Бегущая по лабиринту.

Несмотря на то, что заснула я более-менее спокойно, всю ночь меня мучили кошмары. Я чуть не умерла. Эта мысль крутилась в моей голове каждый раз, когда я просыпалась от очередного кошмара. Не знаю как, но когда уже начало светать, я забылась беспокойным сном. Стоило мне открыть глаза, как я поняла, что за пределами стен уже разливается свет, вокруг меня никого нет, а будить мою персону никто не явился. Поэтому я сама вышла из постройки, жмурясь от яркого света, и решила найти Ньюта. Он уже был на плантации, отчаянно стараясь что-то вырубить. - Эй, привет, ты как, Изи? - заботливо спросил он, когда увидел меня и подошёл ближе, оставляя тяпку у изгороди. - Ужасно. - не стала врать я. И это мягко сказано. Хотелось просто лежать и ничего не делать, однако позволить себе такую роскошь я не могла. - Мне жаль. Бен получит по заслугам. Его ждет Изгнание. - зловеще произнёс Ньют, и у меня пробежали мурашки. - Что это такое? - Ты узнаешь об этом позже. А пока мы отправляемся на живодёрню к Уинстону. Я прекрасно помнила значение этого слова, поэтому идти туда не особо хотелось, но делать нечего. Навряд ли здесь будет кто-то хуже Галли. По дороге к живодерне я была погружена в мысли. Они каждый раз возвращались к Бену. - Эй, ты вообще меня слушаешь?-выдернул меня из раздумий Ньют, который, похоже, разговаривал со мной уже довольно продолжительный срок. - Прости, я немного не выспалась. - Ладно, ничего. Я тебя здесь оставлю. Уинстнон хороший парень, но занимается не самой лучшей работой. Ну, удачи. - Ньют хлопнул меня по плечу и пошел по своим делам. Уинстон — невысокий мускулистый юноша с прыщавым лицом. Он как и многие чувствовал себя неуютно рядом со мной, но я уже не обращаю на это внимания. Наблюдая за Уинстоном, я поняла, что парень очень любит свою работу. Я начинаю его побаиваться. Если нас послали сюда за прошлые грехи, то я думаю, Уинстон был серийным убийцей. На моих глазах он заколол и разделал несчастного поросенка. Меня чуть не стошнило. За это утро я поняла две вещи. Я не буду работать на живодерне и я никогда больше не буду есть свинину. Всё-таки я выдержала полдня в компании этих людей. Хорошо хоть меня не заставили кого-нибудь резать, а только смывать кровь, да носить небольшие мешки, о содержании которых даже думать не хотелось. Я направлялась в столовую на обед, молясь чтобы не было свинины, как вдруг Глэйд потряс вой сирены. Я зашла уши руками. Со всех сторон сбегались глэйдеры, все они направлялись в сторону лифта. Я сделала тоже самое. Сзади ко мне подошёл Ньют. - Что происходит? - спросила я. - Лифт поднимается. К нам везут еще новичка. - встревоженно ответил он. - И что? - Как что?! К нам ни разу не привозили двух новеньких за месяц! Теперь его тревога передалась и мне. Да могу я здесь хоть один день прожить спокойно!? То извращенец какой-то пристаёт, то убить пытаются, теперь ещё и это! Я протиснулась между парнями, чтобы лучше увидеть того, кто прибыл. Ньют открыл двери лифта и спрыгнул туда. - Ну что там, Ньют?-спросил Алби из толпы. - Тут девчонка. - странно ответил Ньют. - Еще одна? - Не может быть. - Да что происходит? - Теперь будут приходить девчонки? - Заткнись все!-рявкнул Алби.-Ньют, что там происходит? - Кажется, она мертва. - Черт, вытащите её! - скомандовал Алби. Пара парней при помощи Ньюта подняли девушку и положили на землю рядом с лифтом. Она была очень худая и бледная, однако всё же красива. Довольно высокая, футов шесть. Длинные чёрные волосы ещё больше оттеняли её лицо, придавая схожесть со скелетом. Внезапно она распахнула свои глубоко-синие глаза, оставившись на меня, проговорила: - Белла... скоро все... изменится. - и вновь отключилась. Вся толпа глэйдеров ошарашено смотрела на меня, но я была удивлена не меньше их. Ни кому ничего не сказав, не пытаясь как-то оправдаться, я продолжила смотреть на девушку. Она была так прекрасна. Внутри возникло странное чувство, будто я знаю её. Не помню где и при каких обстоятельствах мы встречались, но встречались. Теперь со стороны кажется, что она просто спит. Ньют склонился над ней и стал внимательно осматривать и кажется что-то нашел. Он достал из ладони девушки скомканый листик. Он развернул и прочитал вслух: - Она последняя из всех. Все смотрели с удивлением и немного со страхом. - Подойди сюда, Шнурок! — крикнул мне грубо Алби. Сердце у меня подпрыгнуло к самому горлу, ладони вспотели. Чего они от меня хотят?.. Похоже, ситуация принимала все более нежелательный оборот. Усилием воли я заставила себя шагнуть вперед, стараясь держаться непринужденно, но при этом не выглядеть так, словно я в чем-то виновата. Успокойся, ты ничего плохого не сделала! Ты не знаешь эту девушку! Однако меня не покидало странное чувство, будто я могла стать причиной неприятностей, сама того не осознавая. Глэйдеры расступились. Пока я шла по образовавшемуся проходу, они сверлили меня злобными взглядами, словно я несла личную ответственность за все происходящее — за Лабиринт, за Глэйд, за гриверов. Я старалась не смотреть по сторонам. Я подошла к Ньюту и Алби, которые склонились над телом девушки. - Ты знаешь эту девчонку? - спросил Алби. Этого вопроса можно было ожидать. - Нет, конечно! Я кроме вас вообще никого не знаю. Я... - Но тебя она явно знает. - А она не кажется тебе знакомой? - более мягким тоном спросил Ньют. - Нет. - твердо ответила я, но в душу стали закрадываться сомнения. Поэтому я поспешила добавить - Во всяком случае если я ее и знала, то не помню этого. - Как же меня это все бесит. - прошипел Алби. - Медаки! Не успел до меня дойти смысл сказанных слов, как я почувствовала, что меня кто-то оттолкнул. Это были два парня старше меня. Один высокий, со стрижкой ежиком и носом размером с крупный лимон, другой — маленький, черноволосый, с первыми признаками седины на висках. Я решила, что их появление внесет хоть какую-то ясность в происходящее. — Ну и что нам с ней делать? — спросил тот, что повыше, неожиданно высоким голосом. — А я откуда знаю? — бросил Алби. — Вы у нас тут медаки, вот вы и думайте. Невысокий медак склонился над девушкой, проверил ее пульс и, прижав ухо к груди, послушал биение сердца. — А кто сказал, что Клинт должен первый к ней клеиться? — сострил кто-то в толпе. Несколько человек громко рассмеялись. — Я — следующий! — раздался чей-то выкрик. Как они могут шутить в такой ситуации? — возмутилась я. — Девушка чуть не умерла. Я почувствовала отвращение. Лицо Алби перекосила недобрая усмешка. - Если ее кто-то хоть пальцем тронет отправится полетать с Обрыва! Впервые мне понравилось то, что сказал Алби. Клинт, как сказал парень из толпы, закончил осмотр. - Ну, что с ней? - спросил Алби. - Физически с ней всё в порядке. Дыхание и пульс в норме, но она в коме. - И что с этим делать? - Я не знаю. Я не разбираюсь в таких вещах. - смущённо ответил Клинт. - Ладно, отнесите ее в Хомстед. Клинт взял девушку за руки, а другой парень за ноги. Вместе они понесли девушку к Хомстеду. Я неотрывно за ними наблюдала. Но краем уха я уловила разговор Ньюта и Алби. - Может все отменить? - спросил Ньют. - Нет. - резко ответил Алби. - Нельзя ждать. Он опасен. - Но что, если... - Нет. Я всё решил. - затем громко, чтобы все слышали, сказал. - Ну чего рты пооткрывали. Живо за работу, а то отменю обед! Все начали расходиться, а у меня из головы не выходил их разговор. Я не могу понять, что он означает. Из раздумий меня вывел Ньют. - Эй, вчера ты могла слоняться без дела. Сегодня такого удовольствия не будет. Марш к Уинстону. Он подтолкнул меня в сторону живодерни. После тяжелого рабочего дня я как и все пошла в столовую. К счастью, подавали не свинину. На ужин было вкуснейшее рагу. Лучшее что я ела, по крайней мере из того, что помню. Ужинала я с Ньютом и Чаком. У всех Глэйдеров было какое-то плохое настроение. Даже Чак мрачно молчал. - А что происходит? - спросила я. - Ничего. - ответил Ньют. - Просто все устали. Еще и девчонка. - Что-то когда я приехала у вас был бодренький видок. - Ну, ты же не приехала полудохлой, не называла ничье имя и у тебя не было записки о том, что ты последняя. А ведь Ньют прав. Теперь меня терзают смутные сомнения. Но так же мне кажется что причина такой мрачности не в прошлых событиях, а в будущих. Глэйдеры будто чего-то ждали. Чего-то плохого. Но мои мысли развеял очень громкий и знакомый голос. - Давай хавчик, Фрай! - закричал Минхо. - Я дивный запах рагу еще в лабиринте уловил. Я повернулась на голос и увидела его. Уставший и вспотевший. Он посмотрел в мою сторону и наши взгляды встретились. Я вдруг вспомнила вчерашний вечер. Несмотря на его характер, общество Минхо мне внезапно стало так же приятно, как общество Ньюта и Чака, если не больше. Наши взгляды разорвало рагу, которое украло сердце голодного Минхо. Так даже лучше. Но вот ужин закончился и мои опасения подтвердились. *** Я сидела на лавке около леса и наслаждалась отдыхом. Вдруг ко мне подбежал Чак. - Эй, Изабелла! - Чего тебе? - безразлично спросила я. - Пойдем, там Бен... Меня словно молнией ударило. Перед глазами снова всплыл тот ужас. Бен - худой, бледный, со вздутыми венами. У меня даже заныли гематомы на шее. - Что с ним?! - спросила я. - Сегодня утром был Совет кураторов. Его изгоняют. - Что это значит? А сейчас произошло самое жуткое. Чак улыбался так, как не свойственно улыбаться детям. Это была гримаса сумасшедшего, наслаждающегося чужим горем. - Пойдём. И узнаешь. Вечером, когда над Глэйдом начали сгущаться сумерки — примерно за полчаса до закрытия проходов, — Ньют и Алби собрали всех глэйдеров у Восточных Ворот. Минхо уже находился там. Тот факт, что Чак улыбался, сообщая весть об Изгнании Бена, все еще тревожил меня. Я понятия не имею, что скрывается за наказанием, но уверена — нечто страшное. Особенно если учесть, что все они собрались прямо у выхода в Лабиринт. Неужели они хотят выдворить его наружу? — размышляла я. — Прямо к гриверам? Гнетущая атмосфера ожидания чего-то зловещего нависла над толпой, словно грозовая туча. Глэйдеры напряженно перешептывались. Я молча стояла, скрестив на груди руки, и терпеливо ожидала представления. Наконец Алби произнес: — Давайте его сюда! — тем самым заставив меня вздрогнуть и очнуться от дум. Я опустила руки, повернулась и стала выискивать глазами Бена, с беспокойством думая, как поведет себя обезумевший юноша, когда меня увидит. Из-за дальнего угла Хомстеда показались три крепких парня, которые буквально волокли Бена по земле — тот отказывался идти самостоятельно. Одежда на мальчике была изорвана настолько, что едва держалась, а голову и лицо прикрывала мокрая от крови повязка. Он походил на мертвеца — таким же я видела его последний раз на кладбище. За исключением одной детали: теперь его глаза были открыты и полны страха. — Ньют, — сказал Алби очень тихо. Не находись я всего в нескольких футах рядом, я бы не расслышала слов. — Неси шест. Ньют, очевидно, ожидал приказа, поэтому кивнул, уже направляясь к небольшому сараю с садовым инвентарем, стоявшему на Плантации. Я посмотрела на Бена. Парень рыдал, в глазах был дикий ужас. - Ты сам виноват, Бен. - произнес с грустью Алби. - Ты знаешь наши правила. Ньют вернулся с огромной длинной палкой. Я ужаснулась, когда увидела что на конце этого шеста была петля. Это был ошейник. Я со страхом смотрела на то, как вожак надевает его на изгнанника. - Алби, пожалуйста, не надо. - умолял парень. Мне стало его очень жаль. Я даже хотела кинуться защищать его, но словно приросла к земле. - Я не хотел ее убивать. У меня просто помутнение после Метаморфозы. Умоляю! Однако Алби был неприклонен. Он с безразличным лицом встал и схватился за самый конец шеста. - Бен! - громко, чтобы все слышали, начал говорить Алби. - Ты приговорен к изгнанию за то, что напал и чуть не убил Новенькую Изабеллу. Это решение обжалованию не подлежит. Кураторы, занять места у шеста! Я возненовидела Алби за то, что он приплел сюда мое имя. Теперь я считаю себя виновной в смерти Бена. Десять кураторов, в их числе Зарт, Уинстон, Фрайпан, Ньют и Минхо, заняли позицию у шеста. Бедняга Бен еле стоял на ногах. Он рыдал навзрыд. Хотел повернуть голову, но ошейник мешал ему это сделать. - Гет! Нет! Это все она! Она! - кричал Бен, вновь обвиняя меня. - Прошу вас! Сейчас я не злилась на него. Я испытывала лишь жалость. Раздался грохот. Стена начала закрываться. — Кураторы, вперед! — скомандовал Алби. Кураторы толкнули шест перед собой и начали выпихивать Бена за пределы Глэйда — прямо в Лабиринт. Голова Бена резко дернулась назад, и он издал пронзительный сдавленный крик, даже более громкий, чем грохотание закрывающейся стены. Он упал на колени, но один из кураторов, идущий впереди — плотный черноволосый парень со злым оскалом скверных зубов, — тут же рывком поставил его на ноги. — Не-е-е-ет!.. — закричал Бен, брызгая слюной. Несчастный бился изо всех сил и, вцепившись в ошейник руками, пытался его разорвать. Впрочем, он не мог противостоять кураторам, которые общими усилиями продолжали волочить его к границе Глэйда, выход из которого был уже почти перегорожен правой стеной. — Не-е-е-ет!.. Бен попытался упереться ногами в камень на границе Ворот, но задержал продвижение лишь на долю секунды — несмотря на сопротивление, шест неотвратимо выталкивал его в Лабиринт. Приговоренный извивался всем телом, стараясь освободиться от ошейника, но вскоре оказался за пределами Глэйда. До полного закрытия Ворот оставалось всего несколько секунд. В последней отчаянной попытке избежать изгнания Бен с силой вывернулся в петле, рискуя сломать шею, и оказался лицом к лицу с глэйдерами. Я не могла поверить, что передо мной человеческое существо — глаза Бена наполнял дикий страх, изо рта выступала пена, а бледная кожа туго обтягивала кости и раздутые вены. Выглядел он как пришелец из параллельного мира. — Держать!.. — заорал Алби. Бен издал протяжный крик, настолько пронзительный, что я невольно зажала уши. Это был животный исступленный вопль, от которого у бедняги наверняка разорвались голосовые связки. В последнюю секунду стоявший впереди куратор отсоединил наконечник с прикрепленным ошейником от основной трубы, после чего остальные быстрым движением втащили шест назад, оставив Бена за пределами Глэйда. Он был изгнан, и его последние крики потонули в ужасном грохоте сомкнувшихся стен. Я закрыла глаза и почувствовала, как по щекам потекли слезы. Глэйдеры стали расходится с грустными лицами. Для них Бен был другом. Все они проходя мимо меня кидали свои недовольные взгляды. Лишь некоторые смотрели на меня с жалостью. Проходя мимо, Галли испепелял меня взглядом. - Ну что, довольна, Салага? Это на твоей совести. Лучше бы он тебя задушил. Внезапно я осознала, что он совершенно прав. Я виновата в том, что парни лишились друга, с которым провели многое время, который дорог им. Он ведь наверняка неплохой человек. Мало ли что я натворила в жизни до Лабиринта. Не обращая внимания на замечания Галли, я направилась в сторону своего спального места, решив сменить место сна. Взяв то, что здесь называлось одеялом и подушкой, а на деле являлось замусоленными кусками ткани толщиной в полсантиметра, я направилась в сторону леса. Там почти никто не спит, хочу побыть одна. Неглубоко зайдя туда, я сгребла в кучу листья, чтобы не было так жёстко, положила сверху принесенные вещи, а сама улеглась сверху, свернувшись в комок. В начале сон не шёл, причём довольно долгое время. Часа два я ворочалась, после чего всё же смогла устроиться и заснуть. Однако меня разбудил кошмар почти сразу же. Снилось, как внутри стен гривер разрывает Бена на части, после тут же перемещалось на видение своей смерти, наступившей от рук парня ещё в лесу. Я хотела вырваться из цепочки этих кошмаров, каждый из них нёс за собой неминуемую смерть, но мне этого не удавалось. К счастью, мне помогли это сделать. Кто-то отчаянно тряс меня за плечи, умоляя проснуться. Я распахнула глаза, стараясь разглядеть, кто же передо мной. Ощутив чужие руки на своём лице, я отстранилась, но была тут же прижата к горячему мускулистому телу. - Тише, тише. Это я. Всё в порядке. - Минхо? - Угу. - А что ты тут...? - Я ночую буквально в паре метров отсюда. Тебя-то как сюда занесло? - я ничего не ответила, но ясно поняла, что он знает причину моего переезда. - не нужно винить себя. Пойми, таковы наши законы. Никто не имеет права покушаться на чужую жизнь. Если бы после этого ты... - я буквально кожей чувствовала, как тяжело ему даются эти слова - умерла, его казнили у всех на глазах, а так он ещё имеет шанс на спасение. Хоть и маленький, но шанс. Сделав небольшую паузу, он продолжил: - Ты кричала во сне. Кошмары? - Да. - Ложись спать. Завтра будет лучше, поверь. Сегодня был тяжёлый день, особенно для тебя. Девчонка эта, Изгнание. Спокойной ночи. Пару секунд я сидела в ступоре, всё-таки сумев ощутить, что холод начал окутывать меня. Минхо встал и собирался уходить. - Подожди - я услышала, как он остановился. Интересно, как ему удаётся так хорошо в темноте ориентироваться. - Останься, пожалуйста. Я не верила в собственные слова. Просто сейчас мне нужна была поддержка. Минхо пару мгновений помедлил, после чего лег рядом, прижимая меня к себе.