Revenge of a Dragon

      Не без труда, добравшись до своих покоев, Эрагон тяжело рухнул в постель. Мысли путались, в теле ощущалась слабость, как после долгой болезни. Что же он натворил?! Еще ни разу, Всадник не видел наставника таким. Вспоминая его лицо, он подивился тому, насколько оно было зло! Невольно Эрагон содрогнулся, представив, что ждет его завтра, когда он придет заниматься. Рилл ему этого просто так не спустит.       Через несколько минут он услышал как Сапфира села на террасу.       «Небом заклинаю, скажи, что произошло?!»       — Я бы сказал, — негромко прохрипел Всадник. — Но сама же знаешь — правила.       «Сегодня ты можешь рассказать мне. Рилл разрешил.»       — Ты его видела? Так что не спросила у него?       «Я спросила. Но он был не в духе и велел спросить, цитирую: «у этого полоумного гаденыша». Так что ты натворил? В один момент я ощутила что тебе было очень плохо. Ты почти умер… — в этот момент её голос дрогнул. — Я испугалась!..»       Эрагону стало нестерпимо стыдно. Перед ней, за то что заставил её страдать, перед Риллом, за то что подвел и почему-то…перед Арьей. Он представил на миг, чтобы она сказала о произошедшем.       Собравшись с мыслями, всадник все-же поведал Сапфире о случившемся, во всех подробностях, какие смог вспомнить. Дракониха слушала не перебивая и не прерывая, но когда он закончил с укором произнесла:       «Почему ты так противишься?! Ведь, если вглядеться в суть вещей, ты не пытался доказать свою правоту, ты шел наперекор Риллу, из непонятного мне принципа! Объясни — зачем?!»       — Я сам не знаю, — с грустью в голосе признался Эрагон. — Честно. Он хороший учитель и достойный мне кажется человек, но порой… Он бывает до удивительного презрительным, высокомерным, грубым. И мне хочется с этим бороться.       «Да? И в чем же он так груб?»       — К примеру, ты слышала как говорит об эльфах? А об Оромисе с Глаэдром? Не зная их, он зовет их обоих ужасными учителями…       «Если быть справедливыми, он не так уж и неправ. Признай, нас учили пристрастно.»       — Ты с ума сошла?! Они подарили нам великие знания!       «Эрагон, не пойми меня неправильно. Я уважаю учителей и ценю все, чему нас они научили, просто поучившись у Рилла, я кое-что поняла. Нас готовили как бойцов, для одной цели. Это правда. Но откровенно говоря, я думаю что Рилл говорит всё это, специально для тебя. Поразмышляй над этим».       Она вспорхнула и поднялась в небо прежде, чем он успел ей ответить и Эрагон понял, разговор окончен.       Вновь оставшись наедине с собой, Всадник погрузился в свои мысли, откровенно безрадостные. До конца дня мужчина не покидал своих покоев, не желая никого видеть и разговаривать, час за часом он ходил по кругу, приводил аргументы, находил оправдания, которые тут же самостоятельно и разрушал. К закату солнца голова болела, как-будто всё это время он бил себя по ней дубинкой.       От самокопания Эрагона отвлек только отдаленный раскат грома. Выйдя на террасу мужчина увидел как вдалеке небо озаряется вспышками молний. К ночи начнется буря. Здесь на Ронане, они были не такими, как на материке, а гораздо сильнее. В замке оно конечно не опасно, как и в поселении, расположенном удобно — в бухте, под защитой прибрежных утесов. Но Рилл, ночующий под открытым небом, должен был испытать на себе все «прелести» гнева стихии.       Сначала, Эрагон с чувством неприятной мстительности подумал: «ну и поделом!». Но потом голос, опознанный как совесть, заставил его спуститься вниз и с проклятьями на самого себя, отправиться выискивать зловредного наставника. Может быть это возможность попросить прощения?       Когда он оказался на улице, дождь уже лил в три ручья и уже через пару минут мужчина вымок насквозь. Чтобы не замерзнуть Всадник отправился бегом к месту тренировок, полагая, что Рилл ночует где-то неподалеку, но достигнув цели, и обыскав всю ближнюю округу он не нашел никаких следов пребывания Рилла. А ведь Эрагон считал себя не худшим следопытом! В итоге, после часа поисков, Всадник вернулся в замок, промокший, но не нашедший наставника. Уже вернувшись в свои покои он услышал как снаружи лютует непогода. Ветер завывал сотнями голосов, ливень хлестал упругими струями по камню. Молнии вспыхивали одна за другой, а гром оглушал уши. В этом году сезон бурь пришел раньше обычного. ***       В полдень Эрагон, несмотря на моросящий и промозглый дождь, пришел на поляну тренировок, но Рилл не появился, хотя Всадник и прождал его около двух часов. Вернувшись в замок, он сразу пошёл на поиски Сапифры, та нашлась в его покоях дремлющая на террасе и ни капли не смущаемая дождем.       — Скажи, ты видела сегодня Рилла?       «Разумеется, на уроке, — ответила та».       — Значит он не покинул остров… — пробормотал Эрагон.       «А с чего ты решил что он ушёл?»       — Я прождал его два часа на месте урока, но он не появился.       «Ты ожиждал чего-то иного? Думаю уроков у тебя не будет еще какое-то время».       — Может ты поговоришь с ним? Объяснишь что мне правда жаль.       «Н-нет! — протянула дракониха. — Я не буду влезать между вами! И я очень сомневаюсь что Риллу нужно твое сожаление. Скорее осознание. Так или иначе, тебе остается только ждать, пока он сам не придет».       — Спасибо за помощь!.. — проворчал Всадник. — А еще говорят дракон ради всадника на всё готов.       «Да, вот такая я плохая! — не смущаясь ответила Сапфира. — Зато честная!»       Эрагон тяжело уселся привалившись спиной к ее боку, а она выставила крыло так чтобы закрыть его от дождя.       — Значит я буду ждать. Пока учитель не позовет, — он грустно улыбнулся. — Долгие годы я хотел новых знаний и новых горизонтов, теперь обретя цель, мне несложно потерпеть.       «Меня радуют твои слова».       Последующие дни Эрагон каждое утро приходил на поляну и в течении нескольких часов занимался в одиночестве. Просто повторял снова и снова то, что успел освоить. Вечерами он тренировался с Муртагом и Насуадой, те делали успехи. Всаднику не удалось скрыть от них свою озабоченность после недолгих расспросов, мужчина рассказал им о произошедшем.       Муж и жена отреагировали на удивление сдержанно, ограничились только словами сочувствия, без укоров. Эрагон был им за это благодарен.       С каждым днём всё сильнее портилась погода. Сезон бурь отрезал остров от остального мира. Ближайшие пару месяцев не стоило ожидать прихода кораблей с товарами, те бы ни за что не пробились сквозь шторма.       Девятым днём после исчезновения Рилла, Всадник опять пришел к пустому месту тренировки, наставник всё не давал о себе знать, даже через Сапфиру. Дождь лил как из ведра, а ветер обрывал с деревьев последнюю листву. Непогода, обычно разыгрывавшаяся к вечеру, сегодня началась с самого утра. Эрагон, игнорируя пронизывающий ветер выполнял Танец Чёрной змеи, но холод одолевал, мокрое тело коченело под пронизывающим северным ветром. Желая хоть чуть-чуть согреться, мужчина решил пробежаться до утеса и обратно пару раз. Припустившись, что есть духу, он побежал, заставляя кровь быстрее двигаться по жилам. Когда полоса деревьев кончилась, мужчина невольно остановился. Кое что изменилось в сером монолите. У основания каменной стены непонятно откуда, появилось, что-то вроде каменной арки. В принципе, раньше бы Эрагон не обратил на неё внимания, но не после того как ему пришлось взбираться на этот утёс. В тот раз её не было! Подойдя в плотную Всадник приложил руку к камню внутри арки. Такой же как и везде. Попробовал нажать, но тот не поддавался.       — Что за фокусы, Рилл?! — пробормотал мужчина. Очевидно, что это дело рук наставника, но что дальше? Граммари вряд-ли сработает. Наверняка это какой-то урок…       Внезапная догадка посетила Эрагона, сначала он её отмёл, посчитав нелепой, но подумав чуть больше, решил: А чем преисподняя не шутит?!       — Учитель, могу я войти? — твердо произнес он.       — Я даже не знаю! — раздался сзади ироничный голос. — С одной стороны, мне нравится такое неожиданное уважение, а с другой, мне не нужен ученик с воспалением легких.       Всадник резко обернулся. Рилл был там. Спокойно стоял скрестив руки на груди и слегка улыбаясь.       — Учитель!..       — Позже. Давай зайдем внутрь. Тут просто собачий холод!       Воин подошел к арке и легонько пнул камень. Тотчас, ровно посередине появилась щель и монолит, распавшись двумя створками раскрылся внутрь. Рилл пошел вперёд, засветив над головой светящийся шарик и Эрагон поспешил за ним. Двери за их спинами бесшумно закрылись. Мужчина повел ученика длинным коридором, казалось выплавленным внутри породы. Пол под ногами был идеально ровным, порой сменяемый короткими лестницами. Через несколько минут они вышли из коридора, по видимому в зал, но из-за малого количества света, Эрагон не мог ничего разглядеть точно, несмотря на эльфийское зрение.       — Как вы тут ходите?! Ни зги не видать!       — Знаю, — отозвался Рилл. — Сюда не проникает солнечный свет абсолютно.       Он хлопнул в ладоши и вместе с эхом по залу покатился свет.       Эрагон восторженно раскрыв глаза, увидел, как своды пещеры начали светиться теплым, желтоватым светом и в этом свете перед Всадником предстал огромный зал. Приглядевшись к стенам, мужчина заметил что светится не весь камень, а только сеть прожилок пронизывающая породу по всему своду.       Пещера была необъятной, хоть уступала в масштабе Фартхен-Дуру, гораздо больше тронного зала Урбаена, здесь без затруднений мог бы летать крупный дракон, не ощущая стесненности в пространстве.       — Это место — поразительно! — воскликнул Эрагон. — Ты и вправду великий маг, раз смог создать подобное!       — Ничего великого здесь нет, — отмахнулся Рилл. — Пещера здесь была до меня, я лишь доработал её. Следуй за мной.       Мужчина повёл его вдоль стены к неприметному коридору, ведущему куда-то вниз, спустя двести шагов, он разделился: одно ответвление вело дальше в глубь, а второе в просторный, но весьма уютный зал, который на поверку оказался жилищем Рилла. Кровать, притаившаяся в уютной каменной нише, рабочий стол и пара кресел, пара сундуков, очаг с горящим в нем пламенем, и… Сапфира уютно расположившаяся на полу.       «Эрагон! Ты пришел! Удивительное место, правда? Он тебе уже рассказал что он Серый?!» — протараторила она.       — Что?!       — Спасибо Сапфира. — проворчал Рилл. — Вместо постепенного и лаконичного подведения вывалила всё разом! Изумительно!..       — О чем она?! — перебил его Эрагон. — Что значит «Серый»?! Неужели ты из…       — Серого народа, — закончил за него мужчина. — Точнее из тех, кого в Алагейзии так называют.       — Но… Как такое возможно?! А много ещё вас?       — Немало. Могу сказать точную цифру: семь тысяч семьсот семьдесят девять. Правда будь моя воля, на одного было бы меньше…       — Откуда такие точные цифры?       — Эрагон, — Рилл посмотрел ему в глаза. — Перед продолжением твоего обучения, я должен тебе кое-что рассказать. О мире, о природе магии… и о себе. И я буду благодарен, если ты позволишь мне сделать это последовательно и постепенно.       Глубоко вздохнув, пытаясь унять нервное возбуждение, Всадник кивнул.       — Отлично, садись, — мужчина предложил ему кресло, а сам сел напротив. — Для начала, мы зовемся не Серым Народом, а Пепельными Стражами, не знаю почему, в Алагейзии это имя исказилось. Возможно дело в неграмотном прочтении. Я упоминал раньше о семи магических школах, так вот, это не просто альтернативная магия, с этой магии начался мир. Именно с помощью этих сил, Творец, Создатель, дал жизнь нашему миру, в далекие, незапамятные времена.       — Рилл, ты же знаешь, я не верю в богов…       — Не важно во что ты веришь! — немного резко ответил воин. — Всё было именно так, и тому неоспоримое доказательство — мое существование! Если позволишь продолжить, поймешь почему.       — Прости.       — Прощаю. Так вот, на заре времен, когда жизнь пробудилась лишь недавно и даже у древних эльфов не сохранилось преданий о тех днях, в молодой мир вторглось зло. Орды исчадий тьмы из других миров заполонили Энарию, Алалию и Алагейзию, а может и другие земли. Народы мира были не в силах противостоять им, и тогда Создатель совершил последнее творение. Из пепла пожаров он сотворил тех кого ты называешь Серым Народом. Великие и могучие, в них был отзвук той силы, что создавала мир. Первым делом они очистили от тьмы Алалию, эта победа далась довольно легко. Затем ни поделились на несколько отрядов, как я знаю, один отправился в Алагейзию. Демоны, упивавшиеся властью и вседозволенностью не ожидали когда по ним ударил железный кулак стальной Пепельной дружины…       — Как они достигли другого материка? — спросил Эрагон. — Или творец ещё и корабли им сотворил?       — Нет, кораблей не было, — улыбнулся Рилл. — Нам они не слишком то и нужны. Впрочем, проще один раз показать, чем десять раз рассказать!       Поднявшись с кресла, мужчина вышел в центр зала, глубоко вдохнул. На миг, Эрагона ослепила вспышка яркого света, а когда он снова смог посмотреть на Рилла, того уже не было! На месте человека стоял… Дракон! Крупный, гораздо больше чем был Глаэдр при жизни, чешуя его отливала сталью. Ящер склонил голову заглядывая Всаднику в глаза и тот услышал в голове голос Рилла:       «Как видишь, корабли нам не особенно нужны. На своих двоих мы всё равно быстрее любого корабля!» ***       Измира наблюдала как внизу проносятся мили лесов Дю Вельден Вардена с нескрываемым трепетом. С самого раннего детства она могла часами слушать рассказы дяди об этом удивительном краю, грезя о том что-бы однажды увидеть его своими глазами, и теперь у нее появилась возможность сделать это! Их небольшая группа летела без перерыва уже больше суток, все чувствовали усталость, но командир — Нар Гарро, ургал и самый первый ученик Эрагона решил, что лучше им потерпеть, но быстрее добраться до столицы, где можно будет отдохнуть как следует.       «Волнуешься, сестра? — услышала девушка голос Тиана».       «Немного, — честно призналась она. — Я столько раз слышала про это место, про эльфов живущих здесь и я боюсь, что всё будет не так, как я себе представляла. И ещё, я не знаю…»       «Как вести себя с королевой? — закончил за неё дракон».       «Да, — ответила Всадница. — Я ведь знаю, что связывает её и дядю, знаю как он страдал последние годы, но как быть мне…»       «Если ты хочешь моего совета, то я скажу, ты можешь относиться к королеве Арье, так, как сочтешь нужным, но для начала узнай её лично, создай свое мнение, не основанное на словах и чувствах других людей!»       Девушка улыбнулась и прижалась к шее ящера.       «Почему в нашей с тобой паре, сдержанность и здравомыслие всегда исходят от тебя?»       «Всё просто: Мой мозг физически больше твоего, логично, разума во мне больше!»       «Но ведь и твое сердце больше моего, а значит ты должен быть эмоциональней меня».       «Сердце — лишь орган качающий кровь в моем теле, чувства рождает разум. У трезвого ума и чувства трезвые».       «И все-же ты зануда!» — усмехнулась Измира.       «Приму как комплимент!»       Примерно через час, в древесном море стали появляться просветы, в которых были видны жилища эльфов. Наконец, они увидели просторную поляну, где их уже ожидали воины во главе с Даэтхедром.       Шестерка драконов приземлилась в подготовленном месте и их всадники сразу же спешились, Нар Гарро встал во главе их группы, Измира позади него, Ургал поприветствовал эльфа:       — Атра эстерни оно тельдуин!       — Морранр лифа унин хьятра онр! — продолжил традиционную формулу Даэтхедр.       — Ун дю оваринья оно варда! — закончил Гарро. — Для меня и моей группы большая честь оказаться в заповедных чертогах Эллесмеры!       — Наш народ счастлив принимать вас снова, Гарро. Как я знаю, нынче среди вас есть и те, кто впервые оказались под сенью наших деревьев?       — Именно так, Измира дочь Катрины, племянница самого Владыки Эрагона со своим драконом Тианом!       — Я неимоверно счастлив приветствовать вас сегодня Измира Шуртгал. — Вопреки словам, голос эльфа был едва ли не скучающим. Он смерил девушку изучающим взглядом.       — Благодарю Датхедр Водхр, — коротко ответила та.       Маленькая кавалькада двинулась в центр столицы возглавляемая Советником королевы. Измира отошла в самый хвост, пораженно глазея по сторонам.       — Будь осторожна со сдешними обитателями, негромко сказал Гарро, поравнявшись с ней. — Здесь не Илирия, не Роран. Эльфы не такие как другие.       — О чем вы, командир?       — О том, что всю жизнь тебя твой дядя оберегал от таких как этот, — ургал коротко кивнул вперед, на шедшего впереди эльфа.       — Может вы предвзяты?       — Может и так, — согласился Всадник. — Для нас ургалов, говорящих только то что мы хотим сказать, слововетвия эльфов кажутся вероломностью и обманом, но предвзятость не значит заблуждение. Просто следи за тем что и с кем говоришь. И по возможности избегай их мужей совета. Ты племянница Эбритхиля — лакомый кусок для интриг. Если что-то случится, я не смогу тебя защитить.       Девушка посмотрела на командира. Она всегда уважала его. Первый ученик Эрагона, несмотря на горячую кровь своего народа, на поверку был очень рассудительным и сдержанным воином. Когда она была маленькая, он бывало развлекал ее легендами и песнями своего племени, они были друзьями — маленькая девочка без родителей и ургальский воин переживший в четверо больше зим чем она, но всю жизнь проживший в своем маленьком поселении. Когда он закончив обучение уехал, ей долго его не хватало. Большой радостью для неё оказалось, когда прибыв в Тирм она в первый же день встретила старого друга в цитадели, тогда же он и предложил ей присоединиться к отряду эскортирующему яйца по городам. Они с Тианом согласились.       — Хорошо Гарро, я буду осторожна. По крайней мере постараюсь.       — Очень надеюсь, — кивнул ургал. — Нам следует помнить, что любая наша ошибка, в первую очередь ударит по эбритхилям.       Вскоре Всадников привели к их временным жилищам, чтобы те немного перевели дух и освежились перед приветственным пиром.       «По твоему лицу вижу, ты озадачена, — сухо прокомментировал Тиан Измиру, пока та переодевалась».       «Возможно, — уклончиво ответила та. — Думаешь дядя приказал Гарро взять меня в отряд?»       «Я точно знаю, что нет. Несмотря на то, что он очень за тебя переживает, Эрагон уважает тебя и не станет действовать за спиной. В частности я, знаю это от Сапфиры Эбритхиль».       «Надеюсь, ты прав».       На пир Измира оделась в строгий камзол всадника, хотя у неё и возникла мысль надеть платье, в котором она была на свадьбе Муртага и Насуады, но решила, что не стоит слишком выделяться.       Пир проходил во дворце Тиалдари. Гостей усадили за большой стол в главном зале, помимо них там присутствовали члены верховного совета, а также представители самых знатных семей Эллесмеры. Всадников усадили по бокам от величественного трона стоящего во главе стола, что, как шепнул на ухо Измире Нар Гарро — было большой честью. Гости и хозяева сели за стол, но к еде никто не притронулся, все ждали…       — Прошу внимания!.. — громко произнес слуга от внутренних дверей.       В зал гордо вошла, в развивающемся бархатном плаще, украшенном лебединым пером, а кроваво алом платье, королева Дю Вельден Варидена…       — Арья Дрёттинг! — провозгласил слуга. ***       — Невероятно! — пораженно прошептал Эрагон. -Глазам не верю! Ты умеешь превращаться в дракона?!       — Не совсем так, — произнес Рилл снова приняв человеческий облик. — Оба обличья являются моим естеством. За это нас ещё прозвали «двуедиными».       Эрагон нахмурился.       — Ты солгал нам, что твой корабль затонул?       — Да, — без обиняков ответил мужчина. — Решил что объяснять всё, будет сложнее и дольше.       — Много ещё было лжи в твоих словах?       — Кто знает, — улыбнулся Рилл. — Я, как учитель, говорю то, что вам следует услышать. Мне продолжить?       — Да, пожалуйста.       — Хорошо, я остановился на том, что Пепельные разделились на несколько отрядов, чтобы отбить другие земли. По правде, тут особенно много и не рассказать. На Энарии пришлось тяжко, твари, усвоившие урок Алалии подготовились к бою, и одна битва превратилась в затяжную войну, в которой полегли почти все наши, прежде чем убить последних демонов. Выжило только двое. В Алагейзии очевидно не выжил никто, раз они так и не дали о себе знать, но видимо, они сделали то что требовалось. И, каким-то образом оставили в наследие вам — Граммари.       — Ты не знаешь?! Но разве ты не был при всем этом?..       — Нет! — рассмеялся Рилл. — Я не настолько стар.       — Но ты сказал, что выжило только двое, я подумал ты один из них.       — Ты ошибся, к тем двоим я отношусь только косвенно. Мне всего лишь сто тридцать восемь лет, и я физически не мог видеть всего того, что тебе рассказываю, но я говорил с одним из тех двоих. Так вот, когда финальный бой был кончен в живых остались только двое Пепельных Стражей, творец явил свою силу в последний раз. Из праха погибших восстали семь тысяч семьсот семьдесят семь детей Пепла, но они уступали по силе своим предшественникам. Каждый из них мог обуздать лишь одну магию, не беря в расчет Граммари. Они были пеплом пепла и выжившие двое, стали вождями нового народа. Создатель напоследок завещал им хранить мир, самоотверженно вставать на защиту живущих в нём, а также пообещал, что всякий кто пробудет «на посту» тысячу лет, сможет отправиться в край покоя. Закончившие службу улетают за море и им открывается невидимая другим дорога в страну где живут поколения их предков и ждут своих детей… Только вожди неизменно остаются на Энарии, сменяя друг друга каждые пятьсот лет: Один становится вождем народа, в то время, как второй, погружается в глубокую медитацию и его дух переносится также — в край покоя.       — Я никак не пойму, где во всём этом ты?       — Нигде. Моя история началась относительно недавно, как ты помнишь, особенно в сравнении с историей Ордена Пепла.       — И всё же, не верится мне, что твоя роль — малая. Если по твоим словам, после войны с тьмой остались лишь двое… Не знаю как сказать, из первого помёта?       — Поколения, пусть будет первое поколение.       — Хорошо, остались лишь двое из первого поколения, тех, кому доступны все семь магий, откуда взялся тогда ты?!       — О, — мужчина усмехнулся чему-то понятному ему одному. — Этим вопросом задавались очень многие и единственное к чему они пришли — я аномалия, порожденная необходимостью. Видишь ли, живое не может быть без изъяна, то же самое можно сказать и о Детях Пепла. Около шестисот лет назад, в ордене произошел раскол, причем, как это не унизительно, рожденный примитивнейшей мотивацией. Тот из двоих, что нес бремя вождя в то время, решил что хватит нашему народу тратить свои жизни на то чтобы защищать народы Энарии, раз уж мы наделены такой грозной силой, не лучше ли покорить их своей воле? Большинство его не поддержало, но нашлись и сторонники, кажется тысяча или около того, им позволили уйти, не желая кровопролития, но лично я думаю что зря!       — Почему?       — Потому что ублюдки в недалеком будущем столько крови пролили, страшно подумать. Надо было прирезать их пока была такая возможность, но старейшины школ испугались, — в лице Рилла так и читалось презрение. — Их слабость пришлось в итоге разгребать другим! Отщепенцы ушли далеко на юго-восток, за Рваные горы, где до поры, до времени сидели относительно тихо. Я говорю «относительно», потому что несмотря на то, что за горы они не высовывались практически, все земли по ту сторону Рваных, со временем ублюдки подмяли под себя. Но к моменту моего рождения, Исторгнутые утратили остатки скромности, а их амбиции стали разрастаться на всю Энарию.       — И началась война? — спросил Эрагон, увлеченный рассказом.       — Началась. Правда не сразу. В открытое противостояние все перешло лет десять назад, и я был его непосредственным участником. Вот собственно и всё, — мужчина рассмеялся. — Я только что вкратце, пересказал тебе историю мироздания до нынешних дней! Какое неуважение к прошлому!       — Но ты так и не рассказал о себе! — заметил Эрагон.       — Разве? — вопросительно поднял брови Рилл. — А мне показалось что рассказал.       — Я думал ты расскажешь о природе своих сил, о том откуда ты родом и как ты участвовал в войне!       Воин тяжело вздохнул.       — Порой забываю как невыносимо утомительно быть учителем! Хорошо, уговорил. Но дай мне перевести дух, а лучше перекусить. Между прочим я не ел со вчерашнего дня! Пойдем в столовую, там дорасскажу.       Всадник поднялся с ужасно удобного кресла вслед за учителем, на выходе из зала он оглянулся на Сапфиру, но та, уже слышавшая все рассказанное Риллом раньше, сладко спала.       — Что ж, теперь я знаю насколько скучно звучит мой голос, — раздался смешок за спиной. — Пойдем, пусть спит. У неё утром был трудный урок.       Коридор несколько раз разветвлялся и Эрагон не мог сказать куда вели остальные ходы, но тот по которому они шли, несколько раз уходил вверх и вскоре привел их к пещере с длинным, но узким окном в одной из стен. Глаза привыкшие к подземному полумраку не сразу смогли привыкнуть к свету льющемуся из него. Весь центр помещения занимал деревянный стол, по бокам от которого стояли длинные скамьи, в боковой стене обнаружилась дверь ведущая в кладовую и зайдя туда, Эрагон даже присвистнул от удивления.       — А ты не бедно живешь! — на ровных каменных стеллажах, занимавших собой все стены лежали самые разнообразные яства, от окороков и колбас, до сушеных грибов, и больших голов сыра. На полу покоились мешки с мукой, картофелем, кадушки с соленьями. От запахов еды в животе Эрагона даже заурчало.       — Скоро зима, без запасов её не пережить.       — Я понимаю запасы, но тут тебе зим на десять!       — Не считай чужой еды! — воскликнул Рилл. — Я свободный и одинокий мужчина, ем столько, сколько хочу!       С этими словами он взял голову сыра и мешок с сухарями.       Сев за стол, отрезал кинжалом хороший кусок, надкусил и принялся с явным насаждением жевать.       — Угощайся, — предложил он ученику. Тот не заставил себя уговаривать, также присоединившись к трапезе.       — Что я там обещал рассказать?       — О себе.       — Обо мне, — пробурчал Рилл. — Ты невыносимо любопытен!.. Ладно, слушай, но только коротко. Родился сто тридцать восемь лет назад, в хорошей семье. В семнадцать я потерял их и больше никогда не видел, тогда же встретил своего наставника, одного из достойнейших людей, из всех кого я знаю, бывший глава тайной службы Легара, ушедший в отставку подальше от всего что было при дворе. Я был неотступно с ним десять лет, он показал для меня очень многое, но самое главное, дал мне возможность научиться самому, набив личные шишки. Я благодарен ему за то, что он не попытался сделать из меня — себя, а позволил превратиться во что-то новое!.. Так вот, через десять лет обучения, я отправился в «одиночное плаванье», конечно мы потом пересекались с Мастером, но к сожалению не так часто. К тому моменту я в совершенстве знал Огонь, Ментальную магию, Анирьяр чуть хуже. Еще лет восем слонялся по миру, обучаясь всему чему мог, набираясь опыта и ввязываясь в неприятности! — Рилл улыбнулся. — Неприятностей было много, но, как видишь, из всех переделок я выбрался, завел несколько полезных знакомств, нажил врагов, ничего особенно интересного. К сорока годам вокруг меня образовалась ватага таких же отщепенцев и изгоев, как я. Со временем, мне пришлось их обучать, так как я был лучшим воином из всех нас и вскоре меня избрали командиром. Так было положено начало моему отряду, который люто ненавидят сотни и боготворят тысячи. Признаюсь тебе, более всего в жизни горжусь тем, что основал Черных Мечей…       — Что?! — воскликнул Эрагон. — Ты король Черных Мечей?!       Мужчина смерил ученика подозрительным взглядом.       — Я признаться удивлен, что ты слышал о Мечах. Но откуда?       — Экспедиция Гальбаторикса. Командир вёл дневник, который впоследствии попал к Муртагу, а он дал его мне. Буквально недавно, правда.       — Ах да, — перебил Рилл. — Как же я сразу не догадался! Сэр Галор Слэр, таки доплыл до родины. Только он, а следом за ним и ты, неверно поняли мое звание. Я не король, а командир. Правда некоторые меня зовут вождем, подражая Ори, но этого я не поощряю.       — В своем дневнике он писал что под твоим началом было больше тысячи воинов, это не тот небольшой отряд, который я представлял себе, с твоих слов.       — Это уже твои заблуждения, я тебе численности Чёрных Мечей не называл, но чтоб ты знал, — на лице мужчины показалась плохо скрываемая гордость. — Их гораздо больше тысячи! Когда Исторгнутые наконец начали войну, на спуске с гор их встретили восемь с лишним тысяч Чёрных Мечей!       — Ты говоришь о войне, произошедшей десять лет назад?       — Да.       — Но у тебя получается большое белое пятно в рассказе, что было между войной и основанием отряда?       Рилл усмехнулся.       — Много всего, но это лишь события, они не отвечают на вопрос, кто я. Если вкратце: постепенно моя дружина росла, мы завели базу, где могли натаскивать молодых. со временем у меня стали водиться неплохие деньги, но так как, я не из тех кто умеет «жить-поживать-добро-наживать», мне пришла в голову мысль как потратить скопившиеся средства. Отправившись на невольничий рынок я выкупил всех рабов оттуда. Доставив их на нашу базу, мы обеспечили их всем необходимым и стали обучать воинскому делу и ремеслам на их выбор, выучили грамоте. По окончании же обучения, те кто пожелали примкнули к нашим рядам, иные же научившись делу по сердцу, разбрелись по миру свободными людьми. Кстати, учитывай тот факт, что всё что я тебе сейчас рассказал — большая тайна! Даже под страхом смерти любимых тебе людей, ты никому об этом не должен рассказывать.       — Даю слово! — твердо произнес Эрагон.       — Принимаю. В общем, до самой войны я был занят в основном делами отряда. Также за это время успел освоить школы Земли и Энергии. Позволь не буду описывать в деталях тебе саму войну, скажу, что по итогу, мы отчихвостили Исторгнутых по самое небалуй, их лидира взяли в плен, а также попутно выяснили что я не просто уникум, способный к нескольким школам, а… — Рилл грустно улыбнулся. — Последыш первого поколения. Новый вождь. Но с этими старыми занудами я не ужился. Растолкав заспавшегося предводителя, сделал ноги куда подальше, решив впервые за все времена пожить в покое. Купил усадьбу и десять лет оттачивал три новые для меня магии, а также открывшуюся для меня вторую грань моего существа.       — А что потом? — спросил Эрагон.       — А потом мне стало скучно! И я отправился за море, к землям о которых лишь слышал от других. Но не достигнув их, я встретил двух бестолочей, ставших моими учениками. Вот собственно и вся моя жизнь, в кратком пересказе.       Мужчина поднялся из-за стола, оставив недоеденную еду и направился к выходу, давай понять Эрагону, чтобы тот следовал за ним, но тот остался на месте, задумчиво глядя в спину наставника.       — Всё что ты мне рассказал — правда?       Обернувшись Рилл улыбнулся:       — Может быть. А может я выдумал всё, от начала и до конца. Но я прошу тебя, верь мне!