out of the system

Пока взрослые о чем-то любезно болтали, а "сестра" сидела в телефоне, Джексон решил осмотреться, тем самым немного развеяться, потому что его порядком задолбала эта светская беседа. В этом доме почему-то было две лестницы на второй этаж: та, которая была ближе вела в гостиную, и та, что в конце коридора была рядом с комнатой прислуги и чёрным входом. Кайе никто не говорил, что нельзя заходить куда-то в определённые места, поэтому он в наглую начал заглядывать в каждую комнату. Одни двери были заперты, в других комнатах было и вовсе пусто. Ван уже дошёл до дальней лестницы, как понял, что что-то не так. На самой дальней ступеньке стоял какой-то парень и сверху смотрел прямо на Джексона. — Эй, ты кто? — незнакомец не ответил Кайе, а лишь сильнее натянул бейсболку на глаза, хотя его лицо и так скрывала чёрная маска, очки и капюшон, полностью маскирующие его. В голове того парня металось много мыслей, продумывая план побега, но уже со свидетелем, который, в свою очередь, перегородил ему единственный путь к чёрному входу. В голове лучшего плана не родилось, поэтому этот парень резко рванул вниз по лестнице и оттолкнул Вана в сторону. В этот самый момент, сквозь большие линзы, Джексон увидел глаза парня. Хоть свет был немного приглушен, и только фонари из сада освещали этот тёмный холл, время будто остановилось, и Кайе смог лишь на миг отпечатать у себя в памяти этот образ и эти глаза. Прошла пара минут, тот незнакомец уже сбежал через чёрный вход, а Ван всё ещё стоял, опираясь на стену, и пытался осознать, почему его сердце стало биться чуть быстрее. — Что ты там делаешь? — Джексон аж вздрогнул от испуга и неожиданности. Оглянувшись назад, он заметил Джихен, которая стояла в другом конце холла, скрестив руки на груди и с подозрением смотря на парня. — Осматривался просто, — ответил Кайе с ухмылкой, засовывая руки в карманы и превращаясь обратно в крутого парня. — А что? Это же теперь и мой дом тоже, — начал он дразнить девушку напротив, потому что у него были точно такие чувства по отношению к свадьбе их родителей. — Ах ты ж... — шикнула Ли, хмурясь ещё больше. — Я вообще-то хотела тебе показать твою комнату, нам как бы завтра, а может уже и сегодня, в школу, если ты не забыл, — сказала Джихён, подражая миленькому раздражающему голосу. После этого она повернулась и пошла вверх по лестнице, вновь кидая на парня взгляд, как бы говоря: "Ты идёшь или так и будешь там стоять?" — Иду я, иду, — сказал Ван, прибавляя шаг. *** — Проходи, — девушка открыла дверь, показывая жестом, что можно зайти внутрь. Комната была довольно просторной, ничего лишнего. Большая кровать занимала почти весь центр, слева стоял большой деревянный шкаф, чуть правее от него была дверь в ванную, а на противоположной стороне стоял письменный стол. Выглядело достаточно богато, но как-то пусто... Пусто, как и на душе у Джексона все эти годы. — Кровать уже застелена, — Ли пока не ушла, давая парню осмотреться и если что, ответить на пару его вопросов. — В шкафу висит школьная форма, а в столе ты найдёшь все нужные принадлежности, типа канцелярии, — протянула Джихен, попутно вспоминая, что она должна ещё сказать. — А когда твои вещи приедут? — Завтра днём. — Понятно, — ответила Ли, после чего образовалась неловкая пауза тишины. — Тогда ложись уже, а то поздно, спокойной ночи, — девушка уже собиралась уйти, как вдруг Кайе остановил её. — Подожди, — неуверенно произнёс он. — Что ты сейчас сказала? — Спокойной ночи, говорю, — девушка немного посмеялась от всей это ситуации и от лица её собеседника, у которого был полный шок, а глаза выпучены. — Спи давай, — сказала она с улыбкой и ушла, закрыв за собой дверь. Ван так и стоял. Он впервые услышал за всю свою жизнь в свой адрес "спокойной ночи". Улыбка начала расползаться по его лицу, а в груди стало приятно греть, да и настроение теперь точно было лучше. Конечно, сначала Джихен произвела на Джексона не лучшее впечатление, но он её прекрасно понимал, ведь это не их вина, что родители женятся. Он тоже себя паршиво чувствовал, когда узнал обо всей ситуации. Кайе не был особо против, но и появление чужих людей в его жизни не очень радовало, как и переезд в Сеул. Теперь Ван надеялся, что они подружатся с Ли. Его мать умерла при его рождении, поэтому он даже не знал, как она выглядит. Ван Джинхэй сжёг все фотографии, портреты и воспоминания об этой женщине, потому что, как он говорил: "Всё давно осталось в прошлом." Джексон даже не знал, где могила его матери, что тоже расстраивало. Но ему приходилось жить дальше и не зацикливаться на этом, потому что так надо. Кайе долго не мог уснуть, вспоминая того незнакомца. Ему было интересно, кто это. Может это парень Джихён? Не, не думаю, что она с кем-то встречается. Тогда кто... Но вскоре глаза начали слипаться, а мысли спутываться в один большой клубок непонимания происходящего. *** Тихий стук в дверь разбудил парня, который все ещё был в полудрёме. Стук продолжался, поэтому Вану пришлось открыть глаза и встать с такой тёплой и мягкой кровати. Когда он открыл дверь, за ней стояла женщина невысокого роста в униформе прислуги. Она поклонилась и сказала, что завтрак уже подан и ушла обратно вниз. Времени было и вправду много, поэтому, не теряя больше ни минуты, Джексон взял свою новую школьную форму и ушёл переодеваться. Фактически, Кайе мог и не ходить в школу, например, в Гонг-Конге он и не ходил, но так как здесь, видите ли, есть хорошая частная школа для детей из богатых семей, отец решил, что так будет лучше, и парень не стал ему перечить. Выйдя из комнаты, Ван кинул взгляд на дверь в комнату Джихен, но та была закрыта. За столом никто не сидел, и стояла всего одна порция, принадлежащая самому парню. Оглядевшись, он не заметил никого вокруг, кроме той женщины, что разбудила его. Джексон немного нахмурился, пытаясь найти этому всему логичное объяснение, но в голову не лезло ни одной идеи. — Извините, — сказал Кайе, обращаясь к прислуге. — А где остальные? — Председатель Ван и Госпожа Ли уехали в компанию, а мисс Ли в своей комнате, ждёт Вас, чтобы вместе поехать в школу, — женщина объясняла это так спокойно, будто так всегда и бывает. — А почему Джихен не спускается завтракать? — Ван всегда считал, что завтрак – основной приём пищи, так его учил отец. Поел с утра, а потом уже времени не будет, так как всё остальное время будешь заниматься делами в компании, и на обед времени не останется. — Оу, — протянула прислуга, немного опуская взгляд. — Вообще Госпожа Ли не любит, когда мы сплетничаем, но думаю Вам рассказать можно, Вы же уже почти член этой семьи, — парень кивнул, как бы давая знак, что можно начинать. — Госпожа Ли Минхи всегда во всём упрекает дочь, так как она должна быть идеальной, всё-таки, представитель следующего поколения семьи Ли. По этой причине, мисс Джихен очень много учится, но всё дошло до того, что она ест ровно два яблока и небольшую чашку риса в день, как настояла её мать, что-то вроде для поддержания фигуры... — пока женщина рассказывала, Джексон всё больше осознавал, почему у Джихен всё это время, что они знакомы, был такой холодный измученный взгляд. Вдруг в Кайе проснулось какое-то братское чувство заботы и сочувствия, и он уже кое-что придумал. Быстро доев нереально вкусный завтрак, парень направился в комнату своей "сестры". Ван всю свою жизнь был одинок. У него не было друзей, отец не часто проводил с ним время, а люди, что работали у него в доме, лишь готовили ему еду и даже не разговаривали с ним. Всё это время Джексон готовился стать достойным наследником компании отца. Он учился, учился и учился. Очень редко выходил за пределы территории дома и почти не разговаривал ни с кем. В шестнадцать лет ему повезло, Кайе подарили чёрный байк, с которого он позже почти не слезал. Насмотревшись втихаря разных фильмов про "крутых" парней, он осветлил свои волосы и начал постоянно ходить в чёрной кожаной куртке Теперь Ван старается держать этот образ, что не всегда и выходит, особенно сейчас, когда он стоит перед дверью комнаты Джихен. Не успел он постучать, да и вообще дотронуться до двери, как та резко открывается и Джексон еле успевает отскочить, чтобы его не сшибли. — Ты готов? — спрашивает Ли у парня, который в это время восхвалял свои рефлексы. — Ага, — все ещё как-то отрешённо сказал Кайе. — Пойдём, — он быстро пришёл в себя и взял девушку за руку, ведя за собой. Вот только она не догадывалась о плане, который придумал Ван, хотя это и не был прям план, скорее мысль, что посетила его во время завтрака. Перед домом уже стояла машина, которая должна была отвезти ребят в школу, поэтому Джихен спокойно села в неё, совсем не переживая, куда именно они едут. Джексон что-то сказал водителю, чего девушка не услышала, и сел рядом с ней. За окном Сеул уже не спал. Различные здания проносились за окном, а солнце слишком ярко светило, особенно отсвечивая в глаза, из-за чего Джихен неосознанно щурилась. Машина вдруг остановилась, а водитель разблокировал двери. Кайе без особого беспокойства опять взял "сестру" за руку и повёл в какое-то кафе, напротив которого они остановились. Девушка обеспокоено озиралась по сторонам, потому что понимала, что машина остановилась не у школы, а где-то совсем в другом месте, так ещё и этот парень беспринципно схватил её за руку и тащил куда-то. Ли вообще ещё не пропиталась доверием к нему, а он ведёт себя, как какой-то старший брат. А в это время Ван улыбается себе под нос и хвалит сам себя, что он такой молодец, что, когда они ехали из аэропорта, он смотрел в окно и приметил это местечко. — Слышь, Джексон, — девушка резко дёрнула руку, чтобы освободиться. — Куда мы идём? Что ты вообще творишь? Мы можем опоздать! — Да ладно тебе, — протянул Кайе, улыбаясь. Он полностью забыл о своём образе крутого парня. — Мы пришли завтракать. — О чем ты вообще говоришь, — не понимала Джихен. — Поехали в школу, мне нельзя опаздывать. — Только после того, как ты поешь, — сказал Ван и подмигнул. Джексон несколько минут уговаривал девушку поесть, и у него получилось. Хоть и немного, но она поела, чему был жутко рад парень. Та, в свою очередь, спросила, почему он так печётся о ней. Кайе в ответ лишь замолчал, и его лицо приобрело выражение "я слишком крутой, чтобы отвечать тебе", а в это время сам пытался понять, какого черта он творит. Джихен улыбнулась во второй раз перед Ваном, а он понял, что хочет постоянно видеть эту улыбку на лице девушки. Нет, он не чувствовал к ней какую-то любовь, ему просто хотелось защищать её и радовать каждый день. Ужас, что у меня за братский инстинкт. *** Йен неловко топтался на месте перед воротами школы. Он стоял так, чтобы его не могли видеть прибывающие ученики. Но проблема была в том, что все приезжали на дорогущих автомобилях, и он единственный, кто был пешком. Он не знал, что делать, потому что мог выдать себя с потрохами, но и опаздывать на урок в первый день учебы не очень хотелось. Тут до него дошло, что всегда должен быть чёрный вход, где его никто не мог заметить. Обойдя ограждение ровно с противоположной стороны от главного входа, парень заметил небольшую калитку, которая вела к не выделяющейся двери. Пробравшись внутрь здания, Туан поправил рюкзак на плечах и уверенным шагом прошёл до информационной доски, чтобы узнать, в каком кабинете его первый урок. Пока он шёл мимо остальных, ученики, в основном девушки, о чём-то шептались, смотря и показывая на него. Йен старался не обращать на все это внимание, что было очень трудно, особенно без Джихен, которая всегда поддерживала его в трудных ситуациях. Но сейчас он должен справиться самостоятельно, ведь в своей новой жизни, как Марк Туан, парень не знаком ни с какой Ли Джихен. Пока Туан шёл по коридору в направление класса, размышляя о том, что ему делать дальше, он врезался в кого-то и чуть не потерял равновесие. Перед ним оказался парень, который тоже был немного обескуражен, но после чего мило улыбнулся. — Я тебя тут раньше не видел, — начал незнакомец, оглядывая Йена с головы до ног. — Ты новенький? — Эм, да, — неловко начал Туан, продумывая свои дальнейшие действия. — Марк Туан. — О, иностранец? — спросил парень, на что Йен ответил кивком. — Крутой цвет, — приметил незнакомец, показывая на волосы Марка. — Меня, кстати, Пак Джинён зовут, — Джинён протянул руку для рукопожатия, на что Йен пожал её в ответ. — Я заместитель президента студсовета, поэтому ты можешь обратиться ко мне, если что-то случиться. — Ага. — Ну, увидимся, — сказал Пак и помахал на прощание. Что-то он слишком добрый и улыбчивый для такого заведения надменных подростков. Пока все рассаживались по местам, Туан стоял рядом с кабинетом, ожидая учителя, чтобы тот его представил перед классом. Звонок только что прозвенел, а Джихён нигде не было, от чего Йен стал волноваться ещё сильнее. Она же не решила разыграть меня в первый день? Она же так не поступит? — А ты чего тут стоишь, — к Марку подошёл широкоплечий высокий мужчина, который, скорее всего, был их учителем, на что указывал портфель, который тот держал в руках. — Новенький что ли? — Йен лишь кивнул, на что учитель почему-то улыбнулся. — Не особо разговорчивый значит, я Ким Сок Джин, но для тебя учитель Ким, — сказал мужчина и подмигнул. Туану вообще сначала показалось, что они одного возраста, по крайней мере, учитель вёл себя именно так. — Проходи, чего стоишь. Марк вместе с учителем Кимом зашли в класс и по нему опять прошлась волна шепота и переговоров: все стали оценивать новенького. Некоторые мило улыбались и тыкали пальцем в сторону Йена, некоторые презренно оглядывали его с головы до ног, а другим было без разницы до такой степени, что они начали читать учебник. Пока учитель укладывал все свои вещи на рабочий стол, парень ещё раз пробежал взглядом по классу, пытаясь найти свою подругу. Он был уверен, что они попали в один класс, во всяком случае, так говорилось в списках. Джихён не нашёл, зато Туан нашёл Джинена, парня, с которым он столкнулся в коридоре, а тот, в свою очередь, улыбнулся ему в ответ. — Итак, класс, — все встали и поклонились, после чего сразу расселись по местам. — Если вы меня ещё не забыли, то я учитель Ким, — мужчина немного посмеялся над своей шуткой(?), но сразу же опомнился. — Как видите, в этом году у нас есть новенький... Учитель как бы показал на Марка, но не успел дальше произнести и слова, как дверь резко открывается, а на пороге стоят запыхавшиеся парень и девушка, которые с опаской бегают глазами по классу, понимая, что они уже опоздали. Йен сразу же узнал Джихён, и на его губах незаметно расцвела улыбка. Но, посмотрев на парня, что стоял радом с ней, лицо Туана вдруг окаменело. Это был тот парень, с которым он столкнулся, когда убегал из дома Ли. Сердце ушло в пятки. И вот тут Марку стало не по себе, их взгляды пересеклись, и оба стали всматриваться друг в друга. Йену казалось, что теперь его раскроют, а Джексон думал, что парень ему кого-то напоминает. — Ли Джихён, от тебя-то я точно не ожидал такого, — сказал учитель, нарушая странную тишину. — Но, думаю, тебе можно будет простить – в первый раз опоздала за все время прошлых лет, — учитель Ким продолжал улыбаться, то ли радуясь тому, что у него есть такие хорошие ученики, то ли потому что он всегда улыбается и всегда счастлив. — Извините, учитель Ким, — Джихён поклонилась ровно на девяносто градусов и только после разрешения учителя прошла на своё место. — А ты у нас?.. — мужчина теперь обратил внимание и на второго опаздывавшего ученика, но он точно видел его здесь впервые. — Тоже новенький? — Похоже, что так, учитель, — ответил тот и поклонился. — Извините за опоздание. — Да ладно уж, — начал отмахиваться учитель. — Вы лучше представьтесь перед классом. Начнём с тебя, яркий, — учитель Ким смотрел прямо на Туана, и до того только дошло, что "яркий" – это про него. Конечно, вряд ли за этим прозвищем стояло что-то обидное. Мне кажется, что учитель вообще не способен сказать что-то обидное. — Меня зовут Марк Туан, — с передних парт послышались девичьи вздохи, а Ли Джихён и пальцем не повела. — И я приехал из Америки, позаботьтесь пожалуйста обо мне! — Йен поклонился, а позже взглянул на парня, что стоял рядом с ним. Их взгляды опять пересеклись и Туану почему-то жутко нравилось смотреть в глаза напротив, как будто так и надо. Но ему совсем не нравилась аура, исходившая от этого парня. По его виду можно было сразу сделать вывод, что он из "плохих" парней, которые, скорее всего, ездят на байке, пьют алкоголь и задирают других. Марк надеялся, что ошибается, так как в детстве ему хватило издёвок и насмешек в его сторону. — Я Джексон Ван из Гонг-Конга, — опомнился парень, переведя взгляд на класс, и тоже поклонился. — Пожалуйста, позаботьтесь обо мне, — Кайе вновь перевёл взгляд на этого Марка Туана и все не мог понять, где же он его видел... *** Свободные места были только на двух задних партах, которые стояли рядом, поэтому справа от Йена оказался этот самый Джексон, перед Туаном сидел Джинен, а чуть левее – Ли Джихен, чему он несомненно был рад. Марк старался держаться изо всех сил, он должен был показать ту сторону себя, которой по идее у него не было. Быть крутым богатым американцем оказалось трудно, ведь в детстве Йен был тихоней, хоть и постоянно ввязывался в драки, но после его отучила от этого Джихен. Весь первый урок Туан чувствовал на себе взгляд, который просто прожигал в нем гигантскую дыру. Этот китаец, как понял Марк, неотрывно смотрел на него, немного прищуриваясь. Так продолжалось очень долго, пока Йен не выдержал: — Хватит пялиться на меня, — агрессивно прошептал парень, поворачивая голову в сторону Джексона. Но его слова больше прозвучали так, как будто он шипит. — Что ты такой злой-то, я же тебя не трогаю, — ответил Ван, гнусно ухмыляясь. Хоть его и забавляла эта ситуация, но этот парень реально ему кого-то напоминал. Как бы Кайе не хотел узнать об этом, просто спросить он не мог, всё-таки, Джексон крутой бэд-бой, которому плевать на таких парней, как этот красноволосый. — Парни, — учитель Ким остановил свой монолог по новой теме урока и строго посмотрел на ребят. — Я, конечно, понимаю, что вы новенькие и хотите сплотиться против всего мира, но давайте не на уроке, — мужчина ещё раз окинул взглядом ребят и продолжил урок, а те в это время метали взглядами друг в друга, словно молниями. Они сами толком не поняли, откуда взялась эта ненависть друг к другу, но начало было уже положено. Весь урок Йен игрался с ручкой, либо кидал взгляды на Джихен, либо тихо ненавидел Джексона за то, что тот его достаёт. Туану было нечем заняться, ведь он знал почти всю программу наперёд, спасибо Ли, которая его поднатаскала за каникулы. Марк вновь кинул взгляд на Вана, всматриваясь в его черты лица. Если честно, то парень считал его красивым, но ему жутко не нравились сильно высветленные волосы Кайе. Они были слишком фальшивыми, хотя кто бы говорил: сам ходит с красными волосами, тем самым, привлекая к себе ещё больше внимания. Китаец усердно записывал конспект в тетрадь, а Йен не мог понять, зачем тот так старается. Во-первых, это первый день, который проходит достаточно легко. Хотя, так может казаться только Туану, который, в свою очередь, уже начал изучать программу университета, куда собирается поступать. С точной специальностью он до конца не определился, но точно знает, что хочет пойти на точные науки, потому что они получаются у него лучше всего. Во-вторых, Марк не заметил, что до самого конца урока неотрывно смотрел на своего соседа, отвлекаясь то на свои мысли, то на какие-то слова учителя. Ван в свою очередь ничего не замечал, ну или очень хорошо притворялся. Звонок прозвенел так неожиданно, от чего Йен чуть не упал со стула. Он опомнился, собрал свои вещи и уже собирался уходить, как учитель попросил их на минутку сесть на свои места. На место учителя вышел какой-то пугающий парень, от чего Туану захотелось ещё быстрее покинуть класс. — Для тех, кто ещё не знает, меня зовут Им Джебом, — он с серьёзным видом посмотрел на класс и продолжил свою речь. — Я президент студсовета и сейчас нам нужны ещё руки, так что, кто захочет вступить в студсовет, подойдите ко мне, — этот парень ещё что-то там говорил, так как оказалось что он ещё и президент класса, но Марк уже не слушал его; внимание Йена было приковано к однокласснику, повернувшегося в его сторону, чтобы что-то сказать. — Не хочешь в студсовет? — Джинен, все также улыбаясь, смотрел прямо в глаза Туана, мол, вступай, не пожалеешь. — Зачем мне лишняя работа? — Марк не собирался тратить все своё время на школу, потому что ему надо было заниматься, а не сортировать какие-то школьные бумажки. — Между прочим, у нас есть много привилегий, — Пак немного надулся от обиды, потому что очень любил время, проведённое в студсовете. — Тем более там не так скучно, как ты думаешь! А еще Ли Джихен тоже там состоит, — как только Йен услышал знакомое имя, он стал слушать ещё внимательнее. Джинен ещё долго уговаривал Туана, но, всё-таки, тот согласился. Они ещё какое-то время болтали и совсем не заметили, что во весь их разговор вслушивался ещё один человек. Джексону стало интересно, почему этот новичок так быстро согласился, услышав имя его сводной сестры. Конечно, в этом не было чего-то плохого, можно было подумать, что Марк просто уже какое-то время влюблён в девушку, но парень-то сегодня был первый раз в школе. Получается, знать Джихен он мог только если вне учебного заведения. Ван долго-долго пытался составить логическую цепочку, от чего заболела голова. Он не заметил, как класс почти опустел, и многие ушли, в том числе и красноволосый с Паком. Но взгляд Кайе вдруг остановился на президенте класса, который перебирал какие-то бланки. Вообще, этот Им Джебом не производил образ доброго парня, можно было даже сказать, что он был некой противоположностью Пак Джинена, его заместителя. Джексон сложил все свои учебники и направился прямиком к Иму. — Как мне вступить в студсовет? — ни слов приветствия, никакого даже взмаха рукой, Ван решил не распинаться, потому что должен показать свою крутую дерзкую сторону, перейдя сразу к делу. — Что-то новенькие в этом году не ахти, — начал Джебом, медленно разворачиваясь к китайцу лицом. Его подбородок немного выпирал из-за злости, но это было больше смешно, чем страшно. Джексон сразу сделал пометку в голове, чтобы потом спародировать президента. — Хочешь в студсовет? — Да. — После уроков приходи в 404 кабинет, там ты напишешь вступительный тест с остальными новенькими, — Им как-то загадочно улыбался. Он надеялся, что этот выпендрежник завалит тест, потому что сам составлял его. По правилам, только ученики со знаниями выше среднего имели право быть в студсовете, так как это ответственное дело, и, если пропустишь ненароком уроки, то должен сразу вклиниться и не тянуть остальных учеников. — Тест? Что за херня, — Кайе сразу перекосило. Он не любил тесты, но он понимал, что опыт бумажной работы будет ему только кстати. — Удачи, новичок, — Джебом собрал все свои вещи и, продолжая насмехаться над китайцем, покинул класс, направляясь на поиски человека, который жутко заставил ревновать злиться парня. *** День длился жутко долго, от чего у Джексона ещё сильнее заболела голова. Ещё с детства его преследовали жуткие боли в голове и мигрени, врачи говорили, что к подростковому возрасту пройдёт. Но ничего не прошло. Все стало хуже. Если раньше Ван кричал, то сейчас ему приходилось терпеть до потери сознания. Он перестал говорить об этом отцу, потому что не знал, к чему это может привести, хотя одна идея всегда закрадывалась в его мыслях. Ван Джинхэй объявит прессе о том, что его сын стал недееспособен для того, чтобы унаследовать компанию; по Китаю и Корее поползут разные слухи, отец перестанет содержать Кайе, и тот умрет в полном одиночестве. Поэтому каждый раз, когда председатель Ван спрашивал у сына, что это там стучит, парень всегда говорил, что тренируется и делает упражнения с прыжками, когда на самом деле он бился головой о стену из-за мучений, убивавших его каждую минуту. Иногда дело доходило и до того, что Джексон обнаруживал красные тёмные пятна на стене. Наверное, кровь. Он не мог думать, не то что двигаться. Ему было больно существовать. Очень больно. Но Кайе никогда не пытался покончить с собой, Ван верил в какое-то светлое будущее, поэтому и жил дальше только в своих мечтах. Парень мечтал о том, чтобы не остаться навсегда одному. Джексон жутко боялся одиночества. И теперь, стоя перед кабинетом под номером 404, он боялся, что не сдаст тест и даже в школе останется один. Кайе опять нацепил на себя маску пофигизма и вошёл в класс. Парты были расставлены в хаотичном порядке и только три из них были выставлены в центр. За двумя из них уже сидели: Марк за одной, и ещё какая-то девушка за другой. Туан взглянул на того, кто зашёл, и его брови тут же сдвинулись к переносице. Он не хотел, чтобы этот Джексон Ван был с ним помимо уроков, но похоже, уже ничего не изменить. — Садись за свободную парту, — Джинен улыбнулся, показывая на свободный стул. Из остальных здесь были только президент и его заместитель. И всё. Больше никого. Неужели они до этого вдвоём здесь справлялись. А, стоп, ещё Джихен. — У вас ровно 30 минут, — без эмоций начал Им, смотря на часы. — Время пошло. *** — Зачем вообще нужен был этот тест? — Марк и Джексон вместе покинули кабинет и направлялись на выход из школы. Было чувство, что Ван возмущался в монологе, потому что Йену совсем не хотелось говорить с этим "отморозком". — Может ты перестанешь меня игнорировать? — Кайе резко схватил парня за запястье и повернул к себе. — Мы не друзья, отвали, — выплюнул Туан, пытаясь освободиться из захвата. Сейчас ему хотелось просто прийти домой и завалиться спать, потому что он нормально не спал уже двое суток. Главное, чтобы дома не было отца, ведь у Марка уже заканчивается тональный крем. Ему не хватало ещё излишка внимание к себе. —Почему ты такой мудак? — Почему тебе просто не отвалить от меня? — вопросом на вопрос ответил Йен. Они очень долго пререкались, пока не заметили, что оказались уже на улице. Дул лёгкий ветерок, из-за облаков немного проскальзывало солнце, но исчезало также быстро, как и настроение Марка. Этот Ван продолжал о чём-то говорить, начиная от топинга для блинов, и заканчивая породами собак. Вообще, Йен мог соврать, но голос Кайе как-то даже успокаивал. Он был достаточно низким, а тембр был ровным. Наверное, поэтому время рядом с ним летит так незаметно. Всё было вполне выносимо, пока Туан не начал чувствовать взгляд на своей спине. Это чувство преследовало его очень долго, слишком долго, чтобы это было какой-то случайностью. — Джексон, мне кажется за нами следят, — Йен наклонился чуть ближе к парню и прошептал ему на ухо, тем самым перебивая предложение того. Ван резко поменялся в лице и стал очень серьёзным. — Ты уверен? — Да. Кайе взял Марка за руку и начал немного ускоряться. Сначала Туан хотел возмутиться от такого наглого поведения китайца, но все же понял, что ситуация немного не та, чтобы продолжать вести себя, как мудак. Они уже почти перешли на бег, как Йен решил обернуться. В толпе он увидел человека, который очень быстро шёл по их следам, одетый в чёрную толстовку с натянутым капюшоном и маской. Его взгляд неотрывно следил за этими двумя, а рука в кармане сжимала что-то острое, что-то опасное. Джексон заметил все это и, посильнее сжав руку парня, начал бежать, таща того за собой. Люди что-то недовольно кричали в след, но, конечно, по такой людной улице было трудно бегать, не задевая никого на своём пути. Через несколько метров Ван мельком заметил маленький узенький переулок между домами и, не предупреждая Марка, резко завернул и потянул того на себя. Туан резко приложился к стене спиной, а Кайе навис над ним, пытаясь восстановить дыхание. Они были настолько близко, что их было не особо видно с улицы, настолько, что Йен чувствовал чужое горячее дыхание на своих губах. Руки Джексона располагались ровно по обе стороны от парня, тем самым, поймав его в "ловушку". Ван осторожно поднял взгляд, встречаясь с глазами напротив. — Прости, — прошептал Кайе, находясь в 5 сантиметрах от лица Марка, пытаясь не приблизиться ещё ближе. — Они, скорее всего, преследуют меня. — Почему? — осторожно и очень тихо спросил Туан, вздрагивая ресницами. Его глаза бегло исследуют лицо напротив, отмечая каждую мелочь в памяти. — Потому что я наследник, — на одном выдохе произнес парень, опаляя своим дыханием губы Йена, который не понимает, почему это все может быть неправильным. Они стояли так очень долго, рассматривая друг друга от и до. Зачем это? Почему? Никто не знает. Сколько может пройти времени? Одна, две минуты, может, несколько часов или вся жизнь ускользнет, и от тебя ничего не останется. Вся реальность с невыносимо большой скоростью врезалась в Марка, заставляя его широко открыть глаза и резко оттолкнуть парня напротив. Заставляя его бежать, не оглядываясь. Заставляя его часто моргать из-за слез, которые застилают все вокруг. Заставляя его задать себе множество вопросов и не найти на них ответов. Заставляя покончить с собой уже в шестой раз.