Я ненавижу тебя

      Я продолжал сверлить глазами мокрый асфальт. Мне показалось, что я стою так уже минут пять, а чувство остолбенения все не проходит, ноги будто ватные, что он сделал со мной? Ко мне настолько давно никто не прикасался, что меня накрыло от таких объятий. Тупой Фрэнк Айеро, нужно держать все под контролем, нужно быть пустышкой, как и все. Моё самобичевание под начинающимся дождём прервал еще один удар в плечо, ну вот, кажется, моя крыша едет в ебеня. Становилось истерически смешно от этой ситуации, но я сдерживался, еще не хватало попасть в психушку из-за нервного срыва. - Блять, кто еще?! - Не сдержавшись, прошипел я. - Эй, Фрэнки, ты чего? Моё сознание немного прояснилось. Знакомый голос, точно, Торо. Никогда я еще не был так рад этому вечно улыбчивому кучерявому придурку. Он был единственным, кто мог понять то, что творилось в моей голове. - Ты в порядке? - Грустно спросил он, протягивая свой зонтик в мой бок. - В полном, - рыкнул я, скрывшись за большой спиной этого парня, будто оградив себя от взглядов окружающих.       Да, конечно я мог бы сейчас затирать про то, как же неуверенно я вру, и какой я трусливый, и что путь в актёры мне был закрыт еще тогда, когда в детстве любой косяк я выдавал тут же, но это того не стоит. Рэй всегда чувствовал, когда я вру, а я знал, что он никогда не будет выпытывать у меня причину моего состояния. Я благодарен ему за это, я молюсь каждый день о том, чтобы этот человек продолжал защищать меня от окружающих, удерживать монстра внутри моего тела.       Весь оставшийся путь мы шли уже бок о бок. Торо любил при разговоре смотреть мне в глаза, ну а я всегда смягчался от его просьбы, выходя в его поле зрения. И все было бы как прежде, если бы не непонятное чувство тревоги в душе. Я часто оглядывался, пару раз спотыкался, отчего даже Рэй не сдержал смешок в мою сторону. - Влюбился что ли? Моему возмущению не было предела. В кого мог влюбиться такой как я? Разве что в свою гитару. Не сказать, что я был великим музыкантом, но она заменяла мне весь этот мир по вечерам, когда сгущались сумерки. Да, я слишком люблю этот потёртый кусок дерева со струнами и отдал бы всё, чтобы посвятить этому всю свою жизнь. - Нет, с чего ты взял? У тебя странное представление о людях, Торо. - Ну, ты какой-то не такой, ещё вреднее, чем обычно... Будто бы ждешь, пока та самая выбежит из-за угла и вцепится в твои пухлые щечки! Ага, выбежит обкуренный парень и начнёт лезть обниматься… Господи, что ещё за «пухлые щечки»? Рэй Торо, ты меня пугаешь! Все это утро меня пугает! Я попытался не выдать своего напряжения, поэтому продолжал тупо шутить и оглядываться. Я даже начал задумываться о том, нет ли у нас в роду параноиков. Наверное, есть, я точно. В мою голову лез этот мерзкий, но симпатичный зеленоглазый комок. Бррр... Нет! Фрэнк, приём, о чем ты думаешь?! Совсем не понимаю, что на меня нашло, совсем не понимаю того парня.

***

      До начала урока истории оставалось еще около 15 минут, поэтому я, как обычно уселся за любимую первую парту, на которой благополучно сидел в гордом и блаженном одиночестве. Рэй несомненно был мне лучшим другом, но чувствовать на себе взгляд Миссис Линды не был готов даже самый отбитый хулиган этой школы. Да, я один такой идиот-отличник с очень плохим зрением. Я готов был пожертвовать чем угодно, даже своей свободой, лишь бы не носить те уродливые очки, приобретённые моей «любимой мамочкой».       Время текло так медленно, что я уже начал принимать позу для сна, но Линда остановила мои попытки расслабиться, заставив поместить карты на высоченной доске. В первую очередь я, как обычно, должен был их хотя бы донести до нашего класса, чтобы снова не разбить нос. Не удивлюсь, если училка угорает надо мной со стороны во время этого процесса, даже мне забавно наблюдать перед своим носом лишь белую бумагу карт. Я кое-как донёс их, хотя всё-таки и споткнулся пару раз, уже открыто матерясь на всю школу. Теперь осталась самая сложная задача: повесить этот ужас. Одна карта далась мне очень легко, крючки были расположены низко, а вот со второй картой «Материков и стран» пришлось заметно помучаться. Я уже настолько отчаялся, что был готов позвать Торо на помощь, как вдруг почувствовал, что бумажное полотно вешается легко, будто я вырос сантиметров на 15. Нет, меня кто-то слегка приподнял. Стоп. Опять эти холодные пальцы на талии и знакомый запах одеколона… Я почувствовал приятную дрожь на своём теле и готов был быть изнасилованным прямо у доски, потому что объятия становились все крепче, а мне почему-то было слишком хорошо от них. - Быстро сдаёшься, дорогуша… - Прошептал хриплый сладкий голос, опалив мое ухо горячим дыханием, - Я всего лишь помог повесить карту, а ты готова отдаться так быстро? Я снова пришел в себя. Недолго думая, я вырвался из цепкого плена, одарив оппонента несильной пощёчиной. - Что, что ты блять делаешь?! - Выпалил я, сжимая карты, что есть силы. Мне казалось, что на нас обернулись все, даже люди из коридора. Наверное, я выглядел, как обиженная облапанная девчонка или недовольная жена со сковородкой, но разве это не распространяется и на парней? Я не был недотрогой, но такие открытые домогательства, ещё и со стороны парня, были точно не в моих планах. Пока нет. Передо мной стоял все тот же наглый брюнет худощавого телосложения, выше меня ростом, тот, что 20 минут назад заставил меня онеметь. Он снова ничего не ответил на моё недовольство, ехидно ухмыльнулся, и сел рядом с моим местом, нет, ну что за уёбок, что ему нужно?! Я остался стоять с остальными картами, непонимающе хлопая ресницами. Почему-то мои одноклассники быстро забыли об этом случае и толком не обратили внимания на этого гостя, хотя, тут никто не видит дальше своего носа, о чём я говорю. Даже Рэй так сильно увлёкся игрой, что не пришёл ко мне на помощь. Я был немного обижен на такой поворот событий. Продолжая развешивать карты, я все чаще слышал что-то в свой адрес от этого маньяка. Конечно, его голос был неплох, я бы сказал бархатный и нежный. Но, черт, еще одна шутка про мой рост и он отправится вниз с 3 этажа. - Зая, я могу снова помочь, если пожелаешь... - Будто промурлыкав, насмешливо произнёс он. Я же не отвечал на эти провокации и старался заниматься картами, которые уже плыли перед моими глазами от долгого разглядывания. Как только работа была окончена, прозвенел звонок и я сел на своё место, вжавшись в противоположную сторону парты. Если бы ни стенка, то я бы уже давно свалился на пол из-за своего соседа по парте. Миссис Линда быстро представила нового ученика. - Джерард… Уэй? - Он самый!- Нагло ответил черноволосый, бросая на меня короткие взгляды. - Ах, дааа... Мистер Уэй, надеюсь, вы сможете тягаться с самым умным учеником этой школы. Я заметно покраснел. Меня, конечно, часто хвалили, не скрою, но почему-то искренне выходило лишь у Линды. Она хороший человек, я остаюсь уверен в этом много лет. Джерард лишь потешно хмыкнул на её высказывание, кивнув головой.

***

      Кое-как отжив ещё три урока, я со спокойной душой попрощался с Рэем и направился в сторону своего любимого дома, от упоминания которого, уже хотелось блевать. Еще этот Уэй не выходил из головы. Умный, настырный, он тут же приобрёл авторитет в нашей недоразвитой школе, толком ничего не делая для этого. Учителя хвалили, ученицы безуспешно подкатывали и под конец учебного дня все только и говорили о нём. Не сказать, что меня это волновало, но почему-то, жутко бесило. Я находил его высокомерным и чёрствым. Он явно скрывал своё истинное лицо. Самые отвратительные качества в людях, которые я всей душой презираю. Подойдя к двери своего дома я остолбенел, мне стало вдруг страшно и обидно, неужели этот поганец заберёт у меня ещё и возможность поступить и укатить отсюда? Я останусь гнить со своей недалёкой матерью и старой гитарой? Нет, Джерард Уэй, ты напал не на того... - Я ни на кого не нападал... - Ответил парень, хлопая меня по плечу. - Джи?! Что ты тут опять забыл, следишь?! - Моё сердечко покорно ушло в пятки и просило передавать привет. БЛЯТЬ, БЛЯТЬ, БЛЯТЬ, я назвал его Джи, я ещё поплачусь за это, ух поплачусь... - Как ты меня уже заебал, господи. - С этого дня я тут живу и планирую ебать тебя каждый день, мой дорогой бра-тик, Фрэн-ки... С этими словами, он зашёл в мой дом, в мою гостиную, в мою жизнь, а я остался стоять, как долбоёб на улице, промокая под моросящим дождём в искреннем непонимании происходящего.