Связаны кровью

Прохладные струи вместе с бальзамом смывали с тела усталость и ненавистные запахи, а также разочарование в себе. Как она могла раньше не обращать внимание на очевидное? Ведь всё было как на ладони перед ней всю жизнь. Неужели остались какие-то чувства к Тайлеру, ведь она потеряла контроль из-за того, что у него есть дети? Исключено. Осталась только ненависть, а это так же, как и любовь, высокое чувство, и даже острее. Стоя под душем, прислонив лоб к стеклянной кабинке, Кэролайн будоражила опять прошлое, пытаясь понять, когда так люто возненавидела Тайлера. Нет. Это было совсем не тогда, когда она от его предательства жгла хижину и яблоневый сад. Совсем нет. После того у неё в сердце осталась лишь пустота, а душа стала чёрствой и бесчувственной и настало протяжное одиночество, через которое она прошла не одно столетие. Даже тогда она находила его поступку оправдание. Они разных видов, и расставание было лучшим решением для них. Кэролайн думала, когда именно появилось ни с чем не сравнимое презрение к нему, которое она впоследствии пыталась в себе тушить как могла, чтобы оставаться адекватной и не сгореть в нём дотла без остатка. Когда? Из глубин её израненной души доносился назойливый голос, который она услышала ещё в клубе, после нападения на Тайлера: «Ты знаешь когда. Всегда знала. Просто построила барьер. Разрушь его». И она рушила его и в то же время пыталась затушить этот голос в себе и возвести заново блокаду, забыть опять, но это не получалось, потому что было невозможно дважды отгородить себя от горя и страданий. Она проклинала про себя его за то, что напомнил ей о том случае, пускай не напрямую, а своим хвастовством. Что же, это была его ошибка. Попытка выпендриться теперь означала то, что у неё появился лишний козырь против Тайлера и всего его вида. — Кэролайн, — нарушил ход её мыслей голос Клауса. По-видимому, он уже раздал нужные распоряжения на остаток ночи и наверняка уже заждался её в кабинете, чтобы вместе связаться с Каем. Проклятье! Она даже к нему не испытывала такой жгучей ненависти, как к Тайлеру. Чтоб его! К Клаусу она всегда относилась с пренебрежением и каким-то идиотским и, можно сказать, детским соперничеством. Она всегда стремилась обыграть его в их скрытой и безумной игре, которая продолжалась между ними на протяжении веков. Но чтобы чувствовать к нему такое презрение, как к Тайлеру. Нет. Отбросив ненужные мысли, она выключила воду. Быстро осушив тело полотенцем, надела халатик и прошлёпала босиком в кабинет. За это время Кэролайн поняла, что чувствовать настроение близкого человека в каких-то случаях забавно, а бывает утомительно, вот прямо как сейчас. Клаус расслабленно сидел в кресле, положив голову на спинку. Его глаза прикрыты, а в руке — бутылка виски. Что же, Кэролайн сама виновата, что её мужчина в вечном недоумении от её поступков. Про себя она даже удивлялась его выдержке. Она подошла к бару и, прихватив с собой бутылку текилы, села во главе стола, закинув ноги на стол. — Похоже, ты не в настроении? — подметил Клаус, не открывая глаз и делая глоток виски. — Может, поменяемся ролями? — Я знаю, что именно тебя гложет, дорогой, и лишь недовольна, что опять допустила это. Прости, в моих планах этого не было. Это произошло непроизвольно. — Кэролайн откупорила бутылку, налила себе полный бокал. Она ожидала ответа, но Клаус продолжал молчать, попивая виски. — Так и будешь молчать? Ни вопросов, ни обвинений? На тебя это непохоже. — Мы переходим на скучный с тобой рубеж, дорогуша. Ты со всем соглашаешься, но делаешь втихушку по-своему, а я глотаю все твои выпендросы, — хмыкнул Клаус, открывая глаза и смотря пустым взглядом на неё. — Совсем скоро настанет стадия, что у остальных пар, когда все имеют любовников и живут каждый своей жизнью. В твоём случае будет выбор между Каем и Тайлером, но я всё же поставлю на ликана. — И-и-и, барабанная дробь! — Кэролайн наигранно её изобразила кончиками ногтей по хрустальному бокалу. — Никлаус Майклсон ревнует! — Да! Чёрт возьми! — Клаус сгоряча раздавил бутылку в руке и отбросил осколки от себя, смотря на ладонь с негодованием. — Что это было вообще? — С кем поведёшься, — фыркнула Кэролайн, смотря с сожалением на его руку. — Ты знаешь, о чём я, — проскрежетал Клаус, вставая и нависая над ней. — Что, мать твою, было у колдуна в клубе? — выделяя каждое слово, задал вопрос Клаус, выхватывая при этом её бокал и отправляя его туда же на пол, что и осколки от его бутылки. Он вовсе не обращал внимания на боль и капающую кровь из раны, что не могла затянуться из-за впившихся осколков в плоть. Кэролайн схватила кровоточащую руку и с деланным видом стала вытаскивать осколки из ладони. Клаус попытался выдернуть её, но Кэролайн держала ладонь мёртвой хваткой. — Тише, любовь моя. — Он ошарашенно смотрел, как она подула на затягивающиеся раны, как будто ему было больно, как обычному человеку, и начала медленно слизывать кровь. Клаус не смел пошевелиться, наблюдая за движением её дерзкого язычка. Есть ли предел бесстрашия у этой женщины и чувство самосохранения? Закончив своё занятие, она подняла на него спокойный взгляд. — А теперь возьми из бара ещё одну бутылку, вернись обратно и расслабься. Обещаю, как только ты дослушаешь меня, твой член сразу же окажется во мне. Ведь он уже жаждет меня? А главное, есть ли предел её развратности! И всё же Клаус посчитал нужным сделать, как она просила, но расслабиться так и не получилось, так как он действительно желал сейчас оказаться в ней, но не нежно, а выместить на ней всё то, что в нём накопилось за несколько часов. — Удиви меня ещё больше, Кэролайн, если вообще такое возможно, — развёл в возмущении руки в стороны Клаус, — а уж потом я подумаю насчёт твоего желания. — Я не блефовала, как подметил Люсьен, — сообщила театрально Кэролайн, салютуя ему бутылкой с текилой. — В этом я ни на секунду не сомневался, дорогуша, — подытожил Клаус. — И? — Что ты видишь самым первым, когда вступаешь в драку с ликанами? — Кэролайн намеренно повертела указательным пальчиком, чтобы он быстрее соображал. — Уродливые рожи и оскал. Что ещё можно увидеть? — Клаус устало запустил ладонь в волосы и непонимающе приподнял бровь. — Как это связано с различием? — Напрямую. Мы созданы по их подобию, Клаус. Меня всегда удивляла выдержка Мейсона и Тайлера. Наши полукровки так же, как и их, не могут себя сдерживать, тогда как мы можем себя контролировать. Тайлер сам себя выдал своим хвастовством. Борис ни разу не обратился в ту ночь при драке. Я редко сталкивалась с такой силой, но тогда я думала, что дело в полнолунии. Меч Тайлера лишь его прикрытие. Исходников можно различать по их силе и сдерживанию к обращению. Только лишь один раз я видела звериную рожу Тайлера. — Кэролайн опустила ноги со стола и подошла к окну. Она обхватила плечи руками, сейчас она не желала, чтобы Клаус смотрел ей в глаза. — Помнишь, когда мы попали в засаду? Я отвлеклась на тебя и была ранена ликаном. Последнее, что я видела перед тем, как погрузиться во тьму, это как Тайлер обратился. Он отступил из-за меня, чтобы ты доставил меня в замок. Тайлер никогда не причинит мне вреда, потому что до сих пор испытывает ко мне чувства, и за это я его презираю. Именно я его слабость, Клаус. — Ты его возненавидела из-за того, что он бросил тебя, но сквозь века продолжал и продолжает тебя любить, Кэролайн. Ты поняла это тогда. Верно? — Она обернулась и еле заметно кивнула, не переставая удивляться его чувствительности. — Я лишь желаю, чтобы такое чувство и оставалось у тебя к нему. — Клаус прикрыл глаза и уже про себя произнёс: — И страшусь такой же ненависти к себе. — Когда мы теряем контроль над собой, мы уязвимы больше всего, Клаус, наверняка то же самое происходит с исходниками. — Она вернулась на место и начала связываться с Паркером по ноутбуку. — В любом случае мы теперь знаем, как различать их, и займёмся их истреблением, когда найдём старшие пары. Тот факт, что они упустили в своё время исходников, разочарует их, и они начнут свою охоту заново на них. Не исключено, что родители также знают, как различать таких ликанов, а может, знают даже больше, чем мы. На первом плане у нас найти старших, всё остальное потом.

***

— Что бы вы не задумали с Мартином… НЕТ! — возмутился Кай на предложение о сотрудничестве с колдуном. — Что я тебе всегда говорил? Кэролайн недовольно отбросила ручку и блокнот на стол и раздражённо посмотрела в монитор. Нужно было сразу ему сказать о Джонасе, они бы сэкономили целый час потраченного впустую времени, слушая требования Паркера. Да он просто издевался над ними! Кэролайн не сомневалась ни на секунду, что Кай приедет и поможет им, несмотря на тот факт, что его сестра, возможно, жива и он был целью номер один в случае провала, но колдун подействовал на него, как красная тряпка на быка. — Колдуны, что черпают силу из жертвоприношений, — никчёмные паразиты, и им нельзя доверять, но у нас сейчас нет выбора, Кай, понимаешь? — Достучаться до Паркера, когда он был в таком состоянии, можно было только одним способом. — Знаешь, мне порой кажется, что ты их боишься. Ведь они могут быть хоть и не всё время, но иногда в разы сильнее. Откуда, вообще, такая общая неприязнь между вами? — Моя сестра-близнец и Мартин в прошлом имели любовную связь. Я узнал об этом накануне, как попал в плен, а потом всех убил. Но они не знают о моей осведомлённости. Сечёте, ребятушки? Не сомневаюсь, что эти двое задумали свою игру и дочь колдуна тут совсем ни при чём. Если Джозетт жива, то колдун связан со всем этим. Три жертвоприношения вампирами! Да вы представляете, какая у него будет сила вместе с моей? Я не сомневаюсь, что моя сестрёнка попытается высосать всю эту силу и наконец обернуть её против меня. Да что угодно вместе с кровавой книгой. Для осуществления всего, что она задумала, ей и создатели не понадобятся с силой, что она заполучит. Она мой близнец, и я имею представление о её планах. Точно так бы действовал я сам, если бы был не на вашей стороне. — Кай перевёл дыхание и тыкнул в монитор пальцем. — Это очередная подстава. Я не приеду в Москву. — Не паникуй, Паркер, — вмешался Клаус. Он встал позади Кэролайн и тоже посмотрел в монитор на сверхвозмущённого ведьмака. — У тебя такие же уникальные способности, как и у Джозетт, и даже больше теперь: ты распутал весь клубок заговора, а значит, ты будешь готов. Ведь так? — Что ты задумал, вампир? — недовольно поморщился Кай. — Всё будет идти по плану Мартина, но у нас будет свой собственный план, Кай, — вмешалась Кэролайн, — мы встретим тебя в аэропорту к обеду, как договорились, и это не обсуждается больше. — Она захлопнула крышку ноутбука, чтобы не слышать дальнейшие возмущения ведьмака, и шумно выдохнула. — Ты даже не представляешь, как мне хочется кого-нибудь убить сейчас, и в первую очередь твоего дружка, дорогой. Не могу поверить в то, что ошиблась. — Мне также не верится в его предательство. — Клаус сжал её плечи и, нагнувшись, вкрадчиво произнёс над ушком: — Убийство Мартина останется за мной, любовь моя, если Кай окажется прав. А теперь… настало время для того, что ты мне пообещала час назад. Кэролайн улыбнулась про себя. Нет, не убийство ей сейчас было необходимо, а как раз то, что он ей предлагал.