За что?!

— Я тут, — громко ответила я, спускаясь по лестнице к столу, тем самым привлекла внимание всех, и нашей семьи и семьи Хогвэйс.       Все развернулись и уставились на меня. Ну, а мне ничего не оставалось как включить мега-идеальную дочь, и вести себя воспитанно, до тех пор, пока я сижу за столом со взрослыми. — Кэси, дорогая, ты где была? Садись скорее и знакомься. Питер и Лили Хогвэйс — наши партнеры по бизнесу, а это Джессика и Кристофер, — маман мне всех представила, после того, как я села за стол. — Да, мы с Джессикой и Кристофером знакомы. — Ну вот и отлично, значит вы быстро найдёте общий язык, — заговорила мамка этих двух исчадий ада.       Мое место было рядом с Джастином, что меня порадовало. Но радость была недолгой, после того как я заметила, что слева от меня сидит Кристофер. Класс. Все, конечно, расселись очень странно, вперемешку. Джессика со своим братом сидят вообще на разных сторонах стола, что очень странно, хотя, в принципе, меня это не волнует. Я надеюсь посидеть тут минут десять, а потом по-быстренькому свалить, под предлогом больной головы.       Все четверо взрослых бурно о чём-то беседовали, частенько вплетая в свой разговор Джастина. Только я и близнецы Хогвэйс тупо молчали. Заебись, я думала будет интересней. Крис уплетал за обе щеки индейку, а Джессика и крошки в рот не положила. — Джессика, ты что на диете? — я усмехнулась глядя в её тарелку. — Нет, я просто не хочу ничем травануться. У меня не вызывает доверия еда вашей семьи, — фыркнула Джесс, отпив немного воды. — Ага, рассказывай, ты только и делаешь целыми днями, что считаешь калории и моришь себя голодом, — Крис издал смешок и продолжил: — Между прочим, очень вкусно, сестренка, — что-то мне подсказывает, что они сильно поссорились и теперь будут без конца сраться. Ну что ж, мне только веселей. — Не подавись, братик. — И ты не поперхнись от переедания воздуха, — добавила я улыбнувшись. — Ах-ха-ха, Кэс, а ты шутница (прим.беты: да тупо), — Крис, не привлекая к себе внимания родителей, засмеялся и похлопал меня по плечу.       Ну, а я без эмоций взглянула на Кристофера, дав понять, что я ему все равно не рада. Он это заметил (прим.беты: братан, ну тя динамят так-то), но никак не отреагировал.       Через некоторое время мне в край надоело там находится. Только я начала отодвигать стул чтобы поблагодарить всех и выйти, как моя маман это заметила — Мне кажется, детям уже поднадоели наши разговоры. Кэс, дорогая, может развлечёшь Криса и Джессику, покажешь свою комнату? — противно-вежливо обратилась она ко мне.       Ох да, я же тут клоуном нанималась, чтобы развлекать самую противную парочку на свете. — Да нет, я не думаю, что им это интересно, — проговорив очень странную отмазку, я молилась, чтобы близнецы согласились с моими словами и оставили меня в покое. — Очень даже интересно, — бог не услышал моих молитв, и Крис встал из-за стола в полной готовности свалить. Ехидно улыбнувшись, он перевёл свой взгляд на меня для моего окончательного решения. — Ладно, сами напросились. Пойдём, — тяжело вздохнув, я все-таки сдалась. Деваться некуда. — А я пожалуй воздержусь, — фыркнула шатенка. Ну теперь вообще заебись. С этим придурком наедине мне оставаться совсем не хочется.       Молча отправившись к лестнице, я впустила Криса в самое святое на этой планете — в мою комнату.       Парень зашёл после меня и закрыл дверь. Чтобы не мешали разговоры с первого этажа, я надеюсь… — Значит вот они какие, хоромы самой обсуждаемой девушки в школе… — рассматривая всё, что только можно, пробормотал блондин. Я же просто сурово следила за каждым его шагом, сидя на подоконнике. — Самой обсуждаемой? У меня что, волосы неправильной длины или мерзавец Вулфард постарался? — Нет. Стоп, что? Вулфард постарался? Так вы с ним что, вс… — поняв, о чем собирался спросить Крис, я его перебила: — Нет! Я просто… Да не важно, отвечай на вопрос! — я поняла, что сморозила глупость и срочно отвела его от этой темы. — Ты просто единственная за долгое время, кто осмелился перечить моей сестре. Вот все и шумят, — прищурившись, ответил парень и уставился на меня, как лев на добычу. Наверное, стараясь отгадать, что я не договорила. — Пф, подумаешь, фигня, — я отвела глаза от парня куда-то в стенку, из-за слишком долгого и пристального зрительного контакта. — Так, значит, Финн тебя не интересует? — Кристофер начал подходить ко мне, но я надеюсь (прим.беты: надейся. с:), что он просто хочет посмотреть в окно. — Что вы все так прицепились к этому Финну? Что Джессика, что ты. — Всё просто, Джессика сохнет по Вулфарду с пятого класса, а мне Финн мешал кое-что сделать. — Что сделать? — пытаюсь выпытать из него хоть что-то полезное, пока тот уже подошёл ко мне впритык. — Да брось, Кэс, хватит строить из себя правильную недотрогу. Я же вижу, чего ты хочешь, — Крис начал шептать мне практически в губы, отчего я насторожилась и была готова со всей силы толкнуть его, чтобы парень отлетел достаточно, для обеспечения себе пары синяков. Я старалась вести себя максимально спокойно для полной неожиданности толчка.       Три, два, один! Вдохнула побольше воздуха и только подняла руки к его груди со скоростью света, Кристофер ещё быстрее отреагировал, поняв мой план, и схватил мои запястья в свои ледяные клешни.       Небольшая паника охватила меня. Я начала отчаянно вырываться, но парень был сильнее, так что у меня не получалось даже одну руку высвободить. — Советую тебе просто расслабиться, — го губы прильнули к моей шее и поцелуями он медленно сползал ниже. Заткнув мой рот рукой, этот урод лишил меня любого спасения. Истерика. Истерика! Черт возьми, у меня дома в моей собственной комнате до меня домогается парень из моей школы.       Я уже чувствую как мои глаза начинают жечь от появления слез, и вдруг дверь в мою комнату внезапно открывается, и Крис резко отскакивает от меня. На пороге стояла Джессика. Господи, Джессика! Я готова была её расцеловать за то, что та так вовремя зашла в мою комнату.       По её взгляду я поняла, что она ничего не успела увидеть. У Криса же был очень испуганный вид. Ещё бы, если бы это был кто-то из родителей, а не сестра, его бы отдали в психиатрическую больницу (прим.беты: ему бы статью приписали) для внушения моральных норм поведения, и это не ещё считая стыда перед каждым, кто об этом бы узнал. — Что, думали я позволю вам так просто съебаться от меня? — Джесс ухмыльнулась, но ни я, ни Крис, никак не отреагировали на её слова.       Пока вся злость и ненависть к этому мудаку у меня были на высшем уровне, я подошла к нему, взглянула в эти гадкие глаза, и хорошенько размахнувшись, врезала кулаком в левый глаз. Очень удачно. Нафиг эти бабские пощечины. Я почувствовала как мне стало приятно на душе, после чего схватила свой телефон с джинсовой курткой, готовясь свалить оттуда поскорей. — Я здесь оставаться не собираюсь, — рыкнула я на выходе из комнаты, и быстро перебирая ступеньки, побежала вниз. Джесс была в полном недоумении, но довольная тем, что я въебала её брату. — Кэс? Что-то случилось? — остановила меня мама, когда только увидела, как я надеваю куртку.       Да, случилось. Меня чуть не изнасиловали в моей комнате и уйти спокойно не дают. — Да нет. Просто хочу подышать свежим воздухом. Одна, — ага. — Подожди, у нас есть к тебе разговор. Присядь за стол, пожалуйста, — что? Разговор? Ко мне? Что вообще происходит.       Кое-как успокоив этот ураган внутри меня после того, что произошло наверху, я ответила: — Я вся во внимание, — мое любопытство не имеет границ, поэтому без лишних вопросов, чтобы не задерживаться, я просто села и выжигающим взглядом посмотрела на родителей. — Кэссиди, послезавтра тебе будет шестнадцать и мы бы хотели разъяснить некоторые нюансы, — о нет, только не это! Только не сейчас, умоляю, ну за что? Надо было уходить.       И это папино «Кэссиди». Ужас, меня выворачивает когда я это слышу, поэтому никому не называю своё полное имя, ни учителям, ни близким друзьям. Так меня называет только папа, остальным язык вырву, если так назовут. Кэссиди осталась в Нью-Йорке, а в Ванкувер приехала Кэс с одной буквой «с» на конце. — По-поводу празднования, Мы подумали, что было бы неплохо собраться в этот день семьёй и наблюдать момент появления имени соулмейта на руке всем вместе, — продолжил отец. Подумали они, вау. Тухнуть с предками за столом и созерцать как моя прежняя нормальная жизнь исчезает? Супер. О большем я и мечтать не могла на свой самый ожидаемый день рождения. — Чего? Нет, даже не думайте, что я соглашусь. Так уж и быть, никакой дикой тусни с толпой подростков в нашем доме не будет, но и с вами я отмечать не собираюсь. Хотите, чтобы я умерла в свой же день рождения? — я состроила недовольную гримасу, забыв о том, что собиралась вести себя как идеальная дочь перед гостями, несмотря на то, что эти гости (в лице Криса) не ведут себя лучше. — Ладно, как скажешь, тогда как ты планируешь провести этот день? — вот и застала меня врасплох маман. Я-то даже не думала о злосчастном 13 сентября, голова была забита другими вещами… или точнее людьми. — Нуу. я… — быстро проворачивая все варианты в голове немного запнулась, — я просто устрою девичник в ночь с двенадцатого на тринадцатое, — я немного неуверенно ответила, но для мамы было достаточно. — И по-поводу соулмейта, — добавила я, — а что если, скажем, он мне совсем не понравится? Могу ли я отказаться сходиться с этим человеком? — ох, пошла вода горячая. — Что? Не сойтись с соулмейтом? Исключено, Кэссиди, — усмехнулся отец. — Но ведь многие кого я знаю, именно так и поступают. Почему не смогу я? — Потому что судьбе перечить нельзя, — довольно строго и холодно вдруг заговорил Питер Хогвэйс. Да какого хера он вообще влезает? — Нет, можно! — я начала повышать голос. — Кэссиди, у нас в семье существуют свои нерушимые традиции, и одна из них — обручаться с тем, чьё имя на ладони, дорогая! Ты будешь с этим человеком и точка! — очень грубый и разозлённый голос отца сломал меня окончательно, на глазах начала появляться пелена слёз.       Не раздумывая ни секунды, я выскочила из-за стола и побежала в сторону выхода, всхлипывая по дороге. Меня все сегодня довело: драка в школе, мои непонятные чувства к Финну, Кристофер и этот гребаный разговор. Быстро обув белые кеды и подойдя к двери, чтобы исчезнуть из этого места, я остановилась, набрала воздуху, и громко крикнула отцу: — И не называй меня никогда Кэссиди! — после чего хлопнула дверью, и вышла на свежий, холодный, осенний воздух.