Связаны кровью

— Мне нравится, когда иногда ты становишься нежной, как цветок розы, но мне бывает страшно, когда ты чаще всего бываешь такой же колючей, как её шипы… — Какое банальное сравнение, Клаус, — фыркнула она, не открывая блаженно прикрытых глаз. — Похоже, я не ошиблась. Ты действительно был днём в закусочной и услышал не очень приятные подробности о моём прошлом. Полагаю, ты ожидаешь, что сейчас я подскочу в панике и начну оправдываться? Он пристально наблюдал, как она рукой взяла на ощупь бокал с шампанским и опять почти вся скрылась в обильной пене ванны. Теперь была видна только её голова, что лежала на краю, и бокал, из которого она с наслаждением, не торопясь, попивала шипучий напиток.

***

Чего он ожидал? Уж точно не такого убийственного спокойствия с её стороны. Чего угодно, но только не этого. Если раньше ему было плевать, то сейчас её хладнокровная расчётливость и такое поведение начинали угнетать. Казалось, его сердце исколото этими шипами и нет уже свободного места. И самое ироничное, Клаус не чувствовал себя рядом с ней лидером клана, скорее, ненужным червём в её жизни или же — ещё хуже того —  мальчиком по вызову. В той вонючей забегаловке, где сегодня днём она встретилась с Локвудом, Клаус с трудом себя сдержал после слов ликана об их прошлой связи. Стакан с недопитым кислым пивом вмиг лопнул в его руке. Клаус поспешил сбросить со стола осколки на пол и стереть с ладони кровь салфетками. Он сидел спиной к ним за самым последним столиком и, естественно, слышал весь разговор. Клаус тысячу раз пожалел о том, что дал слово Паркеру не вмешиваться, а только наблюдать со стороны и вмешаться лишь в случае опасности. Связь с ликаном, хоть и давняя! Подумать только! Что ещё он не знает о своей «милой» жёнушке? Если бы Клаус не услышал это собственными ушами, то рассмеялся в лицо тому, кто рассказал бы об этой мерзкой связи. Кэролайн, что всеми фибрами души презирала своих врагов и хладнокровно убивала, не щадя никого. А может, эта чрезмерная ненависть возникла как раз после разрыва с Локвудом? Вопросы и ещё множество вопросов к ней в последнее время, которые он не мог задать, чтобы не выглядеть идиотом. И хорошо, что ему хватило сил сдержать себя и не вмешаться в их разговор до конца встречи. Это было самым, наверное, сложным заданием в его жизни, так как непреодолимая злость клокотала во всём его существе. И то, что ликан пришёл на переговоры один, без своих шавок, ещё больше раздражало Клауса. Почувствовав лишь малейшую опасность для Кэролайн, он бы мог вмешаться, но нет, Локвуд оказался «благородным» засранцем и всё прошло мирно, и она даже умудрилась договориться с ликаном. Как только она ушла из закусочной, ликан как будто ожидал, что Клаус должен подойти к нему. Совсем не удивительно. Конечно, Локвуд сразу учуял присутствие ещё одного вампира в помещении и наверняка в начале разговора устроил именно для Клауса это представление, что приводило в ещё большее бешенство. — Я только могу позавидовать твоей выдержке, Майклсон, — с довольной ухмылкой на лице поприветствовал его Локвуд, когда Клаус сел напротив него. Его убийственный взгляд ничуть не потревожил спокойствие ликана, и для Клауса это стало последней каплей. Молниеносным движением он схватил Тайлера за затылок и со всей силой стукнул его головой о железный столик, в котором тут же образовалась вмятина. Немного полегчало. Ликан, продолжая ухмыляться, поднял голову и, достав из куртки платок, вытер кровоточащий нос. — Эй, парни?! — К ним подбежала обеспокоенная женщина с тучной фигурой, хозяйка забегаловки по-видимому. Уперев руки по бокам, она приказным тоном продолжила: — Валите разбираться на улицу, а за столик заплатите. — Клаус на такую наглость недовольно посмотрел ей в лицо. Его зрачки расширились, и он начал внушать: — Сейчас ты пойдёшь и выжрешь сама все запасы своего кислого и вонючего пива, несвежих салатов и бифштексов, затем, если выживешь после этого дерьма, продашь свою забегаловку и повесишься. — Толстуха зачарованно кивнула и ретировалась прочь. — Вы стоите друг друга, хотя не совсем. Кэролайн в переговорах действует более дипломатично, — язвительно поддел Тайлер, но против внушения Клауса ничего не имел. — Ещё слово, и я пришибу тебя на месте, Локвуд, — рыкнул Клаус. — Что тебе нужно? — начал возмущаться Тайлер. — Мы обо всём договорились с Кэролайн. Хочешь нарушить перемирие? — Похоже, у тебя прекрасная память, Локвуд, — начал издалека Клаус. Он расслабленно откинулся на спинку высокого стула, вертя в пальцах пустой бокал, из которого недавно пила Кэролайн. — Наверняка помнишь, как бежал, словно шавка, из Луизианы? — Я всё думал, как же ты предугадываешь мои нападения. Оказалось, всё просто, — усмехнулся Тайлер. — Кэролайн рассказала мне, что ты пользуешься новым заклинанием вычисления, которое создали ведьмы Нового Орлеана. Немного разочарован простотой, но это веский аргумент в ходе событий. Я не нарушу перемирия в Лондоне, если ты об этом. За остальные территории не могу поручиться, так же как и вы. Единственной хорошей новостью за последние дни было то, что Кэролайн поверила в байку Паркера о проклятом заклинании, и, похоже, её подозрения насчёт Клауса развеялись. — Я хочу, чтобы ты знал, ликан, — холодно ответил ему Клаус, — любое нападение на вампиров со стороны ликанов будет считаться нарушением в наше с тобой отсутствие. — Тайлер удивлённо посмотрел. — Слышал, что ты дал по телефону распоряжение насчёт самолёта. Предположу, что ты собрался лететь лично в Москву, — пояснил Клаус. — Похоже, и ты? — не удержал в себе разочарования Тайлер. — Давай договоримся не мешать друг другу в поисках, а там будь что будет. — Я не раздаю обещания ликанам, как ты знаешь. — Клаус встал и посмотрел на него насмешливо сверху. — Советую не путаться у меня под ногами, Локвуд.

***

На его долгое молчание Кэролайн подозрительно приоткрыла один глаз. Клаус стоял, прислонившись спиной к кафельной стенке, и сверлил взглядом её шею, которую, похоже, мечтал свернуть. Ну что же, она хоть и не желала признавать, но всё же заслужила. Кэролайн всё думала остаток дня, когда же лопнет его терпение. Снаружи он выглядел невозмутимым, но внутри в нём бушевала буря. Она всем нутром чувствовала его состояние. От её внимания также не ушло, что он действовал и думал на автомате, когда проходило онлайн-заседание между другими парами, когда почти все полукровки клана собрались к полуночи в замке и Клаус стоя рядом с ней, объяснял всем новые правила и принятые законы в замке. Довольно странным было открытие для неё, но это начинало злить её. И вот свершилось наконец! Кэролайн медленно переместилась на другую сторону квадратной ванны и оказалась к Клаусу спиной. Подняв мокрые волосы вверх, она заколола их заколкой, тем самым оголив перед ним шею. — Прошу, если тебе станет от этого легче, — лениво предложила Кэролайн. Клаус с минуту смотрел на её шею, не понимая её слов, а когда до него дошёл смысл, и вовсе был обескуражен. Да что с этой женщиной не так? Дурацкий вопрос самому себе! С ней всё не так! Ну почему она вечно всё усложняет? Тем не менее Клаус подошёл и присел на бортик ванны. Он провёл пальцем по влажной коже шеи, обрисовал контур по одному плечу, затем по другому, и когда она довольно хмыкнула, с силой схватил её за шею обеими руками, перекрывая своей хваткой ей воздух. — Какое соблазнительное предложение, дорогуша, — прошипел он ей со всей злостью, что накопилась в нём, — но я не доставлю тебе такого удовольствия. Зная твои психические наклонности, могу предположить, что это больше нужно сейчас тебе, а не мне. Клаус резко убрал руки, и она шумно втянула воздух. Боль. Но не от его «ласки», а от сознания, что он прав. Они слишком друг друга чувствовали, и это пугало обоих. Он заметил, как порозовела пена над ней, и уже не нужно было гадать, к какому способу Кэролайн прибегла. Клаус тут же взял её за плечи и начал делать массаж. Она прикрыла глаза и потихоньку начала успокаиваться. — Мы были тогда слишком молоды и не знали ни о чём, — вдруг нарушила молчание Кэролайн через несколько минут. Клаус на мгновение перестал массировать её плечи. Хотел ли он знать? Нет и ещё раз нет! Но он чувствовал, что для неё важно сейчас высказаться. Возможно, то, что она желала поведать ему, не знал даже Паркер. Клаус продолжил своё занятие, а вместе с ним и она свой рассказ: — Мы повстречались в яблоневом саду, что был неподалёку между замком и деревней. Обычная девочка восьми лет и мальчик на два года старше неё. Ты рос с братьями и сестрой, а у меня не было даже друзей. Тайлер стал для меня лучшим другом. Мы ели на спор, кто больше, яблоки, карабкались по деревьям. — Кэролайн горько усмехнулась, отчего сердце Клауса болезненно сжалось. — Мы даже построили шалаш на дереве. Как обычно происходит, детская дружба переросла в нечто большее с годами. Когда мы узнали о своих сущностях и вражде между нашими видами, мы продолжали тайно встречаться, дав друг другу клятвы, что эта война не затронет наших чувств. Реальность оказалась намного сильнее и более жестокой, чем глупые детские клятвы. После предательства Тайлера я сожгла нашу тайную хижину на дереве, а вместе с ней и яблоневый сад. Выжгла их вместе с ним из своего разума. И самое обидное, когда я пришла в себя, я возненавидела себя за свою слабость. Я корила себя, что могла своей связью с врагом подвергнуть опасности своих родителей и клан. — Но Тайлер ведь не воспользовался этим? — Кэролайн шумно выдохнула, и Клаус подозрительно покосился на неё. Не может быть! Вот в чём дело! — Тайлер воспользовался этим через века, — тихо ответила Кэролайн. — Он знал, из каких мест я родом, и было несложно вычислить расположение скрытого магией замка. В тотальном уничтожении моего клана несколько веков назад виновата именно я, Клаус. Поэтому сейчас для меня так важен он. — Понимаю. — Клаус убрал руки и встал с бортика. — Не вини себя, Кэролайн. Все мы в прошлом ошибались. — Кэролайн развернулась и посмотрела ему в глаза потерянно. Он в первый раз видел её такой, и злость ещё больше закипала в нём. Не на неё вовсе. Нет. На Локвуда. В этот момент он поклялся себе, что ликан живым не вернётся из Москвы. — Давай оставим прошлое и будем жить настоящим, тем более что оно у нас сейчас ещё сложнее. — Кэролайн растерянно кивнула. — У меня самолёт через час, — как бы между прочим добавил Клаус, хотя она прекрасно знала о его планах. Он не чаял смыться от этого взгляда, не привыкший к такой Кэролайн. Он чуть не застонал, когда она встала в ванне во весь рост и неуверенно улыбнулась, вне всякого сомнения предлагая ему себя. И если бы она только знала, каких неимоверных усилий стоило Клаусу отступиться. Он не мог сейчас воспользоваться ею. Он бы чувствовал себя эгоистом, ведь ей нужно было сейчас совсем другое. Утешение — вот что требовалось ей, чтобы затянуть кровоточащие раны от прошлых воспоминаний, но на это необходимо время, а у Класа его совсем не было. Он бы мог отменить на день самолёт, но что тогда будет? Потом она опять будет себя винить, если пострадает её клан? Нет, он не мог этого допустить ни в коем случае. — Тебе пора, — поняв его немой отказ, холодно произнесла Кэролайн, и он с облегчением вздохнул, видя перед собой прежнюю Кэролайн. Подумать только, всего каких-то пятнадцать минут назад его бесила она такая, а сейчас это давало спокойствие. Уж лучше циничная и хладнокровная, чем проклинающая себя и потерянная! — Так держать, дорогуша, — усмехнулся Клаус, но всё же не удержался и подойдя к ней с жадностью захватил в плен её рот, и она совершенно была не против прощального поцелуя. — Вернись ко мне… С моими родителями, — прошептала она ему в губы, прерывая поцелуй. — Непременно, любовь моя. — Клаус взял её лицо в ладони и нежно поцеловал ещё раз. — А ты подумаешь над переездом в Новый Орлеан, когда всё кончится? — Она нехотя кивнула, но и это было отличным знаком для него. Он ушёл с тяжестью на сердце, но всё же надеялся, что она справится, как всегда, со всеми трудностями и сложностями без него. Успокаивало то, что Марсель должен был прилететь всего через несколько часов и помочь Кэролайн в замке с двумя тысячами полукровок. У Жерара был отличный опыт в таких делах, и Клаус рассчитывал на помощь друга. И потом с ней будет Паркер… Но почему-то дерьмовое предчувствие не покидало его ни на миг, как только он выехал из замка.