You're not alone, my lady

      Она никогда не бывала в подобных местах. Всё это было ново для неё: полуподвальное помещение с тусклым освещением, узкие коридоры, по углам которых целовались парочки, запах сигаретного дыма и алкоголя. А самое главное – оглушающая музыка, свист электрогитар, гулкий звук басов, громкий ритм ударников, бьющий по ушам. Такое место больше подходит для её младшей сестры. Да, Арье тут бы понравилось. Но не ей. Как она вообще тут оказалась?       Ведомая ощущением одиночества, последнее время так часто посещающим её, Санса согласилась на уговоры подруг сходить на концерт. Но тогда она ещё не знала, на какой именно. И куда. Маргери пригласила её на выступление своего брата. Санса знала, что Лорас поёт в какой-то группе, но никогда не уточняла, где они выступают и что поют. Каково же было её удивление, когда таксист остановил машину в странном районе, рядом со зданием, больше похожим на завод, на стене которого был нарисован огромный красный паук на чёрном фоне. У железной двери толпились люди. Они все поголовно были одеты в кожу, а на футболках у них были странные принты в виде животных; у многих девушек волосы были выкрашены в разные цвета и имелся пирсинг. Разглядывать подробно этих странных людей Санса не стала, но ей стало понятно, что в белом сарафанчике и аккуратных босоножках она не вписывается в эту толпу.       Однако отступать было поздно: она пообещала Маргери и Джейни, что пойдёт с ними, а девушки уже должны быть в клубе. Санса слышала звуки ударных - даже здесь они были слышны довольно сильно, и это она ещё даже не вошла внутрь! Что же будет, когда она войдёт?       Двое мужчин проводили её сальными взглядами, и она тут же пожалела, что не надела юбку подлиннее или брюки. Кто-то что-то сказал ей вслед, но Санса это проигнорировала, гордо вздёрнув носик.       За железной дверью оказалась лестница, ведущая вниз. Понимая, что больше идти некуда, Санса начала спускаться, но её остановил охранник. И тут откуда-то сбоку выскочила Маргери.       - Девушка с нами, - очаровательно улыбнулась она охраннику.       Тот без лишних вопросов отошёл.       - Ты чуть не опоздала! «Knights» уже готовятся выступать. А Лорас сегодня хорош! Ты оценишь!       Маргери была одета в чёрное кружевное платье с розочками и декольте. Платье доходило длиной до колен, но давало воображению возможность разыграться, так как было полупрозрачным и как перчатка обтягивало её фигурку. Маргери никогда не отличалась излишней скромностью, но этот её наряд Санса могла бы по праву назвать вульгарным.       Джейни стояла у самой сцены, и, заметив подруг, радостно замахала руками. Санса улыбнулась ей в ответ. Они дружили с детства, росли, учились в школе, даже вместе приехали в столицу, чтобы поступить в университет, а также найти здесь свою любовь. С этим, правда, пока не складывалось, у Сансы уж точно.       Она была влюблена в Джоффри Баратеона, сына давнего друга отца, но уже через пару месяцев отношений её парень, если его можно так назвать, показал своё истинное лицо, оказавшись настоящей скотиной, грубой и жестокой. Совсем не такого мужчину Санса мечтала видеть рядом с собой. Они расстались, и последние два года она провела в одиночестве. Нет, у нее бывали свидания, она даже пару месяцев повстречалась с Лорасом, но всё закончилось тем, что молодые люди остались просто друзьями.       От грустных мыслей о собственном одиночестве Сансу отвлёк громкий поцелуй возле уха – это Джейни чмокнула воздух, чтобы не оставить следа от ярко-красной помады на её щеке. К слову, она сегодня тоже была одета не совсем привычно: кожаный корсет, приподнимающий грудь, превращающий её в округлые аппетитные шарики, и обтягивающие чёрные лосины. Темные волосы, завитые в кудри, оттеняли бледную кожу лица, а вкупе с алыми губами та и вовсе казалась почти белой. Санса в очередной раз подумала, что совершенно не вписывается в антураж этого места.       Но вот на сцену вышли они, «Night Knights». Именно так объявил группу диджей. На сцену вышли четыре человека. Красавчик Лорас был солистом, Санса знала это. Подойдя к микрофону, обвил его своими длинными тонкими пальцами и поприветствовал зал, а поклонницы, коих было тут множество, громко завизжали от восторга.       А затем раздался свист соло-гитары. Санса не могла понять, что ее так привлекло - этот пронзительный звук или огромная фигура человека, появившегося на сцене. Но её взгляд был прикован к нему всё выступление. Она не знала, как охарактеризовать ощущения, охватившие её, накрывшие, словно волной, не давая вдохнуть. Восторг? Восхищение? Волнение? Нет! Все эти слова даже близко не подходили, чтобы описать то, что она чувствовала. Ревность, некая доля зависти и нетерпение слились воедино, ведомые нервным возбуждением. Лицо этого человека было скрыто капюшоном толстовки, в которую он был одет. То, что творили его пальцы, бегая по струнам гитары, было волшебством! И он так грозно, но в то же время гордо, возвышался над толпой, что кровь кипела в жилах, а сердце бешено колотилось.       Лишь когда гитарист закончил свою феерию и покинул сцену, она словно очнулась от морока, поймав себя на том, что со всей силы сжимает перекладину металлического ограждения перед собой. Маргери схватила её за руку и потащила сквозь толпу зрителей в какую-то боковую дверь. И Санса, всё ещё не понимая, что с ней только что было, послушно последовала за подругой.       После полумрака зала свет в помещении, куда Маргери притащила Сансу, резко ударил по глазам, и ей пришлось зажмуриться. В первые мгновения она даже не поняла, где они. Но когда к неё подскочил Лорас и заключил в объятия, она наконец-то огляделась и поняла, что здесь собралась вся группа. Бас-гитарист Ренли вальяжно развалился на диване, у стены скромно мялась крупная фигура, и в первые секунды Санса подумала, что это и есть тот самый гитарист-виртуоз, но это оказалась девушка, довольно некрасивая, очень высокая, мужеподобная, игравшая в группе на ударных. Лорас представил ее как Бриенну Тарт, но Сансе это было неинтересно. Она быстро обвела глазами комнату и увидела его - огромный, под два метра, а может, даже выше, широкоплечий и мускулистый, он стоял возле двери напротив, пил воду из бутылки, запрокинув голову. Кадык на его горле двигался вверх-вниз, а по мощной шее стекала струйка воды.       - А это Сандор Клиган, - произнёс Лораса над её ухом.       Мужчина опустил бутылку и посмотрел в их сторону. У него были серые, глубоко посаженные глаза, похожие на глаза её отца, густые чёрные брови, высокие скулы, нос с горбинкой, резко очерченные губы, четкая линия подбородка, об которую, казалось, можно порезаться. Одна часть его лица была по-мужски красивой, но вот вторая, которую до этого скрывал капюшон, была изуродована жуткими шрамами, судя по всему, от ожога. От неожиданности Санса отшатнулась.       Он уставился на Сансу, оглядев её с головы до ног. От его взгляда захотелось спрятаться. Казалось, он видит её насквозь. Это был взгляд не человека - хищника, не меньше. А она его добыча, хрупкая лань или, что ещё хуже, испуганный кролик.       - Я, пожалуй, пойду, - пролепетала потрясённая Санса, внутренне сжавшись, отвела взгляд от его ладной крупной фигуры и попятилась к двери.       Маргери хотела было возразить, что сейчас они все собираются идти в какой-то бар, чтобы отметить успешное выступление, но Санса её уже не слышала. Она распахнула дверь, ведущую в задымлённый зал, и почти бегом рванула сквозь толпу танцующих к выходу из бара, пару раз задев кого-то плечом и даже не извинившись.       Она выбежала на улицу. Было уже темно и довольно прохладно. А ведь она и забыла, что уже осень, днём ещё тепло и даже бывает жарко, а к ночи начинает холодать. Сразу видно, что давно не ходила никуда по вечерам. И её летний сарафан совсем ни к месту.       У входа все еще толпились люди, но Санса не различала их лиц. Она отошла в сторону, лихорадочно соображая, что делать дальше. Долго стоять здесь в таком виде она не сможет – замёрзнет и простудится. К тому же, уже поздно. Интересно, сколько сейчас времени? Когда такси высадило её у этого странного места, было еще светло...       Она отошла подальше от грохота музыки, смеха и гомона и дрожащими то ли от холода, то ли от волнения руками извлекла из белого клатча сотовый телефон. Набрала номер такси и сделала ещё несколько шагов в сторону, даже не задумываясь, куда идёт. Завернув за угол здания, она оказалась в тупике возле небольшой пристройки. Здесь было темно, а в самом тупике, с трёх сторон закрытый кирпичными стенами стоял чей-то байк.       Слушая гудки в телефоне, она повернула обратно, но сегодня определённо был не её день. Дорогу ей вдруг преградил какой-то парень, невысокий, узкоплечий. Его лица она не рассмотрела - было слишком темно, - но парень явно не внушал доверия. Пытаясь справиться с дрожью, Санса попросила дать ей пройти. Попросила вежливо, как всегда учила ее мама, и учтиво, но это не помогло. Парень усмехнулся и приблизился к ней.       - Не ожидал увидеть тебя здесь, Санса.       - Рамси? – она подняла на него удивлённые глаза. Этот до боли противный голос мог принадлежать только ему.       Она знала его. Они вместе учились в школе на Севере. Рамси был внебрачным сыном одного из бизнес-партнёров её отца. Их семья жила недалеко от родового поместья Старков - Винтерфелла, и дети ходили в одну школу. Но Сансе он никогда не нравился, особенно его глаза, маленькие, бесцветные, почти прозрачные. От его взгляда Сансе всегда было неприятно, а по телу бежали мурашки. Это было какое-то неконтролируемое чувство страха, смешанного с отвращением. Она всегда всеми силами избегала общества Рамси, в школе старалась не оставаться с ним наедине, почти не общалась с ним и не смотрела ему в лицо, а когда его отец приезжал по делам бизнеса в Винтерфелл и привозил его с собой, притворялась больной. Эта маленькая ложь всегда выручала её.        Но однажды ей все же не удалось избежать общества этого противного типа. Это было в последний год старшей школы. Санса собиралась поступать в столичный университет, и все её мысли были заняты только этим. Она уже представляла, как прекрасной северной принцессой приедет в Королевскую Гавань, а там её встретит Джоффри – её золотоволосый принц.       Они с ним уже тогда были знакомы, и Санса влюбилась по самые уши. Во всех свои мечтах она представляла себя только с Джоффом, и её богатое воображение рисовало ей картины их будущих свиданий, совместных прогулок по набережной Черноводного залива, церемонии бракосочетания в Великой септе Бейлора… От таких мыслей Санса всегда краснела и смущалась, надеясь, что этого никто не видит. В тот период жизни для неё существовал только её принц. Других парней будто просто и не было.       И вот как-то раз, когда Санса с подругами обсуждала своё будущее свадебное платье, к их дружно хохочущей компании подошёл Рамси. Он попросил Сансу уделить ему несколько минут для разговора, а она не смогла отказать: во-первых, это было бы невежливо, а во-вторых, всё же он сын отцовского партнера по бизнесу.       Рамси отвел её в относительно безлюдное место и предложил встречаться. Санса, глупо моргая, смотрела на его прыщавое лицо, на широкий нос, толстые бледные губы - да на что угодно, лишь бы не в эти жуткие глаза. По телу как обычно бегали мурашки. Услужливое воображение тут же нарисовало картину, как эти губы лезут к ней с поцелуями. Ей стало настолько тошно и противно, что захотелось в душ. И она слишком резко, совсем не так, как полагается благородной леди, отказала ему, после чего развернулась и убежала.       Это было более трёх лет назад, но даже сейчас ощущение страха и тошноты не покидало её, стоило лишь подумать об этом человеке. И вот он стоит перед ней. И вряд ли отпустит её так же просто, как тогда.       - О, я вижу, ты узнала меня, Санса… Сегодня ты более учтива, чем в прошлый раз.       «Неужто помнит?» - пронеслось в голове.       Но больше она ни о чём и подумать не успела. Рамси резко схватил её за руку, заставляя выронить телефон, из динамика которого как раз раздался голос диспетчера, спрашивающего, куда подать машину.       - Что тебе нужно? Отпусти меня! – вскрикнула она, задохнувшись от возмущения.       Ей стало гадко и противно. Ладони у него были влажными, и сам он был мерзкий. И как только она умудрилась оказаться с ним в одном месте? К горлу снова начала подступать тошнота.       - Отпусти! – уже с надрывом крикнула она, пытаясь сдержать слезы.       Она запретила себе плакать при других, когда поняла, что есть люди, которым слёзы доставляют удовольствие, такие, как Джоффри, например. Этот садист специально доводил её до слёз на протяжении всего времени, пока они встречались. Она плакала, а ему это доставляло удовольствие. Однажды он её даже ударил. В тот самый день она и запретила себе лить слёзы при других. Теперь почти для всего мира она всегда только улыбалась.       А пальцы всё больнее впивались ей в руку. Санса пискнула от боли, а он ухмыльнулся и протянул вторую руку к её голове. Боги, как противно! Он запустил пальцы ей в волосы на затылке и сильно дёрнул, заставляя откинуть голову назад. Санса вскрикнула от боли и попыталась вырваться. Но всё было тщетно. Он сильнее её, хотя в этом мире все сильнее её… Захотелось плакать.       - Отпусти её, - раздался вдруг хриплый незнакомый голос, почти рык.       Санса не видела своего защитника, он стоял позади них, скрытый в темноте.       - Тебя это не касается, мужик, исчезни, – Рамси напрягся, усилив хватку, до этого лишь на миг расслабившись от неожиданности.       Санса вновь вскрикнула. И это заставило незнакомца действовать. Она услышала его тяжёлые шаги, а затем руки Рамси отпустили её, от чего она осела на землю; увидела, как огромный мужчина ударил его, затем ещё раз… и ещё. Это был тот самый уродливый гитарист, тот, от которого она не могла отвести взгляда пока они играл, а потом, увидев его лицо, позорно сбежала.       Но как он тут оказался?       Он присел рядом с ней на корточки, пальцами осторожно взял за подбородок, поднял её голову и заглянул в глаза.       - Жива?       Почему-то от этого слова стало больно. Видят Семеро, она не хотела плакать. Она сдерживала слезы, пока потные руки мерзкого Рамси хватали её, держалась всё время своего холодного одиночества, окутавшего её так же, как приближающаяся зима вскоре окутает весь мир. Но сейчас слёзы сами покатились по щекам, а губы жалко задрожали от долго сдерживаемых рыданий.       А он смотрел и молчал, не решаясь что-то сказать. Просто сидел и смотрел, как она рыдает. А затем большая тёплая рука осторожно легла ей на голову, притянула к себе и заставила уткнуться в широкую грудь. Она не сопротивлялась, просто безудержно плакала. Наутро ей наверняка будет стыдно за своё поведение.       Когда она перестала сотрясаться от рыданий, мужчина отстранился.       - Успокоилась? - его голос был грубым и странно скрипучим. Не таким голосом следует утешать. - Вставай, не стоит больше сидеть на земле.       Он протянул ей свою большую ладонь. Санса поднялась, пряча глаза. И тут на её плечи упала тяжёлая кожаная куртка. Боги, как тепло! Только сейчас она поняла, насколько сильно замёрзла. Её, кажется, даже бил озноб. А ещё от куртки приятно пахло. Так же как от этого мужчины.       - Спасибо, - сказала она тихо, - за всё.       Они простояли так ещё какое-то время. Рамси давно уже не было, Санса и не заметила, когда он успел убежать. Она молчала, глядя себе под ноги, ни о чём не думая. А он, видимо, о чём-то думал. И будто в подтверждение вдруг спросил:       - Где ты живешь, пташка? Назови адрес, я отвезу тебя домой.       Пташка? Почему он её так назвал?       Мужчина кивнул на стоявший в темноте байк. Санса хотела было отказаться, но сил почему-то не нашлось. Да и вся его забота казалась такой своевременной и естественной… Странно это. Давно она не испытывала такого спокойствия, как в объятиях этого мужчины. «Кажется, его зовут Сандор», - вспомнила она.       Когда она согласно кивнула и назвала свой адрес, мужчина протянул ей шлем в виде собачей головы. Интересно, почему именно такой? Помог застегнуть его, чтобы не болтался, а затем, когда она уселась сзади него, подоткнув под себя юбку с обеих сторон, приказал обхватить его руками.       Она ехала в его куртке, вдыхала его запах... Обнимать его на бешеной скорости было так приятно… Он был без шлема, только натянул на голову капюшон толстовки, той самой, в которой выступал. Только сейчас она поняла, что во время их короткого диалога он пытался повернуться к ней здоровой стороной лица. А ведь она даже не обратила внимания на этот его ужасный шрам.       Они домчались быстро. Когда байк остановился, она поняла, что надо расцепить руки, но ей не хотелось.       - Что, не хочешь меня отпускать? - Только после его слов она опомнилась и быстро слезла с байка. - Успокоилась, пташка? Сама дойдешь до квартиры?       От мысли, что вновь останется одна, Санса сжалась в комок, обхватив себя руками за плечи, а по щекам вновь потекли слёзы.       - Не оставляйте меня, - прошептала она совсем тихо, - пожалуйста.       Он усмехнулся, снял с неё шлем, осторожно вытер пальцем слезинку с её щеки.       - Хорошо, пойдём, я провожу тебя, пташка.       У дверей своей квартиры Санса, продолжая вытирать непроизвольные слёзы, трясущимися руками попыталась открыть замок. Не получилось. Он взял из её рук связку ключей с большим меховым брелоком розового цвета и отомкнул дверь.       Когда она вошла и обернулась, посмотрев на своего нежданного спасителя, он вновь заговорил:       - Всё будет хорошо, пташка, отдыхай. А мне надо ехать.       Дверь закрылась, оставив её в одиночестве, с тяжелой мужской курткой на плечах, от которой так приятно пахло.