Чертополох

HammAli & Navai - Хочешь, я к тебе приеду?

Томас закрывает дверь своей квартиры и только сейчас ощущает себя по-настоящему дома. Хотя, еще как только самолет приземлился, а он ступил ногой на дорогу родного Лондона, уже тогда дышать стало намного легче. Он вызвал такси и воскрешал в памяти все, затертые другими проблемами, уголки большого города. За окном машины зима, но это ничуть не мешало теплу, которое распостронялось по телу, стоило глазами наткнуться на знакомую улицу. Томас тогда улыбнулся и решил, что, действительно, в гостях хорошо, но дома в стократ лучше. И спокойнее. Тише и надежнее. И даже если в квартире никого, а в доме гулкая тишина, - Томасу здесь комфортно и по-домашнему. Соскучился. Он оставляет чемодан в коридоре, стягивая ботинки и куртку. Задерживается пальцами на едва заметных царапинах от крепления, а потом вешает ее на вешалку. Как бы это странно не звучало, но она все еще пахнет съемками. И едва различимо сигаретами. Томас проходит вглубь квартиры, проводя тонкими пальцами по стенам. Заходит на кухню и замечает на окне первые капли дождя. В этом весь Лондон. Когда под пальцами ощущается прохлада стекла, а сердце раздается спокойными ударами, Томас поднимает глаза и растягивает губы в легкой улыбке: стена дождя становится темнее, настойчиво пряча дома под своим плащем. Смывает четкие очертания, превращая их в размытые силуэты. Подгоняет зевак быстрее перебирать ногами, чтобы спрятаться под ближайшим укрытием. Он вовремя добрался домой. Телефон пиликает входящим сообщением и Томас открывает его. Ты добрался? Да. Томас отправляет всего одно слово, но знает прекрасно, что его будет вполне достаточно. Он ждет три секунды и во входящих светится еще одно. Хорошо. Отдыхай. Томас блокирует телефон и кладет его на подоконник. Все закончилось. Все позади. Можно выдохнуть после этих пяти лет бесконечных сьемок, спешки, глупостей, обид, новых знакомств, поездок и бесконечного потока моментов. Можно сказать себе стоп. Просто взять это Стоп и сделать. Томасу оно необходимо. Он не раз думал о том, насколько они с Ньютом похожи. Может быть, именно поэтому ему и дали эту роль. Он тоже, вроде, не глупый, рассуждает здраво и делает верные выводы. Он тоже пытается быть хорошим другом, на которого можно положиться. Он тоже готов на все ради друзей. Но Ньют оказался смелым и решительным, а Томас струсил. Ньют настоял на своем, а Томас решил отказаться. А еще Ньют бы справился, а Томас не смог. Поэтому и убежал вернулся домой. В Штатах было слишком много всего: солнца, света, беготни, усталости, любопытных глаз, слишком длинных дней и коротких ночей, если так можно назвать те жалкие четыре часа в сутках, за которые удавалось поспать. А еще там было невыносимо много Дилана. Яркого, веселого, жизнерадостного и красивого Дилана, который стал тем самым опьяняющим солнцем, что грозилось сжечь. По-настоящему. Они миллионы раз играли на и для публики, обнимались, дурачились, переходили все мыслимые, и не очень, границы и говорили вслух. И все это казалось нормальным, учитывая сложившиеся обстоятельства. Им так надо было. Да и не напрягало это. До определенного момента. Все сводилось в шутку, а они играли свои роли на отменно. И все действительно было так - в шутку, по приколу, для фанатов. Пока Дилан не пришел к нему. Это случилось чуть больше двух месяцев назад. В последний день осени. У них было назначено совместное интервью, но в тот день в Нью Йорке шел сильный дождь и ехать машиной казалось практически невозможным. Интервью перенесли, а у них получился выходной. Томас действительно обрадовался. Наконец-то можно было передохнуть от однотипных вопросов журналистов, на которые они могли ответы давать наперед. Томас хотел банально отоспаться у себя в номере. И даже почти уснул, пока не раздался стук в дверь. На пороге стоял Дилан в помятой голубой рубашке и с двумя стаканчиками горячего кофе. Он улыбнулся. - Не могу придумать, чем заняться. Будешь? - он протянул один стаканчик Томасу. - Заходи, - Томас отошел в сторону, пропуская парня в свой номер. - Я не помешал? - Нет. Дилан поставил на столик стаканчики с кофе и пошел к незадернутому шторами окну. Он прикоснулся пальцами, повторил маршрут одной из капелек, да так и остался стоять, не поворачиваясь к Томасу лицом. Это было по меньшей мере странно. Томас даже изначально растерялся от такой резкой перемены. - Хэй, все нормально? Дилан не отвечал. И впервые за все время знакомства, тишина, возникшая между ними, была неловкой. Неприятной. - Дилан? - Знаешь... - заговорили они в одно время. - Знаешь, - продолжил Дилан. - Мне чертовски будет не хватать всего этого. Ребят, этих моментов, и... - Дилан замер, но так и не продолжил тогда. Вот оно что. - Но мы никуда не денемся, - Томас улыбнулся, подходя ближе. - Мы будем общаться, и, поверь, я тебя еще достану, - Томас улыбался искренне и ярко, вставая рядом с Диланом, прикасаясь своим плечом к его. - Просто этот этап почти закончен, но будет новый и не один. Все когда-нибудь заканчивается, - а потом пустил смешок. - Кстати, думаю, что этап Ньюмаса еще не скоро забудут, - он засмеялся, скрещивая руки на груди. - Все-таки фанаты - страшная сила. - Что ты думаешь об этом? - В голосе Дилана не было ни капли улыбки, и это показалось странным. С таким Диланом было непривычно и неуютно. - Ты о чем? - Спросил Томас, почему-то зная ответ наперед. - Да ничего. Весело и забавно все это, - он пытался продолжать улыбаться. - Весело и забавно, - повторил Дилан, так и не поворачиваясь к нему. - Это... - Я пойду, спать хочу, не могу. Извини, что приперся вот так. Дилан выдавил из себя что-то наподобии улыбки и ушел из номера Томаса, больше ничего не сказав. А утром к ним пришел прежний улыбчивый Дилан с нотками безумия в глазах. Они провели то интервью и на вопрос журналистки о вот таких их шуточных отношениях Дилан ответил Весело и забавно. Томас посмотрел на него, но ответного взгляда так и не получил. Это было началом конца. Все, вроде, было как прежде, но что-то определенно изменилось. Дилана стало больше : он был почти в каждом кадре, в каждой поездке непременно оказывался на соседнем сидении, в номере отеля напротив или рядом, на каждой записи и так далее. И все было бы ничего, но. Его руки дольше нужного задерживались на Томасе, нажимали сильнее, вводя в полное замешательство. Он вставал обязательно рядом, закидывал руку Томасу на шею и говорил Мой лучший друг, проводя пальцами по открытой коже на шее. Томас списывал на недосып и воображение. Отшучивался, пока это Весело и забавно не сорвалось во второй раз с губ Дилана, а потом и в третий. Дилан обиделся, это ясен пень, но на что Томас ума приложить не мог. Какого черта, вообще? - Мы можем поговорить? - Томас ловит его у входа в номер. - Конечно можем. Они стоят в этот раз в номере Дилана и Томас решает спросить прямо и без обидняков. - Что происходит? - А что происходит? - Ты ведешь себя, как... Странно, - Томас смотрит Дилану в глаза. - Странно, значит? Томас кивает. - Это же еще почему? - Пото... - Потому что я делаю так? - Он подходит ближе к Томасу и прикасается к его предплечью. - Или так? - Дилан надавливает сильнее. - Что ты делаешь? - Я делаю, Томас, чтобы было весело и забавно, но ты, по-моему не оценил, - Дилан меняется в мгновение ока. Его лицо серьезное, взгляд злой, а пальцы сильно нажимают на кожу. - Ди... - Я, знаешь ли, заебался. Потому что у тебя весело и забавно, а мне сдохнуть хочеться, когда ты рядом. Рядом, но, черт возьми, так недосягаемо. - Он толкает Томаса к стене. - Так что мы оставим все на уровне весело и забавно, - смотрит в глаза, ерошит свои волосы и выдыхает. - Черт возьми, куда такой красивый? У Томаса слова застряли в глотке, а Дилан сбежал из своего номера. Ночью Томас так и не уснул, а утром они не пересеклись. Только спустя два дня и то случайно. Томас сделал вид, что ничего не было. Дилан все понял без слов. Согласился. Опять таки до определенного момента. Они были трезвы пьяны в дрова. Отмечали чей-то что-то там. Томас не помнит точно что. Но то, как Дилан сжимал его запястья, как целовал губы под открытым уже зимним небом и утыкатся лбом ему в плечо, Томас помнит до мелочей, даже то, как трудно дышал Дилан. А его Ты мой воздух, стягивало внутренности в тугой узел. Томас испугался. Он не хотел, чтобы Дилан задохнулся. Он свел все их общение до минимума. И пусть это было двадцать на семь, Томас ни под каким предлогом не оставался с Диланом наедине. Он отдергивал руки и отводил взгляд. Почти убегал со сьемочной площадки и садился самым последним в машине. Томас попытался сделать вид, что ничего не было. Дилан снова все понял. Все хорошо, говорил он ребятам, когда те спрашивали о темных синяках по глазами и нездоровой кожей лица. - Скоро пройдет, - сказал в очередной раз Дилан и впервые так открыто и больно посмотрел на Томаса. - Скоро. Дождь так и продолжает идти, шумно стуча по стеклу. Томас падает в реальность, когда в мысли врезается громкая трель. Он даже не сразу соображает что это, но натыкается взглядом на телефон и все встает на свои места. Томас смотрит на имя. Ему на раздумья нужно пару секунд. - Можешь бросить трубку через минуту, - говорит Дилан. Томас слышит, как обреченно тот выдыхает. - Знаешь, я, правда, пытался. Но оно не прошло. - Томас крепко стискивает пальцами телефон. -Ты все еще мой воздух. Томас не может заставить себя сбросить входной звонок.