Что же видит она?

***

— Итак, начнём, — начал мужчина, стоя в центре зала. — Мы давно не собирали Собрания и сегодня мы можем обсудить всё. Начнём с Парижа. Дверь открылась, и все посмотрели на Маринетт. Она не спеша шла в центр, а за ней — тени. Вот этого не ожидал никто, и все смотрели на девушку, как на новое чудо света. — Простите за опоздание, — усмехнулась Мари, ставя руки на талию. — Со мной согласятся немногие, но Высшие всадники не справляются с прямыми обязанностями. Я не одна так считаю и многие согласятся со мной. — У тебя есть основание так говорить? — спросила женщина с итальянским акцентом. — Частое нарушение правил. В интересах всадников: привлечь как можно больше новичков и обучить. Также строго судить за проступки, а не выгонять за одну ошибку. Не убивать юных всадников за несоглашения с их домыслами. В зале замолчали и были удивлены. Теперь все посмотрели на Парижский орден. Буквально через несколько минут все начали решать эту проблему....

***

Тикки села напротив парней. Фокс ушёл с Мией гулять. Сегодня никто не будет нападать друг на друга, поскольку все заняты. Сейчас девушка сидит напротив Адриана и Плагга. Ей принесли меню, она заказала кофе и спросила: — Что на этот раз случилось? — устало вздохнула Тикки, изредка поглядывая в окно. — Нам скучно, вот и тебя позвали. Маринетт мы не нашли, — начал блондин, и тут им принесли заказы, которые они просили. — Конечно, вы её не найдёте, — фыркнула девушка. — Она на Собрании и полностью поглощена в процесс решения всех проблем. — И сколько это собрание будет проходить? А почему ты не там? — засыпал вопросами Плагг. — Ну проходить будет две недели. Я отношусь к наёмникам, по идее мой предводитель должен быть там. Маринетт же одиночка, которая может быть главарём, — ответила Тикки и почувствовала новую порцию вопросов. — Ты наемник? А ты не должна убивать ну или, что делают такие, как ты, — спросил Адриан. Вэй печально улыбнулась и опустила глаза. — Я изгнанник, меня выгнали и оставили клеймо, — проговорила девушка, закатывая рукав и там был чёрный крест. Парни замолчали и ведь знали, что значит. Если вожак поставил клеймо всаднику, то он или другой всадник может снять. За одну ошибку наказание, если трижды нарушил правило, то пологается изгнание, но только Парижские орден уже за одну ошибку сразу изгоняли, за то у них всегда мало народу. — Выгнали за нарушение правил, — задумчиво проговорил брюнет. — А что за правило? — Раньше наёмных убийц называли ассасинами. Их считали наркоманами, но никто не знал, что за свои принципы могли умереть. Такие люди не верили в бога, а точнее им можно было восхволять любых богов. Раньше все были верующие и не призновали чужую веру. Кредо и правила пересочились к нам, мы всегда были рядом ассасинами. Первое правило: не подставляй под удар братство. Второе правило: не убивай невинного. И третье: скрывайся на виду... — А их кредо: ничто не истина, всё дозволено. Это каждый знает, — усмехнулась Мия, внаглую присаживаясь рядом с Адрианом, а рядом с Тикки сел Фокс. — Ну раз ты такая умная, скажи мне то, что не знаю я, — фыркнула Вэй, на это Амо довольно улыбнулась. — Маринетт и Адриан целовались, — невинно захлопала ресницами. — Что?! — вскрикнули все, кроме Адриана и Мии, да так, что на них все посмотрели. Девочка достала телефон и показала каждому фотографии, и теперь все сидели с удивлёнными лицами. — То есть вы встречаетесь? — напрямую спросила Вэй, довольная улыбка появилась на ее лице. — Нет. Просто случайно вышло, — честно признался блондин, хотя умолчал, что после этого этот поцелуй долго снился ему. — Тикки, умерь пыл. Я тебе всё сказал и вряд ли Маринетт будет с кем-то встречаться, — вступился Плагг, с укором смотря на девушку. Конечно, разговор остался между ними. Рэймонд тоже не собирался откладывать разговор с Мари, но Вэй не должна раскрывать всех карт. Да и сам Плагг рад, что толком не говорил никому всю суть разговора.

***

— У тебя ничего нет! Как ты нам можешь что-то вразумить?! — взбесилась женщина, и все резко замолчали, а она посмотрела на Маринетт. — Не нужно на меня орать, я не глухая. Также не намерена рассказывать все свои планы. Я явилась сюда, чтобы свершилось правосудие над орденом! — Мари тоже терпела из последних сил, но под конец всё же сорвалась. — А ну прекратите! — рявкнул мужчина. — Значит так: мы проведём для вас испытание и кто победит, того и выслушаем. Они переместились в разные точки Парижа, Дюпэн как и её противница не собиралась отступать. Они быстро добежали до Лувра и там устроили драку, к счастью их не видели, пока дело не вышло из под контроля. Две злых женщины избивали на столько, что люди стали их замечать. Женщина ударила Мари в живот и та, улетев в кафе, при этом разбив стекло. Все посетители стали на неё смотреть. — Я сказала тебе заткнуться. Раз ты такая упёртая, то я с удовольствием вырву твой язык! — медленно приблизилась к лежачей брюнетке, которая кашляла кровью. Женщина грубо схватила Дюпэн за горло и подняла настолько высоко, что ноги не ощущали земли. Маринетт взбесилась настолько, что узоры покрыли её тела, а сама уже рычала. Брюнетка обхватила ногами руку, которая вцепилась мёртвой хваткой в её горло и постаралась отпихнуть, а если быть точнее, ударила с ноги по лицу. Шатенка упала, а теперь настала очередь Мари избивать девушку. Кто смотрел на это, даже и не думали приближаться. — Смерти захотела? Я тебя к ней отправлю! — голос Дюпэн уже был сам не свой, словно демон лезет наружу. Кожа на руках уже было полностью чёрная. Резким движением ладонь девушки соприкасалась с лицом, а после женщина потеряла сознание. Брюнетка подняла бездыханное тело и ушла через разбитое окно, как ни в чём не бывало. Через несколько минут эти две яркие персоны вернулись в зал заседаний. — Я не прошу многого, а лишь сменить всадников в Парижском ордене, — настояла уже избитая брюнетка. Все ожидали в победителях шатенку, а не подростка. — И у тебя есть люди? — спросил главарь, что принимает окончательный решения. По сути Маринетт выиграла и придётся уступить на этот раз. — Да, — сказала, как отрезала. Мужчина промолчал некоторое время и вынес вердикт: — Так и быть, сегодня мы пойдём тебе на уступки и сменим всадников в ордене. А теперь ты свободна. После этих слов девушка удалилась, ближе к выходу из здания ей встретились её тени, что ожидали ее, правда, не в таком плачевном состоянии. Маринетт вся была в синяках и ссадинах, из которых до сих пор шла кровь, а сама уже из последних сил держится. — Мы не в пролёте, а теперь домой. Я там пять часов отмучалась, — сказала Маринетт. С девушкой никто не стал спорить, через некоторое время все разошлись по домам. Только вот там сидела злая Мия, которая была в курсе про драку в кафе. — Ты опять чесала языком? — фыркнула Амо. — И получила от величественной тетки. — Это было испытание. И вообще не лезь куда не надо, — рыкнула девушка, скрываясь в ванной комнате. — Она никогда не поменяется, — заключила Мия.