Записная книга Рал

      Леви Аккерман оставался в своей комнате за работой до самого утра. Вот только он и не заметил того, как сон всё-таки одолел его в игре «кто-кого». Когда сквозь не плотно прикрытые шторы в комнату стали проникать первые лучи солнца, игриво перебегая с места на место, капитан сонно приоткрыл глаза, приподнимая голову со сложенных на столе рук. Неприятное ощущение недосыпа давило на виски, а голова раскалывалась. Признаки неудобного сна отпечатались на его лице в виде лёгких едва заметных полосок от складок на рукавах рубашки.       «Чёрт, лучше бы и не спал вовсе!» - подумалось мужчине, когда он выпрямился на стуле, разминая затёкшие мышцы.       Контрастные водные процедуры могли бы поднять настрой. И мужчина спасался лишь этим. Свежесть после мытья предвещала появление новых сил для дня. Капитан провёл белым полотенцем по влажным волосам, собирая излишки влаги. Уже привычное ощущение прохлады в помещении прогоняло остатки сонливости.       Узкий коридор привёл мужчину обратно в небольшую комнату, которая всегда была для него ещё и личным кабинетом. И его негодованию не было предела, когда, заходя внутрь, он обнаружил на своём месте знакомую каштановую макушку, что выглядывала из-под кожаной записной книжки. И не известно, что больше выводило из себя капитана: внезапное вторжение пронырливой «очкастой» или же то, что она беспардонно читала ежедневник Рал.       -Что ты здесь забыла?! – не церемонясь особо, он быстро подошёл к столу, одним резким движением вырывая у Ханджи записную книгу. Девушка, ничуть не шокированная его реакцией, помахала ему рукой и звонко заголосила.       -Леви, а ты у нас тот ещё шалун! Чужие дневники воруешь? – Зоэ приподнялась со стула, демонстративно поведя плечом и вздёрнув одну бровь. Теперь её не остановить, ведь эта дама довольно дотошная, - Что же это за тайная воздыхательница?!       -Ты вообще о чём, ненормальная?! Кто дал тебе право заявляться в мою комнату, когда меня нет?! – Аккерман был зол, он кипел, как чайник. Но даже это не перебило разгорячённого интереса женщины. Она загадочно стрельнула глазками, ловко выхватывая несчастную книжонку из рук брюнета и начиная наматывать круги вокруг стола.       Начался настоящий кавардак. Леви пожалел о том, что не отдал этот ежедневник владельцу ещё вчера, как и планировал первоначально. Он стоял на месте, просверливая в голове шатенки приличное такое сквозное отверстие. Не собирался он играть в "салки" с майором. А Зоэ по-хозяйски раскрыла книжку на первой попавшейся странице и начала читать вслух, умудряясь делать это с чувством и расстановкой, пусть и задыхаясь от такой эмоциональной встряски. Она исхитрилась залезть ногами на стол капитана, вызывая у последнего крайнюю степень бешенства.        "12.06. 15:03.       А ведь я просто хотела сказать ему, как сильно люблю... Нет, серьезно, я не шучу. Уже прошло довольно много времени с момента нашего знакомства. Сколько именно?! День, неделя, месяц, год... Я уже и не припомню.       В памяти ясно отпечатался момент, когда впервые столкнулась с ним взглядом. Серые, наполненные печалью, глаза обдавали неминуемым холодом. Всегда хмурый, грубый и молчаливый. Люди боятся, но уважают его, однако чаще избегают. Наверняка, есть и те, кто недолюбливает лучшего воина человечества - нашу надежду на завтрашний день! Однако я готова растерзать их за это, ведь для меня он самый лучший!       Капитан не подпускает к себе чужих, словно не хочет, чтобы тревожили. Несмотря на то, что этот мужчина находится среди нашей компании, я всегда знала, что мыслями он где-то очень далеко. Ох, если бы мне хоть раз довелось узнать, что же творится в его голове, какие мысли посещают, когда он задумчиво смотрит вдаль... Мне так интересно! "       Неизвестно, как Зоэ удалось столько времени эмоционально читать эти строки. Не передать словами, в каком состоянии прибывал сейчас Аккерман, молчаливо проворачивающий в голове сцены расправы над надоедливой женщиной. Стопка бумаг с особой щедростью прилетела ей по тому самому месту, по которому следует пороть ребёнка ещё в детстве.       Ханджи спустилась со стола, вместе со своими действиями умудряясь стащить на пол парочку документов. Но стоило Леви обогнуть стол и подойти к девице, дабы забрать записную книгу, как подруга с ехидной ухмылочкой вознесла его над своей головой. Ей явно стало интересно, что будет дальше. Однако удача отвернулась и от неё. Аккерман, шумно выдохнув, сосчитал про себя до десяти, после чего ловко схватил девушку и свалил прямо на пол, придавливая своим весом. Не зря его считали лучшим из лучших. Ханджи лишь жалобно пискнула и заворчала на друга, чувствуя, как мужчина с помощью коронного мёртвого захвата отбирает у неё чужую вещь.       В двери негромко постучали. Пара не успела отстраниться друг от друга и вошедшая внутрь Петра могла видеть сложившуюся картину: Зоэ лежала на животе, громко выкрикивая, что «Леви зануда!», при этом умудряясь капризно лупить ногами по полу, как обиженный ребёнок, а сам Аккерман сидел на ней сверху, удерживая заломленную за спину руку женщины.       -Простите, я, наверное, невовремя. – Рал стало не по себе, так как раздражённый вторжением капитан до сих пор был вне себя от ярости. Он и посмотрел то не сразу на гостью, будучи озадаченным наказанием подруги. И только когда Петра собралась выходить, мужчина обратился к ней:       -Проходи, я почти закончил, – его слова звучали так, словно он не человека под собой держал, да и как будто это было обыденной процедурой. Однако в его висках до сих пор пульсировало от злости. Рал прошла вглубь помещения, не зная, как себя вести в такой ситуации. Зоэ же, приподнимаясь с пола, заохала, разминая руку, что так грубо удерживал до этого мужчина.       –Ещё раз заявишься без разрешения, и не дай Бог увижу, что лапаешь мои вещи, всё обернётся плачевно для тебя! – пригрозил Аккерман. Вот только шатенка, кажется, и не расстроилась, подскакивая к Петре с весёленькой улыбкой.       -Ты аккуратнее с нашим капитаном. А то он сегодня не с той ноги встал, – предупредила юную особу ученая, после чего всплеснула руками, - Прикинь, в него кто-то втюрился. Я сама лично читала посвящённые ему любовные мемуары.       Ханджи и вправду было не остановить. Она тараторила, как пулемёт. Леви же, не останавливая её более, вернулся к своему столу, поправляя стопки бумаг, что были разбросаны во время очередной безумной выходки знакомой. Краем глаза он поймал краснеющее лицо рыжеволосой. Когда поверх бумаг капитан положил знакомую девушке вещицу, она побелела, как скатерть. А при словах весёлой Ханджи о том, что эти мемуары были как раз в «той вон книжечке!» Петра и вовсе чуть в обморок не упала.       -Ханджи, иди, давай уже! – нетерпеливо подал голос брюнет, когда ему надоело слушать её восторженный визг. – Я понял, что к обеду необходимо собраться у Эрвина. Приду. Только давай уже, вали!       Шатенка отпустила в его адрес ещё несколько шуток и ураганом вылетела из комнаты, воодушевлённая и полная сил для новых свершений. Воцарившаяся тишина оглушила оставшуюся наедине пару. Мужчина сидел на своём месте, сложив перед собой на столе руки и пряча нижнюю часть лица за переплетением длинных пальцев. Его взгляд упал на стоящую поодаль от него девушку, которая прибывала в состоянии тихого шока. Не так он планировал начать это утро, совершенно не так. Но возможно это и к лучшему. Всё равно он не стал бы читать содержимое книжки, а Ханджи дала своего рода пинок для более прогрессивного развития событий. Не сказать, что капитан был удивлён тому, что услышал. Вероятнее всего сказать, что он предполагал подобное. Но старался закрывать глаза на какие-либо чувства со стороны противоположного пола, ибо времена сейчас отнюдь не спокойные и не предназначенные для любви.       -Твоё? – наконец, первым подал голос брюнет, понимая, что нужно уже заканчивать этот цирк. Девушка робко кивнула головой, сцепив руки в замок перед собой. – Тогда забирай. Мне он ни к чему.       -В-вы читали? – и её лицо стало белее, чем жабо капитана. В ответ он лишь отрицательно покачал головой. И только стоило Петре вздохнуть, как он добавил:       -Но прочитала Ханджи. И я слышал отрывок, - ему было интересно смотреть, как цвет лица юной влюблённой девушки меняется. Прямо, как хамелеон, довольно забавно.       Рал подошла к столу, протягивая в нерешительности руку. Когда ладонь легла на кожаный переплёт дорогой ей вещи, девушка вздрогнула, чувствуя внезапную хватку капитана на своём запястье. Напуганный взгляд загнанного в угол зверька в сочетании с пунцовыми от стыда щеками создали общую картину девичьей невинности. Она готова была сквозь землю провалиться, лишь бы не чувствовать на себе этот взгляд.       -Не боишься быть солдатом и даже не боишься смерти. А от моего прикосновения шарахаешься? – с некой досадой прозвучал его голос. А взгляд был направлен будто сквозь неё.       -Слишком неожиданно…. – нашла оправдание юная особа, чувствуя, как тепло мужской руки покидает её кожу. Леви хмыкнул, выпуская тонкое запястье из своей руки.       -Не раскидывайся своими вещами. А то слишком уж много желающих почитать чужие записи... - сделал он замечание, кивая в сторону записной книги. Под фразой "желающих" он имел в виду Зоэ. На его слова Рал утвердительно кивнула, словно обещая быть внимательней.       – Если тебе неприятно говорить об этом, я не стану тебя донимать. К тому же мне всё равно, что в этом блокноте. Я позвал тебя, чтобы ты забрала его, он мне ни к чему.       Однако даже когда заветная вещь уже была во внутреннем кармане накидки, легче девушке не стало. Слова капитана словно говорили ей о том, что ему всё равно на её чувства. Но продолжать этот разговор было бессмысленно. Юная особа поблагодарила за возвращение пропажи и хотела уже ретироваться, как раздражённый брюнет остановил её.       -Вообще-то, я ещё не закончил. Садись, - все его последующие слова звучали в тоне приказа. Возможно, всё потому что с утра ему подпортил настроение внезапный визит Зоэ.       Как оказалось, мужчина пригласил девушку, чтобы она помогла ему с рутинной бумажной работой. Якобы всё равно Петра жаловалась на то, что без вылазок ей заняться нечем. Вот "заботливый" капитан и нашёл занятие для юной особы. Усадив гостью на своё место, брюнет подвинул одну из стопок бумаг, великодушно позволяя помочь. Сам же он вальяжно присел на край стола, снимая с плеч уже не нужное ему полотенце. Мужчина сидел полубоком к Петре. Изучая другую кипу бумаг, он больше не отвлекался на разговоры. И всё словно встало на свои места. Но это было не так. Рал, хоть и пыталась быть наиболее спокойной, чувствовала, как сильно волнуется рядом с ним. Все его действия, даже то, как он сидит и разговаривает – всё это очень любимо и дорого ей.       Петра столкнулась со сложностью, негромко привлекая к себе внимание мужчины. Пришлось покинуть пригретое место на столе, чтобы заглянуть в бумагу, что держала в своих руках дама. Аккерман подошёл к ней, огибая одной рукой спинку стула, а другой - опираясь о стол. Слегка наклонившись, он внимательно взглянул на текст. Девушка пояснила причину своего затруднения, поднимая взор карих глаз на человека, что до сих пор тщательно изучал бумагу, случайно соприкасаясь своим плечом с её. Пояснение капитана прозвучало довольно быстро и чётко. Рал же приняла это к сведению.       От Петры исходил лёгкий цветочный аромат мыла, что не могло не радовать неутомимого чистоплюя внутри мужчины. Именно так должна пахнуть женщина – приятно, вызывая у мужчин положительное впечатление о себе. Невольно захотелось склониться ещё немного, чтобы снова вдохнуть аромат её волос.       Петра же испытывала нечто похожее. Несмотря на то, что Леви отпугивал многих своим хладнокровием, сейчас от него веяло теплом, настоящим человеческим теплом, что подбивало свернуться калачиком в его объятиях.       И когда каждый из них, распознав в себе некие странные желания, решили посмотреть на виновника, вызвавшего нечто подобное, тогда и столкнулись взглядами.       -Капитан, что с Вами? Вы бледнее обычного, - обеспокоенно произнесла девушка, на что последний лишь сконфузился от недовольства. В этот момент он почувствовал, что если всё продолжится в том же духе, то, несмотря на свое наигранное равнодушие, он не сможет отпустить её из своей комнаты.       -Ступай, - резко произнёс мужчина, чувствуя, как пересыхает в горле. Отстранившись от неё и нахмурившись, он отошёл на пару шагов, восстанавливая самообладание. Его реакция вызвала у Рал удивление, поэтому она хотела было поинтересоваться о причине, но капитан холодно взглянул на неё, строго повторяя, - Ступай! Скоро завтрак! Так что исчезни, да побыстрее!       Петра покинула комнату в негодовании, а мужчина присел на свой стул, окончательно остужая голову. Леви убедил себя в том, что всё происходящее - это последствия усталости и недосыпа. И то, что невинный взгляд карих глаз вызывал в нём новые ощущения – это сущий пустяк, который со временем пройдёт. Равнодушный ко всем и вся капитан не позволит себе подобную слабость.