Наш цвет

      Всех существующих цветов достаточно, чтобы связать каждую пару людей, наделив их одним оттенком цвета. Он часто оказывается любимым цветом человека, который получил его, и иногда даже описывает его характер. Этот цвет начинает проявляться лет в шестнадцать, окрашивая ноготь на безымянном пальце левой или правой руки в едва различимый оттенок. На левой руке он обычно проявляется у девочек, а на правой — у мальчиков, но иногда случаются исключения. Впрочем, речь пойдёт не об этих исключениях. Важно знать, что при приближении к человеку со своим цветом, оттенок становится ярче, и не заметить его становится сложнее. Несмотря на то, что некоторые оттенки довольно-таки сложно отличить друг от друга, пары всё равно находят друг друга, так как при касании окрашенными ногтями абсолютно идентичных оттенков, цвет становится прозрачным. Да и сложно не понять, что тебя тянет к этому человеку. Даже если кто-то отрицает, что ему подходит человек с тем же цветом, подсознательно он понимает, что это его настоящая родственная душа.       Она давно наблюдала за ним, с первого дня их знакомства. Хотя, назвать это личным знакомством было нельзя. В первый день нового учебного года они стали студентами одного вуза и вместе с остальной группой собрались в отдельной аудитории, чтобы увидеть друг друга, узнать имена и даже начать общаться. Её ноготь, который до этого имел едва различимый и почти прозрачный тёмно-бирюзовый оттенок, стал таким ярким и выделяющимся, что его бы обязательно заметили остальные, поэтому ей пришлось прятать свои руки. Её взгляд упал на парня, устроившегося за второй партой, впереди неё. Было в нём что-то особенное. Она и тогда это почувствовала.       Когда новоиспечённые студенты разбирали свои студенческие билеты, она увидела, что его ноготь такого же цвета, как и её, и такой же яркий. Но начинать разговор с ним прямо сейчас она не хотела. Хотела сперва немного понаблюдать за ним издалека. Наблюдать за его действиями, узнать его характер, рассмотреть внешность и понять, почему люди с одинаковым цветом притягиваются друг к другу. Ведь они находят в своих вторых половинках что-то ещё кроме цвета?..       Она скрывала свой цвет под тёмным лаком, который полностью маскировал её ноготь. Сложновато было постоянно следить за тем, чтобы не лак не сошёл при нём, но она ещё не была готова к началу отношений — скромность и некоторый страх пока останавливали. Она не имела много друзей и не умела быстро и легко заводить новые знакомства, поэтому такой важный шаг казался сейчас трудным. Пока ей было было достаточно просто наблюдать за ним со стороны, особенно отмечая некоторые качества.       Он, как и она, не выделялся из остальной толпы. Такой же средний рост, тёмные торчащие вверх волосы, часто задумчивые серые глаза… Он тоже ходил в привычных для всех студентов джинсах и кофте потеплее, закидывал рюкзак на одно плечо и имел всего пару тетрадей для всех предметов. Несмотря на то, что он постоянно отвлекался на парах, разговаривая с друзьями или просматривая что-то в телефоне, парень всё равно умудрялся верно отвечать на заданные преподавателями вопросы. А ещё он постоянно таскал с собой какие-нибудь орешки или семечки и украдкой грыз их на парах, ни с кем не делясь. Если друзья рассказывали смешные истории, широко улыбался, а если грустные — поддерживал и искренне переживал.       Но самым чарующим был его голос. Низкий с небольшой приятной хрипотцой, но всё равно мягкий и почти всегда спокойный. Она не могла просто так слушать, как он объясняет решение предела у доски, и иногда даже прикрывала глаза, когда он зачитывал доклад по философии. А если случалось так, что он садился рядом и начинал во время лекции шептаться с приятелями, по всему телу пробегали мурашки.       Время шло, а она всё продолжала молча следить за ним, иногда перекидываясь парой фраз, если приходилось выполнять какую-нибудь работу в командах. Прошло уже три месяца с начала учёбы, когда тогда опавшие листья уже были скрыты под тонким слоем нетающего снега. В ясную погоду больше не было тепло, а студенты скользили по ледяным дорожкам. В тот день, когда шёл сильный снегопад, она оказалась с ним одна в лифте, едущем на последний этаж корпуса. Он отряхивал снег со своей шапки и из капюшона куртки, которую снова решил не сдавать в гардероб.       — Ну и погода, — недовольно выдохнул он, пытаясь найти в своём рюкзаке такое место, куда бы можно было положить слегка намокшую от растаявшего снега шапку.       Она легко улыбнулась, глядя на его правую руку. Ей нравилась такая погода. И впредь будет нравиться ещё больше. То, что она услышала от него, не было связано с учёбой, и значило, что он хотел поговорить с ней просто так, пусть это и была всего пара слов. Теперь она решила, что раскроет себя. К тому же терпеть и сдерживать желание прижаться к нему стало безумно тяжело. После этой пары должна была проходить лекция в большой аудитории, где парты с каждым следующим рядом поднимались вверх. Её планом было сесть перед ним так, чтобы он смог увидеть её ноготь. Пока цвет был скрыт под чёрным лаком, но с недавних пор она носила с собой средство для снятия лака и парочку ватных дисков, думая, что момент, когда она захочет показать себя, наступит неожиданно. А ведь всё так и получилось…

***

      Он заметил её ещё в первый день. Ноготь, который в его родном небольшом городе всегда имел едва заметный оттенок, приобрёл отчётливый и яркий тёмно-бирюзовый цвет. Но он не увидел среди всех рядом сидящих ту, чей ноготь имел такой же оттенок. Возможно, она просто сидела сзади, а может и в соседней аудитории, этого он точно не знал, но был уверен, что где-то рядом.       Уже на следующий день он увидел среди новых и ещё не совсем знакомых одногруппников её, ту, которая приковывала взгляд. Девушку с милым лицом и тёмными, почти чёрными глазами. Длинные и густые каштановые пряди казались тяжеловатыми для красавицы с такой хрупкой фигурой, но тем самым лишь добавляли ей шарма. Она улыбалась, прикрывая рот рукой и закрывая глаза. Пусть она и подкрашивала свои ресницы, он был уверен, что и без туши они у неё останутся такими же длинными и чёрными. Иногда она приходила в платье и надевала сапожки на каблуке, отчего становилась ещё краше и милее. Она говорила так тихо, что он не мог расслышать её голоса в коридоре во время перерыва, когда она говорила с подругами. Услышать её голос можно было на парах, когда преподаватель вызывал её к доске расписать решение задачи. Она часто решала задачи по линейной алгебре раньше остальных, заставляя его восхищаться её знаниями. А свои доклады она всегда читала без запинки, хорошо готовилась перед выступлением. Однако она была слаба в истории, в особенности в датах, поэтому всегда опускала глаза, когда преподаватель задавал ей вопрос, на который она не знала ответа.       Он не подходил к ней, потому что не был уверен, что она тоже смотрит на него. Когда бы он не посмотрел на неё, её взгляд был направлен в сторону. Они сталкивались друг с другом взглядами слишком редко и лишь на пару мгновений, случайно. И её ногти всегда были покрашены тёмным лаком, увидеть под которым цвет было просто невозможно. Но игнорировать своё желание быть с ней с каждым днём становилось всё сложнее.       До самого наступления зимы он не решался заговорить с ней просто так, без какого-либо повода. Несмотря на притяжение и учащённое сердцебиение при мыслях о ней, у него оставались некоторые сомнения, а ошибаться он не хотел. Но в тот снежный день они оказались в лифте одни, он решился сказать короткую фразу о погоде. Он не видел её лица, занятый поиском места в сумке для своей шапки, но чувствовав, что она улыбнулась. Она была слишком скромной для того, чтобы ответить на его бессмысленное предложение, но точно видела его ноготь. Прежде чем выйти из лифта, она убрала свои волосы назад и чуть подтянула низ платья, а потом вышла первой, бодро стуча каблуками. Тогда, снова увидев сзади её чуть коротковатые, но всё равно красивые ноги в чёрных колготках, он окончательно решил, что узнает её цвет. Почему-то теперь он был уверен, что их цвета одинаковые.