Все тени Тьмы, все краски Света

*** Хелли *** Настал мой черёд оценить, как Мирдал отреагирует на внезапную атаку неожиданно появившейся самки. Только мне стоило получше подготовиться, чтобы он не раскусил меня по ауре... А так же продумать свой сценический образ. Если честно, я уже и не знала, чем мне воспользоваться. Мои таланты в драконьей магии пока были невысоки - я всё же не единорожка. С другой стороны, зебринские зелья давали неплохой эффект, но пользоваться ими против Мирдала было бы... Слишком ожидаемо. К счастью, у меня нашлась одна замечательная штучка, с помощью которой я и исполнила свой замысел. В конце концов, это же не было злоупотреблением служебным положением... Я просто взяла шлем Найтмер Мун для того, чтобы получше изучить тёмную материю Эквестрии и передать знания сар-волху Зорату. Во всяком случае, это была официальная версия. - Сегодня твой свет померкнет, Мирдал! - добавив грозный хохот, я в образе Найтмер вошла в комнату посла Нашара в Эквестрии. Моя короткая практика в виде аликорна сделала своё дело - магический луч был дрожащим и слабым, но всё же спутал передние лапы и крылья дракона, прижав их к телу. - А ты думал, что кроме умбр в Эквестрии не осталось злодеев? - Почему? - Мирдал настолько растерялся моему возникновению, что даже не сообразил, что отвечать. То, что нужно! Его заминка дала мне ещё время, чтобы сковать его своей магией получше и отбросить его на нашу кровать, прижимая его под неумелым, но сильным от страсти весом своей магии. - Чтобы напомнить о тёмных сторонах, более угодных твоей сар-волод... И втянуть туда тебя! Присоединяйся, или я потушу твоё солнце ради вечной ночи, хахахахаха! Мирдал заметно взволновался, но поскольку он вполне мог разгадать мою игру, мне необходимо было усилить его замешательство. Положив обутую в серебристый накопытник ногу на грудь золотого, я провела по ней к горлу дракона и слегка надавила. - Твоя маленькая подружка не пострадает, если ты будешь хорошо себя вести, - клацнув зубками, я уже сильнее нажала накопытником. - Хелли звала тебя на помощь, а ты не пришёл, плохой дракошка... - Да когда?! - Мирдал уже не только растерялся, но и испугался, даже попытавшись развоплотиться, но, учитывая мою появившуюся силу и помехи в любви Мирдала, которые вносили туда боязнь и отсутствие связи со мною, мне не составило труда его удержать. - Уже поздно... - Прошипела я, вставая на грудь солнечного и вторым копытом, кладя одно из задних на его промежность, желая поскорее полюбоваться на выпирающийся стерженёк в моей власти. Дракон задвигал пальцами, вцепившись в диван и скалясь. Не знаю, какие слова были готовы вырваться из его пасти, но я не собиралась их выслушивать. Пока мой накопытник двигался по мошонке дракона, передние ещё сильнее надавили ему на горло, и я внутренне улыбнулась, глядя в выпученные глаза дракона. Его рот открывался и закрывался, но кроме хрипа из него не вырывалось ни звука, а хвостик застучал по дивану - тук-тук-тук! Я снова откинула голову и рассмеялась, окатив Мирдала своей эфирной гривой. В холодные накопытники мне вдавился поднимавшийся от от удушия столбик, и я сразу его приняла в тесные и твёрдые объятия, обдав жар его плоти своим свирепым холодом, отчего только мощнее набухла мошонка. И, хотя голубые глаза выдавали протест, тело Мирдала не повиновалось своему хозяину. Оно подчинялось мне и моей магии. Я тряхнула головой и, дав дракону вдохнуть поглубже, встала с его шеи, обхватила своей эфирной гривой всю его голову, ловя в плотный мешок, похожий на звёздный космический вакуум. Такой же безжизненный и удушающий. И я услышала не только биение хвоста, но и пронзённого страхом сердца. Из-под гривы пробились неясные мычания, говорившие о том, что и занятия у Пинки Пай не пропали даром. Не сдерживая новый смешок, я прилегла на золотого, теперь пустив в дело и хвостик - им я схватила хвост самого Мирдала, хорошо помня, как драконы им владеют. Это было... Необыкновенно! Волшебная грива оказалась очень чувствительна - я ощущала и биение хвоста, и жар прерывистого дыхания Мирдала, которому начинало недоставать воздуха. Как же я хотела сейчас опуститься на его столбик! Интересно, трудно ли принцессам жить с такими гривами - или, может, это Найтмер достался такой "побочный эффект"? А может, у меня в родне́ тоже были парти-пони? Впрочем, все эти мысли были мимолётны, я же целиком сосредоточилась на том, чтобы удерживать под собой сопротивляющегося дракона. Освобождённые передние копыта я при помощи зубов избавила от накопытников и опусстила их на грудку дракона, растирая её, скользя боковушкой копытца, чтобы не только напугать, но и пощекотать! Не только его, но и себя... Недаром же и тёмная половина принцессы Луны носила накопытники! Но я даже приветствовала эту щекотку, преодолевая её будоражущую приятность, чтобы ещё сильнее порадовать своего самца опасностью, которой я его подвергала. Ему ведь она так же приятна, как и мне! - Не можешь спастись - наслаждайся! - Поддразнила я своего дракончика, нажимая ему на кончик, сдавливая его, чтобы он сильнее взлетел. - Я тоже могу поднимать солнце! - Я рассмеялась реакции тела на соединение духоты и желания, напрягавшие милый животик, поглаживаемый моим копытцем. Захваченный врасплох и полностью находившийся в моих копытах Мирдал теперь ещё не мог справляться и с собственным телом, которое против воли старалось потереться об меня своей, м-м-м, выступающей частью. Но я ведь была большой и страшной властительницей ночи, и не в моих правилах просто так доводить дракона - особенно если не получится довестись самой! Потому я лишь продолжала поглаживания, фыркая, когда гипер-раздутую бабку щекотали шерстинки, и едва сдерживаясь, чтобы не опуститься на призывно дрожавший член. Нет, ещё не время! А вот отпустить уже пора бы - животик впал, лапки вытянулись, коготки едва не пробивают обивку дивана. Я даже в обличии злобной аликорнки была менее жестокой, чем само Второе Солнце порою! Я вдохнула горячий выдох Мирдала, насладившись им как цветочным запахом. Но вдохнуть - та единственная свобода, которая ему позволила, но прежде, чем он отдышался, мог что-то понять и высказать своё мнение, я присела на его пастьку своею самой нежной частью. Его зубки почти с болью впились в меня, куснув клитор, я зарычала от боли и еле сдержалась, чтобы не вдарить копытом по голове золотого, искренне боровшегося со мною, но вовремя спохватилась и просто распахнула его пасть, раздаинуч челюсти гривой, чтобы Мирдал мог лишь шевелить язвком и невнятно мычать. Ну а мне пришлось немного его подвампирить, чтобы исцелиться. Ведь мой особенный и сам полечил бы меня, знай правду... Зато я её знала. - Так ты сопротивляться вздумал? - закричала я. Грива моя вспыхнула вспышками сверхновых. - Что же, тогда приготовься к унизительной казни! Я магией подхватила его стержень и слегка потянула на себя, пробегаясь слабым разрядом по его головке. Из распахнутой пасти дракона вырвался измученный стон, но я прервала его, снова присев на Мирдала и заставив его поневоле вкусить моё лоно. Едва не взвизгнув от язычка дракона, скользнувшего внутрь меня, я теперь мягко нажала на верхушку стержня и стала его разминать в тон чудесным полизываниям. Голову мою вскружило, я почувствовала, что золотце выскальзывает у меня из-под копыт, и потому лишь сильнее прижалась к нему крупом.... Мрарраах! Как же это приятно! Тем более, когда Мирдал, в неведении о моей натуре, ласкал не страстно и нежно, а с опасливой дрожью, что вносило приятное разнообразие в наши отношения. - Мягче... - повелела я, проглаживая роговицей кончик, прикоснувшись к нему своим носиком, неудержавшись и немного его помяв в зубках. Стон золотистого стал ещё сладостнее, а по стерженьку потекла прозрачная смазка, накормившая меня своим восхитительным вкусом доброго хищника. Нет уж, не дождёшься! Теперь, когда Мирдал был у самого края, а я болталась от него ещё не близко, я не могла позволить дракону довестись раньше меня - и магией крепко сжала стержень дракона. У Мирдала вырывался столь жалостливый стон, что я больше не могла скрывать свою сущность - и одним движением скинула на пол шлем. Пока моя магия рассеивалась вместе с образом Найтмер, я развернулась крупом в ином направлении, задрала хвостик и под взгляд ошеломлённого Мирдала рухнула на член, вскрикнув от столь резкого и непродуманного хода и ощутив, что то, что я считала метром, превратилось в крошечный миллиметр, а сконцентрированное во мне тепло готовилось вот-вот вылиться на Мирдала, чьё исчезающее колечко уже не могло сдержать золотого. Он почти потерял сознание от множества потрясений, потому, к моей радости, не сдерживал себя, терзая и разминая меня изнутри и себя снаружи, переворачивая нас, наваливаясь на меня и приближая свои по-прежнему добрые глаза к моим радостно округлившимся: - Тебе это никогда не надоест! - дракон протиснулся своим хвостиком в меня сзади, будто бы соединяясь во мне и, будто того было мало, начал перекачивать через мою тоненькую полоску плоти между стержнем и хвостом свою энергию, раскалив меня до состояния светящейся лампочки. - Я ведь не могу-у-у-у иначе! - завопила я, вкладывая в вопль все переполнявшие меня чувства и, шумно выдохнув, упала на Мирдала, чувствуя, как из-под моей синей шерсти вырывается магический жар и охватывает дракона. Ещё раз вскричав, но теперь уже от более телесных ощущений, я выгнулась на драконе, чтобы снова опасть на золотое ложе. Меня переполнил уже не только душевный огонь, но и телесный, жидкий, вырвавшийся с рыком доводившегося Мирдала, радовавшегося оргазму вместе со мною, выпрямляя лапки и сжимая зубы в нетерпеливом наслаждении при излитии, уже долго ожидаемого... Поджимая копытца и помогая себе крыльями, я в последний раз надвинулась на Мирдала, с силой, с жаром, со всей любовью и страстью, на которую только была способна, и закрыла глаза, вбирая в себя до конца разгорячённый ствол дракона, с которым не сравнится ни один жеребец. Крылья, ещё секунду назад слушавшиеся меня, распрямились с тихим щелчком, заглушенным моим новым воплем, и я просто взорвалась от той теплоты, что наполнила моё лоно. - Доброй же быть лучше... - Мирдал погладил меня по копытам пёрышком, уперев его кончик в бабку.