Hershey's Kisses

— Извините, вы не могли бы уйти с дороги? — голос незнакомца вырывает Вернона из мыслей, и он моргает, когда его глаза фокусируются на парнишке, может быть, того же возраста, что и он, держащего корзину, под завязку полную закусок, лапши быстрого приготовления, газированных напитков и какой-то косметики. Он бормочет что-то вроде: «Такой красавчик, но не говорит по-корейски. Просто отлично», — и Вернон снова моргает, когда парнишка закатывает глаза. Вернон слегка наклоняет голову: иногда он совсем забывает о том, что у него не корейская внешность. — Хм-м, ты меня не понимаешь? — произносит мальчик на корявом английском и слегка улыбается. «Этот мальчик милый», — заключает Вернон, когда наконец рассматривает его лицо. Чёрные круглые глаза, длинные ресницы, очень симпатичный носик-кнопка, пухлые щёки и тонкие розовые губы. Хоть его лицо и овальное, но щёки выглядят кругленькими. — Прости, я не уловил сути. Что ты сказал? — спрашивает Вернон на английском, чтобы снова увидеть разочарованное лицо парнишки. И мысленно смеётся этому. Это действительно очаровательно — когда он почёсывает свой носик и слегка выпячивает нижнюю губу. А потом Вернон слышит что-то вроде: «Стоило взять с собой Джису-хёна» и «Помоги мне, Господь, с этим красивым иностранцем». Парнишка кусает губы и хмурит брови, похоже, он думает о том, что бы сказать. И Вернону совсем не хочется врать этому мальчику. — Ты подвинешься? — парнишка жестом машет рукой, и Вернон притворяется глупеньким. — Оу, — вздыхает он и отходит в сторону. Парень взволнованно кивает ему и ослепительно улыбается, его глаза превращаются в полумесяцы, а губы приподнимаются вверх, от чего щёчки становятся похожими на две симпатичные румяные булочки, — Вернон задыхается собственным вздохом. Он чувствует, что Купидон только что выстрелил ему в сердце. Отличная работа — этот парень милашка. — Итак, ты пришёл затовариваться? — уже произнеся это, Вернон мысленно бьёт себя по лбу. Конечно этот парень здесь именно для этого, идиот. Милый незнакомец снова поднимает на него глаза и с сожалением улыбается. — Извините, я не английский… — говорит он и съёживается, смущённый своим произношением. Его щёчки краснеют, и Вернон едва сдерживается, чтобы не прикоснуться к ним. — Ох, ты не говоришь по-английски? — и милый мальчик кивает на это. Вернон делает вид, что ищет способ найти общий язык. Между ними на несколько секунд повисает тишина, пока лицо парнишки не заливается краской — и он оставляет Вернона в одиночестве, а сам выбегает из магазина и бежит к остановке. Вернон несколько раз моргает, качает головой и хватает с полки сразу десять пачек Hershey’s Kisses, опуская их к себе в корзинку. Через пару минут милый мальчик возвращается, таща за собой ещё одного. И сердце Вернона ухает вниз: а что, если этот мальчик — его бойфренд? — Он там, Джису-хён, пошли, — кричит милашка даже слишком громко, а второй тут же начинает кланяться в извинениях перед другими покупателями, бросая на друга раздражённый взгляд. — Успокойся, Сынгван-и, будь немного тише, люди смотрят на нас, — говорит тот мальчик, нежно улыбаясь, на что Вернон напрягается. — М, привет, — обращается к Вернону милашка, и он в ответ машет ему рукой. — Можешь звать его хёном, — он смущённо показывает на парня рядом, и Вернон изо всех сил пытается сдержать улыбку. — Окей, привет, чувак. Мой друг восхищён тобой, и он бы хотел с тобой пообщаться, но у него проблемы с английским, и поэтому я здесь, — Вернон с облегчением выдыхает. — Эм, серьёзно? В любом случае спасибо, что ты пришёл с ним, — искренне говорит Вернон. На самом деле, он и без него понимал милашку, но данный поступок лишь доказывал, насколько сильно тот хотел поговорить именно с ним, Верноном. — Нет проблем. Он сказал, что хочет узнать твоё имя и возраст. И, эм, меня зовут Джису, но ты можешь звать меня Джошуа, а его зовут Сынгван, — произносит Джошуа, нежно улыбаясь, а Вернон мысленно повторяет имя мальчика в своей голове. — О, приятно познакомиться, Джошуа. Меня зовут Хансоль, но можешь звать меня Верноном. И мне исполнится девятнадцать в этом году, кажется, мы с Сынгваном одного возраста. Сынгван дёргает Джошуа за рукав, когда слышит имя, и тот повторяет ему всё, что сказал Вернон, на корейском. Лицо Сынгвана сразу же начинает сиять, и, ярко улыбаясь, он коротко произносит: — Привет, Вернон. Приятно познакомиться! — и Вернон не может не захихикать. — Твой дружок такой милашка, Джошуа. И Сынгван назвал тебя хёном, так что… ты старше меня? Джошуа вскинул брови. «Похоже, чувства Сынгвана не односторонние». — Это классно, что ты находишь Сынгвана милым. Потому что мне кажется, что он запал на тебя, — Джошуа смеётся от последующей реакции Вернона на свои слова: немного взволнованно Вернон чешет затылок, открывая и закрывая рот, пытаясь что-то сказать, но тут его телефон начинает звонить. — Оу, одну секундочку, — извиняется Вернон, увидев имя на экране, и отходит в сторонку. — Да, мам, да я в магазине. Ты хочешь, чтобы я что-то купил? Ага. Да, мам, хорошо. Да, я сразу пойду домой. Люблю тебя, мам, — Вернон со вздохом возвращается обратно, туда, где стоят Джошуа и Сынгван, и застаёт их за спором о чём-то вроде: «Почему ты сказал ему, что я запал на него?»» и «Потому что, если это не так, ты бы не принёсся ко мне и не просил бы обо всём этом». Но они сразу замолкают, заметив Вернона. — Это была моя мама, и мне жаль, но мне уже пора идти. И Джошуа, — Вернон просит Джошуа приблизиться. Будучи уверенным, что Сынгван ничего не слышит, он наклоняется ближе и произносит: — Между прочим, я не совсем американец. Мой отец — кореец, и я живу здесь с пяти лет, так что да, я прекрасно понял, о чём вы оба говорили всё это время. Мне жаль, — Джошуа смотрит на него, и Вернон смеётся. — Увидимся позже, парни. Я бы хотел снова встретиться с тобой, Сынгван. И, Джош, скажи Сынгвану, что я благодарен, что он думает, что я красивый. Он прелестная милашка тоже, — подмигнув Сынгвану, он идёт к кассе. Заплатив за свои десять упаковок Hershey’s Kisses, он тут же испаряется, полностью забыв о том, что мать попросила его купить ещё перец и соль. — Что он сказал, хён? — глаза Сынгвана сияют больше, чем обычно, и Джису смеётся. — Он сказал, что рад встрече с тобой и что хотел бы встретиться с нами ещё раз, — кивает Джису и улыбается, видя, что Сынгван немного разочарован. — И это всё? Больше ничего? — спрашивает он. — Ага, — отвечает Джису. — Печалька, — говорит Сынгван и утыкается носом в плечо Джису. — Подожди, совсем забыл. В последнюю минуту он сказал, что он кореец и что он понял всё, что ты сказал о его красоте, — Джису криво улыбается, когда челюсть Сынгвана встречается с полом. — Я… — Что?! — Джису извиняется, когда несколько человек оборачиваются на них. — Этот красивый засранец понимает корейский? — с отчаянием в голосе пищит Сынгван, и Джису заливается хохотом. — Да, Сынгван-и, он сказал, что он наполовину кореец и живёт здесь с пяти лет. И судя по тому, что я услышал, говорит он очень чисто, — Джису видит, как щёки Сынгвана становятся красными, и похлопывает младшего по спине. — Он поблагодарил за то, что ты сказал, что он красивый. Сейчас, сейчас. Не сердись, мой маленький донсен, самое интересное впереди. Он сказал, что ты прелестный милашка. Поэтому я думаю, что ты нравишься ему тоже, — подмигнув он идёт к кассе, оставив Сынгвана стоять на месте. — Ах, подожди меня, хён! — Сынгван нахохливается, когда догоняет Джису. — Не могу поверить, что он соврал мне. Хён, не смейся, это смущает! — хнычет он, ударяя Джису в плечо, пытаясь заставить его прекратить смеяться. — Возможно, тебе и вправду пора начать учить английский, Кван-и. Потому что, когда в следующий раз ты столкнёшься с «очень красивым иностранцем, который не говорит по-корейски, но я так хочу узнать его получше», — копирует тон Сынгвана Джису, — ты не будешь делать что-то, что заставит тебя смущаться перед… объектом своего интереса, — заканчивает он, нежно улыбаясь. Сынгван снова дуется, собирая покупки в пакет, пытаясь мысленно осознать, что только что произошло. — Он не сдвинулся с места, когда я сказал ему отойти! И у него совсем не корейское лицо, ты же видел! Это не моя вина, почему он солгал? Фу! Глупый красивый Вернон! — Сынгван говорит это настолько экспрессивно, что пугает кассира. — Может быть, он думал, что если солжёт тебе, то вы сможете подольше пообщаться. Или! Может быть, его пронзила стрела Амура, и он застыл, очарованный тобой, Кван-и. — Мечтательно произносит Джису, и Сынгван одаривает его осуждающим взглядом. Это лицо как бы говорит: «Ты читаешь слишком много фанфиков, хён» и «Неубедительно, хён. Не-убе-ди-тель-но!». Джису поднимает руки, сдаваясь, и отходит от кассы. Расплатившись картой Джису, которую тот любезно ему дал (на самом деле нет), увидев виноватое лицо Сынгвана а-ля «я оставил свой кошелёк в машине и верну тебе деньги позже», они выходят из магазина и идут к машине Джису. — Ох, если бы я только взял его номер. Он так быстро ушёл, что я не… — Джису терпеливо слушает скулёж Сынгвана всю дорогу домой… и сочувствует.