Ассорти

       Мой друг, я истиной делюсь с тобой по доброте: Мой друг, любое ремесло коверкает людей. К примеру, пекарь. Пышен, как лаваш из Бухары. К тому же добр, как сдоба, так как сдобу ест весь день. Так караванщик, что верблюд, неспешен и спесив, Так смотрит, будто плюнул бы, да лень кривить мордень. Смотри — кузнец. Кулак как молот, как из меди лоб. Смотря на парусник, он видит в нем лишь сталь гвоздей. Иль брадобрей — клянусь, он бреет персик на десерт! Иль пред нагою девой грезит он о бороде. А вор? Как совы, спит он днем и бледен оттого, А каждый честный человек, он мнит, в душе злодей. Поэт рифмует ночь и день рубаи и газель, Поэтому он видит рифмы вообще везде. Да, строен у танцовщиц стан, отточен каждый жест, Да лицедейство в их крови, ни слова в простоте. Взгляни же на меня, Аллаха мудрость восхвалив! Взгляни — я не кузнец, не пекарь и не прохиндей. Я разгильдяй, и то не мастер, а ни то ни сё: Я лени изменял, бывало, в суемаете. Ничем не занят, ни к чему душою не лежу. Ничем ни разум не затмил, ни плоти не задел. Пред вами человек, каким создáл его Аллах Пред тем, как изгнан был Адам и затворен Эдем.