Тень твоих сломанных крыльев

      Сегодняшний день был страннее, чем другие, ведь мой гость вёл себя максимально тихо. Он сидел около телевизора и уделял всё своё внимание идущему по нему сериалу. Он закидывал в себя поджаренные сухари — то, что он уже научился делать — и молчал. Пока я делал домашку, меня устраивала тишина, но позже я забеспокоился… — Чего такой задумчивый? — наконец спросил я, откладывая в сторону учебник. — Я просто смотрю на бегающие картинки. С чего ты взял, что я задумчивый? — По его лицу скакал свет от экрана; моргал Уильям всего раз в несколько минут. Он закрылся своими крыльями, поджал колени к груди. — Просто ты слишком спокоен. Такое — редкость для тебя. — Я легонько улыбнулся, но ангел не ответил на мою улыбку. — Не хочешь поиграть во что-нибудь? — нашёлся я. — Я не умею, — монотонно произнёс ангел, опуская голову ниже так, что его волосы закрыли лицо. Эх, надо бы привести его в порядок уже. — Воины не играют в игрушки. — А ты не воин, — фыркнул я. — Сейчас ты мой сожитель. И меня беспокоит твоё поведение. Мы будем играть, — твёрдо сказал я, поднимаясь с места и подходя к тумбе со всякой мелочёвкой. — У меня точно где-то была настольная игра…       Ангел повёл плечами, я услышал, как он что-то проворчал себе под нос. Не нужна мне тут грустная пернатая субстанция посреди квартиры. Пусть лучше развеется, окунется получше в мир людей. Хочет он или нет, а ему тут ещё жить. Нужная коробка оказалась в моих руках весьма быстро, так что уже через несколько минут мы с Уильямом были на кухне и сидели за одним столом. Я раскладывал карту и фишки, а он скептическим взглядом окидывал всё это. — Это глупости, — устало произнёс он. Я лишь глянул на него, улыбнулся и достал правила: — Смотри: бросаешь кубик и ходишь на то количество клеток, которое тебе выпало. Ты можешь попасть на специальные зоны, на которых будет что-то написано, так что нужно будет ещё и сделать написанное. Выиграет тот игрок, который первым дойдёт до финиша. — И в чём смысл? — Уильям смотрел на меня, чуть приподняв бровь. — В веселье? — усмехнулся я. — Давай, ты первый!       За окном шёл снег. Свет на кухне создавал ощущение дня, хоть за окном и была темнота. Я сидел на стуле, внимательно наблюдал за ангелом, который бросил кубик и неуверенно подвинул свою фишку вперед. Я кивнул, чтобы подбодрить его. Уильям фыркнул, подпёр подбородок ладонью. Пусть он и делал замученное лицо, но я видел, что ему всё нравилось. И в игре ангелу везло гораздо больше, чем мне. Уже через несколько ходов он начал улыбаться, его действия были всё более уверенными. Жёлтые глаза к концу игры загорелись, ведь их обладатель честно победил в этой «бумажной схватке». Уильям глянул на меня, поднялся со своего места, а потом перегнулся через весь стол, чтобы секундами позже обнять ладонями моё лицо и поцеловать меня. Я отшатнулся от него, получил в ответ удивлённый взгляд. — Ты чего? — тихо спросил ангел, быстро моргая ресницами. Я прищурился, скрестил руки на груди. Ну почему он не может понять таких простых вещей? — Я говорил тебе, что нельзя лезть целоваться к человеку без его согласия. — Выражение лица Уильяма поменялось, он выпрямился, не забыв задеть своими крыльями столешницу у холодильника. Лампочка замигала, но я решил не обращать на это внимание. — То есть, — фыркнул он, — я не могу поцеловать своего соулмейта? Когда меня сбросили с неба к тебе, я не могу делать то, что мне хочется?! — Он оперся обеими руками о стол, мне стали видны его ключицы, выпирающие через светлую кожу. Бинты неприятно зашуршали, а те, которые были на правом плече, начали разматываться тонкими полосками. — Нет. — Я сердито глянул на него. — Я тебя знаю всего три дня! Как я могу целовать незнакомца? — Я — твоя родственная душа! — вспылил ангел. — Я тебе не незнакомец! — Лампочка стала мигать сильнее, из дверцы холодильника на пол потекла вода, а сломанная микроволновка запищала. — Я тебя совсем не знаю! Хочешь поцелуев? Так жди, пока я полюблю тебя! — Я поднялся с места, упёрся взглядом прямо в горящие жёлтые глаза напротив. Чёрные волосы падали на его лицо, брови чуть подрагивали. Уильям зарычал, всплеснул руками, я заметил что его губы легонько шевельнулись, но ни одного звука не сорвалось с них. Он быстрым шагом куда-то ушёл. В гостиной открылось окно, а затем послышался громкий хлопок. По полу потянуло морозом. В голове моей что-то щёлкнуло, поэтому я быстрым шагом пошёл за ангелом. Прекрасно. Он сбежал. Вышел в окно.       Чёрт, у него ведь крылья перебиты, а на улице начиналась метель… Лампочка у ближайшего фонаря снова была разбитой, машины у подъезда мигали и орали сигнализацией. На земле лежали большие сугробы, через которые люди пытались пробраться. Я потёр пальцами виски, а потом пошёл одеваться.

***

      Я взял с собой одеяло. Этот глупый ангел ведь попал на улицу практически раздетым. Надеюсь, его никто не видел. А если он себе снова ничего не сломал — то это уже будет праздником. Куда идти — я не имел ни малейшего понятия. Я просто шёл туда, куда меня несли ноги. Снег неприятно забирался прямо под воротник, колол щёки будто осколками. Дороги были нечищенными, люди стояли в пробках на машинах. Кажется, сегодня утром по новостям передали штормовое предупреждение.       Ветер становился сильнее, но я шёл дальше. Снег совсем не хотел расступаться передо мной. И я не знал, сколько я бродил по улицам, пока не увидел что-то странное в переулке главной улицы. Фонари не горели в радиусе пяти метров, по снегу тянулись длинные линии. Я пошёл за ними, пока эти линии не стали похожими на ямы. Вдалеке, почти у самой стены здания в переулке, лежала гора, присыпанная снегом. Я побежал туда, стараясь захватить ртом хоть немного воздуха так, чтобы не попал снег. Но, увы, это были лишь пакеты, присыпанные снежком.       Я пошёл дальше. В моих мыслях был полнейший беспорядок. Этот глупец мог подхватить воспаление лёгких! Чем он вообще думал, когда сбегал?! Но спустя несколько минут я нашёл того, кого искал: Уильям был в парке. Он лежал среди деревьев, его крылья снова находились в неестественном положении. Я максимально быстро побежал к нему, чуть не подвернув ногу. Ангел тяжело дышал, со сгиба одного его крыла на снег лилась кровь. Снежинки застревали в перьях и волосах, а тело дрожало от холода. — И что ты такое выкинул?! — выкрикнул я, осторожно накидывая на него одеяло. Только от этого лучше не стало. Тело всё так же дрожало. Снег прилип к штанам со всех сторон, кожа покраснела от мороза. — А если бы я тебя не нашёл?! — Я пальцами обхватил его подбородок, поднял за него голову выше. Ресницы были прикрыты, в уголках глаз собрались слёзы. — Больно? — уже тише спросил я. — Ты не представляешь, насколько, — прошептал он пересохшими губами. Я помог ему подняться, повёл к ближайшей скамейке. Через несколько секунд мои ботинки оказались на его ногах, а сам я в носках стоял на снегу. Ветер неприятно дул прямо в лицо. Я осторожно укутывал это ходячее бедствие в большое одеяло.

***

      Дома Уильям всё ещё продолжал дрожать. Я снова пересматривал весь интернет в попытках найти хоть одну хорошую новость, но все мои опасения подтверждались — крылья были сломаны окончательно, и на их восстановление уйдёт очень много времени. Я повёл ангела в душ, сам же придерживал его под струями горячей воды. Волосы слипались от влаги, глаза были опущены. Радовало только то, что старые раны не открывались. — Не волнуйся, мы тебя вылечим. — Я старался сам верить в свои слова. Жёлтые глаза совсем угасли. — Завтра уже привезут одежду. Я заказал для тебя специальную, чтобы крылья не пришлось беспокоить.       Но Уильям молчал. Он лишь иногда бросал взгляды на свои потяжелевшие от воды перья. Я сделал глубокий вдох, потянулся к полотенцу, висящему рядом. Вроде, это чудо успело отогреться. В своей спальне я перематывал и фиксировал его крылья, чтобы кости правильно срастались. Ангел громко шипел, но не сопротивлялся. Бинты плотно прилегали к повреждениям, мазь под ними прилипала к белым нитям. Маховые пёрышки местами повыпадали. — Что ж я за ангел такой, раз летать не умею? — вздохнул Уильям, накрывая лицо ладонями. Я с сочувствием глянул на него, завязав последний бантик на бинтах, а затем сел рядом с ним. — Ты просто пока не в форме. Пообещай мне, что больше не будешь летать в метель, пожалуйста. Ты мог погибнуть. — Я зачесал его волосы назад, открывая вид на поникшее лицо. — Всё с тобой будет хорошо, но позже. Это минусы жизни на земле. — У меня было дохрена полётов. Я мог в воздухе сражаться сразу с полчищем демонов и бесов, а тут… Со снегом, мать его, справиться не смог. Ты бы не расстроился? — Он глянул на меня, но позже зажмурился. — Как же меня всё это раздражает. — Тебе нужно отдохнуть, — перевёл тему я, легонько улыбаясь. — Ложись пока спать. Я буду в гостиной. Если станет плохо — зови меня, хорошо? — В спальне было уютно. Простыни манили к себе, но я понимал, что сегодня моя кровать снова должна принадлежать не мне. Уильям кивнул, забрался под одеяло и принялся взглядом сверлить потолок. Я поднялся со своего места, а затем вышел из комнаты, выключив свет. Меня ждала тяжёлая работа…

***

      За ночь я переставил почти всю мебель так, чтобы Уильям мог спокойно ходить по квартире. Ещё больше вещей оказалось выставлено на лестницу. Я оставил только всё самое необходимое. Так пространства стало и правда больше. Потом я приготовил ангелу завтрак — нормальный, а не то, что он обычно ел по утрам. Шорох из своей комнаты я услышал в девять утра, поэтому отправился туда.       Ангел смотрел на падающий снег за окном. Лучи редкого солнца проникали в комнату, добавляя белого света. — Доброе утро. Ты как? — тихо спросил я, потирая свои глаза. — Уже лучше? — Всё так же паршиво, — хриплым голосом ответил Уильям, морща нос. Я медленно кивнул, подошёл к своему шкафу. Оттуда я достал вещи для себя, быстро оделся и прихватил с пола свой рюкзак. — Я в колледж пойду. Постараюсь вернуться пораньше. — Я тихо зевнул, ещё раз потёр глаза. — Увидимся вечером. И будь осторожнее. — Ангел всё это время внимательно следил за мной, прищурив глаза. Но он всё же что-то пробормотал в ответ.       А в колледже я уснул, упав лицом в тетрадь.