Имя, вплетённое в Вечность

      Ночь медленно-медленно таяла, постепенно уступая место новому дню. Звёзды потихоньку гасли, а верхушки леса стали понемногу выделяться на фоне тёмного неба. До рассвета оставалось три часа…       В лесу стояла тишина, которая казалась густой из-за царящей вокруг темноты. И тем ярче казался костёр, который ярко горел на дне глубокого котлована, вырытого непонятно когда и кем.       Возле костра, прижав колени к груди, сидела девушка и задумчиво смотрела на танцующее пламя. В свете его красноватых языков можно было хорошо рассмотреть её тёмные волосы, спадающие на спину, и сосредоточенное лицо: тонкие розовые губы, длинные ресницы, глаза медового оттенка, в которых то и дело отражался огонь…       «Как же быстро летит время… только вчера мне, кажется, было пять лет, и я лишь недавно научилась читать следы зверей на снегу, а сегодня мне уже исполняется восемнадцать! А ведь Феникс говорил мне…» − подумала девушка и посмотрела на лежащего рядышком друга.       Феникс мирно спал, положив голову на лапы – совсем как настоящий домашний пёс. В принципе, он таким и был, только вот обладал таким большим размером, что Эвальнора — так звали девушку — ездила на нём верхом. А так он был самой обычной собакой бело-рыжего окраса с добрым нравом. Но рыкнуть иногда всё-таки мог.       Девушка улыбнулась. Сначала её очень забавляла перспектива кататься на Фениксе верхом, в то время когда он уже морально готовился к предстоящему обучению (или мучению, кому как). Погрузившись в приятные воспоминания, Эвальнора не заметила, как из своего детства «перепрыгнула» в чью-то чужую жизнь.       …Девочка лет восьми. Со светлыми волосами. Держит в руках небольшой лук. Стоит на опушке леса, а невдалеке темнеют высокие ели. Слева от неё сидит Феникс, взгляд его строг и серьёзен. Он слегка наклоняет голову. Девочка достаёт из колчана стрелу, поднимает лук, прицеливается. Секунда – и стрела поражает мишень. «Молодец, очень хорошо», − раздаётся в голове голос Феникса. От радости девочка начинает прыгать и обнимает своего огромного друга, чуть не утонув в его густой шерсти. Эта девочка – она, теперешняя Эвальнора, но задолго до… до чего?       Картинка меняется. Уже нет никакого леса, лишь бескрайняя степь. По этой степи бежит Феникс, а на его спине сидит девушка и пристально смотрит куда-то вдаль. Длинные русые волосы развеваются на ветру, доспехи, в которые одета девушка, блестят на солнце. И это – тоже она. Когда-то давно…       И вновь картинка становится другой. На смену степи приходит какой-то большой город с высокими зданиями, которые закрывают солнце, отчего в узких переулках царит вечный полумрак. Эвальнора сама не помнила, что это за мир и как давно она здесь была. И почему опять она?        Из-за угла выглядывает девушка, одетая в серое пальто и такого же цвета берет, из-под которого выбиваются каштановые волосы. Через мгновение из-за того же угла показывается голова собаки. Ага, это же Феникс! А он заметно уменьшился…       Девушка и собака выходят из-за угла и сворачивают куда-то влево. Вскоре они растворяются в непроницаемой тьме переулка. И снова это была Эвальнора!       Девушка открыла глаза. Небо уже немного порозовело. До рассвета оставалось два часа.       Эвальнора вернулась к своим странным воспоминаниям. Уже не первый раз в её памяти всплывали картинки чьей-то чужой жизни. Но почему же она чувствовала, что это была и её жизнь? Сейчас она опять видела трёх абсолютно разных людей, но понимала, что это была она. Такая у неё была особенность. Феникс особо не распространялся, откуда это взялось, но и от ответа не уходил, если уж она шла в атаку, донимая его этим вопросом. Он объяснял ей, что она не живёт жизнью обычного человека и что роль в этом мире у неё другая, особенная. Отсюда и взялась её способность помнить прошлое других людей. Но это прошлое одновременно принадлежало и ей. «Ты – глава одной большой-пребольшой книги и целая книга одновременно. Сейчас это трудно понять, но потом ты сама во всём разберёшься», − слова Феникса порой ещё больше озадачивали её. Но она терпеливо ждала. Феникс обучил её владению мечом, топором, луком, а также — заклинаниям и прочим колдовским вещам, в том числе секретам стихий. А вопрос оставался открытым…       «Ты специально так рано проснулась? Как знала, Эвально, как знала…» − услышала девушка голос в голове. Только одно существо называло её так. Хотя, кроме него, у неё никого и не было.       Феникс сел возле девушки. Вслух он говорить не мог, и поэтому разговаривал с Эвально через мысли: его голос словно звучал в её голове.       − Да так, решила проводить ночь и встретить рассвет. До него, кстати, меньше двух часов осталось.       − А до твоего рождения – меньше часа…       Девушка весело засмеялась. Она родилась за час до рассвета. И каждый год Феникс будил её и поздравлял. Правда, она, не до конца проснувшись, что-то бурчала в ответ и снова зарывалась в одеяло. Только утром, выспавшаяся, она осознавала всю радость этого дня.       − Ты удивлён, что я сама проснулась?       − Знаешь, я даже рад, что ты уже бодрствуешь. Мысли прояснились, а тебе сейчас придётся узнать кое-что очень важное…       Эвальнору будто ударило током. Неужели сейчас она узнает то, что не давало ей покоя столько лет?       − Да, ты правильно думаешь, − задумчиво произнёс Феникс, − а теперь слушай внимательно. Помнишь, я говорил, что ты не живёшь жизнью обычных людей? Так вот, когда-то ты была таким человеком. Тебе было чуть больше двух с половиной. Ты погибла в пожаре и стала, как здесь выражаются, Тенью. И уже из Тени ты стала той, кто ты есть сейчас. Пока тебе всё ясно?       Девушка только кивнула в ответ. Феникс продолжил:       − Но и здесь всё не так просто. Помнишь свои странные воспоминания? Все люди, которых ты там видела – действительно ты.       − Но как?       − Сейчас я тебе всё объясню. Наша Вселенная состоит из миллионов и миллионов миров. И в каждом из них существует Добро и Зло. Они постоянно должны быть в балансе. А теперь вспомни, как я рассказывал тебе легенду о больших весах. Так вот, жизнь в каждом из миров и есть такие весы. На одной чаше – Добро, на другой – Зло. И надо постоянно следить за равновесием. И тогда Высшие Силы решили создать того, кто будет этим заниматься. Так и появился Страж Баланса. К нему приставили Хранителя. Как ты уже поняла, Хранитель – это я…       − А я – Страж Баланса?       − Да. Но слушай дальше. Страж Баланса появляется в том мире, где равновесие между Добром и Злом начинает нарушаться. Он должен восстановить его любой ценой. А цена порой оказывается слишком высокой, − посмотрел Феникс девушке в глаза. – Мы называем это «Лезвие ножа».       − Что это значит?       − Когда вражда между кем-нибудь достигает апогея, у Стража из всех возможных вариантов остаётся лишь один – умереть ради мира и спокойствия в этом мире. Но это не значит, что надо лезть на рожон в каждой «удобной» ситуации, объясняя, что вот оно «всё». Как правило, такое решение приходит в голову только тогда, когда уже действительно «всё». Хранитель погибает вместе со Стражем.       От этих слов девушку бросило и в жар, и в холод. Перед глазами снова мелькнули воспоминания: каменная стена, огонь, дым, лязг мечей… в суматохе битвы ничего нельзя было разобрать. А затем Эвальнору пронзила боль. Последнее, что она смогла осознать – падение неизвестно куда. А потом…       − Эвальнора! – раздался голос Феникса.       − Я здесь. Просто задумалась над «Лезвием ножа»…       − Но благодаря ему и появляется новый Страж.       Девушка непонимающе посмотрела на Феникса. Как то, что убивает, может создать что-то новое? До этого у неё было слишком много вопросов, теперь же – слишком много ответов.       − Когда Страж и Хранитель погибают, они всё равно возвращаются, но каждый по-разному. Я – просто воскресаю, возрождаюсь из пепла, а ты – перерождаешься. Я не меняюсь вот уже несколько тысячелетий, а ты каждый раз возвращаешься в другом облике. И все девушки, которых ты видела в воспоминаниях – твои предшественницы. Все они носили твоё имя. Все они погибли в раннем детстве. Все они повторили судьбу тех, кто предшествовал им.       − Но что же случилось с ними потом?       − Они становились звёздами, которые указывали людям верный путь. Как видишь, их обязанность не сильно изменилась. И вот настал твой черёд стать Стражем Баланса. Все эти годы я готовил тебя к этому. На твоей стороне стоят все силы этого мира, все стихии. Восемнадцатилетие – важный момент в жизни каждого Стража. Отсчёт лет по меркам простых людей прекращается, и Страж остаётся вечно молодым. Скажи мне, Эвальнора, ты готова?       Девушка не ответила сразу. Сначала она осмыслила всё, что сказал ей Феникс. И затем неожиданно для себя открыла, что не боится. Её не пугали ни трудности, которые встанут на её пути, ни даже «Лезвие ножа».       − Да, я готова!       − Тогда приветствую тебя, новый Страж Баланса!       В ответ на слова Феникса подул ветер – верный спутник рассвета.       − Вот он – предрассветный час, − довольно произнесла девушка, подставляя лицо струям ветра.       − Значит, время пришло! – произнёс Феникс, подталкивая Эвальнору.       Через несколько минут пёс с девушкой уже неслись по лесу, встречая новый рассвет.

***

      День пролетел быстро. Растворившийся в быстром беге, он медленно близился к завершению.       Феникс и Эвальнора сидели у костра, уставшие, но бесконечно счастливые, и вспоминали разные истории, в которые они попадали. Внезапно Феникс насторожился. Эвальнора и сама почувствовала неладное.       − Феникс, что-то происходит?       − Происходит, и абсолютно не то, что должно происходить. Прислушайся.       Эвальнора сосредоточилась и попыталась уловить любой, даже самый малый шорох.       − Да, слышу. То ли плач, то ли брань…       − Скорее, всё вместе. И совсем недалеко от нас.       − Думаю, мы должны идти.       − Всё ты правильно думаешь. Надевай капюшон.       Девушка накинула на голову широкий капюшон, скрывающий лицо. Достала из ножен меч, осмотрела его, а затем вложила обратно.       − Вперёд! – тихо произнесла она, садясь Фениксу на спину.       Под покровом темноты пёс и девушка подкрадывались к месту, откуда слышались голоса и плач. Перед их взором предстала лесная опушка, на которой толпой стояли люди: женщины, дети и старики.       − Всё верно, отсюда слышались голоса, − произнёс Феникс. – Ты…       − Готова, готова! Вперёд, мы должны помочь!       Покинув защищавшую их тень, Феникс и Эвальнора вышли на опушку.       − Приветствую вас, неизвестное племя! – громко произнесла девушка. – Расскажите мне о вашей беде, и я помогу вам.       Слова Эвальноры прозвучали настолько внезапно, что все находившиеся на опушке люди одновременно повернули к ней и без того испуганные лица.       − Ты – демон?! – крикнул кто-то из толпы.       − Я вижу, вы напуганы, но меня вам бояться не стоит. — Голос Эвальноры смягчился. – Я хочу помочь вам, вы можете мне верить.       В толпе послышался шёпот, и спустя несколько мгновений вперёд вышла высокая женщина. Она была уже немолода, но держалась, как истинная королева. Она склонила в знак приветствия голову, обрамлённую длинными чёрными волосами, и произнесла:       − Моё имя Ваэль, я – жена предводителя этого народа.       Эвальнора скинула капюшон и поклоном поприветствовала Ваэль.       − Что же приключилось с вашим народом, Ваэль, что вы вынуждены скрываться ночью в тёмном лесу?       − На наше поселение напали наши враги – вервольфы. Они ворвались в город. Наши мужчины сейчас отчаянно борются с ними, пытаясь защитить наш дом.       При этих словах у Эвальноры заныло сердце. Люди и вервольфы, а точнее, их нескончаемая вражда – вот причина её пребывания в этом мире. Не один Страж отдал свою жизнь, пытаясь положить конец постоянным стычкам этих двух племён. Да только все жертвы и старания были напрасны: враги так и оставались врагами, лишь ненадолго приостанавливая бесконечные сражения. Но потом они с новой силой и с новой жестокостью сходились в беспощадных боях.       − Ведите меня к вашему поселению! – уверено сказала Эвальнора.       − Но там опасно!       − Я знаю, как остановить вервольфов. Ведите!       Ваэль, хоть на её лице читалось сомнение, противиться не стала.       − Кто пойдёт вместе с нами? − спросила она соплеменников.       После недолгих споров идти решили все вместе: кто знает, какие опасности таит в себе наступающий грозной стеной вечер.       Вскоре на горизонте появились первые очертания башен города, а через несколько минут он стал виден полностью. Перед Эвальнорой и Фениксом предстала жуткая картина: город, освещаемый факелами, являл собой цитадель страха и ужаса. То тут, то там слышались крики людей, рычание вервольфов, лязг клинков…       На секунду у девушки перехватило дыхание. Снова воспоминания… Она осторожно наклонилась к Фениксу и спросила:       − Как будем отталкивать их от пропасти, когда они в шаге от края?       − Любым способом! Думай, Эвально, думай!       − Простите, − вмешалась в разговор Ваэль, − вам понадобится наша помощь?       Голос её заметно дрожал. Она переживала, очень сильно переживала. За своего мужа, за всех воинов, за весь свой народ…       Эвальнора ещё немного посовещалась с Фениксом, а затем ответила:       − Нет, ваша помощь не нужна. Я только попрошу вас отойти вот к этой рощице и ни в коем случае из неё не выходить! Мы с Фениксом подойдём прямо к городу. С какой стороны ворота в город?       Ваэль указала, в каком направлении они должны идти.       − Будьте осторожны…       Феникс и Эвальнора тут же скрылись из вида. Через несколько минут они уже достигли городских ворот. Из рощицы их было хорошо видно. И пёс, и девушка застыли, опустив головы вниз. Все со страхом ждали, что произойдёт дальше…       В этот же миг раздался вой. И это были не вервольфы. Пёс и девушка издавали страшный, леденящий душу вой.       На минуту стало тихо. Потом послышался ответный вой, и к воротам приблизился предводитель вервольфов. Феникс и Эвальнора снова завыли. В этот раз на их вой отозвалась вся стая. Далее произошло то, что очень сильно удивило и людей, прячущихся в роще, и воинов в городе. Возглавляемые своим вожаком, вервольфы побежали вслед за Фениксом и Эвальнорой. Вскоре вся стая скрылась в вечерней мгле. На несколько минут лес погрузился в тишину.       Ваэль пристально смотрела вдаль, будто надеясь там кого-то увидеть.       − Мама… − голос, внезапно разрезавший тишину, заставил её вздрогнуть.       − Эрик! Сын! Как вы? Ты не ранен?       − Всё хорошо. Я в полном порядке. Но как вы здесь оказались? Отец же приказал уходить в лес.       Ваэль хотела уже всё объяснить, но её прервал непонятный шорох. Через несколько секунд из-за кустов появились Эвальнора и Феникс.       − Ваэль, вервольфы ушли, вы можете вернуться в город. Я смогу чем-нибудь вам ещё помочь?       − Полагаю, что нет. Ах, Эвальнора, спасибо тебе!       − Благодарю и вас за добрые слова. А теперь я вынуждена покинуть вас…       − Нет! – вмешался в разговор Эрик. — Отец хотел видеть того, кто спас наш город от нападения вервольфов.       − Право, я польщена таким вниманием, но, боюсь, мне надо уже идти…       − Эвальнора, прошу тебя, побудь с нами хоть немного, − вставила Ваэль. Она пристально смотрела на девушку, словно видела в ней кого-то знакомого. До боли знакомого...       Эвальнора наклонилась к Фениксу.       − Мы должны остаться?       − Думаю, что придётся. Но ненадолго.       − Хорошо, − подняла голову девушка, − я принимаю ваше приглашение, но в стенах вашего города пробуду недолго.       Ваэль кивнула. Через несколько минут все уже входили в город.       Эвальнора с ужасом осматривала его: улицы, заваленные камнями, разрушенные строения, валяющиеся всюду щиты, мечи, поломанные копья, осколки разбившихся стёкол, растёкшиеся пятна крови… В центре города высился дворец. На площади перед ним стоял высокий мужчина в латах – вождь этого народа. Он не был стар, но волосы его поседели, а глаза смотрели сурово. Окружённый своими воинами, он молча смотрел на приближающихся жену, сына и незнакомую девушку, возле которой шёл огромный пёс. Вся процессия остановилась в нескольких шагах от предводителя. Эрик вышел вперёд и учтиво поклонился.       − Отец, эта девушка спасла наш город от вервольфов. Ты хотел видеть её.       Вождь кивнул и подошёл ближе.       − Как зовут тебя, спасительница?       − Эвальнора.       − От имени всего моего народа выражаю тебе благодарность. Подойди ко мне.       Эвальнора сделала шаг вперёд и протянула руку. Предводитель уже хотел было коснуться губами её пальцев, как вдруг замер и с интересом начал разглядывать её руку.       Девушка, недоумевая, посмотрела на Ваэль и Эрика. Они были удивлены не меньше.       − Таэсел, что ты делаешь? – обратилась к супругу Ваэль.       − Подожди, Ваэль! – оборвал её предводитель и начал пальцем вычерчивать на руке Эвальноры какие-то линии.       − Прошу прощения, но что вы делаете? Отпустите мою руку! – попыталась освободиться девушка.       Предводитель поднял голову. Он разительно изменился, его взгляд перестал быть холодным и отрешённым. В его глазах блестели… слёзы?       − Либо я потерял рассудок и сейчас вижу призрак, либо свершилось чудо, − произнёс он дрожащим от волнения голосом.       − Отец, что происходит? – произнёс, подбегая к нему, Эрик.       Но он будто и не слышал слов сына.       − Двое детей у меня было… сын и дочь… Эрик и… Эвальнора, − Таэсел посмотрел девушке прямо в глаза. – Но моя дочь погибла в пожаре. По вине проклятых вервольфов! И вот она вернулась к нам!       − Почему вы думаете, что я ваша дочь? Вы ошибаетесь!       − Я не могу здесь ошибаться. Смотри: у тебя на руке пять родинок. Если правильно их соединить, получится пятиконечная звезда. Такая звезда была на руке только у моей дочери. Эвальнора, дочь моя, оставайся с нами!       − Нет! Я… я не могу! Это невозможно! Я не живу той жизнью, которой живёте вы!       − Что ты такое говоришь? Ты боишься вернуться к нам? Отбрось эти страхи, мы примем тебя такой, какая ты есть!       − Нет, вы не понимаете, не поэтому я не могу вернуться. Я не ваша дочь. Она... умерла ещё в детстве, её путь закончился слишком рано. Она теперь там, в Вечном сумраке. А я даже не человек, я – её Тень! Всего-навсего ожившая Тень! Я не смогу жить здесь, с вами, с живыми людьми! Простите меня, но… я должна идти.       − Эвальнора…       − Прошу, не умоляйте! Судью можно сменить, да приговор не отменишь. Не тешьте себя пустыми надеждами. У меня свой путь, и с вашим он никогда не пересечётся. Прошу вас, позвольте мне уйти.       Воцарилось молчание. Все ждали, что скажет вождь.       − Иди… − ответил ей Таэсел и отвернулся.       − Прощайте, − тихо произнесла Эвальнора и накинула капюшон на голову. Сейчас ей хотелось одного – просто уйти отсюда. Хотелось вернуться в своё маленькое пристанище, скрытое в котловане. Забраться в свой шатёр. И, закрыв глаза, осмыслить всё произошедшее.       Вскоре город остался позади. Эвальнора ехала на спине Феникса и молчала, как и сам Феникс. В воздухе повисло неприятное безмолвие.       − Эвально, − позвал девушку Феникс, − ты как? Переживаешь из-за того, что произошло в городе?       − Не то чтобы переживаю, просто какое-то странное чувство внутри...       − Не укоряй себя. Ты не могла помнить своих родителей, слишком маленькая ты тогда была. А я нашёл тебя уже в Вечном Сумраке.       − До меня случалось что-то подобное?       − Не могу утверждать, что нет. Просто ты первая, в ком человек признал своего родственника. Но ты не это хочешь у меня спросить…       − Верно. Меня сейчас интересует другое.       − Говори.       − Правильно ли я поступила?       Феникс не ответил. И что он мог ей ответить? Сказать, что всё хорошо, и предложить забыть об этом, как о плохом сне? Теоретически, отговорка неплохая, но не для человека, который только что видел тех, с кем вынужден находиться в вечной разлуке. Страшные сны не всегда забываются, что уж говорить об этом?       Феникс молчал. Возможно, первый раз в жизни он не был уверен в своих словах. Но он решил сказать то, что думал. Без философских изречений и прочих мудрых наставлений. Иногда правду сказать важнее, и сейчас был именно тот случай.       − Я не знаю, правильно ли говорю. Прошу, не думай, что я сейчас пытаюсь сложить с себя обязанности. Но ответь сама себе: что заставило тебя уйти?       − Феникс, давай посмотрим правде в глаза: я не смогла бы жить с ними. Не умею я жить по законам их мира. Не знаю, как это. А они не знают, как живу я. Останься я там, мы бы только зря мучили друг друга. Да, сначала все бы радовались: свершилось чудо, вернулась та, которую считали безвозвратно потерянной... но потом всем стало бы очень тяжело. Я не могу так поступить. Я знаю, они очень любили свою дочь. И любят до сих пор. Но я никогда не заменю им её. Можно быть похожим на кого-то, но быть им – невозможно. Я не смогу любить их так, как любила бы она. Я люблю их по-своему − как людей, которым просто желаю счастья. Именно поэтому мне нужно было уйти. Я не смогу сделать их счастливыми, находясь рядом, но я могу защищать мир, в котором они живут. Быть может, это принесёт им хоть какое-то утешение. Это всё, что я могу для них сделать.       − Думаю, ты и без меня уже сама во всём разобралась…       − Я Страж Баланса. И ни один мир не может быть моим домом! Такая у меня судьба, но я благодарна за то, что она у меня хотя бы есть.       − Знаешь, ты первая, кто настолько быстро свыкся со своей ролью. Многие не говорили подобного и спустя десять или пятнадцать лет, а от тебя я это слышу уже через несколько часов! Сейчас ты права во всём. А теперь слезай с меня, мы приехали.       Действительно, вот он котлован, а вон виднеется шатёр. И поблёскивает водная гладь небольшого прудика.       Через несколько минут костёр уже весело пылал, а Феникс и Эвальнора о чём-то увлечённо спорили. Так было всегда. Каким бы тяжёлым ни был их день, заканчивался он обязательно дружеской беседой. И особенно бесценной она была тогда, когда на сердце не лежали тяжёлые думы. Хотя сегодняшняя беседа, прерванная очередной битвой людей и вервольфов, затянулась за полночь.       − Ладно, Эвально, отдыхай, а я пойду в обход. После того сражения надо бы приглядеть за обеими сторонами. Тебя уже трогать не стану. Спокойной ночи.       − Будь осторожен, − девушка ласково обняла пса за шею.       Через несколько минут он уже исчез в ночной мгле.       Эвальнора ещё чуть-чуть посидела у костра и уже хотела отправляться спать, как вдруг услышала непонятный шорох.       «Это не Феникс, от него не бывает столько шума. Кого же это принесло?» − подумала девушка, пытаясь хоть кого-нибудь разглядеть в темноте.       Снова шорох. Откуда-то слева. Девушка вытащила меч и затушила костёр. В одном сражении она сегодня уже побывала, неужели сейчас будет ещё одно? Ничего не скажешь, отметила день рождения!       На краю замаячила тёмная фигура. Ночью Эвальнора видела в темноте не хуже кошки, так что тут же поняла, кто это был.       − Эрик, стой! – только успела крикнуть девушка.       Эрик, как ошпаренный, отпрыгнул от края.       − Эй, здесь есть кто-нибудь? – спросил он.       − Здесь есть я, и я стою на дне котлована, край которого в паре шагов от тебя. Так что стой на месте, если не хочешь свалиться вниз и свернуть себе шею!       − Но мне нужно поговорить с тобой!       − Лучше не надо, мы друг друга не поймём. Лучше сделай три шага назад, развернись и беги отсюда.       − Эвальнора, пожалуйста! Мне очень нужно разобраться во всём! Я уверен, только ты можешь помочь мне.       Мольба о помощи. Не первая за сегодня. Но она должна помочь. И тут в её голове возникла идея: через Эрика она попытается если не искоренить, то хотя бы приостановить вражду между его народом и вервольфами, заставить их задуматься. Девушка махнула рукой в сторону костра, отчего он разгорелся вновь, и сказала Эрику:       − Спускайся сюда, справа от тебя ступени.       Через несколько минут Эрик уже стоял напротив неё. Они с интересом разглядывали друг друга. Как же они были похожи! Одно лицо, словно брат с сестрой.       Эрик внимательно смотрел на Эвальнору. Медового цвета глаза, чуть вздёрнутый нос, правильный овал лица – он словно смотрел в зеркало.       − Мы с тобой так похожи…       − Эрик, не надо! Я уже говорила, что не смогу вернуться. Я не твоя сестра.       − Но почему же?       − Объясняю на простом примере. Ты, когда в зеркало смотришь, видишь что-нибудь?       − Отражение.       − А вне зеркала отражение существовать может?       − Нет… − осторожно ответил Эрик, не понимая до конца, к чему ведёт Эвальнора.       − Так вот, я – просто отражение. И живу я в своём своеобразном «зеркале» и не могу его покинуть. Ты меня об этом спросить хотел? Если да – то историю моей жизни я уже рассказала.       − Нет, я хотел поговорить с тобой о другом.       − О чём же?       − Я пришёл узнать, кто ты и как ты узнала о нападении на наш город.       − Я почувствовала чужой страх. Он вывел меня на опушку, где я и нашла твоих соплеменников. Твоя мать рассказала, как они сюда попали. Потом мы вернулись к городу. Дальше знаешь сам.       − Но почему ты решила помочь?       − Я не выбираю, помогать или нет. Я обязана это делать.       − Почему ты так думаешь?       − Эрик, − вздохнула Эвальнора, − я тебе сейчас кое-что расскажу. Обещай, что запомнишь это на всю жизнь!       − Даю слово.       − В нашей Вселенной бесчисленное количество миров. В каждом из них существует Добро и Зло, которые надо постоянно держать в равновесии. А в вашем мире это равновесие оказалось нарушено. Вашей нескончаемой борьбой с вервольфами.       − Но они нападают на наш город!       − Не перебивай! Для начала ответь мне, почему они нападают. − Эвальнора строгим взглядом посмотрела на Эрика. – Не знаешь? Тогда я отвечу: они так защищаются. Да, не удивляйся. У них есть своя стая, свой вождь, свои традиции, даже свои семьи – поверь, им тоже есть, что терять. Так что не расценивайте их как безжалостных монстров. А знаешь ли ты, из-за чего началась ваша вражда? Нет? А я знаю. Когда-то давно-давно ваш народ обосновался там, где сейчас находится ваш город. А по соседству с вами жили вервольфы. С самого начала вы никак не мешали друг другу. Места хватало всем, ничего делить не приходилось. Но постепенно ваше племя, как и племя вервольфов, расширялось, нужны были новые территории. Тут-то и начались столкновения, которые продолжаются и по сей день. А теперь посмотри на итог: территории, из-за которых всё и началось, не достались никому, а вы всё ещё воюете. И что же это за вражда? Дань предкам? Жуткая традиция? Безумное развлечение?       − Но ведь они напали первые! – настаивал на своём Эрик.       − Кто сказал? Старейшины вашего племени? А вот вервольфы утверждают, что первые напали вы! Пойми, вас нельзя разделить на «плохих» и «хороших», вы все виноваты в равной степени. И если вы не прекратите эту бесконечную резню, вашему миру не поможет ни один Страж.       − Какой страж?       − Как я уже говорила, необходимо следить за равновесием Добра и Зла в каждом мире. В этом и заключается обязанность Стража Баланса. Я – одна из них.       − И как же ты следишь за этим самым равновесием?       − Я перемещаюсь из мира в мир и появляюсь всегда там, где нужна. В вашем мире я нахожусь уже более пятисот лет.       − Как? Тебе же только восемнадцать! – Эрик уже не мог сдержать своего удивления.       − Я перерождаюсь. Когда погибает Страж, он потом возвращается, но в другом облике. Заново Хранитель обучает его всему необходимому. В восемнадцать лет Страж начинает выполнение своего долга. И так – до «Лезвия ножа».       − Что это значит?       − До самой своей гибели. И, поверь мне, ради окончания вашей войны погиб не один Страж.       − Но как же вы нас защищаете? Почему мы увидели только тебя? – вспылил Эрик. – Всё это время на поле боя встречались только мы и вервольфы! И никаких Стражей или как вы там называетесь!       − Если вы не видели, то это не значит, что нас там не было! − почти сорвалась на крик Эвальнора. − А теперь попытайся вспомнить историю вашего народа: каждое серьёзное сражение с вервольфами либо заканчивалось сразу после начала, либо не начиналось вообще! Полистаем пыльные страницы летописи! Вспоминай: три тысячи тридцать восьмой год по традиционному летоисчислению, битва за Левобережье. Ваши войска уже хотели переправиться на другой берег, где стояли готовые к атаке вервольфы, но тут началось ужасное наводнение. Обе армии были вынуждены отступить. Было такое, или я нагло перевираю историю? – Эвальнора посмотрела на Эрика строгим, пылающим взглядом.       − Было, − ответил он. – Но к чему эта лекция?       − К тому, что чуть ниже по течению, на середине реки, на небольшом скользком камне стоял Страж Баланса и пытался не дать состояться этому сражению. И у неё не было выбора: бросить это всё и уйти, либо остаться и довести дело, которое, может быть, вразумит вас, до конца.       − А что было дальше? – спросил, скучая, Эрик.       − Она утонула. Войска успели отойти от реки дальше, а ей бежать было некуда. − Эвальнора отвернулась. – Тебе нужны ещё примеры?       Эрик не ответил. Всё думал над рассказом Эвальноры.       − И такая судьба у каждого Стража, − при этих словах Эрик вздрогнул. – Вы все живёте своей жизнью и даже не подозреваете, что кто-то постоянно следит за вами и пытается спасти вас! Страж смотрит на ваш мир, страдающий от нескончаемых сражений, и старается не дать вам разорвать его в клочья окончательно. Эрик, − девушка подняла голову и посмотрела юноше в лицо, − пойми, здесь всё взаимосвязано. Ты спрашивал, почему я не вернусь. Я не привязана ни к одному миру, меня не назовёшь ни человеком, ни эльфом, ни кем-то ещё. Я просто Тень, которой на какой-то момент дали возможность существовать вне Вечного Сумрака. Дали возможность принять чей-либо облик. А взамен я должна исполнять поручение Высших Сил – следить за Балансом Добра и Зла. Друг без друга они не существуют.       Девушка потянулась к стоявшему возле неё кувшину и налила себе в пиалу немного воды. На минуту огонь осветил её лицо. На щеке блестела одинокая слезинка. Эрик тяжело вздохнул: ему было безумно жаль Эвальнору, но и отца он ослушаться не мог... В этот момент где-то наверху послышался шорох. Эрик посмотрел на стоящие поблизости деревья. Нельзя было терять ни секунды. Он всё-таки решился.       − А что это за звуки?       − Какие звуки? – спросила Эвальнора, делая очередной глоток.       − Там, наверху. Это призрак?!       Эвальнора, не выдержав, повернулась и посмотрела в указанную Эриком сторону. Он, пользуясь моментом, быстро достал свою флягу и влил какую-то жидкость в пиалу, а затем так же быстро спрятал её.       − Это просто филин. Фантазёр, − ответила ему девушка и сделала ещё один глоток.       Юноша ждал, что будет дальше. Эвальнора как-то странно посмотрела на пиалу. Эрик уже испугался, что она обо всём догадалась.       − Что ты мне… − Эвальнора договорить не успела. Сон сковал её.       Эрик подхватил девушку на руки и быстро побежал прочь, к спрятанной в лесу лошади.