Избранник ночи

Когда Баракиэль влетел во внутренний двор дома, его сын двумя точными ударами выбил оставшихся противников из равновесия, а затем, словно тень, набросился на них и вбил их головы в землю. Во дворе лежало по меньшей мере несколько десятков тел нападавших, каждый из которых обладал своим отличительным знаком — символом иллюминатов. — Отец? Зачем явился? — едва не набросившись на появившегося падшего, который и не думал скрывать своё присутствие, мальчик лет пятнадцати на вид выпрямился и внимательно оглядел отца, сразу же смерив округу более чем внимательным взором. — Самаэ… — Не смей. Называть. Меня. Этим именем. Зачем ты пришёл? — Помочь, — с выдохом произнёс Баракиэль. — Спасибо. Твоя помощь мне давно не нужна. С тех пор, как ты её ни разу не оказал. — Невозможно. Больше тридцати специально подготовленных бойцов иллюминатов, — шёпотом произнёс падший, рассматривая тела падших. Он наклонился к ближайшему от себя снаряжённому агенту, сорвал с того маску и осознал, что тот дышит. — Они живы. Я не убил ни одного. Правда, искалечил так, что, скорее всего, большая их часть больше никогда не встанет с кровати. — А меньшая… — А меньшая останется инвалидами второй либо третьей группы, — несколько секунд Баракиэль продолжал размышлять, пока его сын неожиданно не повернулся ко второму входу во внутренний двор поместья. — Сын, ты должен забрать свою маму и сестру. Вы должны немедленно уходить… — но Сэм будто бы не слышал отца, не моргая уставившись на соседний вход. — Ты меня слышишь? Убирайтесь отсюда, в конце концов, они… — … Пришли за тобой? Я уже успел это выяснить. Вернее, они пришли за чем-то, что принадлежит тебе. А ты, как водится, втянул нас в какую-то передрягу. Совесть замучила? Тогда лучше уж помоги, чем стой столбом. А ещё лучше — уйди отсюда! — прокричал Самаэль и прямо перед самым приземлением дымовой гранаты ворвался в дверной проём, откуда тут же послышались крики и звуки борьбы. Падший отчётливо слышал, как один за другим валились его враги. Падали — и больше не вставали. Те, кто успел проникнуть за стены, были с ног до головы обвязаны молнией, призванной Баракиэлем перед тем, как вбежать в дом — в одной из комнат перепуганный отец обнаружил свою жену и дочь. Обе девушки пребывали в прострации, обнимали друг друга и не издавали ни звука, но, как только появился падший, они обе с облегчением вздохнули, а Акено и вовсе бросилась в объятия отца. — Всё хорошо, Акено… Шури, любимая, я думал, мне удастся вас обезопасить, но… — Химедзима-старшая лишь благосклонно и с любовью смотрела на мужа, без слов понимая, что он пытается до них донести. Взяв голову падшего в объятия и прижав к своей груди, женщина сразу же молча задала вопрос мужу. — О, поверь… За него надо беспокоиться в последнюю очередь, — но в ответ на это заявление Шури с укором склонила голову и кольнула его взглядом. — Пожалуй, ты права. Он всё же мой сын, хотя иногда мне кажется, будто в нём сидит кто-то взрослее, чем я мог бы себе представить. — Мы будем вас ждать, — произнесла Акено. — Мы сейчас, милая, — погладив дочку по щеке, мужчина бросился в обратный путь. Лес, покрывшись предрассветным туманом, был подобен хладной могиле. Могиле, в которой в тон звуку неподалёку плескавшегося ручейка дышал Сэм, стоя над несколькими десятками перебитых им солдат. — Сын, нам нужно… — Я знаю, что нам нужно. Тебя не было, когда клан Химедзима пришёл за нами. Но мама и сестра всегда будут на твоей стороне, поэтому тебе сподручнее обеспечить их безопасность. У тебя на то больше возможностей. — Сэм… Самаэль, только не говори, что ты остаёшься? — Нет, это безумие. Я пережду, но не здесь, а потом разработаю план. — План чего?! Ты не готов столкнуться с этим!.. Сэм, пойдём со мной, мы обучим тебя, — Баракиэль осторожно протянул руку сыну, но ответа не дождался, лишь упорное молчание и внимательный взгляд парня в сторону дикого, холодного лесного нутра. — Ты и другие падшие? Защити мать и сестру, а я найду способ о себе позаботиться, — Химедзима бросился вниз по склону, перешагивая через речку и углубляясь в заросли, но был окликнут отцом: — Ты даже представить себе не можешь, на что способны эти люди. Ты не знаешь, что им нужно. Им нельзя это получить, иначе многое окажется под угрозой. — Напротив. Я очень хорошо себе представляю, на что способны люди. Люди слабы, и потому опасны — они хитрят, извиваются как змеи и плюются ядом. И да — я знаю, что им нужно. — Откуда? — удивлённо, после секундного раздумия выпалил падший. — То, что они ищут, у Акено. Забери её, а я отвлеку внимание. Если это действительно так важно, тогда то, что произойдёт со мной, не будет иметь большого значения. Самаэль бросился вправо, убегая на встречу рассвету, когда метрах в двадцати от него зашуршали кусты и захрустели иссохшие ветки. Ещё десяток, а может и больше, солдат не отставало ни на шаг, им не было дела до Баракиэля, поэтому падший, тяжело задышав, будто на что-то решался, бросился обратно в дом. Попутно расправил крылья, и, захватив семью в охапку, полетел с ними прочь. Стараясь изо всех сил не обращать внимания на их возмущения и слёзы… Немногим удалось настигнуть Сэма в лесу, большинство из них было остановлено капканами либо скрытыми атаки, которые с подготовкой наносил Химедзима. Когда погоня закончилась у подножия оврага, ведущего к автомобильной трассе, четверо из десятка бойцов были уверены в своём успехе. Не размышляя ни секунды, Самаэль поудобнее перехватил две короткие, но толстые палки, сжал их в ладонях и вокруг его рук сформировалось нечто наподобие призрачных кулаков — щит и меч одновременно. Подозвав всех разом, он тут же сформировал из перчатки небольшого размера лезвие и воткнул одному из нападавших в плечо, а потом отключил того одним сильным ударом в голову. Ряд следующих атак двух бойцов заставил его отступить, но лишь на мгновение, до следующей ошибки, когда один из солдат попытался достать ногой головы Сэма — перехватив ногу мужчины, Сэм опрокинул его на живот и повернул стопу максимально в обратную сторону, до хруста и вскрика. Сразу же подбежал третий, но и его удар парень ловко перехватил, обхватил запястье, а потом выбил из его лёгких весь воздух, уже вдогонку наградив солдата двумя контрольными в голову. Последний не спешил атаковать, шаркал ногами по земле, выжидая удобного момента. — Не хочешь? Ну тогда беги, — - Сэм достал из-за пазухи небольшой детонатор, сразу же нажал на кнопку и небольшая хлопушка, прижатая к нескольким деревьям в лесу, сработала — её хватило, чтобы напугать врага и заставить его отвлечься. В ту же секунду парень со всей силы ударил бойца в грудь ногами и вырубил ударом о дерево. Не став медлить, парень побежал вверх по оврагу, вгрызаясь пальцами в землю и поднимаясь всё выше. Почти вся трасса была заставлена грузовиками без эмблемы или какого-либо обозначения. Быстро оказавшись в одном из них, Сэм сразу же завёл двигатель и на все сторонние возмущения лишь усмехнулся — никто из них не бросится под колёса, поэтому он успеет добраться до города, а там быстро затеряется средь толпы. В прошлой ведь жизни он это умел! Но стоило ему проехать весь ряд грузовиков, как у самого въезда в тоннель его встретил усмехающийся блондин с очень неприятным, змеиным взглядом. Подняв руку прямо перед столкновением с грузовиком, он вызвал щит… Магический щит, как полагал Сэм в то самое время летящий у него над головой в грузовике. Падение такой махины оставило значительный след на асфальте, вплоть до кровавых следов, тянущихся к самой кабинете водителя…

***

Когда Сэма привели в какое-то подземелье, он уже ни чему не удивлялся. В прошлом приходилось побывать и в канализации, и быть схваченным Лигой теней, даже отправиться на другую планету — так что здешний антураж даже казался в чём-то милым и родным. — Посиди тут, пока лидеры не решат, что с тобой делать. — Обязательно. Можете не торопиться, — бросив его за одну из металлических, ржавых дверей, надзиратели, одетые в монашеские балахоны, покинули подземелье, пока Самаэль пытался рассмотреть собрата по несчастью, чьи ноги торчали на свету и почти касались его собственных. — Хей… Ты кто? — Думаю, я почти такой же, как и ты. Только сопротивлялся меньше. — О, это. Просто грузовиком придавило, — без тени усмешки выдал Сэм. — Сильно заметно? — Ну, когда ты здесь появился, резко завоняло металлом. Так сильно, будто вместе с тобой принесли несколько вёдер с кровью. Как звать? — Самаэль, — парень чуть вытянулся к собеседнику, удерживаемый у стены несколькими металлическими кандалами, и показал своё лицо. Собеседник наклонился к Химедзиме в ответ: — А тебя? — Масаки. Ну, в отличие от тебя, у меня хотя бы имя японское. — О, ясно. Кажется, у этих ребят фетиш на всё японское. А имя, так себе, отец назвал в честь старого друга — он падший, и друзья у него падшие ангелы. Как попал сюда? — на секунду словив спазм в горле, Сэм сделал усилие и выплюнул сгусток крови в сторону. Внутреннее кровотечение они ему остановили, всю прочую помощь оказали, а потом сразу же поместили в место, где он бы был наименее опасен. Только вот поломанные рёбра прекрасно давили на внутренности, изредка вызывая такую кровавую рвоту. — Эти ребята сказали, что им нужно что-то, что принадлежит моей семье. — Забавно, ко мне в дом они вломились с теми же словами. Сбежать не пробовал? — Пробовал. Вот только три месяца ушло на то, чтобы снять кандалы. Мне не повезло, они заметили и сломали мне пару пальцев, а потом сменили старые на новые, — Масаки потряс цепями над головой. А потом услышал лязг, посмотрел на то, как Сэм растирает запястья. — К… Как? — Всего-то и нужно, что вывихнуть пару пальцев. Годы практики. — Годы? — удивлённо воскликнул собеседник: — Сколько же тебе лет? На вид ты не старше меня. — Внешность обманчива. Но да, ты прав, я не старше тебя, просто — считай, что это моя вторая жизнь, — следом за собой Самаэль освободил из цепей и Масаки. — А теперь слушай меня внимательно: ты кричишь так истошно, как умеешь, зовёшь охрану, говоришь, что я пропал, а я уж займусь всем остальным. Готов? — встав рядом со стеной справа от двери и замерев, Химедзима кивнул своему товарищу по несчастью, и тот закричал: — ОХРАНА! ОХРАНА-А-А! ОН СБЕЖАЛ! — через непродолжительное время один из монахов, наконец, оказался возле двери, несколько минут копался с ключами, приговаривая, чтобы узник не орал, но Масаки всё продолжал — из него вышел бы просто идеальный актёр. Когда дверь раскрылась, монах в балахоне посмотрел сначала на демона, потом на пустующее место второго узника, а затем безвольной куклой свалился к ногам Сэма, который вырубил его одним ударом. — Каков план? — Забирай ключи, дорогу внутри я запомнил. Постараемся как можно тише покинуть эту крепость и… Разбежимся. Дорогу до дома найдёшь? — Предлагаю тебе отправиться со мной? У меня есть место, где можно укрыться. — В мире демонов? — злорадно усмехнулся Сэм. — Ну да… А ты против? — Нет… Нет, думаю, это даже правильно, там нас сложнее будет отыскать. Пойдём, — обыскав монаха, Сэм выглянул за дверь, схватив Масаки за руку и вышел вместе с ним, затем щёлкнул дверью камеры и захлопнул её. Масаки хотел что-то сказать, но Химедзима приложил палец к губам и отрицательно покачал головой. Когда они в тишине преодолели этаж с камерами для заключённых, уже на лестнице Химедзима шёпотом выдал: — Нам нужно пробраться в арсенал — ну или что-то подобное. В крепости определённо такой должен быть. — Зачем? — Моё оружие у них, плюс ко всему это хорошее место для саботажа. Ты драться умеешь? — Я предпочитаю дальний бой. — Понятно, — Самаэль внимательно оглядел оба выхода с лестницы: один вёл в тупик, по другому явно кто-то шёл. — Спрячься вон там, за ящиками, — указывая на тупик, безапелляционно приказал Сэм: — А я пока пойду потолкую с гостями. Каково же было удивление Химедзимы, когда вдоль коридора к нему приближался монах в сопровождении того блондина, который его же и поймал, и привёз в эту крепость. Встав за углом и изредка выглядывая в коридор, Сэм одними губами принялся отсчитывать секунды до их приближения, а, когда они показались из-за поворота, резким ударом в висок вырубил монаха и взял в удушающий захват мага. — Всегда знал, что вы, маги, редко бываете полезны на ближних дистанциях. Отвечай! — обмотав руку вокруг шеи маг до хруста позвонков последнего, потребовал Самаэль: — Где моё оружие? Оно в арсенале? — М… — задыхаясь, маг начал синеть и пускать слюни, — Дха-а. По коридору… Прямо. Ослабив хватку, Сэм перехватил руки мага и завёл их ему за спину, связал потуже небольшой верёвкой, прихваченной с монаха в камере, и сжал ему шею в определённой точке, чтобы тот даже не пищал. — Проводишь меня до арсенала, затем я тебя вырублю. Проснёшься с жуткой болью — но ничего, ты на меня вообще грузовик опрокинул. Масаки, пс! За мной. Демон тут же оказался рядом и неслышной тенью приударил за Сэмом и заложником. В следующей комнате, расположенной прямо по коридору, было несколько монахов, совершавших какие-то приготовления. — Что делать будем? Надо их обойти, иначе они поднимут тревогу, — но вместо ответа товарищу Химедзима резко ударил заложника по ноге, опустил его на колени и шёпотом спросил: — Этот путь точно до арсенала?.. — однако маг не спешил отвечать, он с вызовом смотрел налившимися кровью глазами на Самаэля и почти что шипел. Сын Баракиэля обхватил шею мага ещё сильнее, осознав, что тот не боится его после фразы, которую Сэм по неосторожности бросил ранее: «Я тебя вырублю». — Не думай, что молчание тебе поможет. Если ты думаешь, что под словом вырублю — я оставлю тебя в живых, то ты прав… Но я никогда не говорил, что не искалечу тебя по дороге до состояния овоща, — Сэм сузил глаза, и мага неожиданно дёрнуло. — Я ещё раз тебя спрашиваю: эта дорога приведёт нас к арсеналу? — на этот раз он кивнул и получил неплохой удар в челюсть, который его и вырубил. — Ты бы правда его искалечил до полусмерти? — с нотками испуга спросил демон. Сэм молча посмотрел Масаки прямо в глаза, и тот всё понял, не говоря ни слова в ответ. На секунду демон отвернулся от компаньона под тяжестью его взгляда и спросил: — Но как ты собираешься пробиться через этих монахов? Самаэля уже не было на месте. Когда Масаки зашёл в комнату, все монахи лежали в ряд и с блаженными выражениями на лицах. — Ты что-то сказал? — Не-а, ничего, забудь. Давай поскорее убираться отсюда. Не дай Мао-сама кто-нибудь поднимет тревогу. — Согласен, — Самаэль, а следом и Масаки бросились дальше по коридору. Арсенал встретил их пустотой и звенящей тишиной. Среди оружия была разве что пара магических жезлов, боевые посохи и специальные кастеты, используемые монахами. На столе притаилась коробочка со стеропами Химедзимы, теми самыми палочками, помещавшимися в руку для создания прозрачных проекций. Но как только Сэм подошёл к ящику, на него сразу же набросился монах, притаившийся под столом. Он повалил парня на землю и попытался вбить нож ему в голову, но Химедзима успел закрыться рукой, остановив удар, а затем монах, вскрикнув, свалился со своей несостоявшейся жертвы. Самаэль несколько ошарашено смотрел на Масаки, надевшего какую-то перчатку, способную выстреливать энергетические потоки. — С-спасибо. — Да не за что. Вот и я свои вещички забрал. — Это твоё оружие? — Ага. Я изобретатель. Всегда что-нибудь конструирую. Терпеть не могу магию, предпочитаю науку, — демон искренне улыбнулся. Сэм поднялся на ноги, прихватил стеропы и огляделся по сторонам, выискивая что-нибудь, что могло «дать искру». — Это, если не ошибаюсь, взрывчатка? — в одном из шкафчиков, помимо всякой магической хрени, всё-таки обнаружилась старая-добрая взрывоопасная смесь. — Да, и если мне не изменяет память, такой горные породы взрывают? Достаточно будет, чтобы разнести весь этаж под чистую. — Займёмся приготовлениями? — едва ли не с улыбкой спросил Масаки… Сэм лишь усмехнулся. В течение нескольких минут они установили взрывные устройства по лестничному пролёту вплоть до гаражного отделения. Масаки занял место водителя в неприметном минивэне, а Самаэль, дав ему команду выезжать, сдетонировал всю лестницу и заодно весь их машинный парк.

***

— Сэм?.. Сэ-эм?! — Масаки позвал парня и дёрнул того за одежду, разбудив. Минивэн они бросили, когда спустились в преисподнюю, а там уже нашли другую машину, которая помогла им быстро добраться до дома Химуры. К слову, дом оказался не просто домом, а почти что дворцом, не хватало только гигантской башни для принцессы и дракона для охраны. — Это твой дом? — Да, я же говорил, моя семья — богатейшая из неблагородных. Да, у меня нет своих Фигур, нет каких-то привилегий или особых прав, зато у меня есть деньги и связи, — Масаки усмехнулся, направляясь к дверям усадьбы, которые ему сразу же раскрыли служанки. — Располагайся, будь, как дома. — Спасибо, — только и бросил Самаэль, молча направившись в какой-то коридор, не глядя по сторонам и не особо интересуясь, что там. — - Я займу одну из комнат. — Погоди, ты же не знаешь, какую для тебя… — У тебя такой огромный дом, что я думаю, можно занять любую — и через сто лет об этом никто и не узнает. — Да, ты прав, — Масаки улыбнулся, отдал девушкам-служанкам часть своей потрёпанной, испачканной одежды и бросился вдогонку за Химедзимой. — Прежде чем пойдёшь в комнату, чтобы принять душ и выспаться, а потом уедешь, выслушай, что я предложу. — Что тебе ещё нужно, Масаки? Поработать твоим личным телохранителем? — Да нет же! — Масаки обежал товарища, схватил его за плечи и заставил посмотреть ему в глаза. — Я хочу, чтобы ты остался и помог мне остановить иллюминатов. — Остановить одну из самых тайных и опасных организаций в истории человечества? — Сэм так и хотел саркастично заявить, что он не впервые занимается подобным, вспоминая Суд Сов Готэм-сити, но прежде чем вякнуть подобное, он задумался, а в это время Масаки продолжал: — Но мы-то с тобой не люди. Вернее, ты наполовину ангел, да и твои навыки — просто невообразимы. Я же демон, изобретатель, мы с тобой оба не любим магию и ничего в ней не смыслим, но мы можем одолеть наших врагов планированием и технологиями. Послушай, у меня есть деньги, есть знания и связи, мы задействуем их все, чтобы зажить спокойно после уничтожения иллюминатов. — Какой тебе в этом прок? Только честно. Если бы ты боялся, ты бы просто использовал все свои денежные ресурсы, чтобы собрать армию, которая тебя защитит. Но я слышу в твоём голосе некую страсть — желание поквитаться с ними? Что они сделали с тобой? — Они… убили моих родителей. — Мести хочешь? — недобро улыбнулся Сэм. — Справедливости, — после этого слова Химедзима усмехнулся, как будто услышал отменную шутку, и кивнул. — Знаешь, в прошлой жизни я занимался тем, что нёс справедливость, а потом понял: справедливость и несправедливость — как говядина и свинина, мясо разное, но всё-таки мясо. Что для одного справедливость, для другого — наоборот, несправедливость. Всё, чего я хочу, это чтобы меня и мою семью оставили в покое. Но их уже не тронут, а я готов скрываться всю жизнь. — Ты не похож на беглеца, — Масаки выпустил Сэма из захвата и дал пройти. — Подумай до завтра.