Бегущая по лабиринту.

      Я просидела возле дерева минут десять. Все это время у меня перед глазами стоял Бен, эти вздутые зелёные вены по всему телу и его крики не давали мне покоя. Жуткое зрелище. Галли назвал это метаморфозой. Говорил, что с ним было тоже самое. Его ужалили, так кажется. Гриверы. Вроде бы так. Я испытывала какой-то нездоровый интерес ко всему этому. Одновременно было и противно, и страшно, и любопытно. Кто эти монстры? Где они сейчас? Когда то, что происходит с Беном, закончится? И как это называется?

      

Галли говорил, что видел меня в то время, как это происходило с ним. Воспоминания из прошлого? Мы были знакомы? Но в моей памяти этого нет, совсем, как, в принципе, и многого другого.

      

Чтобы хоть как-то отвлечься, я осмотрелась. Деревянная хибара, погруженная сейчас в густую тень, находилась в северо-западном углу, а небольшой лес — на юго-западе. Сельскохозяйственный участок занимал северо-восточную часть Глэйда. В юго-восточной стороне мычала, блеяла и кукарекала всякая домашняя живность.

      

Прямо в центре площади зиял все еще незакрытый люк Ящика — словно приглашал снова прыгнуть в него и вернуться домой, — а неподалеку, примерно футах в двадцати к югу, располагалась какая-то приземистая будка, сложенная из бетонных блоков. В будке не было ни единого окна, виднелась только мрачного вида тяжелая стальная дверь с большой круглой ручкой наподобие колеса, вроде тех, какие используют для задраивания люков на подлодках. Глядя на будку, я и сама не понимала, что сейчас чувствую острее: любопытство и желание узнать, что находится внутри, или боязнь очередного страшного открытия.

      

Едва я переключила свое внимание на огромные проходы в стенах, как ко мне подошёл Чак.

      

— Фрайпан не обрадовался, что я пришел на кухню до ужина, — сказал Чак, усаживаясь под деревом и жестом приглашая меня сделать то же самое.

      

Я села, взяла было сэндвич, но остановилась: в памяти вновь всплыла чудовищная сцена в старом доме. Однако голод одержал верх, и я принялась за еду, ощутив во рту упоительный вкус ветчины, сыра и майонеза.

      

— О Господи… — промычал я с набитым ртом. — Умираю с голоду.

      

— А я что говорил! — невнятно отозвался Чак, уплетая свой сэндвич, то ли спрашивая, то ли утверждая свою правоту.

      

Откусив еще несколько раз, я наконец-то задала давно мучивший меня вопрос:

      

— Так что все-таки случилось с этим Беном? Он же на человека перестал быть похож.

      

Чак бросил взгляд на дом.

      

— Я и сам точно не знаю, — пробормотал он. — Я его не видел…

      

Я понимала, что Чак врет, но решила не давить на мальчишку.

      

— Не думаю, что тебе бы понравился его вид, уж поверь мне, — сказала я, грызя яблоко.

      

Я снова перевела взгляд на огромные просветы в стенах. Хотя отсюда и было плохо видно, мне показалось, что края каменных стен, ведущих в коридоры, какие-то странные. Глядя на них, я вдруг почувствовала головокружение, словно не сидела у их основания, а парила над ними.

      

Я тряхнула головой и спросила:

      

— А там что? Какой-то замок, что ли?

      

Чак замялся.

      

— Гм… Ну… я отсюда никогда не выходил…

      

— Что-то ты темнишь, — сказала я, отправив в рот последний кусок яблока и делая большой глоток из кружки.

      

До сих пор мне никто ничего толком не объяснил, и это начинало действовать на нервы.

      

— Почему все здесь такие скрытные?

      

— Так уж сложилось. В этом местечке творятся очень странные вещи, и большинство из нас не знает всей правды. В лучшем случае — половину.

      

Чака, видимо, все это нисколько не беспокоило. Он был совершенно равнодушен к тому, что у него отобрали прошлое. Да, похоже, с ребятами что-то не так…

      

Я встала и пошла в направлении восточного прохода.

      

— Никто мне не говорил, что я не имею права осмотреться.

      

Хотелось узнать об этом месте хоть что-нибудь, чтобы не сойти с ума, как они. Эти парни точно ненормальные. Так спокойно говорить о потере памяти, а точнее всего их прошлого. А вдруг по ним кто-то скучает? Ищет их, а они даже не пытаются идти им навстречу. По крайней мере, у меня создавалось такое впечатление. А Чак? Он ведь совсем-совсем мальчишка.

      

— Эй, погоди! — крикнул Чак, пытаясь догнать меня. — Будь осторожна. Эти штуковины вот-вот закроются.

      

— Закроются? Ты про что?

      

— Да про ворота, шанк!

      

— Ворота? Что-то я не вижу никаких ворот.

      

Я недоумевала по поводу его беспокойства.Ведь действительно нет никаких ворот или дверей, впрочем, я была уверена, что просто так пугать Чак не станет. Было ясно — я упускаю что-то очевидное. От этой мысли стало не по себе, и я замедлила шаг, уже не очень уверенная в том, стоит ли приближаться к стене.

      

— А как бы ты назвала эти большие проходы? — Чак указал на неимоверно высокие проемы в стенах. Сейчас мы находились в каких-то тридцати футах от них. Как бы я их назвала? Да он уже сам ответил на свой вопрос!

      

— Я бы назвала их большими проходами.

      

— Так вот, это ворота. И на ночь они всегда закрываются.

      

Я остановилась, размышляя над словами Чака. Что-то не сходилось. Я подняла глаза, посмотрела по сторонам и уставилась на массивные каменные стены, ощущая, как недоумение постепенно перерастает в откровенную тревогу.

      

— В каком смысле — закрываются?

      

— Сейчас сама всё увидишь. Скоро вернутся бегуны. Потом большие стены сдвинутся, и проход закроется.

      

-Этого не может быть. Эти стены слишком большие.-мне кажется, что Чак просто меня дурачит.

      

-Понимаю, звучит странно, но ворота действительно закрываются каждую ночь. И что-то похожее происходит в других частях лабиринта.

      

Я оторопела. Кажется, он наконец прокололся.

      

-Что?-спросила я.

      

-Что?-ответил растерявшийся Чак.

      

-Ты сказал лабиринт?

      

-Я так сказал?-он покраснел.-Слушай я устал от твоих вопросов!-ответил Чак и пошел к дереву.

      

Я решила подойти поближе у воротам. Почему-то не было страха, лишь любопытство. К тому же, Чак сказал, что там какие-то бегуны, значит и заходить туда не очень-то опасно, я думаю. Заглянув внутрь, я увидела ходы и коридоры.

      

-И правда похоже на лабиринт.-сказала я, нервно хихикнув.

      

Но тут из ворот выбежал парень, усталый и вспотевший. Он пробежал мимо, кинув на меня удивленный взгляд. Оказавшись около земляной постройки, он огляделся, а я проследила за его взглядом и заметила, что и из остальных ворот появляются другие парни. Подбежав к постройке, они вместе стали крутить кольцо, которое один человек навряд ли сдвинул. Вскоре послышался громкий щелчок и дверь распахнулась, пропуская вовнутрь всех мальчишек. Среди них был и тот, с азиатской внешностью. На этот раз он наделил меня не только не читаемым взглядом, но и улыбкой, за которой мог скрываться любой смысл, но подумать о реальном её предназначении мне не дали.

      

Кто-то дернул меня за рукав, выводя из состояния задумчивости. Это вернулся Чак.

      

Я тут же буквально набросилась на него, напрочь забывая про эту узкоглазую рожу:

      

— Кто эти парни? Откуда они пробежали? Что это за будка такая? — я повернулась и ткнула пальцем в сторону Восточных Ворот. — Почему вы вынуждены жить в центре этого чёртового Лабиринта?

      

От гнетущего чувства непонимания происходящего буквально раскалывалась голова.

      

— А я больше ничего не скажу, — ответил Чак неожиданно твердо. — Думаю, тебе надо пораньше лечь спать и хорошенько выспаться. И… — тут он умолк и приложил правую руку к уху. — Начинается…

      

— Что?.. — спросила я, удивленно глядя на Чака. Сейчас тот говорил, как взрослый, и уже не вел себя словно маленький ребенок, которому очень хотелось видеть во мне друга.

      

Внезапно воздух сотряс оглушительный грохот, сопровождающийся чудовищным треском и хрустом. Я подскочила на месте, попятилась, споткнулась и упала. Вокруг все затряслось, как при землетрясении. В панике я обернулась — стены пришли в движение. Они действительно ползли, запирая меня в Глэйде, как в ловушке. От внезапного приступа клаустрофобии сдавило дыхание, легкие будто наполнились водой. Ненавижу бояться. А сейчас поводов для этого было более чем предостаточно. Я оказалась в незнакомом месте, ограниченном лабиринтом, невыносимый шум. Ещё и страху наводил тот факт, что я тут одна среди пятидесяти парней. М-да, нашла время об этом думать.

      

— Не волнуйся, Шнурок! — крикнул Чак сквозь грохот. — Это всего лишь стены!..

      

Я была настолько поражена видом закрывающихся Ворот, что едва услышала его. Я кое-как поднялась и сделала несколько неуверенных шагов назад, чтобы лучше рассмотреть происходящее. В то, что я сейчас видела, было почти невозможно поверить.

      

И вот все четыре прохода закрылись, оставляя меня в ловушке.

      

-Офигеть...-только и смогла произнести я.

      

-Фигня, как сказал бы Алби.-Безразлично ответил Чак.

      

Я долго стояла, молча смотря на ворота. Но Чак схватил меня за руку и потащил куда-то.

      

-Идем. Тебе надо принять душ.

      

Что ж, это, пожалуй, было бы не плохо. Смыть с себя всю грязь, в которой я успела изваляться за этот день, все страхи и плохие эмоции, наконец расслабиться.

      

Тем временем, пока я придавалась мечтам о тёплой воде, ну, по крайней мере надеялась на то, то она тёплая и ещё не придётся её подогревать, мы оказались в густой тени между Хомстедом — так Чак назвал трехэтажную деревянную развалюху — и каменной стеной.

      

Чак провёл меня в душевую, дал полотенце и сменную одежду.

      

-Я буду не подалёку отгонять парней.-сказал Чак.

      

-Спасибо.

      

Я была благодарна ему, а то зайдёт кто-нибудь ещё, а я тут в таком виде. Зайдя в душ, я осмотрелась. В нем было несколько открытых кабинок. Ни дверей ни шторок. Надо бы исправить это дело, все-таки теперь здесь не только парни.

      

Я сняла с себя всю одежду и осталась нагой. Затем подошла к зеркалу. А Чак оказался прав. Мне действительно было где-то пятнадцать, темно-русые волосы и серые глаза. Рост тоже был указан верно. И его шутка тоже была правдивой. Я действительно была очень бледной и худой. Ключицы выпирали очень сильно, а мои ребра можно было посчитать не прикасаясь к ним. Каждую косточку было хорошо видно, но анарексичкой меня не назовёшь. Мое тело было довольно подтянуто. В прошлой жизни я явно любила спорт, а может заставляли, откуда мне знать, однако в будущем я всё же надеялась докопаться до своего прошлого.

      

Волосы были чуть длиннее плеч. Я завязала их так, чтобы не намочить. И пошла в первую кабину.

      

Я уже хотела было открыть кран, но услышала как открывается дверь. Обернувшись я увидела как сюда входит тот самый парень азиатской внешности. Он был в штанах, без футболки, через плечо перевешено полотенце. Спортивное телосложение, акаченные руки, кубики пресса. Тааак, дорогая моя. что-то не о том ты думаешь. Он, между прочим ко мне в душ зашёл. И где, спрашивается Чак. Где этот мелкий засранец?

      

В начале парень меня не заметил, но счастье длилось не долго, всё-таки заметил. Сначала в его глазах читалось удивление, но оно быстро сошло на нет уступив место чему-то другому, пошлому.

      

Его глаза бегали по мне. И тут до меня дошло. Я же совсем голая! А этот парень наглец! Не стесняясь пожирает меня взглядом.

      

Мне такой расклад был не по душе. Я быстро подошла к нему в плотную.

      

-Ты не мог бы смотреть мне в глаза!-со злостью сказала я ему, поднимая взгляд. Блин, что ж он длинный-то такой?-Я была бы тебе очень благодарна.

      

-Ну как же я могу?-ответил парень, поднимая взгляд.-У тебя такое красивое тело. Если бы не запрет Алби, я бы с тобой поразвлёкся. Я уверен, тебе понравилось бы.

      

Не давая себе отсчета в том, что делаю, я дала ему сильную пощечину. Извращенец, хотя, это было с первого взгляда понятно, ещё тогда, у этого ящика. Голова его резко метнулась в сторону, я даже чуть испугалась, не повредил ли он чего, щека сразу налилась красным. Пока он ещё прибывал в шоковом состоянии, я стянула с его плеча полотенце, обматывая вокруг тела, оно как раз до середины бедра доходило, скрывая всё, чего ему видеть не следует. Хотя, в принципе, всё уже рассмотрел.

      

Тем временем он уже пришел в себя.

      

-А ты у нас смелая девчонка, как я погляжу.-проговорил он.

      

-А как ты думал?-ответила ему я. Теперь надо выживать, придётся следовать их примерам.

      

Я была просто в шоке. У этого парня просто ни стыда ни совести. Как можно таким быть.

      

-Может, раз уж встретились хоть имя свое скажешь? Или ты злишься на меня?

      

Злюсь? Злюсь ли я!? Да этот...этот...козёл даже не извинился за то, что откровенно разглядывал меня, а потом ещё и намёки недвусмысленные делал! Хотя, в этом не только его вина.

      

-Злюсь, но не только на тебя.-ответила я.

      

А ведь правда, Чак же обещал, что будет присматривать за входом. Почему же пропустил этого.

      

-Так как твое имя?

      

-Изабелла. - всё же решила я пойти на мировую.- А твое?

      

-Минхо, самый горячий парень в округе! Будем знакомы.-он протянул мне руку.

      

Я закатила глаза и с сарказмом ответив:

      

- Интеренсо, на ком ты тут это проверял.

      

На мгновение он растерялся, но после сказал:

      

-Ты что, мне не веришь?!-с плохо сыгранным удивлением спросил он.-Хочешь докажу?

      

Так, что он там говорил, если бы не запрет Алби, он бы со мной поразвлёкся. Так, поставим на заметку. Либо он его уважает, либо боится, а может и то, и другое. Значит, в случае чего можно воспользоваться. И сейчас как раз такой случай.

      

-Ты, конечно, можешь попробовать, а я посмотрю, что тебе после этого сделает Алби. А сейчас, попрошу выйти, мне нужно принять душ.

      

Он ехидно улыбнулся, давая мне понять что не боится лидера Глейдеров. Я уже начала обдумывать, что делать дальше, как он наклонился к самому моему уху и прошептал:

      

-Увидимся, малышка.

      

Затем развернулся и ушел.

      

От его слов и того, как он это сказал, по тело пробежали мурашки. Ещё пару минут я простояла в ступоре, переваривая информацию. А после всё-таки щёлкнула задвижкой и спокойно искупалась, одевшись в свежие вещи, которые Чак дал мне. Полотенце Минхо я оставила там же, в душе. Выйдя на улицу, наткнулась на взгляд раскосых глаз, но не обратила внимания и прошла мимо, не дав ему ничего сказать. Уверена, он хотел отпустить реплику в своём стиле, но мне было не до этого, так как осталось одно незавершённое дело.

      

-Ты же сказал, что будешь следить за тем, чтобы никто не зашёл!-зашипела я на бедного пацана, топтавшегося у неподалёку стоящего дерева.

      

-Прости.-виновато проговорил Чак.-Однажды я разыграл Минхо и теперь он мне не верит.

      

Виноватый вид мальчишки разжалобил меня.

      

Но тут неожиданно для меня самой, я начала смеяться, поражаясь всей абсурдности ситуации, в которой оказалась. А казалось, что больше никогда не смогу выдавить из себя что-то хоть отдалённо напоминающее смех. Заметив моё приподнятое настроение, Чак тоже рассмеялся. Так же заливисто, искренне. Он ведь всего лишь ребёнок. Мы успокоились минут через пять, так как на нас уже начали обращать внимание подходящие к душу глейдеры. Да и спать пора ложиться.

      

Чак устроил мне лежанку рядом с собой. Я не была против. Его общество мне было приятно, к тому же я была уверена, что он-то приставать не станет, как этот "первый парень на деревне".

      

-Что ж, ты не плохо провела первый день.-сказал Чак.-Желаю продолжать в том же духе. Спокойной ночи.

      

-Спасибо.-ответила я.-Тебе тоже спокойной ночи.

      

Чак уснул сразу, а вот моя голова была полна до краёв мыслями разного характера. Начиная с того, что я оказалась в этом странном месте, без памяти, даже не знаю собственную фамилию, и заканчивая философским вопросом "Что делать?" И ещё из головы не шёл этот наглый, беспринципный, но всё же очень обаятельный азиат.