Бегущая по лабиринту.

      Я проснулась от того, что кто-то тряс меня за плечо. Так и не смогла толком выспаться. Вчерашний день был слишком полон впечатлениями. Потеря памяти, новая жизнь, новые знакомые, ещё и этот...этот...бегун. Поэтому заснула я довольно поздно и когда меня начали настойчиво будить, я была готова врезать, наорать и лечь спать дальше. Плевать было на то, что удар-то навряд ли получится сильным, что это может быть Алби. Просто хотелось спать. И когда я всё же соизволила открыть глаза, и собралась возмутиться, мне зажали рот рукой, и знакомый, сразу понравившийся мне голос прошептал:

      

- Эй, тихо. Мы же не хотим разбудить Чаки.

      

Это был Ньют. Его присутствие каким-то неуловимым образом действовало на меня. Сразу притихнув, я поняла, что совсем не ощущаю усталости, как будто проспала нужные организму семь часов. Так было и вчера, у дерева. Его улыбка и приятный баритон действовали успокаивающе, вселяли уверенность. Общаться было с ним так обыденно, что я даже забывала о том, в какой ситуации нахожусь. Он являлся полной противоположностью Алби, интересно, как они смогли поладить.

      

-Пойдем, я покажу тебе кое-что.- Ньют протянул руку, помогая встать. Он обладал такой силой, что мог запросто оторвать мне кисть. Я почувствовала жгучее любопытство. Что он хочет мне показать? И почему так рано?

      

Я быстро встала и пошла за парнем, лавируя между спящими глэйдерами. Одному я наступила на руку, за что получила удар по лодыжке.

      

Стараясь поспевать за шагом Ньюта, я не особо всматривалась в окружающую обстановку, силилась лишь не отстать. Заметила только, что сейчас, скорее всего, рассвет, так как небо окрасилось в розовые тона, а воздух был наполнен свежестью.

      

Шаги у парня просто огромные, несмотря на хромоту, которую он явно пытался скрыть от меня, но тем не менее я заметила.

      

-Куда ты меня ведешь?-всё-таки осмелилась задать вопрос я.

      

-Увидишь...-загадочным тоном ответил он.

      

Сказав это, он сверкнул в мою сторону лукавым взглядом, продолжая идти вперёд. Пока что он определённо нравился больше всех остальных. Ну, разве что ещё кроме Чака, но кто знает, какие тузы в рукаве спрятаны у этих двоих.

      

Мы подошли к стене, где она больше всего была увита плющом.

      

Ньют повернулся ко мне и посмотрел прямо в глаза. Это было как-то по-другому, чем когда я встречалась взглядом с другими. У других в глубине зрачков была лишь похоть. Исключениями пока были только Алби, Галли, испытывающие ко мне не пойми откуда взявшуюся ненависть, Чак, который пока ещё был слишком мал для таких мыслей и нуждался в друге, да Минхо, в его глазах я увидела не только какое-то постыдное желание, но и в равной степени с этим ещё и интерес. Интерес не к телу, а к душе.

      

А во взгляде Ньюта была искра, похожая на ту, что загоралась у Чака при виде меня. Просто желание подружиться, что ли. А может, он просто, в отличии от других, умеет контролировать свои эмоции и не хочет меня пугать. Ну, со временем узнаем. В этот момент Ньют начал говорить:

      

-Слушай, ты должна знать наше главное и основное правило. Нам запрещено выходить за эти стены. И чтобы у тебя не возникало такого желания, я покажу тебе кое-что.

      

Он убрал плющ, и я увидела окно в стене. Стекло в нём было необычайно толстым, само отверстие не достигало в диаметре и тридцати сантиметров.

      

Я вопросительно уставилась на Ньюта.

      

-Смотри.-просто ответил он.

      

Я вновь перевела взгляд на окно, но ничего в нем не могла увидеть. Затем я уловила какое-то движение и стала всматриваться лучше, подходя всё ближе.

      

То, что я увидела в прорези, заставило волосы на моей голове встать дыбом. Нечто — какое-то существо — размером с корову, но без каких-либо четких очертаний, проворачиваясь и пульсируя, поползло по коридору. Взобравшись на противоположную стену, оно вдруг прыгнуло прямо на окно, ударившись о толстое стекло с громким глухим звуком. Я невольно вскрикнула и отпрянула от окна, как ошпаренная, однако тварь отскочила назад, не нанеся стеклу ни малейшего вреда. Я сделала два глубоких вдоха и снова прильнула к окну. Темнота мешала рассмотреть существо подробно, однако оно излучало странное свечение, позволявшее видеть блестящую скользкую шкуру с торчащими из нее серебристыми шипами. Из тела чудовища, словно руки, выступали жутковатого вида странные механические приспособления со всякими инструментами на концах: дисковая пила, ножницы, какие-то длинные штыри, о назначении которых можно было лишь догадываться…

      

Тварь оказалась жуткой помесью животного и машины. Скорее всего, она понимала, что за ней наблюдают, знала, что находится за стенами Глэйда, и ей, видимо, очень хотелось проникнуть внутрь и полакомиться человеческим мясом. Страх, словно опухоль, разрастался в моей груди, сдавливая дыхание. Несмотря на провалы в памяти, я не сомневалась, что ни с чем более страшным сталкиваться мне еще не доводилось.

      

Я отошла от окна; хорошее настроение, навеянное присутствием Ньюта, улетучилось без следа.

      

- Что это было? -спросила я у парня.

      

- Мы называем из гриверы.-ответил он.-Мерзкая тварь верно? Они вылазят только ночью. Хорошо, что у нас есть Ворота. Они и спасают. Не будь их-о нас бы уже ничего не осталось.

      

Я сглотнула. Еще вчера я с готовностью могла зайти в лабиринт, а сейчас у меня ноги подкашиваются.

      

Ньют отрешенно посмотрел на окно. Так, как смотрят на что-то мерзкое, неприятное, но к чему уже привык и смирился, поскольку приходится как-то сосуществовать в одном мире.

      

- Теперь, дорогуша, ты знаешь, какая нечисть водится в Лабиринте. Все это не шутки. Но раз уж ты оказалась в Глэйде, мы рассчитываем, что ты постараешься выжить и поможешь выполнить то, ради чего нас сюда послали.

      

- Что именно? - спросила я, не надеясь услышать ничего утешительного.

      

Ньют посмотрел мне прямо в глаза. Первые проблески зари падали на него, и я могла видеть лицо Ньюта в мельчайших подробностях — грубая кожа и изрезанный морщинами лоб. И ведь ему всего-то лет семнадцать, а выглядит так, как будто прожил длинную жизнь, полную потерь и разочарований.

      

- Найти выход отсюда, Шнурок, - произнес Ньют. - Разгадать тайну поганого Лабиринта и вернуться домой.

      

Он сделал паузу, как будто бы выпал из реальности, задумавшись о своём, на лице его отразилась такая боль, по сравнению с которой моё состояние показалось мне сущей безделицей. Однако вскоре напряжение слетело с него и он вновь надел маску веселья, безрезультатно пытаясь убедить меня в том, что всё хорошо.

      

-Ну что же, я думаю пока достаточно. Все остальное тебе позже расскажет Алби.-Ньют слегка приобнял меня за плечи.-А пока пойдем завтракать.

      

Он подтолкнул меня в сторону кухни. Я не стала сопротивляться. Есть не особо хотелось, но отказать Ньюту я не могла, хотя бы из-за того, что он относится ко мне не как к какому-то отбросу, не способному найти место в жизни.

      

На полпути к кухне поляну сотряс грохот. Я испугалась, отступая поближе к парню, но потом поняла что это открываются Ворота. Я обернулась и увидела, что к ним уже стягивались бегуны. Среди них я вновь заметила этого Минхо. Он важно, зевая, шел к Воротам. Он повернул голову в мою сторону и улыбнулся мне, подмигивая, как бы спрашивая "А помнишь, что вчера было?". Да как такое забыть. Когда Ворота открылись полностью, он рванул в Лабиринт.

      

Сидя в столовой, я насильно запихивала в себя еду. Мысли мои были заняты думами о лабиринте, гриверах и о том, что я хочу стать бегуном. Странно, что я желаю этого после увиденного, но тем не менее чувствую, что обязана это сделать.

      

Рядом со мной сидел Чак. Пару раз он пытался завязать со мной разговор, но понял, что его попытки тщетны. Он сидел и ел молча.

      

Мысли об отвратительном существе, увиденном мною за стеклом лабиринта, возвращались снова и снова. Всякий раз, как только я закрывала глаза, мне чудилось, будто на меня набрасывается призрачный собрат омерзительной твари.

      

Кто-то хлопнул меня по плечу, выведя из состояния задумчивости. Я обернулась: за спиной, скрестив руки на груди, стоял Алби.

      

— Судя по твоему паршивому виду, проснулась ты рано, — произнес он. — Как тебе видок из окна? Понравилось?

      

Я поднялась, надеясь, что вскоре выясню что-нибудь важное или, как минимум, отвлекусь от мрачных мыслей.

      

— Понравилось настолько, что захотелось узнать об этом местечке поподробнее, — ответил я, опасаясь, как бы мои слова опять не вызвали у Алби приступ гнева, какой я наблюдала днем ранее.

      

Алби кивнул.

      

— Пошли со мной, шанк. Экскурсия начинается прямо сейчас. — Сделав несколько шагов, он вдруг остановился. — И никаких вопросов до самого окончания, сечёшь? У меня нет времени трепаться с тобой весь день.

      

— Но… — я запнулась, увидев, что Алби нахмурил брови. Неужели этот парень не может быть хоть чуточку любезнее? — Расскажи мне. Я хочу знать все об этом месте.

      

— Я расскажу только то, что посчитаю нужным, Шнурок. Пошли.

      

— А мне с вами можно? — спросил Чак.

      

Алби подошёл к столу и схватил мальчика за ухо.

      

— Ай!.. — вскрикнул Чак.

      

— У тебя что, нет обязанностей, балда?! — рявкнул Алби. — Или думаешь, помои с дерьмом куда-то испарились?!

      

Чак поморгал, потом испуганно посмотрел на меня.

      

— Удачи…

      

— Спасибо.

      

Экскурсия началась у Ящика из которого меня достали. Сейчас он был закрыт. Указав на створки Алби произнес:

      

— Это Ящик. Раз в месяц, строго по расписанию, он привозит одного новичка, вроде тебя, правда раньше приходили только парни. На нем же раз в неделю сюда доставляют кое-какие вещи — одежду и продукты питания. Много нам не надо. Мы в Глэйде и своим прекрасно обходимся.

      

Я кивнула. Меня так и подмывало снова начать спрашивать. Прямо хоть кляп в рот вставляй, подумала я.

      

— Как работает Ящик, откуда приезжает и кто им управляет — мы без понятия. Ни один из прибывших шанков не смог о нем ничего рассказать. У нас есть электричество, одежду нам присылают, а пищей мы в основном обеспечиваем себя сами. Однажды попробовали отправить одного новенького назад, но пока он там сидел, Ящик так и не сдвинулся с места.

      

Я продолжала слушать и бороться с искушением задать вопрос.

      

— Глэйд разделен на четыре участка, — продолжал тем временем Алби. На меня он не смотрел. — Плантация, Живодерня, Хомстед, Могильник. Ты запоминаешь?

      

Я помедлила, затем неуверенно кивнула головой.

      

Алби поморщился, словно был здорово раздосадован тем, что у него по горло неотложных дел, а он вынужден терять время с какой-то там девчонкой.

      

— Плантация. — Он указал на северо-восток, где располагались сады и огороды. — Там мы выращиваем еду. Вода поступает через проложенные под землей трубы — водопровод был тут с самого начала. Если бы не он, мы бы давно уже подохли с голода. Дождей тут не бывает. Никогда. — Он махнул рукой в сторону загонов для скота в юго-восточном углу Глэйда. — Живодерня — там мы выращиваем и забиваем скотину… А вон там — Хомстед. Сейчас эта убогая халупа раза в два больше, чем была, когда тут появились первые из нас. Мы ее достраиваем по мере того, как Ящик привозит доски и прочее строительное барахло. Выглядит, конечно, стрёмно, но жить там можно. Хотя большинство все равно спит под открытым небом.

      

Алби ткнул пальцем в юго-западный угол Глэйда, скрытый густыми зарослями. Возле хилых деревьев у самого края рощицы виднелись скамейки.

      

— Вон то место мы называем Могильником. Кроме кладбища — это где лес погуще — там больше нет ничего. Ты свободно можешь пойти туда посидеть, отдохнуть или просто пошляться от нефиг делать. Делаешь что хочешь, короче. — Он кашлянул и умолк, словно хотел сменить тему. — Каждый день в течение следующих двух недель ты будешь работать под руководством нескольких кураторов. Так мы узнаем, какая работа тебе подходит лучше всего — слопер, технарь, чистильщик, копач. Тут у всех есть специальность. Начнешь пожалуй со строителей. Куратор у них Галли. Пошли.

      

От мысли, что придется работать с Галли настроение и вовсе испортилось. Я хотела было спросить нельзя ли поработать с кем-то другим, но вспомнила указ Алби и передумала.

      

Алби зашагал к Южным Воротам, расположенным между Могильником и Живодерней. Я побрела следом.

      

По дороге я увидела пару животных. Коровы которые паслись на лугу, овцы в загонах, свиньи неподвижно лежащие на солнце.

      

Странно, почему-то я помню этих животных, как они называются, чем питаются, что дают, а про себя ничего вспомнить не могу. Интересный выбор амнезии.

      

Алби остановился, и я с удивлением обнаружила, что мы оказались у Южных Ворот.

      

— Там Лабиринт. — Алби ткнул большим пальцем через плечо и замолчал.

      

Я посмотрела в проход и вспомнила жуткого гривера. Мне стало страшно, но Ньют сказал что они выходят лишь ночью. Так что бояться нечего.

      

— Я в Глэйде уже два года. Дольше, чем все остальные. Те, кто появился тут до меня, уже мертвы, — произнес Алби. При этих словах у меня часто забилось сердце. — Мы два года бьемся над разгадкой тайны, но так ни к чему и не пришли. По ночам долбаные стены в Лабиринте двигаются, как здесь Ворота, поэтому составить карту Лабиринта чертовски сложно. Практически невозможно.

      

Он кивнул в сторону приземистой бетонной будки, в которой прошлой ночью скрылись бегуны.

      

Мой разум с трудом мог переварить услышанное. Алби здесь уже два года? Стены в Лабиринте перемещаются?..

      

А сколько человек погибло?

      

Я шагнула вперед, желая взглянуть на Лабиринт собственными глазами, словно все ответы были написаны на его стенах.

      

Алби выставил руку и остановил меня, слегка оттолкнув назад.

      

— Туда нельзя, шанк.

      

Я сдержала нарастающий в груди гнев и спросила лишь:

      

— Почему?

      

— Думаешь, я утром подослал к тебе Ньюта ради того чтобы вы с ним на свидание сходили? Правило Номер Один гласит, что никто — абсолютно никто! — кроме бегунов, не имеет права входить в Лабиринт. Это единственное правило, за нарушение которого не бывает пощады. Посмеешь его нарушить — и если к тому времени тебя еще не прикончат гриверы, за них это сделаем мы. Сечешь?

      

Я кивнула. Что ж если просто так мне в лабиринт не выйти, я стану бегуном.

      

-Ну что, на сегодня достаточно.-сказал Алби.-Мне пора. Сегодня у тебя свободный день. Завтра начнёшь работу с кураторами. Можешь заниматься чем хочешь, только не косячь.

      

Он развернулся и зашагал прочь.

      

Весь оставшийся день я провела слоняясь по Глэйду. Ходила и на Плантацию, на которой обнаружила Ньюта, но от работы отвлекать его не стала, и на Живодёрню, осматривая окрестности, в которых теперь придётся жить. Где бы я ни была я ловила на себе взгляды парней, от чего сразу становилось неуютно.

      

Одной стало скучновато и я решила найти Чака. Тот обнаружился недалеко от Хомстеда, наверняка отлынивая от работы. Если честно, мне было немного неуютно. Несмотря на пережитый за последние сутки стресс, я хотела работать. С пареньком мы говорили о всякой ерунде др самого вечера. Хоть Чак и назойливый, мне он нравится. Мы находились около Могильника, пристроившись в тени деревьев прямо на земле. Чуть позже к нам присоединился Ньют. Он выглядел уставшим. Когда парень присел рядом, я заметила, что руки его покрыты царапинами, в основном мелкими, но были и покрупнее, даже шрамы. Ногти тоже оставляли желать лучшего. Многие сломаны, один вообще вырван с корнем.

      

-Ну, как экскурсия?-спросил он, обращаясь ко мне.

      

-Так круто, что я даже дар речи потеряла.-ответила я.

      

Ньют издал смешок.

      

-Все ясно. Алби сказал молчать и не действовать ему на нервы?

      

-Да! Неужели он не может быть хоть немного добрее?-сорвалась я.-кстати, он со всеми так или только с избранными?

      

-Ты уж его извини. Он классный парень, но очень вспыльчивый. Да и на счёт твоего вопроса. Он ведь сюда самым первым прибыл, месяц один провёл в этих стенах, вот и подорвалась у него психика слегка. Да мы все тут двинутые, если честно.

      

-Даже ты?

      

- А я в особенности. Выделяюсь уже тем, что остаюсь спокойным во всём этом дерьме.

      

Минут пять мы сидели молча. Чак возился с какой-то деревяшкой, старательно вырезая что-то на ней. Ньют, как и я, просто опиралсь на ствол дерева, наслаждаясь вечерней прохладой.

      

Вскоре он нарушил эту тишину:

      

-А давай сыграем с тобой в карты. Умеете?

      

- Карты? У вас тут и такое имеется? - удивилась я.

      

- А то! Единственное развлечение в этой дыре. Так будете?

      

Карты? Я прекрасно помнила, что это такое, как они выглядят., помнила, как играть. Но кто меня учил? Этого в моей памяти не было совсем.

      

-Давай.-ответила я. Чак так же кивнул.

      

Играть мы пошли в Хомстед, туда, где спал Ньют. Тут был лишь повар Фрайпан, отдыхающий после приготовления завтрака, обеда и ужина на пятьдесят человек.

      

Это был довольно милый парень. Общительный, я с ним поладила ещё на обеде. Он, в отличии от большинства, не смотрел на меня, как кот на сало. Он сразу же согласился поиграть с нами, расслабиться. Играли просто так, на интерес. В начале Чак не ввязывался, наблюдая за игрой, на третий раз попросился и сразу же выиграл, гадёныш, а вот я осталась в дураках. Ну как так можно? Проиграть ребёнку, который карты взял в руки первый раз.Как раз когда я мешала карты, раздался оглушительный грохот, стены стали закрываться. Остановившись, я вслушалась в этот шум, почему-то именно так я представляла себе звук смерти. Ты, вроде бы, и знаешь, что она скоро придёт и заберёт тебя, но тем не менее ударяет по голове, как будто обухом. И ничего не остаётся как лишь ждать и надеяться, что Костлявая задержится, позволив тебе походит по этой грешной земле.

      

Все, как и я, застыли, вслушиваясь в звук скрежетания камень о камень. Странно, но подсознательно боялась, что кто-нибудь из Бегунов не успеет добежать и останется там на ночь с этими ужасными чудовищами, которых никак нельзя было назвать животным или, даже, роботом.

      

Но, не смотря на беспокойство, я продолжила раздавать карты после того, как стены закрылись, всё ожидая, когда вернётся Минхо, который, оказывается, имеет привычку заглядывать после каждого дня к Фрайпану за "жратвой". Так, сказал Фрайпан, обычно и выражается вышеназванный субъект, который, кстати, уже тут.

      

-Эй, народ! Что, в карты рубитесь?

      

-Да.-сказал Ньют-Присоединяйся.

      

Была бы моя воля, заткнула ему рот. Я убедилась, что он жив-здоров. Всё, пусть идёт отдыхает.

      

- Окей, на что играем? - спросил он, усаживаясь по правую сторону от меня. От него несло потом, хоть бы в душ сходил после целого дня пробежки в Лабиринте.

      

- Да на интерес.-ответил ему Чак.

      

-Неее. Просто так не интересно.-сказал Минхо.

      

-И что ты предлагаешь?-спросила я, стараясь не вспоминать вчерашний инцидент, ну было и было. Я даже мстить не буду, наверное.

      

-Ну, может, сыграем на желание?

      

- Ну, я тогда пас.-Знаю я его. Нет, увольте. Что он мне там вчера обещал? Доказать, что он самый горящий парень в Глэйде? Если проиграю-мне кранты.

      

-А что такое? Слабо?

      

Вот смотрю на эту ухмыляющуюся рожу, и хочу врезать. Вот знаю же, что провокация, но...

      

      

-Нет! Не слабо!-психанула я.-Ты и я! Играем!

      

-Ой, а ты плакать не будешь если проиграешь?-приблизился ко мне Минхо.

      

-Нет, а ты?-я тоже приблизилась к нему. Мы были настолько близко, что я ощущала его дыхание на своём лице.

      

-Аналогично.-ответил Минхо. Знает, что мне неуютно, что боюсь. И ведь специально дразнит, самовлюблённый, эгоистичный, симпатичный...козёл.

      

-Ну, тогда начнем.-сказала я чуть хриплым голосом, усаживаясь напротив него и раскладывая на двоих карты.

      

      

Я раздала карты и, как мне показалось, удачно. Это были самые тяжелые десять минут в моей жизни. Но потом я понял, что проигрываю. Козырей нет вообще.

      

И вот у нас по одной карте. Ход Минхо. Он ложит карту. И... О да! Крестовый Валет. Есть. У меня крестовый король! Ничья!

      

-Вот черт!-воскликнул Минхо.

      

-Ха! Есть.

      

-Так, сыграем еще!-Минхо вновь начал мешать-кто первый выйдет из игры загадывает желание, а кто последний-выполняет.

      

Осмелились играть только я, Ньют, Чак и повар Фрайпан.

      

Очередная игра в которой первым, к несчастью, вышел Минхо. Я очень старалась не проиграть, но все забирала и забирала карты себе. Ньют вышел вторым, за ним Фрайпан. И вот я один-на-один с Чаком. Зря надеялась на его неопытность. Я проиграла! Черт! Лучше бы я умерла в лифте, чем выполнять желания Минхо. Интересно что у него на уме? Хотя, в принципе, можно догадаться, в какое они льются русло.

      

-Хм... чтобы тебе загадать?-притворно задумался он.-О придумал!

      

Вот он момент истины. Не томи уже, идиот.

      

-Поцелуй меня!- коротко сказал он.

      

Некоторое время все, в том числе и я, удивленно смотрели на него. Первым из ступора вышел какой-то Фрайпан, и с разочарованием спросил:

      

-А что так можно было?

      

-Нет!-закричала я-Так нельзя! Я не буду этого делать!

      

-А что, слабо?-ехидно спросил Минхо, изображая на лице эту лыбу.

      

Нашёл ниточку, за которую можно дёргать.

      

-Не слабо!

      

Я наклонилась к нему. Клянусь, что после этого вымою рот с мылом. Всё-таки я прикоснулась к его губам своими, надеясь, что этого будет достаточо, но он удержал меня, углубляя поцелуй. Если честно, то с каждой секундой отвращение уходило, уступая место другим чувствам, вроде желания, взрываясь в животе фейерверками. Я сама была против этих чувств. Но тело моё меня не слушалось. Голову отрезвляло только то, что это Минхо. Минхо, блин. Он же от меня теперь не отцепится. А как стыдно-то в глаза остальным смотреть будет.

      

Отстал только тогда, когда нам обоим стало не хватать воздуха. Я сразу же уткнулась в плечо Ньюта, пряча пылающее лицо в складках его одежды, а он утешительно приобнял меня за талию.

***

Я больше не играла. К счастью, Минхо не отпускал по поводу поцелуя никаких замечания. После ещё двух игр ушёл, оставляя нас вчетвером. Прежде, чем отправиться спать я слёзно умоляла из никому об этом не рассказывать и попросить об этом же самом азиата. Они согласились.

      

Когда я брела в свою часть, то заметила, что в душе горит свет, а в стоящем перед ним тазике замочена майка. Майка Минхо.

      

Так-так-так. Плохое настроение начало постепенно улетучиваться по мере того, как в моей голове начал созревать план мести. Почему это он может зайти ко мне, когда я моюсь, а я к нему нет?

      

Успокоив этим свою совесть, я бесшумно проскользнула в душ, Минхо там был один, стоял спиной ко мне, подставив лицо под струи воды. Широкая спина, явно обозначенные мышцы. Так, спокойно, ты здесь не для этого.

      

Быстро схватив лежащую слева от двери стопку одежды, я вышла на улицу так же бесшумно, как и зашла. Одежду я положила под один из кустов. Вроде бы никто не видел.

      

После этого я пошла спать, устраиваясь под тонким одеяло, слушая храп окружающих. Но мысли мои то и дело возвращались к Минхо. Месть не приносила никакого удовольствия. Почему-то становилось стыдно. Хотя было и не за что. Это он опозорил меня, заставив поцеловать, это он зашёл ко мне вчера в душ и делал недвусмысленные намёки. А мне стыдно. Опять завтра не высплюсь, а ведь придётся работать с Галли, он такую вялую курицу, как я, не потерпит. Хотя, может оно и к лучшему, сразу выгонит, не будет действовать на нервы.

      

Засыпать я начала уже ближе к полуночи. Перед тем, как провалиться в Мир Морфея, я почувствовала чьи-то руки на талии, грудь, прижавшуюся ко мне со спины и тихое "Прости" на ухо.