out of the system

Джексон ещё пару раз посмотрел по сторонам, выглядывая из-за угла. Вроде никого. Но парень все ещё волновался за Марка, которого могли заметить, прижать, отключить или ещё что хуже. Кайе винил себя, что теперь Туан тоже замешан в этом, потому что его видели вместе с ним, ему не дадут покоя так же, как и Вану. Сам Джексон давно привык к такому: в Гонг-Конге он часто подвергался слежке и нападениям, но всегда давал отпор или скорее уезжал на своём мотоцикле. По этим причинам китаец и не выходил из дома. Конечно, он мог бы попросить отца приставить к нему охрану, но проблема была в том, что Кайе не говорил об этом Председателю Вану. У Ван Джинхэйя тогда было много других забот помимо компании, поэтому приходилось справлятся самому. Парень вышел из переулка и пошёл в сторону дома, пытаясь вспомнить хотя бы какую-нибудь приметную деталь человека, который следил за ними. Потому что он все не мог понять, как они нашли его во всей Южной Корее, ведь его отец никак не объявлял ни о поездке сюда, ни о свадьбе. У Вана в Сеуле жил один знакомый, (другом его было сложно назвать), который мог бы помочь ему, но точно не сегодня; у Джексона уже не было никаких сил думать над этим дерьмом, поэтому он поймал такси и поехал домой. В машине Джексон подумал, что надо узнать телефон этого американца, чтобы спросить, все ли у него хорошо, и за этими мыслями Кайе прикрыл глаза и погрузился в дремоту. С ужасно затуманенным сознанием, парень вышел из такси и, расплатившись, побрел в сторону парадного входа, где его ждал дворецкий, как правильно помнил китаец, его звали Ёнджэ. — Вы сегодня припозднились из школы, — дворецкий помог парню снять кожаную куртку и повесил её в гардеробную. — Да так, погулял с одноклассником, — «погулял» ещё легко сказано. — Если что, то ужин все ещё на столе, — сказал Ёнджэ и, поклонившись, ушёл куда-то вглубь дома. Меньше всего сейчас Вану хотелось есть, поэтому, скинув с себя кроссовки, он поплёлся наверх в свою комнату, попутно решив заглянуть к сестре, (ему очень нравилось как звучит слово «сестра», сразу не так одиноко). Со второго этажа послышался какой-то грохот и громкий голос Ёнджэ, пытающийся кого-то успокоить. Забыв обо всей усталости, Джексон рванул вверх по лестнице, чтобы узнать, что там происходит. Из комнаты Джихен слышались крики и звуки ударов чего-то о стену. Аккуратно подойдя к комнате и приоткрыв дверь, Кайе был немного в шоке, потому что обычная спокойная и хладнокровная Ли Джихен была вся в слезах и кидала разные предметы в стену, особенно хрупкие, из-за чего вся комната была в осколках. — Ты не понимаешь! Уже шестой раз, Ёнджэ, шестой! — девушка кричала и билась в истерике. — Джихен, все будет хорошо, я уже вызвал скорую, — мужчина крепко обнял Ли и начал успокаивающе гладить её по голове. — Он крепкий парень, он будет в порядке. А Джихен начала плакать ещё сильнее, не сдерживая своих эмоций, которые долго-долго копились в ней. Кайе решил не мешать и, закрыв дверь, пошёл к себе в комнату. Даже если бы он вмешался, что бы он сказал? Парень вообще не знал что там происходит, вроде, какому-то парню плохо и с ним что-то случилось, и теперь к нему едет скорая. Ван долго пролежал на кровати, пытаясь понять, что вообще происходит, он надеялся что с переездом начнётся новая спокойная жизнь, а тут судьба приготовила ему такие «шикарные» сюрпризы. Боже, в каком же я дерьме. И с этими прекрасными мыслями Джексон погрузился в царство Морфея, полностью забив на домашнее задание. *** Это утро было тихим, слишком тихим: за завтраком никто не проронил и лишнего слова, даже Ёнджэ обычно со своими недошуточками и обворожительной улыбкой просто стоял в стороне с поникшей головой. Раньше, когда Кайе завтракал один, то не было так тихо, как сейчас. Джихен ела лишь одно зелёное яблоко, а перед парнем опять была куча тарелок с едой на выбор. В школу они тоже ехали в полной тишине. Уже в самом здании к нему подошёл Им Джебом, чтобы узнать, придёт ли он сегодня на собрание совета, потому что он прошёл, и что этот тест был всего лишь приколом, который занял тучу времени. У Вана не было вообще какого-то желания язвить в ответ, поэтому он просто поклонился и пошёл по направлению класса, в это же время президент класса был очень удивлён, а после как-то странно улыбнулся. Джексон сел на своё место и стал ждать звонка, до которого было ещё много времени. Китаец положил свою голову на стол и тяжело вздохнул. Сейчас он думал лишь о том, чтобы узнать о сталкере и кто его послал. Явно, что он был лишь пешкой. Парень не заметил, как начался урок, и как пришёл учитель Ким, поэтому продолжил пребывать в своих мыслях. Но когда он повернул голову, Кайе не заметил Марка за соседней партой. Ван поднял взгляд и пробежался по всему классу, но так и не нашёл американца. Неужели он из-за меня не пришёл? Но стоило только такой мысли проскочить, как в класс забежал запыхавшийся Йен в придачу с огромными синяками под глазами, как будто он вообще не спал. Туан извинился перед учителем и пошёл в сторону своего места. Китаец же заметил, что Джихен тоже не осталась в стороне и смотрела на опадавшего парня с какой-то жалостью(?) в глазах. — Ты в порядке? — Джексон не был прям таким мудаком, чтобы не спросить, после того, что случилось вчера. Но в ответ он услышал лишь только молчание. Кайе не преувеличит, если скажет, что ждал от парня ответа минимум минут пять, потому что тот точно просто игнорировал его. Как будто просто забыл про его существование. Ван пытался привлечь внимание Марка и все остальные уроки, но тот в свою очередь лишь мило общался с Джиненом и перекидывался странными взглядами с Джихен. Да что я не так сделал?! И с чего это он вдруг с Джихен в гляделки играет?! Китаец уже был готов рвать и метать, но тут его окликнул Им Джебом и сказал, что собрание в четыреста четвёртом кабинете, и чтобы тот не опаздывал. Кайе пришёл последний и его удивило, что помимо всех ему знакомых лиц, в помещении сидели два парня, о чем то оживлённо болтая и не обращая внимания на все вокруг. Джексон прошёл на свободное место и, увы как иронично, сел между своей «сестрой» и игнорирующим его Туаном. Сам кабинет был не маленьким: бежевые стены, столы, что стояли буквой «П», во главе которых сидел Джебом*, вдоль стен было множество разных шкафов с какими-то папками и книгами. После такового осмотра комнаты, парень перевёл взгляд на уже что-то говорящего президента класса и, вздохнув, подпёр правой рукой голову, пытаясь хоть немного вникать в слова Има. Не сказать что получалось, потому что он чувствовал на себе чей-то взгляд. Ван обернулся на Йена, но тот что-то чиркал в тетрадке, даже не поднимая головы. Китаец обвёл взглядом всех присутствующих и остановился на паре больших глаз, которые смотрели на него в упор. Это был какой-то худощавый мальчишка со странной причёской и точно не с корейскими чертами лица. Этот странный парень улыбнулся и прошептал что-то на ухо парню, сидевшему рядом с ним. Кайе отвернулся от них с мыслями: «Что за херня здесь происходит» и провёл оставшееся время где-то в небытие, наедине со своими мыслями. — Ты идёшь или решил ночевать здесь? — Джексона окликнул тот самый парень, который таращился на него моментом ранее. — Меня, кстати, Бэмбэм зовут. — Чего? — пытаясь понять, что вообще происходит, Ван обернулся и увидел, что никого нет, кроме него, и двоих парней, который как раз-таки и пялились на него во время всего собрания студсовета. — Что это за имя вообще? — Он из Тайланда, ты просто не выговоришь его настоящее имя, — в разговор встрял второй парень, который был чуть выше этого Бэмбэма. — А я — Ким Югём, — Ким протянул руку для знакомства, но Кайе все ещё недоуменно смотрел на них, мол, что они вообще к нему подошли. Однако, какими бы странными эти парни не были, они чем-то цепляли, может яркими и настоящими улыбками, а может по-детски сверкающими глазами. Именно, они были как будто два ребёнка, застрявших в телах взрослых людей, которые ещё не познали всю тягость этого мира. От них прямо так и исходила искренность и чистое, даже детское, любопытство и ребячество. — Прости, если мешаем тебе, но ты показался нам немного одиноким, — неловко признается Ким, цепляясь за край футболки и перебирая ту своими длинными пальцами. Кайе лишь грустно ухмыльнулся. Неужели так заметно, что он один? Он бы может и обрадовался, а может и загрустил, но откуда ему знать, как себя чувствует человек у которого есть семья и друзья. Нет, конечно у него была семья, у него был отец, который заботится(?) о нем, теперь и сестра появилась. Но Ван всегда мечтал о всех этих тёплых семейных ужинах, как в фильмах, о совместных поездах, хотя бы в парк аттракционов, где он даже ни разу не был, хотя бы о тёплых словах. — Не хочешь с нами в торговый центр? — таец навис над Джексоном и смотрел прямо в глаза. — Если у тебя нет каких-то супер важных дел. — Нет, — Кайе легко улыбнулся. — Я с радостью. *** Ван не особо удивился, когда узнал, что здание школы принадлежит родителям Югёма и то, что парни на год младше него самого. Оказалось, Бэмбэм живёт в Сеуле почти всю жизнь, поэтому так хорошо говорит на корейском, а с Кимом познакомился ещё в младшей школе. Родители тайца владели престижными ресторанами тайской еды по всей Азии, поэтому проживание и обучение сына в Сеуле они оплачивали очень спокойно. Ким Югём оказался сыном владельцев почти всех учебных заведений в Сеуле, поэтому он может спокойно позволить себе поступить почти в любой университет. И похоже, что у Бэмбэма тоже есть такая возможность, сделал вывод китаец, видя какие они близкие друзья. С ними было правда весело, хоть и иногда они, конечно, несли полный бред. Но самое важное, что парни были у друг друга, им было на кого положиться в трудной ситуации, и Джексон тоже всегда мечтал иметь такого близкого человека, но он рад, что хотя бы сейчас не один, и эти ребята не проигнорировали, а даже позвали вместе провести время. Часы летели беспощадно, на улице уже было темно, когда Кайе прощался с Югёмом и Бэмбэмом. Они обменялись номерами, и младшие пообещали, что составят ему завтра компанию за обедом в столовой. Ван соврёт, если скажет, что не хотел визжать от счастья, как девчонка. Но за всем этим весельем он забыл о самом важном — о том, что сегодня он опять заметил очень подозрительного человека, который следил за ними. Опасно общаться с парнями вне школы, иначе и они попадут в передрягу. Джексон достал свой телефон и начал набирать номер, который еле откапал в своих старых заметках. — Ты не против, если я приеду прямо сейчас? — никаких приветствий, Кайе не видел сейчас в этом смысла. — А разве детям не положено уже спать? — по ту сторону послышался хрипловатый смешок. — Хён, на начинай, — Ван направился в сторону дороги, чтобы не терять время и поймать такси. — Только пожрать чего-нибудь захвати, а то я последний раз на улице был три дня назад. — Окей. Ехать было минут двадцать, поэтому парень выйдя из такси, сразу поплёлся в сторону круглосуточного магазинчика, чтобы набрать кучу еды. Денег ему уж точно жалко не было. Продавец очень странно смотрел на китайца, может из-за количества набранной еды, а может из-за школьной формы синего цвета, которая слишком выделялась. Человек, к которому направлялся Джексон, был одним из его старых знакомых через кучу связей, студент сеульского университета на заочной программе сетевых технологий, который не выходит из дома и зарабатывает взломом разных сайтов. Обычно он взламывает каких-нибудь плохих парней и чудом остаётся вообще не замеченным. Парень не намного старше Кайе, поэтому они часто общаются неформально. Зарабатывая очень неплохо, он живет в каком-то старом доме, снимая однокомнатную стрёмную квартирку у пожилой женщины, что живет на два этажа выше. Постучав в дверь, Ван слышит даже сквозь стену тяжелые шаги и какой-то неразборчивый бубнёжь, скорее даже мат. И после того как дверь распахнулась, китаец вспомнил, почему они не особо подружились. Ключевую роль играли тупые шуточки парня про разницу в их росте. — Давно не виделись, мелкий, — тот хитро улыбается, от чего на его лице появляются ямочки. — Подавись своей едой, Намджун-а, — Джексон без всякого приглашения прошёл внутрь и начал разуваться, в то время как сзади слышался смех. — Не будь таким злюкой, мелкий, — на эти слова Ван лишь злобно зыркнул на старшего, от чего тот вновь засмеялся. — Так в чем помощь нужна? — парень резко перестал улыбаться и стал серьезным, потому что знал, что Кайе просто так бы не пришёл чаю попить да поболтать. Джексон обернулся на этих словах и тяжело вздохнул. Ведь Ким Намджун — один из лучших хакеров, единственный, кто сейчас более менее мог помочь ему. — Меня хотят убить. *** — Когда ты это понял? — парни сидели в единственной комнате и поедали рамён, пока Ким обо всём расспрашивал. — Когда всё началось? — Думаю, это началось ещё, когда я жил в Гонг-Конге, — задумчиво произнёс Ван, пытаясь подцепить лапшу. — Думаю, у них всё пошло не по плану, когда отец резко решил переехать в Сеул, ведь никто не знал о свадьбе, даже его секретарь. — Ладно, предлагаю отследить их по камерам видеонаблюдения с последних мест, где ты видел преследователей, — Намджун сделал паузу, чтобы немного отпить кофе, и продолжил. — А там уже попробуем пробить их по базе данных. — Я у тебя в долгу, Намджун-а. — Ловлю на слове, — старший подмигнул, а затем сразу же принялся за работу, быстро-быстро что-то набирая на клавиатуре. *** Этот классный стиль — возвращаться домой в три ночи, когда на следующий день в школу, да, Кайе определенно молодец. Сейчас парню не хотелось ничего, кроме как пару часиков сна. И все бы ничего, он почти дошёл до своей комнаты, если бы не увидел в другом коридоре знакомую красную макушку. Потерев глаза кулаками, чтобы хоть как-то сфокусироваться на том, что китаец увидел, но, посмотрев туда ещё раз, он никого не увидел. Окей, либо я очень устал и у меня глюки, либо, да не, у меня реально уже глюки. *** Два месяца спустя Джихен чувствовала себя никак. Просто никак. Ни плохо, ни хорошо, а именно вообще никак. Ничего. Пустота. И вот бы кто-нибудь ей объяснил, что в таких случаях надо делать. Вот только такого человека нет. В школе всё было, вроде, как обычно: на первом месте по успеваемости. Её мать вышла замуж, у Ли появился недобрат, который постоянно где-то пропадал, почти не появлялся дома, а если и появлялся, то приходил глубоко ночью. Пьёт что ли? Или развлекается в клубах? Да всё равно. От мыслей девушку оторвал телефон, на который кто-то звонил. Джихен даже не удостоилась посмотреть, кто звонит, и просто сняла трубку. И на той стороне её ждал встревоженный голос. — Я не могу там больше оставаться, — тяжелая пауза. — Мне некуда идти. — Йен, что случилось? — встревоженно спросила Ли, кидая взгляд на часы, которые показывали десять вечера. — Он, — молчание. — Он опять взялся за старое. — О боже, — девушка тяжело вздохнула, пытаясь подобрать в голове слова. — Быстро собирай всё необходимое, теперь ты живёшь у меня, — это прозвучало как-то слишком грубовато, от чего Джихен невольно закусила губу. — Ты же понимаешь, что я не могу, — тяжёлое дыхание. — Тем более там теперь есть и посторонние люди. Один Ёнджэ не поможет, вдруг этот блондин всё узнает и расскажет своему папаше?! — Ли уже чувствовала, как в Туане просыпалась истерика от безысходного положения. — Йен, успокойся, — спокойно, как хватало сил, произнесла девушка. — Он не такой, как ты думаешь... Тяжёлый вздох. Ещё. Неразборчивое бормотание. Конец вызова. Не пришлось ждать и часа, как за порогом показалась красная макушка, которая вообще-то была спрятана под чёрной кепкой, но не важно. Марк пришёл с небольшим рюкзаком, где, похоже, было всё необходимое для парня. — Я не в супер прямом смысле имела все необходимое, — недовольно пробубнила девушка, идя следом за Туаном. — Вообще-то это все мои вещи, а остальное у тебя лежит как бы, — Йен лишь пожал плечами, нервно оглядываясь по сторонам. И конечно девушка не оставила это незамеченным. — Не брата ли моего ищешь? — поинтересовалась Ли, закидывая руку на плечо другу. — Уж лучше его, чем твою мать и её мужика. — Между прочим, председатель Ван не такой уж и плохой, — Джихен пожала плечами. — Ага, такой же хороший, как и его сын, — сказал, будто выплюнул, Марк. Но не успела Ли ответить замечанием другу, как напротив них, в другом конце коридора виднелся силуэт. Их заметили... — Йен? А ты что здесь делаешь в такой поздний час? — и только услышав знакомый голос, парень с девушкой смогли выдохнуть – это был Ёнджэ, а он был в прекрасных отношениях с Туаном. — Да вот, — Марк грустно улыбнулся. — Пытаюсь выжить. — Отец? — Ага... — Простите, если прерываю вас, — Джихен взяла Йена за руку и повела в сторону комнаты. — Ёнджэ, мой братец приходил? — спросила Ли, подойдя вместе с Туаном к дворецкому ближе. — Нет, он ещё не появлялся, — покачал головой Чхвэ. — Но вы в опасную игру играете, дети. — Вот когда тебя хотят убить, это опасно, а вот это всё — херня, — все резко обернулись на низкий хрипловатый голос, который мог принадлежать только одному человеку. — Что за чертовщина здесь происходит, и какого здесь забыл этот американец?! — Ван почти срывался на крик от злости, и ещё больше это всё поджигал алкоголь в крови парня. — У меня вообще-то есть имя! — Марк сделал шаг навстречу китайцу, тем самым загородив свою подругу и дворецкого, который за несколько лет знакомства даже стал другом. — Иди куда шёл. — А ты, я вижу, очень храбрый, раз в чужом доме раскомандовался, — ухмыльнулся Кайе. — Тебя здесь вообще быть не должно. — Джексон, успокойся, пожалуйста, ты же вообще не знаешь, что происходит, — в разговор встряла уставшая от этого всего Джихен. — Ёнджэ, приготовь пожалуйста гостевую комнату, — обратилась она к дворецкому. — Конечно, — кивнул Чхвэ и ушёл от огня подальше. — Знаешь, сестрёнка, я правда не понимаю, что здесь происходит, — Ван облокотился о стену, но продолжал держать напряжённый зрительный контакт. — Но ещё я не понимаю, почему ты добровольно отказалась от наследства компании своей матери, при этом уже подписав все соглашения, о которых миссис Ли даже не ведает, — Кайе продолжал изливать поток своих мыслей, но перевёл взгляд на Туана. — А она всё радуется, что ты унаследуешь и продолжишь семейное дело, а в итоге водишь домой сыновей убийц... Но парень просто не успел договорить, как Йен ударил его прямо в челюсть. — Мудак, откуда ты... — Марк весь покраснел от накатившей злости и от поведения этого наглого китайца. — Ох, не волнуйся, — Ван растянул губы в улыбке, из-за чего прошлась волна боли. — Я многое знаю, Йен Туан, — и вновь ухмылка сквозь боль. Неожиданно внизу загорелся свет и раздались весёлые голоса. Два парня так и застыли, а Ли, понимая, что это председатель Ван и её мать, взяла ситуацию в свои руки. — Быстро, спрячьтесь, я их отвлеку. Марк быстро рванул к первой попавшейся двери, потому что знал, что если его обнаружат, то Джихен возьмёт вину и признание на себя, а там уже и не знаешь, что с ней будет. Но единственное, что парень не учёл, что вслед за ним побежит Джексон, который захлопнет эту дверь и будет стоять слишком близко, нарушая личное пространство. — Что ты блять делаешь?! — прошипел Туан, пытаясь сделать шаг назад, но безуспешно врезаясь в стену. — Узнает отец, и никакой компании мне не ведать, — злобно прошептал китаец. — Бля, отодвинься, — Йен упёрся руками в грудь Вана, пытаясь того отодвинуть подальше, но как и в прошлый раз, безуспешно. — От тебя пасёт, алкаш. — Поэтому я и прячусь, придурок, — хитро улыбнулся Кайе, смотря прямо в глаза напротив. — А ведь знаешь, я сначала удивился, откуда американец знает китайский, но после того, как навёл справки, все стало понятно. — Схуяли ты вообще на меня рыл?! — Туан был очень злой, а ещё он был очень нервный, потому что эта тупая ухмылка была в паре сантиметров от него. — Просто ты очень таинственный, — наклонившись к уху парня, пьяно прошептал Джексон. — Отвали от меня алкаш, — Марк уже просто молился, чтобы это поскорее закончилось. — Нахуя ты так много выпил, мудак? — Да прекрати уже ругаться и обзываться, — Ван скорчил недовольную мину. — Хотя если это защитная реакция, то мне интересно, ты что, боишься меня? — спросил китаец, наклоняясь ещё ближе, опаляя своим пьяным дыханием. — Нет, просто ты меня бесишь. — И именно поэтому наши лица так близко? — с вызовом спросил Кайе, заглядывая в глаза напротив, пытаясь прочитать мысли. — А ты видишь здесь много места?! — психанул Йен, пытаясь хоть немного отодвинуться. — Что это вообще за комната?! — Чулан вроде, — без единой эмоции произнёс парень. — Или ты боишься что я тебя изнасилую? — захотелось узнать Джексону. Из-за этих его слов, Туан резко напрягся, легкие сжало, от чего стало тяжело дышать, ноги подкашивались, а сознание уходило. Но упасть ему не дали сильные руки или же полное отсутсвие места. И ведь правда, если бы не Ван, то Марк сразу же бы упал, когда Джихен открыла дверь. В её глазах стоял ужас, от того в каком состоянии её друг. — Что произошло?! — Я не знаю, честно, — Кайе все ещё придерживал парня, пытаясь выйти из этого маленького чулана. — Он просто взял и отключился. — О боже, — Ли тяжело вздохнула. — Отнеси его пожалуйста в гостевую, я одна не справлюсь. — Конечно, — и одним легким движением Джексон подхватил Йена на руки и направился в сторону спальни. — А что со взрослыми? — Ушли спать, — зевая, произнесла девушка. — Или пить, я не очень поняла. — Понятно. *** Заварив чай, Джихен собиралась сделать глоток, но остановилась из-за появившегося силуэта в дверях. Ван же молча прошёл и сел за стол напротив сестры. — Ничего объяснить не хочешь? — его голос был спокойным и размеренным, наверное уже из-за того, что сил не было. — Как ни странно, я хотела спросить тоже самое? — Ли посмотрела прямо в глаза напротив, пытаясь прочитать эмоции парня, но видела лишь только усталость и тёмные мешки под глазами. — А я то что? — А что за ночные похождения уже какой месяц? — вздохнула девушка. — Да тебя ночью дома вообще не было, где ты был, с каких пор такая бурная ночная жизнь? — Джихен старалась говорить без наезда, но не особо то и получалось. — Я предлагаю сначала тебе рассказать о твоей супер крепкой дружбе с этим американцем, который оказался вовсе не американцем, а китайцем, — Кайе вскинул плечами. — А я реально подумал сначала, что типа ботан вот и знает ещё язык. — О боже, — тяжело вздохнула Ли и начала свой рассказ. Она рассказывала обо всем, ничего не скрывая, о том, как они с Марком познакомились, как она втихаря общалась с ним и как Ёнджэ прикрывал их всё это время. Про ситуацию Туана с отцом, что его мать умерла, когда он ещё был маленьким, а его отец спился от горя. Как Туан Янлин избивал своего сына, как Йен начал учиться, чтобы когда-нибудь уехать, как девушка помогла ему поступить в престижную школу для богатых, сделав фальшивые документы и придумала имя Марк. Джексон переваривал полученную информацию, а потом раз сто спросил у Джихен, может ли он ей доверять. И после начал свой рассказ, об угрозах ещё в Гонг-Конге. О том, как несколько месяцев назад его преследовали с Туаном. Что слежка не прекращалась даже здесь, в Сеуле и как недавно его заметили с Бэмбэмом и Югёмом, поэтому он общается с ними только в школе, чтобы не подвергать опасности. Как несколько месяцев он со своим другом искали информацию об этих «ублюдках» и что так и узнали о Марке. Потом они начали говорить о компании, что мол вдруг злоумышленники узнали о том, что Кайе станет председателем аж обеих компаний, так как девушка отказалась от этого всего, лишь только написав, что 30% дохода её по наследству. И наверное именно в этот вечер Ли и Ван сблизились, стали доверять друг другу, договорившись действовать в команде. *** Три дня были более менее спокойными, не считая привыкания Джексона к тому, что с ними теперь живет этот странный парень, который только притягивает своей странностью. Его яркий цвет волос, как в начала года, уже смылся, и он решил стать брюнетом, чтобы больше не привлекать к себе много внимания, хотя в Корее яркий цвет волос не был какой-то прям особенностью. Кайе без стеснения постоянно смотрел, лучше даже сказать пялился на Марка, который на знал куда дется от смущения. Туана больше смущал факт, что на него просто тупо пялятся, и из-за этого его действия становились какими-то неуверенными и корявыми, что очень забавляло Кайе со стороны. Йен перестал вести себя агрессивно в сторону китайца и тоже стал привыкать, но больше всего ему сложнее было привыкать к его странным и даже немного пошлым шуточкам, который он отпускал везде. По ночам Ван все также уезжал, а Марк, сидя на подоконнике окна, параллельно читая учебник по истории, смотрел ему вслед, пока тот не терялся в сумраке окончательно. И каждый раз в груди у Туана что-то трепещало от того, что вдруг Джексон вот так уедет и больше не вернётся, потому что его убьют. Когда он очнулся, Джихен и её братец рассказали обо всем о чем только можно, особенно о том, что он тоже в опасности. Но в школу ребята не перестали ходить, потому что посещение тоже влияет на оценку за выпускные экзамены, поэтому выбора не было. Каждый день был похож на предыдущий и единственное, что менялось – это домашнее задание. И все вроде было мирно и спокойно, пока Йен не услышал выстрел. Подбежав к окну, он стал сосредоточено вглядываться в ночную мглу, потому что Кайе только две минуты назад вышел из дома. Парень распознаёт тело охранника и срываясь на бег, мчится к входной двери. Но его кто-то резко хватает за запястье и оттаскивает назад, зажимая рот рукой. Марк молиться увидеть знакомое лицо, но это оказывается какой-то мужчина в чёрной маске и в капюшоне, который его куда-то тащит по холодному полу. Туан пытается вырваться, но попытки оказываются тщетными. И уже через пару мгновений перед глазами все плывет и появляется чёрная пелена.