Не жалей меня, прошу.

«Зачем ты говоришь мне это?» — хотел спросить Гарри, но замолк и его фраза превратилась в какой то сдержанный и нелепый звук.       Он замолк потому, что знал, что тот всё равно не ответит на его вопрос. Так еще засмущается и скорее всего переведет это всё в шутку или сделает вид, что Гарри не так понял и уж точно никогда больше не скажет что-то подобное. «Почему Драко вообще мне такое говорит? Он явно сошёл с ума после моего возвращения.» — подумал Гарри и на его лице всплыла некая ухмылка.       Он хотел хотя бы бросить взгляд на Малфоя, увидеть его выражение лица, поймать хоть какие-то эмоции, которые Малфой так часто выражает на своём аристократическом лице, любимые из которых презрение и самодовольство. Но теперь он мог лишь сидеть рядом с ним и только догадываться. — Может быть я смотрю так только на тебя. — сухо ответил Гарри, даже если «смотреть на кого то по-другому» было физически невозможно.       Его ответ подтверждал то, что он поверил словам Драко. На самом деле так и было. В этот раз Гарри не слышал ни нотки лжи в голосе Малфоя, как это обычно бывало.       Малфой до сих пор сидел с ним на скамейке, до сих пор на дальнем расстояние от грифиндорца. Он знал, что Гарри ничего не видит, но даже это не позволяло ему посмотреть в его сторону.       Мысли путались в его голове, не давая ему думать о том, что бы ответить Гарри. Почему-то он боялся наговорить ему лишнего, боялся обидеть его. После его возвращения и того, как он узнал о его утрате способности видеть, Гарри перестал казаться Драко таким нервирующим, постоянно лезущим в чужие дела, мальчишкой. Ну или он просто по нему соскучился. Теперь Поттер был каким-то незащищенным и безобидным, хоть сам и считал себя сильным и независимым.       Был бы он таким, если не исчез сразу после победы? Может быть его слава и всеобщее влияние жалости сделали бы из Гарри совсем другого Гарри. Гарри который считает, что теперь ему все должны. Например, хотя бы за то, что он спас всех от Волан-де-Морда, жертвуя своим зрением, которое уже никогда не вернёт и никогда не увидит всё то, что ему было дорого и дорого до сих пор.       Конечно, Малфой понимал, что не входил в этот список дорогих для Гарри вещей, но может быть было еще не поздно попасть в него? — Я имел ввиду, что мне всё равно: видишь ты или нет, Поттер. — бросил Малфой, словно потеряв свою прежнюю уверенность, и вернув ее снова на последнем слове. Они оба понимали, что Драко имел ввиду то, что сказал в первый раз, а не его последние слова. Хоть они и льстили Поттеру, но он не сомневался, что это всё из-за жалости, и от этого Гарри становилось не лучше. — Если бы тебе было всё равно, Малфой, мы бы тут сейчас с тобой не сидели. — оперевшись на спинку скамейки и наконец расслабившись, сказал Гарри. — А если бы тебе было хоть какое-то дело до твоих друзей, знакомых и всех, кто верил в тебя, ты бы не исчезал. — с нескрываемой злостью, прошипел Драко, но тут же успокоился и последовав примеру грифиндорца тоже навалился на спинку скамьи, обхватив предплечья своими бледными и из-за долгого нахождения на улице, уже озябшими руками. И откинув голову назад, начал рассматривать вечернее, уже почти ночное небо.       Гарри уже понял, что разочаровал многих, исчезнув. И каждый раз ему становилось стыдно, когда он об этом думал. Обычно бы Гарри бы разозлили слова слизеринца, но не в этот раз и не сейчас, когда он понял, что Драко не на шутку разозлён его поступком, что могло означать лишь одно — ему не был безразличен Гарри Поттер. Это мысль радовала Гарри, но даже думать об этом было странно.       Конечно, Драко хотел донести до Поттера совсем не это, но всё же они оба сегодня говорили то, чего не хотели иметь ввиду.       Вдруг Гарри кинул короткий взгляд в сторону дверей в школу, чтобы вспомнить откуда он пришёл и сориентироваться. Он резко поднялся, собираясь уйти. Гарри не был ни доволен, ни расстроен из-за этого странного времяпровождения с Драко Малфоем, но чувствовал, что отношения между ними явно налаживаются.       Драко не успел даже отвести взгляда от звёзд, так ярко сияющих в этот вечер, как тот уже стоял около самих дверей. Но у него даже в мыслях не было его останавливать, а Гарри даже ни раз так и не обернулся. Но спустя пару минут, после того как Драко убедился, что Гарри зашёл в здание, он тоже поднялся со скамьи и быстрым шагом направился туда же. Драко не хотел признавать, что за время их беседы, он успел замерзнуть, особенно при грифиндорце. И сейчас, он хотел побыстрее попасть во внутрь и как следует согреться.       В этот раз, войдя в Большой зал, на Гарри никто не обратил ни малейшего внимания и он смог без всяких проблем подойти к столу грифиндоцев. Но уже подойдя, он не смог отличить своих друзей из этой толпы, таких же похожих на них, силуэтов.       Драко тем временем тоже уже успел зайти в Большой зал. Конечно, ему пришлось подождать какое-то время, чтобы никто не мог подумать, что они с Поттером были вместе, но никто даже и не посмотрел в его сторону. Все были заняты чем-то своим, что его очень порадовало. Он не хотел сейчас никому объяснять где, и почему он пропадал. Первым делом он бросил взгляд на своих друзей: Панси за столом уже не было, а вот Блейз еще только доедал. Следущей вещью, на которую он обратил внимание, был растерянный грифиндорец, стоящий около стола и с такой же растерянностью пытаясь кого-то отыскать. «Кого же как не свою подругу-грязнокровку и безмозглого рыжего Уизли, конечно.» — догодался Драко и на его лице появилось отвращение.       Многие студенты заканчивали с едой и уже расходились, что создавало еще больше проблем, мешающим поискам Гарри. Его глаза разбегались. Сейчас он забыл про всё, что всегда было отличающими признаками у его друзей.       Он просто стоял по середине прохода, мешая проходящим студентам. Пока не решил подойти к очертанию, чем-то похожему на Рона. И уже почти опустил руку на его плечо, чтобы как-то обратить внимание, как кто-то остановил его, накрыв его руку своей и отпустив ее к полу. Это была рука, принадлежащая Драко Малфою. — Это не он. — ровным тоном, сказал слизеринец. — Твои друзья уже ушли. — добавил Драко и быстро одернул свою руку от руки удивленного Гарри.       Грифиндорец был благодарен Малфою за своё спасение от миновавшей неловкости перед тем грифиндорцем, но теперь неловкость в гораздо большей степени охватила уже их обоих. И убедившись, что никто не видел только что произошедшего, Драко направился к выходу из Большого зала. — Эм..Спасибо.. — коротко и не очень громко сказал Гарри. Он не был уверен, что Драко его услышал, но не мог не поблагодарить его. Постояв так еще несколько секунд и осознав, что ничего такого не произошло, Гарри направился в свою гостиную к друзьям.       Зайдя, Гарри понял, что на него до сих пор кидают заинтересованные взгляды и оборачиваются, но уже реже, чем обычно.       В этот раз он смог быстро обнаружить своих друзей. Они сидели на мягких креслах, придвинутых к столу и о что-то с интересом обсуждали. — Гарри! А мы уже хотели пойти тебя искать. — позвала его Гермиона, привстав с мягкого кресла. — Прости, было безответственно отпускать тебя одного. И это никак не связано с твоим зрением. — добавила девушка, увидев на лице друга недовольство, которое обычно появлялось в случаях, когда кто-то даже случайно упоминал его зрение. — Все хорошо. Чем вы занимаетесь? — поинтересовался Гарри, садясь на только что подвинутое им кресло. — Да так, ничем. Ты не замерз? — спросил Рон у Гарри. — На улице довольно холодно. — добавила Гермиона. — Я.. этого не заметил. — ответил Гарри, отводя взгляд.       Он не хотел рассказывать друзьям о его времяпровождение с Драко Малфоем. Он знал, что это им точно не понравится. Да и ему самому было бы неудобно об этом говорить. — Так как об этом сообщила директриса Макгонаггал? — резко поинтересовался Гарри, стараясь перевести тему. — Сначала объяснила, что ты потерял зрение из-за Темного Лорда, и это и есть причина твоего исчезновения. Потом говорила о том, что мы не должны относиться к тебе как к инвалиду, что ты можешь видеть с помощью магического зрения и так далее. Но по тебе и не скажешь, что ты потерял зрения. — нагло вмешался, вдруг остановившийся около ребят, Симус Финниган.       В его словах было какое-то недоверие или даже обвинение. Как тогда, когда на пятом курсе учебы у него возникли трения с Гарри, поскольку мать Финнигана верила статьям в «Ежедневном Пророке». А эти статьи упорно вбивали в головы читателей мысль, что Гарри Поттер врун и хвастун, а Альбус Дамблдор — выживший из ума старикашка, идущий на поводу у маленького хвастуна. Но сейчас было непонятно, чему именно Симус не верит. — Да, у Гарри хорошо получается это скрывать. — бросила Гермиона с явным возмущением и встала с кресла, уперевшись руками об стол, словно бросая ему какой-то вызов.       В гостиной нарастало напряжение. Гарри тоже хотел что-то высказать по этому поводу, но вдруг, им всем пришлось обратить внимание на звук, исходящий со стороны Рона, который уже практически засыпал, положив голову на стол. — Может пойдем спа-а-ть. — прозевал Рон, и сам того не замечая, остановил разрастающуюся в гостиной грифиндора ссору.       Посмотрев на него, Гермиона умилилась словно какому-то ребенку, а Симус понял, что на него уже не обратят внимание и ушёл к своему другу Дину Томасу, предварительно закатив глаза. — Да-а, я бы тоже не отказалась поспать. — согласилась Гермиона и зевая прикрыла рот рукой. — Завтра твой первый учебный день за долгое время. Ты не забыл, Гарри? — напомнила подруга. — Да, я помню. И думаю, мне тоже не помешает поспать. — сказал Гарри и потряс Рона за плечо, чтобы тот не заснул. — Да? Что? Идем спать? — пробубнил, вскочивший вдруг с места, Рон спящим голосом и последовал за Гарри. — Спокойной ночи. — пожелала Гермиона парням, уже отойдя на какое-то от них расстояние. — Спокойной. — в один голос пожелали ей в ответ друзья и ушли в свою спальную комнату.       Рон так хотел спать, что добравшись до кровати сразу же рухнул в нее, даже не переодевшись. А Гарри дошёл до кровати и, сев на нее, начал прокручивать сегодняшние события в голове: свое появление в Хогвартсе, разговор с Макгонаггал, «прогулку» с Драко и случай в Большом зале.       Остановившись на этом воспоминании, Гарри понял, что в первый раз так сильно разочаровался в своём зрении за это время. Раньше он не попадал в такие ситуации и считал, что уже привык к своему зрению, но похоже он только начинает к нему привыкать здесь, в Хогвартсе.