Похождения Победительницы

— ААААААААААААААААА!!! — АААААААААААААААААААААА! — ААААААААААААААААА!!! — АААААААААААААААААААААА! В предыдущих сериях. Александра Самойлова, обычная девочка, живущая самой обычной жизнью, которую младшая сестра выкрасила в розовый, при определённых обстоятельствах попала в мир «Death Note», где, совместно с богом смерти Рюком, решила устроить полный кавардак, воскрешая каждого встречного мертвеца. Шучу. Не каждого встречного, а вполне конкретных людей. На чём же мы остановились? Ах, да. Того, что произошло в следующую секунду, я никак не ожидала. Объект сомнительного эксперимента по возвращению мёртвых к жизни внезапно открыл глаза. Увидев меня, чокнутую эмо с розовыми волосами и арматурой наперевес, он заорал и отполз подальше. Я, не ожидая столь резкой реакции от того, кто минуту назад был хладным трупом, отшатнулась, покрепче ухватилась за свою железку и, разумеется, тоже заорала. Теперь мы вернулись к тому, с чего начали. Продолжим. Вопили с перепугу мы довольно долго (и как никто полицию не вызвал?). Так долго, что Рюк, наблюдавший за нами со стороны, со всей силы гаркнул на меня (так как Мэтт его не видел): — ДА ПРЕКРАТИШЬ ТЫ ОРАТЬ ИЛИ НЕТ?!!! Я поспешила заткнуться. Не каждый день можно увидеть по-настоящему раздражённого бога смерти (зрелище жуткое, уж поверьте). — Так-то лучше, — проворчал Рюк, — теперь и рыжего заткни. Если я к тому моменту более или менее успокоилась, то Мэтт даже и не думал. Он по-прежнему продолжал истошно вопить… Знаете, даже обидно немного. Ты его спасаешь, значит, а он тебя пугается до чёртиков. Я что, настолько жутко выгляжу? Впрочем, не суть. Хоть я и сказала, что Дживас продолжил орать без изменений, на самом деле это не совсем так. Теперь он, трясясь от страха, кричал: — ИЗЫДИ, НЕЧИСТЬ! СГИНЬ! УЙДИ, ИСЧАДЬЕ АДА!!! Тоже мне, религиозный нашёлся. Не надо мне тут сказки рассказывать, товарищ приспешник мафии… Минуточку! Я сейчас поняла, что он мне говорил! ДА ЛАДНО!!! Значит Рюк мне не соврал, я и правда могу понимать языки. — Эй, Рюк, прикинь, я ПОНЯЛА, ЧТО ОН СЕЙЧАС СКАЗАЛ! Я подпрыгнула на месте, моему восторгу не было предела, потому что, честно говоря, я думала, что Рюк меня с этой своей «вправкой мозгов» всё же надул. Кто знает, что у него на уме… А тут всё реально сработало… Да я на радостях плясать была готова! Но ограничилась прыжками. Однако сам бог смерти моего ликования не разделял. Он лишь проворчал: — Опять ты орёшь, глупый человечишка. Будь добра, умолкни. Если хочешь отблагодарить, то купи мне уже, наконец, яблок. Как всегда в своём репертуаре. Впрочем, сейчас мне не с ним возиться надо, а с несчастным Мэттом. Почему несчастным? Потому что, когда он заметил, что какая-то «психованная эмо» с арматурой наперевес восторженно болтает с пустым пространством рядом с собой, сударь решил окончательно перепугаться — побелел, словно мел, глаза вытаращил, да ещё и затрясся. Даже вопить перестал (хотя это, пожалуй, скорее плюс, чем минус, хоть Рюка раздражать не будет). Теперь он просто безмолвно шевелил губами. Я вздохнула. Жалко мне его. Мало того, что умер, так теперь ещё и воскрес в нелепой компании при стрёмных обстоятельствах. Я на скорую руку состряпала на своём лице самое миролюбивое выражение, какое только смогла, и сделала пару шагов к пострадавшему. — Хэй, мистер, ты понимаешь, что я говорю? Парень промолчал и только сильнее затрясся. — Тоже мне, психолог-переговорщик! — заржал Рюк — Ты хоть арматуру бросила бы! Ну хоть кому-то весело. Но, кажется, он сказал нечто важное… Я перевела взгляд на свои руки. Руки всё ещё крепко сжимали железку. Так крепко, словно это был их последний шанс на выживание. Я усилием воли пустила в ход жалкие остатки своих мозговых извилин, так как добровольно эти товарищи работать отказывались. Как я их понимаю. Сама бы с удовольствием отказалась от этого дурдома… Но кто ж меня спрашивает? В любом случае, умственное напряжение принесло свои плоды. Осознание своего собственного идиотизма — первый шаг к устранению проблемы. Не, ну ребята, ну насколько тупой надо быть, чтобы идти утешать перепуганного человека с АРМАТУРОЙ В РУКАХ?! Правильно, многого не требуется, достаточно быть такой же тупой, как Сашенька… Или, как в моём случае, БЫТЬ этой самой Сашенькой. Я поспешно отшвырнула железяку куда подальше. Лучше поздно, чем вообще не. Железяка звонко загремела, попав в какую-то кучу металлолома. В той же стороне рассержено мяукнула кошка. В повисшей над перекрестком тишине эти звуки прозвучали возмутительно громко и так похоже на какой-нибудь классический комедийный мультсериал, что я не удержалась и тихонечко заржала. К моему удивлению, многострадальный Мэтт тоже хихикнул. Правда, скорее истерично, но не будем на этом зацикливаться. Однажды очень странная подруга моей очень странной подруги… о да, каждого человека из моего круга общения (а также людей из круга общения людей из моего круга общения) можно охарактеризовать только как «очень странного» или на худой конец просто «странного». Так вот, эта самая подруга моей подруги мне сказала, что смех спасёт мир… Я начинаю думать, что она была права. Во всяком случае, обстановка на перекрёстке слегка разрядилась, так что я решила предпринять вторую попытку завязать диалог. — Кхм, итак… Я ещё раз спрошу. Ты понимаешь, что я тебе говорю? Получив в ответ сверхнапряжённый кивок, я покосилась на Рюка. — Чего тебе? Мы идём покупать яблоки, или нет? Не, ну честное слово, сколько можно-то, а?! Раз я сказала, что куплю эти злосчастные яблоки, значит так и будет! Имей хоть каплю терпения! Вот что я проорала. А ведь изначально хотела сказать спасибо за то, что не обдурил меня с поправкой мозга… Ну не дипломат я, что поделать. Не умею сдерживать эмоции. Слава богам, Бог Смерти проигнорировал мои слова. Аллилуйя! А вот многоуважаемый Мэтт… Вы думаете, опять перепуганно заорал? А нет, ошибочка вышла! Товарищи! Он! ЗАГОВОРИЛ! Нормальными словами (ну, на самом деле он слегка запинался… ладно, не слегка)! — С-с кем т-ты р-разг-говар-риваешь? — вот что он спросил. — С Рюком, — ответила я— А ты его не видишь? Ой… Как обычно, ваша дражайшая Сашенька сначала сказала, а потом уже подумала. Ну как он может видеть Рюка, если не касался Тетради Смерти?! Можно было бы, конечно, попытаться устранить это недоразумение… Но вместо этого я сказала: — Не волнуйся, я это тебе потом объясню… Ты, скорее всего, тоже сможешь его увидеть! Знаете, оглядываясь назад, я понимаю, что эти мои слова прозвучали как проповедь какой-нибудь безумной фанатички из подозрительной секты. Но, как говорится, слово — не воробей, ничто не воробей, кроме воробья. К тому же, у меня была довольно веская причина нести такую чушь: мне очень не хотелось, чтобы у господина Дживаса окончательно съехала крыша. А если он, вдобавок ко всему, что на него свалилось, в неподготовленном состоянии увидит эту костлявую жуть… В таком случае останется лишь надеяться, что в японских психбольницах нормально кормят… — В общем, с кем я разговариваю на данный момент не очень важно. Гораздо важнее, как твоё самочувствие? Ничто не болит? Кровотечений нет? Мозгов поесть не хочется? — Н-нет, всё в пор-рядке… Стоп, с чего это мне должно хотеться поесть чьих-то мозгов? Я ж не зомби в конце концов… Я всё-таки пустилась в пляс, обняв свой рюкзак и целуя Рюкову Тетрадку, временно полученную в моё распоряжение. — Бинго, бинго, бинго! Получилось!!! У МЕНЯ ПОЛУЧИЛОСЬ!!! ахахАХахаХА кха-кха-кха-кхк… Я так громко вопила, что связки немного не выдержали, и я закашлялась. Зато теперь заржал Рюк. — АХАХАХА, ГЛУПЫЙ ЧЕЛОВЕК, ТАК ТЕБЕ И НАДО, АХАХАХАХАХАХАХА!!! Моё настроение из разряда «ААААА-какое-прекрасное» мгновенно перешло в «всё-достало-уже». Я решила проигнорировать дикий гогот Бога Смерти и вернулась к пострадавшему. — Кхм, прошу прощения, я просто немного не верила, что всё выйдет. — Выйдет что? О, смотрите, заикаться перестал. Прогресс налицо! Стоп, секунду… — А ты не помнишь, что с тобой произошло? Мэтт отрицательно помотал головой. — Да помнит он всё, — ухмыльнулся Рюк, внезапно появившись за спиной господина Дживаса, — Давай, рыжий, напряги извилины, а то эта истеричка… Спрашивать, о какой истеричке идёт речь, я не стала, и так понятно. Обидно, конечно, но понятно. А вот следующие действия вполне могли бы спровоцировать настоящую истерику если не у меня, то по крайней мере у сэра Майла. Потому что Рюк взял свою Тетрадочку (не ту, которую мне одолжил, другую), да как стукнет Мэтта по голове. От души так стукнул. Бедняга за свою головушку обеими руками ухватился (конечно, Тетрадь-то вещь вполне материальная, если до неё дотронуться), а потом вдруг резко в панике вскочил на ноги, крепко схватил меня за плечи (не, ребят, у нас тут без романтики, остановитесь) и давай трясти изо всех сил. -КАКОГОЧЁРТАПРОИСХОДИТЯЖЕУМЕРЧТОЗАБРЕДЧТОСЛУЧИЛОСЬСМЕЛЛОГДЕКИРАЕГОПОЙМАЛИЯЖЕУМЕРЧТОСМЕЛЛО!..— орал он так, что у меня заложило уши, но внезапно буря стихла. Секунда — и сударь снова сидит на земле белее мела. — Б-бог Смерти… Из-за тряски я немного потеряла ориентацию в пространстве, но, судя по всему, мои барабанные перепонки спасло новое неожиданное появление Рюка, истинного мастера запугивания детей и взрослых, теперь уже за моей спиной. Меня по-прежнему пошатывало, так что милостивый Боженька наградил меня мощным тычком в затылок. — Ой! , — я села на корточки, обхватив свою головку руками (да, дежавю немножко). Головокружение прошло. Голова заболела. — Тц, Рюк, удружил, блин. Больно же! И мистер Дживас опять в шоке… Ауч! Голова получила подзатыльник. — Жалкий человек, знай своё место. Где твоя благодарность? Да будет тебе моя «благодарность», уймись уже. Так я подумала, но вслух ничего не сказала. Вместо меня заговорил несчастный Мэтт: — Почему за тобой Бог Смерти? Ты что… Кира?.. Его тихий голос был наполнен паникой… и недоверием. Рюку его слова показались забавными (ну вы же поняли, да? заржал он опять). Мне, честно говоря, тоже. Я саркастично хмыкнула: — Сам же понимаешь, что глупость сказал, да? Ну какой из меня «Кира», а? — Верно, — поддержал меня Рюк, выписывая в воздухе какие-то странные фигуры, — Она лишь глупый человечишка, задолжавший мне кучу яблок, ахахахаха! … Игнорируй его, Саша, игнорируй. Оно того не стоит. — Почему тогда?.. Какого чёрта… Я же умер, да?.. Я вздохнула. — Жаль, конечно, говорить это, но да, ты умер. А я тебя воскресила практически только что… Вроде как. А Рюк мне помог… Ну, по крайней мере, Тетрадь Смерти я у него взяла… А можно я пока не буду объяснять тебе механику того, как я это сделала, а? Получив едва заметный кивок в ответ, я продолжила: — Если кратенько пробежаться по твоим вопросам, то Киру поймал Ниар… — Чёртова Вата… Проигнорировав его замечание (лично мне Нэйт Ривер кажется вполне миленьким персонажем… люблю странных людей) я закончила предложение: — А Мелло… А Мелло умер. Его Такада убила. К моему удивлению, от Мэтта в ответ на моё заявление не последовало очередного истерического припадка из серии «КАКПОЧЕМУЗАЧТОУБЪЮЗАРАЗУ». Он только горько вздохнул: — Что ж… Этого следовало ожидать. Всё-таки план был безумный. Мне стало жаль Мэтта. Вот прямо очень жаль. От всей души. А когда я кому-нибудь сочувствую, то сразу иду помогать (хотя обычно работает принцип «хочу как лучше, а получается как обычно черт те что», но не надо на этом зацикливаться). После первого удачного эксперимента полагается поставить второй. Для закрепления результата, так сказать. Поэтому я поднялась на ноги (устала уже на корточках сидеть) и, отряхнувшись и поправив юбку, протянула руку Мэтту: — Вставай уже, Дживас. Пошли твоего дружка воскрешать. Мэтт недоверчиво на меня покосился, я для пущей убедительности состроила рожу из серии «нет, ну серьёзно?» и сказала: — Над нами кружит Бог Смерти. У меня в руках его Тетрадь, тебя только что воскресили из мёртвых и это определённо не розыгрыш. Ты же вроде умный, парень, так что кончай дурить. Не каждый день чокнутые эмо предлагают заняться некромантией. В ответ на мою последнюю фразу Мэтт прыснул и, сдавшись наконец, взял меня за руку и поднялся на ноги. Отряхнулся, достал из кармана сигарету и закурил (а я не курю, и вам настоятельно не рекомендую). Затянувшись, он выдохнул дым и сказал: — Ладно, пошли. Вряд ли мы от этого что-то потеряем, тем более происходящее уже слегка абсурдно. О, сударь, отнюдь не слегка. И вы даже не представляете, насколько. И я не представляю. Потому что я шарахаюсь по параллельному миру и вопреки законам мироздания вполне успешно воскрешаю мертвецов в компании жуткого костлявого Божества… Это какой-то запредельный уровень бреда. Невообразимый. — Кстати, а он всегда так себя ведёт? — спросил меня мой новый спутник, указывая на парящего где-то под облаками хохочущего Рюка. — Ага, — устало вздохнула я, — Только из соображений безопасности при нём ничего такого не говори, ладно? Дживас сочувственно похлопал меня по плечу. Господи-Боже (я не к тебе обращаюсь, маньяк вечнохохочущий), какой же хороший человек этот Майл Дживас! — Кстати, а откуда ты знаешь моё настоящее имя? Вовремя его озарило, однако. А я, «умница», совсем за языком не слежу. — Эм… Я много чего знаю, может и тебе потом расскажу. О да, я загадочная, такая загадочная, что страшно становится. — А если по делу, то меня зовут Саша (да, я наконец-то вспомнила, что людям свойственно представляться при знакомстве), а Бога Смерти зовут Рюк. На этих словах вышеупомянутый субъект материализовался перед нашим новым товарищем и пожал ему руку своей костлявой лапищей. Ну и дела у нас творятся, товарищи… Хотя вежливые Боги Смерти — это забавно. — Ну что, человек, идём уже, или что? — с ухмылкой спросил Рюк. Я покопалась в рюкзаке, достала оттуда карту (см. главу 3) и, развернув её, торжественно ткнула пальцем в одну из отмеченных точек со словами «Кажется, нам надо сюда». — Ахахах, кажется ей! Ты намного забавнее Киры! Ахахах! Не забудь про ЯБЛОКИ. Мэтт с отсутствующим видом а-ля-«я не с ними» курит, Рюк хохочет, я уже устала, а наша новая цель — Михаэль Кель, прекрасный немец-мафиози. Наш сомнительный эксперимент по некромантии продолжается. Кажется, становится веселее.