружить… — Что я сейчас и сказал. — подтвердил свои слова Родион. В любом случае проверить эту теорию теперь вряд ли получится — мир часодеев с каждой минутой всё больше манил и притягивал Василису. Путешествие в прошлое необычайно потрясло её самой такой возможностью; ведь это сколько, оказывается, можно узнать, увидеть и сделать с помощью часодейства! Как жаль, что она почти ничего не помнила из испытания… — Ну наконец-то, наконец-то она поняла, что часодейство это круто и классно. — Захарра от радости аж пританцовывала на месте. — Ты правда ничего не можешь вспомнить? — в который раз сокрушённо повторял Ник. — Как же обидно всё-таки! — А мне-то как обидно было. — воскликнула Василиса. — Все говорят о моём храбром поступке, а я ничего не помню. — Ну потом-то ты вспомнила. И это главное. — улыбнулась Диана. — Она просто ничего не хочет нам рассказывать, — привычно подначивал Фэш. — Гад. — насупилась Огнева. — Я ради тебя старался. — нахмурился Фэш. Диана, как всегда, была самой разумной: — Впрочем как и всегда. — улыбнулся Ник и нежно приобнял фею за талию. — Василиса знает, что ей надо перерезать стебель Алого Цветка. А мы все принесли из прошлого Ключей по кусочку металла. Маришка притащила кристалл… Наконец-то испытания закончились. — Да. Это было хорошо. Но также и плохо, потому что отдых закончится уже скоро. — выдохнул Ник. — Да, скоро наступит час «икс», — кисло произнёс Фэш. — Больше всех этот час «икс» должен был волновать именно Василису. — заметила Гроза. Василиса подметила, что сегодня он был не в настроении даже больше, чем обычно. — Даже больше, чем обычно. — повторила фразу Захарра. — А она за тобой наблюдает. — весело добавила девушка. — Поверь, это легко определить любому человеку, стоит ему только посмотреть на твоего брата. — хмыкнул Маар. — Вообще-то мы пришли по другому пов… — начала фея и осеклась. — Шо (не бетить) случилось? — поинтересовалась Василиса-младшая. — Борщ приехал. — хохотала Василиса, а Лёша уже давно сложился пополам от смеха. — Точнее пришёл. — выдавил из себя Фэш, который уже тоже начал смеяться. В коридоре хлопнула дверь, кто-то тихо ругнулся, послышался лязг, дребезжание, чьи-то неровные, шаркающие шаги и странный шум, как будто по полу волокли что-то тяжелое. — Ну я же говорю, что борщ приехал, ой пришёл. — смеялась Огнева. — Помоги-ите, — донёсся из-за двери приглушённый голос. — Борщ ещё и умеет разговаривать. А я и забыл об этой его особенности. — поддерживал в смехе друзей Ник. Что-то грохнуло и со звоном покатилось по полу после чего раздались совсем уж неприличные ругательства. — Этого борща надо выучить хорошим манерам. — улыбнулась Диана. Обгоняя друг друга, мальчишки одновременно бросились к выходу, но не успели — дверь распахнулась и бежавший первым Лёшка получил ощутимый удар в самое ухо, поэтому с воплем отскочил назад. — Бедненький ты наш. — сочувственно протянула Гроза. — Сильно больно было? — Сойдёт. Но ещё никто от самого борща не получал. — закончил фразу со смешком Лёша. Вначале в проём протиснулась большая кастрюля, из-под крышки которой вырывался струйкой густой ароматный пар. Кастрюлю стискивали в полный обхват огромные ручищи. — Жрать хотите? После этих слов, смех не смог сдерживать уже никто. И на минуту, а может и на две, зала потонула в хохоте, хоть многие и не знали, кто же принёс эту кастрюлю, всем прекрасно было понятно, что точно не повариха. Над посудиной показалась голова с широкой, как у чеширского кота, улыбкой. — Ты сдурел, Жаба? — не выдержал Лёшка. — Чего ты приволок? — Ну, ясно-ясно. Кто ещё мог нарушить правила лагеря. — усмехнулся Диаман. — Следи за словами, когда со старшими разговариваешь, — назидательно произнёс новый гость. — А то вторую шишку заработаешь. — Не намного он меня и старше. — насупился Лёша. Он поставил кастрюлю на тумбочку и с облегчением выдохнул, вытирая пот со лба. — Еле допёр, — с чувством поделился он с остальными. — Сам тащил через весь лагерь! И прикиньте — никто не остано… Не помог, в общем! Скоты одни в эту смену приехали. — М-да… Ему спасибо надо сказать, что никого не встретил по дороге, а он. — смеялась Лисса. — А что там? — с интересом спросила Диана. — Борщ, — с гордостью произнёс Жаба, доставая из одного кармана широких брюк стопку мятых одноразовых тарелок, а из другого — связку пластмассовых ложек. — Так, кому первому жрачки? — Да, манерам его и правда надо научить. — весело проговорила Диара. — Я не пойму, вас что, в столовой не кормят? — не понимала Чёрная Королева. — Кормят, просто… — но Ник с Фэшем так и не нашлись с ответом. Его вопросительно-добродушный взгляд обратился к Василисе. — Ну-у… — промямлила та, — я вообще-то не голодна… — Девочка посмотрела в честные глаза парня и сдалась: — Но я бы съела чего-нибудь. — Не обижать же его. Такую тяжесть через весь лагерь… — улыбнулась Василиса. — Зато она наконец-то нормально поела. — заметила Диана. — Я и до этого нормально ела. — насупилась Огнева. Радушной улыбке Жабы, больше похожей на звериный оскал, никто не смог противостоять: ведь действительно парень так старался, тащил через весь лагерь этот проклятый борщ! Вскоре все держали в руках гнущиеся тарелочки с горячей едой. — И как вы ещё не обожглись и не пролили. — недоумевала Дейла. — Магия. — весело ответил Лёша. Борщ оказался вкусным, и Василиса даже съела несколько ложек. — Как много. — с сарказмом заметил Норт. Зато мальчишки так разошлись, что умяли по две тарелки. Жаба их подбадривал, впрочем, сам тоже не отставал. — Ну вы и проглодиты. — весело заметил Данила. — Впрочем, я бы тоже сейчас не отказался от борща. Как ни странно, но Василиса начасовала ему тарелочку горячих щей, хотя раньше всегда запрещала. — Ого, спасибо. — удивился такой щедрости Королевы Данила. — Кто ещё хочет есть? Пока я добрая. — чуть тише добавила Василиса. Вверх взметнулись руки, в основном это были дети, старшие воздержались. Огнева быстренько начасовала всем тарелочки сытной еды, не забыв и про себя. А то она что-то проголодалась, хоть и ели недавно. После он начал рассказывать весёлые истории из своей школьной жизни — от расписывания стен в коридорах до замены фикуса из кабинета директора на туалетный бачок. Именно в тот знаменательный день Жаба первый раз был исключён из школы. — И ему всё не сидится на месте. — покачал головой Миракл. — Зато с ним не соскучишься. — веселей добавил зодчий. Лёшка перехватил «эстафетную палочку» и рассказал свою историю о том, как вместе с ребятами они намазали мятной зубной пастой все ручки школьных кабинетов, и это всего за один урок! В дело пошло двадцать тюбиков, но оно того стоило: на следующей перемене было столько криков, что завхоз, не разобравшись, позвонил «01». — А ноль один это что? — оторвавшись от борща поинтересовался Маар. — Вызов пожарных. — ответила Василиса. Правда, потом директор вызвал родителей в школу: какой-то первоклассник видел Лёшку и его друзей за преступным занятием, — и вот тогда крику было куда больше… — Интересно, какое наказание вам дали. — задумался Нортон. — Не скажу. — ответил Рознев. — Это секретная информация. Василиса заметила, что Ник с Фэшем как-то странно переглядываются, вздыхают, морщатся, кривятся, но молчат. Наверное, им тоже хотелось поведать о каких-нибудь своих розыгрышах или забавных историях, но, увы, тогда пришлось бы многое объяснять Жабе. — Надеюсь, вы всё-таки промолчали. — мило улыбнулась Лисса. Время летело незаметно, как вдруг… — Мерзавец!!! — донёсся истеричный выкрик из распахнутого окна. — Я тебе покажу, как борщ воровать! — А вот и час расплаты настал. — еле мог сдержать смех Александр. Жаба замер с открытым ртом, словно его зачасовали. — А это не голос нашей поварихи? — в абсолютной тишине произнёс Лёшка. — Ты что, спёр эту кастрюлю?! — А то ты не знал. — весело протянул Фэш. — Знал. Но надо было удостовериться на сто процентов. — с улыбкой ответил Рознев. — Лучше сматывайтесь, пацаны, — деловито изрёк Жаба и, несмотря на довольно крупное телосложение, первым рыбкой выпрыгнул в окно, подтверждая этим, что когда-то действительно ходил на спортивную гимнастику. — Быстро за ним, — тут же среагировала Диана. — Иначе вляпаемся в серьёзные неприятности! — Да ладно. Одной неприятностью больше, другой меньше. Не многое потеряете, точнее заработаете. — веселился Маар. — Скорей! — поддержала Василиса. Ребята не заставили себя долго упрашивать и сиганули в окно один за другим, а фея спряталась за белую ширму, прикрывающую столик с медицинскими инструментами. — А не боишься, что застукают? — спросила Захарра. — Нет. — ответила Фрезер. — Я не думаю, что повариха стала бы по шторами искать преступника. Да и не поверит она, что такую тяжёлую кастрюлю несла девочка. В палату изолятора влетела разъярённая краснолицая повариха Наталья Семёновна. Её взгляд мгновенно отыскал опустошенную больше чем наполовину кастрюлю борща. — Вот это вы едоки. — протянула Николь. В полном молчании повариха подошла к готовой провалиться от стыда Василисе, подняла кастрюлю за ручки и, одарив девочку гневным, уничижительным взглядом, вышла из комнаты. — Как будто это я стащила эту кастрюлю. — буркнула Василиса. — И вообще, можно сказать, что вы меня подставили. — Я же просила — никаких посетителей! — Медсестра также осуждающе покачала головой, но тоже удалилась. Уши Василисы полыхали малиновым цветом. — Даже хорошо, что так вышло, — вылезая из-за ширмы, подбодрила подругу Диана. — Я ведь принесла тебе бальзам, поэтому не терпелось поскорее начать заживление твоей ноги. — Вот что значит, лучшие друзья. — улыбнулась Гроза. Она извлекла из кармашка блузки круглую металлическую коробочку размером с большую пуговицу. — Часодейный бальзам! — вспомнила Василиса. — Травы для него собирали в разных временах, да? — Какая хорошая память. — заметил Александр. — Именно так… — кивнула Диана. — Показывай ногу. Она вытащила часовую стрелу и коснулась ею повязки: словно живой, кончик бинта выскользнул наверх и начал описывать круги, постепенно разматывая повязку. — Несостыковочка, а разве днем можно часовать? — задумался Константин. — Так время уже было. Вечер настал. Мы там долго сидели. — пояснила Фрезер. — Я отмотала время назад, — пояснила Диана. — Повязка тебе больше не понадобится. Она осторожно намазала красноватую припухлость на месте вывиха и, накрыв ногу одеялом, пожелала Василисе спокойной ночи. — Завтра будешь как новенькая, — улыбнулась на прощание фея. — Всё. — облегчённо выдохнул Родион Хардиус. — Кто следующий? — Давайте я.