Я изменюсь, наверно

[7 июня.] Экзамены сданы. Результаты известны. Мама звонила три дня назад и сказала, что билет у меня на 7 июня 14:00. Сегодня последний день, который я провожу здесь. Сегодняшнеий миссией было приехать в школу, забрать аттестат и ехать в аэропорт. Я лежала в постели и мне нужно было поднимать свой ленивый зад, чтобы собираться в школу. Но вспомнив о том, что сегодня я покину это место, начала активно одеваться. Перед тем как выйти я всё убрала в комнате, ведь я больше не вернусь сюда, пускай хоть чисто будет. Взяв чемодан я, с улыбкой до ушей, спустилась в низ. Папа сидел за столом и то, что я была с чемоданом его удивило. — Куда-то собралась? — повернувшись ко мне, сказал папа. Я решила не отвечать на вопрос, а просто высказать, то что хотела. — Пап, я любила тебя. В нашей семье всё было хорошо, но после той ситуации, — папа напрягся, я заметила это и сбилась с мысли. Я не хотела долго молчать. — Мы же могли нормально общаться, даже без мамы. Ты мог устроиться на нормальную работу, не начинать пить, курить. Мы могли жить нормально. Что пошло не так? — в ответ ничего не последовало, — Но даже после того, как ты пошёл по наклонной, я продолжала поддерживать тебя. Как жаль, что это было напрасно. Было понятно, что я не добьюсь адекватного ответа. В его глазах уже давно нет любви, он не видит во мне дочь. Я решила сказать разу. — Я уезжаю к маме. Пока. — не посмотрев на него я уже взяла ручку чемодана и покатила его к выходу, но папа, видимо, не собирался меня отпускать. — Ты никуда не поедешь. — Поеду. Тебе наплевать на меня, не притворяйся заботливым папочкой. — Я продал тебя. — я услышала тихий смешок. — Какого…? — я остановилась не веря в его слова. Он не только не видел во мне дочь, он во мне человека не видел и продал меня, как вещь. — Извини, но это уже слишком. Прощай! Я уже почти переступила порог, как он схватил меня руку. Да так сильно, что кровь не поступала к киси руки. От этого я не много пискнула. — Ты не поняла?! Ты никуда не едешь! — опять я смотрю в эти глаза, которые когда-то были родными, но в них уже нет ничего. Поняв, что отец не в адекватном состоянии, я наступила ему на ногу попыталась вырваться, но он значительно сильнее меня. Отец потащил меня в глубь комнаты. Мне стало страшно. Что делать? Я почти смогла задышать полной грудью, и опять мне не дают этого сделать. Нет, я не позволю. Это мой последний шанс на нормальную жизнь. Я схватила бутылку, которая лежала на полу и ударила ей по голове папы. Он пошатнулся и облакотиося на стену. Хватка ослабла и я сумела вырваться. Я схватил чемодан и пулей вылетела из дома. Ещё минут пять я бежала, боясь, что он будет преследовать, но всё обошлось. Продал значит? Его долги на столько велики? Я всё не могла отдышаться после моей «пробежки». Господи, насколько же он прогнил. Мне даже не хотелось плакать. Я просто разочаровалась в нём окончательно. Возможно, по документам у меня есть отец, но в сердце нет. Я уже забрала документы из школы и, на удивление, всё прошло спокойно. Перед улётом, хотела сделать ещё одну вещь. Мой взгляд упал на ближайшую парикмахерскую. Новая жизнь, новая внешность, новая я. Было немного страшно красить свои белокурые волосы, но они предавали мне какую-то миловидность, но я не хочу быть такой. Ещё я решила их обрезать. После 13 лет я не подстригала свои волосы и они успели вырости до поясницы, думаю мне придётся с ними расстаться. [Аэропорт России] Ну вот и всё. Наконец-то я улетаю. Столько плохого случилось в этом месте, но я хочу забыть это. К черту того, что причинил тебе боль. К черту эту подругу, что не может держать свой рот закрытым, когда идет разговор о тебе. К черту того человека, что ранил тебя. К черту того, кто лгал тебе. К черту этих двуличных людей. К черту их всех. Глупо думать, что в Корее всё будет хорошо, ведь я без проблем — это не я, но я буду надеяться. По скорей бы увидеть маму, какая она сейчас? Как она встретит меня? Как она изменилась? Я помню её только такой, какой она была 12 лет назад. В любом случае всё должно быть хорошо. [Аэропорт. Сеул.] Я уже вышла с самолёта и забрала свой багаж. Но я нигде не могла найти свой выход, там меня должна была встречать мама. Мне кажется, что я обошла всё что можно, но где этот чёртов выход? У меня уже начиналась паника, глаза были на мокром месте. И сама не знала почему. Я продолжала бегать, ища выход. Поняв, что всё бесполезно, я опустила голову и хотела дать волю слезам, но я врезалась в какого-то человека. — Извините, — я подняла голову, посмотрев на человека своими красными и почти плачущими глазами. Передо мной стоял парень довольно крупного телосложения. У него были блондинистые волосы и тёмно карие глаза. — Девушка, может вам нужна помощь? — он был немного удивлён моим видом и с какой-то жалостью посмотрел на меня, как будто перед ним был брошенный котёнок. — Да, я никак не могу найти выход №3. — моргнув глазами две слезинки скатились по моим щекам. Я поспешила их вытереть. Не хватало ещё чтобы он видел, как я плачу. — Вон там. — парень показал за мою спину, я повернулась.Вот это я идиотка. Перепутала 《№9》 с 《№3》. Но на входе я заметила женщину, которая смотрела в разные стороны, ища кого-то. Это была она. Она почти не изменилась, только её волосы стали короче. Я не могла пошевелиться. Я просто любовалась ей. 12 лет. Целых 12 лет я не видела её. — Мама! — неожиданно для себя, крикнула я на весь аэропорт. Все были заняты своими делами и лишь некоторые обратили на меня внимание, но мне было плевать на них. Она посмотрела на меня. Уже с такого расстояния я увидела улыбку на её лице. Секунд тридцать мы смотрели друг на друга. Я не выдержала и сорвалась с места. Я бежала так быстро, как могла, а по щекам уже текли слёзы. Пара секунд, и я заключила её в свои крепкие объятия. Как же мне не хватало этого. Таких тёплых и нежных объятий. Я чувствовала, как она плачет, её тело с легка тряслось. А Я уже не сдерживалась и во всю ревела, уткнувшись в её шею. От неё пахло точно также, как 12 лет назад. Мы остстранились друг от друга и опять смотрели друг другу в глаза. Её родные глаза, наполненные любовью и слезами радости. — Юни…- еле как выдавал она, сквозь слёзы. От этого мои всхлипы стали только громче. — Успокаивайся и пошли в машину. Уже в машине наши разговоры не утихали. Столько всего произошло за 12 лет. Выслушав меня, мама принялась за свой рассказ. — После уезда из Росси я работала в офисе. Год я пыталась забрать тебя, но твой отец не поддавался ни на какие уговоры и я решила действовать через суд. На что мне последовала угроза… — Стоп, что? Мне папа сказал, что ты сказала якобы я тебе не нужна и ты не собираешься меня забирать, — неужели он наврал мне? А после этого я позвонила маме. О Боже… Я же столько всего наговорила ей. Осознав свою давнешнюю ошибку мне стало безумно стыдно. — Мам, прости пожалуйста. Когда я позвонила тебе, я же столько плохого тебе сказала. Простииииии… — Юни, не извиняйся. В тот момент, я знала, что он мог наговорить много плохого обо мне. — Ты говорила что-то про угрозу. — сказала я, в ожидании продолжения рассказа. — Ах да. Когда я сказала про суд он сказал это — 《 либо у тебя есть дочь и она живёт со мной, либо у тебя нет дочери》- после этого я перестала настаивать, боясь, что он что-то сделает тебе. После этого я полностью погрузились в работу, и всё пошло очень хорошо. С начала я была секретарём, потом зам деректором, а потом и деректором. Когда я полностью обустроила свою жизнь, купила дом, машину. Я хотела забрать тебя, предложив ему деньги, но он не согласился, опять говоря свои угрозы. Я удивлена, что он так просто тебя отпустил. — Ну не так уж и просто…- я опустила глаза, это вызвало у мамы недоумение. — когда я сказала, что я уезжаю, он заявил о том, что продал меня, — глаза матери округлились. — он схватил меня за руку и потащил меня в комнату, но выпитая бутылка от алкоголя спасла меня. — Она посмотрела на синяк возле кисти руки и на довольно большой синяк на плече. — Подонок. — Мама взяла в руки мою правую руку и поцеловала её. Столько нежности было в этом поцелуе, что я машинально улыбнулась. — Если хочешь мы можем подать в суд. Они разбе… — Нет мам, не нужно. С этого момента он мне никто, я больше не хочу его трогать. На моих словах машина остановилась и мы вышли из неё. Передо мной стоял довольно не маленький дом. Да что там не маленький. Он был огромный. Два этажа, высокий кирпичный забор, красивый сад и теперь это — мой дом. — Проходи — с улыбкой сказала мама, а я в ответ улыбнулась ей и вошла в дом.