Almost Human

      Звучание любимых мелодий заставляло Конрада забывать о невзгодах. Когда Виктор не использовал ноутбук, изобретатель включал голосовой командой плейлист и слушал, слушал, слушал… Комната, теперь такая чистая и уютная, без хлама и тёмных углов, наполнялась нежными нотами классической музыки.       В такое время Виктор старался не мешать ему, пропадая на кухне в попытках научиться готовить. Постепенно он запоминал порядок звуков благодаря автоматический функции быстрого обучения, и прежде чем освоить поварское дело, Виктор, сам того не желая, освоил… скрипку.       Инструмент был найден при недавней уборке перед ремонтом. Не склонный задавать лишних вопросов, Виктор по велению Конрада положил скрипку в шкаф, и оба забыли о ней.       Спустя неделю, в День рождения Конрада, когда Виктор не знал, откуда взять подарок, вдруг вспомнил об инструменте. И пока Конрад не вернулся из магазина, робот научился играть одну-единственную, зато самую любимую хозяином мелодию. Этот не столько подарок, сколько сюрприз, обещал сразить изобретателя наповал. Многие роботы играли на музыкальных инструментах, некоторые составляли целые оркестры по всему миру, но ещё ни один робот, созданный не для музицирования, не обучал сам себя с такой скоростью и рвением. Виктор предвкушал удивление и восхищение Конрада.       Едва изобретатель, стуча тростью, переступил порог и поставил покупки на тумбочку, зазвучал Вивальди.       Живые звуки музыки исходили от Виктора, стоявшего посреди комнаты. Он умело водил смычком по струнам, повинуясь заученному алгоритму движений. И всё же не безжизненно-механическое ощущалось в этой игре – мелодия, казалось, приобрела душу, искреннюю теплоту, что шла от того, кто играл на скрипке. Тем сильней Конрад ощущал всю её глубину обострённым из-за слепоты слухом. Стоял и слушал, замерев от пронзительности момента. Он уже понял, что это подарок, и подарок самый прекрасный, какой только мог быть. У Виктора не было денег, из-за своих страхов он не мог выйти на улицу, чтобы купить безделушку, лишённую изюминки, души, обязательной для настоящего подарка. Тогда он поступил иначе и добился желаемого: душа Конрада расцвела, а лицо озарила полная восхищения улыбка. В последний раз он был так счастлив в детстве, при давно забытых обстоятельствах.       Мелодия мягко оборвалась, и Виктор опустил смычок и скрипку в ожидании одобрения. Хозяин отзываться не спешил, очевидно, потеряв дар речи.       - Вам понравилось?.. Или нет? – осторожно поинтересовался Виктор. Людские эмоции всё ещё были для него тёмным лесом, а «благодаря» Оскару, который любил надевать фальшивую улыбку, а потом ругать его, Виктор любую человеческую мимику воспринимал двояко и с подозрением.       Он мог не опасаться: чувства Конрада были искренни, он даже бросился к роботу и едва не упал. Рухнув на колени, чтобы сравняться в росте, Виктор схватил хозяина в объятья, наслаждаясь благодарными восклицаниями своего создателя.       - Понравилось? Да я просто сражён твоим мастерством! – говорил он позже. – Ты научился играть на скрипке, Виктор, просто чтобы порадовать меня и подарить самый дорогой, самый искренний подарок. Ты просто чудо! Жаль, что в ответ я могу сказать лишь «спасибо» и не в силах подарить что-то столь же восхитительное и равноценное, к тому же День твоего рождения мне, увы, неизвестен.       - Как и мне самому, - признался Виктор без особого сожаления. – Знаете, я впервые сделал подарок, и у меня получилось. Дарить кому-то радость так приятно, хозяин. Вы можете ничего мне не дарить, но если хотите, назначьте любой день моим Днём рождения. Не всё ли равно, когда меня сделали?       - Ты прав, - кивнул Конрад. Они сидели рядом на любимом месте в комнате – небольшом диванчике. – Полагаю, ты не любишь осень из-за дождя, весну из-за слякоти, а зиму и подавно. Тогда пусть будет лето и день, когда мы встретились.       Этот День рождения Конрад впервые отмечал не один. И, безусловно, праздник удался.       В один из ничем не примечательных дней город захлестнула волна паники. А за неделю до этих событий Конрад заставил Виктора сделать первый шаг на пути к изменению своего статуса в обществе.       - Виктор, - выдохнул он, едва переступив порог. – Во дворе котёнок на дерево залез и не может спуститься. Это твой шанс.       Занятый игрой на бирже, робот в недоумении покосился на человека.       - Вы серьёзно, хозяин? Котёнок?       - Ну разумеется серьёзно, - сердито отозвался Конрад, стукнув тростью. – Хорошо, что ты помогаешь мне, но нужно делать это и для других. Ты же робот-спасатель. Спаси котёнка, оправдайся перед людьми. Глядишь, тебя больше не будут преследовать.       - Хотите сказать, я должен выйти наружу и на глазах у людей схватить этого котёнка? Может, лучше дождаться ночи, чтобы никто не увидел меня?       Меньше всего на свете Виктору хотелось выполнять эту просьбу, но ещё сильней он боялся разозлить Конрада, который, как оказалось, бывал довольно вспыльчивым, но никогда не обижал Виктора.       - Какая ночь? – рассердился изобретатель. – Твой поступок должны увидеть, заснять и рассказать об этом другим. Только так они поймут, что ты уже не тот Виктор, каким тебя знают.       Совершенно уверенный в том, что, увидев его, люди вызовут полицию, Виктор побрёл к выходу.       С дюжину людей (в основном дети) столпились у высокого клёна во дворе, глядели вверх и переговаривались. Громче всех причитала сгорбленная старушка – вероятно, хозяйка котёнка. Виктор огляделся в поисках робота, который мог бы сделать работу за него, но в самый разгар понедельника все они были на службе, лишь горстка детей отлынивала от занятий и переживала за судьбу котёнка. Животное жалобно мяукало на самой верхушке дерева.       «Будь, что будет», – решил Виктор и, пересилив себя, шагнул навстречу.       Кое-кто из детей узнал в нём сбежавшего преступника и с криком ретировался. Остальные их примеру не последовали, что уже было огромным для Виктора облегчением.       - Там мой Малыш! – зашамкала старушка, подслеповато щурясь на робота. Восхищённые появлением робота дети объяснили ей, что сейчас проблема решится. – Пожалуйста, помогите! Он сейчас упадёт!       Решив сделать всё быстро, пока копы не пришли по его душу, Виктор прицелился и вытянул руку до самой верхушки клёна. Котёнок, балансирующий на тоненькой веточке, испуганно запищал, увидев похожую на клещи стальную ладонь, но прежде, чем ветка сломалась, Виктор успел ухватить животное и вернуть хозяйке.       - Ох, спасибо вам большое! – заплакала женщина, прижимая к себе шипящего на Виктора котёнка. Она хотела ещё что-то сказать, но тут Виктору пришлось обернуться и рявкнуть на одного из детей. Мальчик держал в руке телефон, и роботу стало ясно: всё это время он снимал его поступок на камеру.       - Быстро стёр!!! – заорал Виктор так, что дети мгновенно разбежались. Замахнувшись, робот не сумел отнять гаджет – мальчишки уже и след простыл.       Теперь на Виктора глядела лишь перепуганная старушка.       - Простите, - спешно извинился он. – Ладно, пойду я отсюда.       Быстро покинув двор, Виктор раздражённо хлопнул дверью и опустился на диван. Понимая, что потребовал от него слишком многого, Конрад молча удалился на кухню. И всё же это был необходимый шаг, чтобы его детище, наконец, прекратили преследовать.       Минуты спустя во дворе объявилась полиция. Но к тому времени там не было никого, даже старушки. Видимо, кто-то из детей, узнавших Виктора, попросил взрослых вызвать стражей порядка. Поплутав по окрестностям, копы уехали. Конрад видел их из окна, но решил ничего не говорить Виктору, иначе тот больше никогда не выйдет из дома.       Запись со спасением котёнка попала в Интернет, но Виктор, опасавшийся искать информацию о себе, так её и не увидел. А в это время сотни людей, посмотревшие запись, постепенно меняли мнение о некогда грозном оружии Оскара. К концу первой недели, когда случился «второй выход» Виктора, видео стремительно набирало просмотры. Многие пытались найти героя, но были и те, кто сомневался, полагая, что Виктор притворился добреньким и лишь ждёт своего часа, чтобы всем отомстить за своё поражение.       Виктор не сердился на Конрада – слишком сильна оказалась привязанность, чтобы пожертвовать ею, обидеться или даже покинуть хозяина. Они оба нуждались друг в друге, их духовная связь лишь крепла, и порвать её означало бы гибель обоих. Без Конрада Виктор давно был бы схвачен и возвращён в тюрьму, а Конрад без Виктора так и не собрал бы достаточно средств, и полностью ослеп.       День, когда город сотрясла серия терактов, начался с радостного события для Виктора и его создателя. Наконец-то удалось собрать нужную сумму за почти три месяца успешной игры на бирже. Виктор был доволен собой, а Конрад даже прослезился от благодарности. Но всю радость омрачило известие о терактах. Восемь целенаправленных взрывов, десятки погибших. Пара бомб взорвалась в соседнем квартале, их было прекрасно слышно. Меньше всего хотелось сейчас выходить наружу, но Конрад и тут решил воспользоваться моментом.       - Людям нужно помочь! – обратился он к Виктору. – Ну, что ты сидишь?       - Вы, наверно, забыли, хозяин, - напомнил робот. – Мой боевой режим заблокирован, а взрывы могут нанести непоправимый вред моему…       - А тебя никто и не просит лезть на рожон, - возразил Конрад. – Защити людей. Ты же говорил, что владеешь приёмами боя. Вот и используй их на крайний случай вместо оружия.       - Смотрю, вам нравится посылать меня в людскую толпу, где каждый первый мечтает разобрать меня по винтикам, или сдать копам, - съязвил робот.       - Виктор, если б я мог, сам бы ринулся туда, - с обидой произнёс изобретатель. – Только что передали: неподалёку в магазине бижутерии удерживают заложников. Освободи их и выведи на свободу. Когда ты спас котёнка и не добился этим прощения, я понял, что не стоило просить тебя об этом. Действия ради выгоды, чтобы добиться признания, поступки не от чистого сердца ничего хорошего не сулят. Поэтому сейчас я прошу не ради того, чтобы тебя оправдало общество. Ты отправишься туда, как робот-спасатель, и сделаешь то, что должен. Пусть в тебе видят преступника – нам не изменить людское сознание. Просто помоги им. А дальше пусть сами решают, кто ты для них – друг, или враг.       Признание хозяина выбило Виктора из колеи, ведь он пытался добиться от людей именно этого. Больше всего на свете не хотелось бодаться с террористами, особенно без оружия, особенно просто так, как какой-нибудь примитивный, немой робот, не требующий вознаграждения. Но Конрад был неумолим, и Виктор шагнул навстречу опасности.       По дороге пришлось наблюдать бегущих людей, перебивающий зловещую тишину опустевших улиц вой сирен, а ближе к месту теракта – пробку из наземных и летающих автомобилей. Проходя мимо места взрыва, Виктор увидел груду горящих, искорёженных машин, и живо представил себя на их месте. Пока он будет выводить из магазина людей, эти звери обязательно метнут гранату, и тут уж никакие приёмчики не помогут. Ему оторвёт руку или ногу, а то и голову, разворотит грудь, и он отключится – возможно, навсегда. Или даже взорвётся и сгорит, как эти машины. И всё ради горстки людей, любви к которым по понятным причинам Виктор не испытывал. В его сердце был лишь Конрад, который никогда бы не смог научить Виктора любить кого-то ещё. Давняя злость и обида на людей никуда не делась, и сейчас роботу предстояло побороть в себе эти чувства хотя бы ради создателя.       Как назло, магазинчик окружили полицейские, но им явно было не до разыскиваемого робота, и Виктор спокойно прошёл мимо. Это даже прибавило ему уверенности.       Внутри оказалось девять человек и трое бандитов. Люди лежали на полу, и пока двое держали на мушке продавца и сгребали драгоценности, третий вёл переговоры с полицией. Войдя внутрь, Виктор прижал этих двух к стене, вытянув руки. Стальные пальцы сомкнулись на шеях преступников, и те захрипели. Главарь разрядил в Виктора всю обойму ещё до того, как пригляделся к противнику, затем выронил пистолет и попятился. Столкнув головами своих пленников, робот принялся за третьего. Тот уже тянулся к гранате на поясе, но Виктор, перемахнув через стойку, сорвал пояс и ударил человека под дых и по лицу. Тот скрючился от боли на полу, и Виктор, потеряв к нему интерес, стал поднимать людей, и, прикрывая собой, выводить наружу. С поверженных преступников он не спускал глаз.       Его немедленно взяли на мушку, едва Виктор покинул магазин вместе с последним заложником. Это настолько возмутило робота, что он закричал:       - Вы же видели, как я зашёл туда и вывел их! Преступники обезврежены! А я не прес…       И тут до него дошло, почему копы так себя ведут. Его считают пособником, умело разыгравшим спектакль с заложниками, пока сообщники внутри продолжают собирать драгоценности. Когда Виктор признал, что всё-таки вернётся в тюрьму, из толпы зевак послышался неожиданно громкий старушечий голос:       - Этот робот спас моего котёнка, а теперь и людей! Он герой! Не трогайте его, проклятые копы!       Боевая старушенция семенила навстречу, расталкивая полицейских с их оружием.       - Идите ловить остальных бандитов, а он не преступник! – дерзко заявила она, закрывая собой ноги Виктора.       Вслед за ней и другие люди, в том числе и пятеро бывших заложников, подошли к ним и подтвердили, что так и было. Они все смотрели то самое видео, видели, как Виктор расправился с террористами, и собирались отстоять свободу этого робота. Под напором всё большего числа людей полицейским пришлось сдаться и опустить оружие.       Эти кадры попали во все новостные сводки. Сопровождаемый восхищёнными взглядами, Виктор спешно ретировался, не забыв поблагодарить заступившихся за него людей и особенно ту, что первой вышла к нему. Виктору женщины не нравились, но теперь среди них появилась одна, которая придала ему веры в человечество. Тому, что его снова сняли на видео, Виктор был не рад, но вполне удовлетворён тем, что исполнил просьбу Конрада и сделал доброе дело. В тот вечер благодарный изобретатель не отпускал его от себя ни на минуту, и, позабыв о сегодняшнем приключении и даже о доброй старушке, Виктор наслаждался обществом любимого человека и с нетерпением ждал того дня, когда хозяин встанет с больничной койки и скажет ему: «Я снова вижу, Виктор!»