это же просто игра, верно?

      Шестой учебный год Слизеринцев протекал максимально медленно и максимально неинтересно. Шел уже шестой месяц учебы, а они все еще ничего не взорвали, ни над кем не поиздевались, никого даже вниз головой не подвесили. В Хогвартсе уже целых шесть месяцев не происходило ничего интересного: никто не плел никаких интриг, никакая пятикурсница не влюбилась ни в какого семикурсника, никто не умер, никто не женился. Даже Квиддич перестал быть интересным, потому что Слизерин стабильно выигрывал все матчи.

***

      Ивану было невыносимо скучно. Уже и стеб над Скорпом и Альбусом перестал быть веселым. «Любимая» Иваном парочка сидела рядом, что-то обсуждая о Зельеварении. С к у к о т и щ а. Иванов тихо простонал, упираясь лбом в стол, и начал биться о него головой. — Ив, с тобой все нормально? — Парни прервали разговор, и Альбус положил свою руку на плечо друга. — Тебя ударить? — Слизеринцы прекрасно знали, что Иван ненавидит, когда его имя сокращают, но ни того, ни другого это особо не волновало, они и с поводом, и без пытались как можно сильнее вывести из себя брюнета. — Скучно-о, — протянул юноша, выпрямляясь и осматривая находящихся в Большом зале учеников. — Это тебе не магазин приколов, чтобы весело было, — грустно протянул Ал, подпирая подбородок рукой. — Папа рассказывал, как весело было в его время… — Это если исключить те моменты, когда его пытались прикончить, — поправил Скорпиус, влившийся в разговор. Блондин был самым спокойным из этой троицы, печально известной во всей школе. И это при том, что его отец — Драко Малфой. — И это в любом случае было интереснее, чем… — Иван не закончил фразу, потому что в Зал с ужасным шумом влетел Гриффиндорец, который, очевидно, проспал. Этого рыжего Иван не раз видел на лекциях, никогда особо не придавал ему значения, но сейчас в голове Слизеринца родилась очень интересная тема для спора. — Я знаю, чем разбавить свои скучные будни, — хитро усмехнувшись, заговорщицки проговорил парень и заправил прядь длинных волос за ухо. — Ну? — Оба друга заинтересованно уставились на него, а затем перевели взгляд на объект, так сильно интересующий Иванова. — Спорим на десять галлеонов, что этот рыжий — гей? — Иван кивнул головой в сторону Гриффиндорца и улыбнулся каким-то своим мыслям. У него не было никаких причин так считать, но это же просто игра, верно? — Да он же слюни пускает на Розу, какой из него гей? — Отмахнулся Альбус, переводя взгляд на друга, в котором ясно читалось, что он «за», — Это будут самые мои легкие деньги, — заявил Поттер, скрещивая руки на груди. — На Розу все слюни пускают, даже Скорп, — махнул головой Иван, облизывая губы. — В смысле «даже»? — Закатил глаза Малфой, до этого момента не особо участвующий в разговоре, и перевел взгляд на Поттера, который вопросительно уставился на Ивана. — Вот как будто я не знаю, чем вы в туалете занимаетесь, — хмыкнул парень и вновь посмотрел на рыжего, который настолько увлеченно что-то объяснял сокурснику, что даже не заметил, как мантия съехала с плеча, а ворот рубашки перестал прикрывать тонкую белоснежную шею. — Так что, спорим? — Вновь облизав губы, Иван перевел взгляд на друзей, те одновременно кивнули. — Готовьтесь проиграть, господа, — широко улыбнулся Иванов, поднимаясь со своего места и забирая сумку с учебниками. — Это мы еще посмотрим, — кивнул Скорпиус, закусив губу. — Ты имя-то его хотя бы знаешь? — Скептически спросил парень, наклоняя голову набок. — Еще нет, но скоро узнаю, — подмигнул брюнет и направился к столу, за которым сидел рыжий.

***

— У него ничего не выйдет, — сказал Альбус, хлопнув Скорпа по плечу, наблюдая за Иваном, который уверенной походкой шел к столу Гриффиндорцев, словно по подиуму. — Выпендрежник, — выдохнул Малфой, закрывая лицо рукой и качая головой.

***

      Иван не то, чтобы был особым сердцеедом, но популярностью среди девушек, да и парней, не был обделен. Правда ни те, ни другие его особо не волновали. Да что уж там, он вообще и мысли не допускал, чтобы в кого-то влюбиться. Все это были краткосрочные и несерьезные интрижки, вероятно, под действием алкоголя. Он мог себе позволить поцеловаться, свести человека, заинтересованного в отношениях с Иваном, с ума, мог с ним (ней) поиграть, а на следующий день даже в упор не заметить. Вот такой он был — всеми любимый Иван.

***

— Что тебе нужно, Иванов? — Роза вскинула подбородок и выпрямила спину еще сильнее, лишь краем глаза взглянув на подошедшего — господи упаси – друга. — Почему, если я подошел, то мне обязательно что-то нужно? — Брюнет хмыкнул, лукаво улыбаясь. — Неужели я не могу подойти к своей дорогой подруге, кузине своего самого близкого друга, и просто самой очаровательной волшебнице нашего времени, просто так? — Он перешагнул одной ногой через скамью и сел лицом к девушке. Несмотря на всю эту ее напускную важность и ответственность, Уизли вовсе не была так проста, уж Иван-то это знал. Были времена, когда они вместе проводили примерно столько же, сколько Альбус пытался добиться Скорпиуса (а было это отнюдь не быстро). — Иванов, не подлизывайся, а, — Роза оторвала взгляд от листа пергамента, на котором, как был уверен Слизеринец, было какое-то очередное дополнительное задание по какой-нибудь углубленной нумерологии, взятое просто для общего развития, и перевела его на Ивана. Она всегда видела его насквозь. Этими своими гигантскими глазами, обрамленными огненно-рыжими ресницами, которых было так много, что Иванов периодически называл их опахалом и просил девчонку не моргать в его сторону.  — Рассказывай, что тебе нужно, — она мимолетно улыбнулась, вновь наклоняя голову и продолжая что-то писать в пергамент. Вот такая она и была — никаких предисловий, сразу к сути. Это ему и нравилось в ней больше всего. Да, из них была удивительно странная пара, как только Иванов умудрился с кем-то подружиться? Тем более с кем-то вроде Розы Уизли. — Никаких «Привет, Ив, я так скучала. Мы так давно не виделись, прости, я вся по уши в учебе, времени нет даже на то, чтобы кивнуть тебе в коридоре»? — Пискляво проговорил шестикурсник, скорее себе, чем девушке. Потому они, собственно, и перестали быть так близки. Розе просто стала важнее учеба, а Иван и не был против; у него появились другие люди, другие интересы. — Привет, Ив, я так скучала. Мы так давно не виделись, что я уже и забыла, какая ты заноза, — рыжая вновь кинула на него быстрый взгляд и усмехнулась. Она терпела его, всегда терпела. Он был для нее чем-то очень важным и значимым, вроде духовного наставника, но не в лице совсем родного человека. — Вот я тебе это еще припомню, когда… — Когда в следующий раз придешь просить помощи? Проходили уже, — закатила глаза подруга и серьезно на него посмотрела. Каким-то своим особенным взглядом, от которого Иванов всегда чувствовал себя виноватым, если такое вообще возможно было. — Мне нужно имя одного Гриффиндорца, а лучше — небольшое портфолио, — быстро ответил юноша, поднимая руки в знак капитуляции. — Откуда я тебе его возьму? — Нахмурила брови девушка, зажимая кончик пера между зубов. — Ты ведь староста. Ну же, Рози, помоги мне выиграть двадцать галлеонов, — Иван состроил мордашку, а-ля сама невинность, и сложил руки в мольбе. — И что я получу взамен? — Ее лицо оставалось невозмутимым, словно она решала какой-то легкий экзамен, а не заключала сделку с Сатаной. Она упорно делала вид, что ей абсолютно не нравится, что тот всегда идет к ней, если что-то нужно. Будем честны, она дорожила этим; дорожила каждой сделкой, что провернула с ним за последние два года (а их было немало), потому что однажды Иванову придется все это возмещать. — Все, что хочешь, — быстро ответил парень, тряхнув головой, — кроме меня, разумеется, — Иван усмехнулся и подмигнул, все еще держа руки вместе, плотно прижав их ладонями друг к другу. — Кто тебе нужен? — Раздраженно выдохнула Уизли, сложив руки на груди, как бы давая понять, что шутки сейчас неуместны, и вообще она устала от Ивана (что было не так, естественно). — Он, — шестикурсник уперся ладонями в скамью между ног и кивнул в сторону рыжего, сидящего по другую сторону стола в каких-то десяти метрах от них. Он продолжал увлеченно беседовать с другом, а Иван мысленно для себя отметил, что вблизи он очень даже ничего. Правда неуклюжий какой-то, нескладный, да еще и бледнее всех аристократов вместе взятых. — Удачи, — скептично ответила рыжая, отворачиваясь от парня и давая ему понять, что разговор окончен. — Дам тебе знать, когда будет готово. — Ты лучшая, — парень быстро чмокнул девушку в щеку и поспешил уйти. Не особо хотелось видеть этот серьезный взгляд еще раз.

***

      — Считайте, я уже выиграл, — кинул Иванов, проходя мимо друзей. — Шпала самоуверенная, — тихо пробубнил Альбус, закидывая лямку сумки на плечо. — Пошли на Травологию, — позвал Поттер, утягивая Скорпиуса за собой в коридоры.

***

      — Ты ведь не думаешь, что Дэн — гей? — Поинтересовался Скорп, усмехаясь и кидая взгляд на сокурсника. — Из него гей примерно такой же, как из тебя натурал, — тихо ответил Альбус и подавил смешок. Да, шутки Ивана и впрямь были заразительны. — Ты хочешь сказать, что я не натурал? — Изогнул бровь блондин, заворачивая за угол. — Ты хочешь поспорить? — Губы Альбуса растянулись в недоброй улыбке-ухмылке, он встал перед Малфоем, преграждая тому дорогу, оглянулся по сторонам и посмотрел на Скорпиуса в упор. — Поспорить на то, что я натурал? — Переспросил Слизеринец, останавливаясь напротив парня. — Да, — кивнул Поттер, прожигая своими зелеными глазами дыру в Скорпе. Шутки Иванова были крайне заразительны, вот только с ними на пару были еще и личные шутки Альбуса, который очень, о ч е н ь не любил проигрывать споры. — Спорим, — пожал плечами Малфой и сложил руки на груди, не разрывая зрительного контакта с брюнетом. Который не собирался играть чисто. Сев отрывисто выдохнул и медленно облизал губы, изредка моргая. Ему необходимо было всего лишь поднять руку вверх, но вместо этого он «случайно» спустил сумку вниз так, что мантия чуть сползла с плеча, а ворот рубашки перестал скрывать от глаз Скорпа (и не только) небольшие красные отметины на шее парня. — Черт, — выдохнул Слизеринец, задерживая взгляд на отметинах, и закусил губу. Он собирался протянуть руку и дотронуться до мягкой кожи, но Альбус победно вскинул голову и, быстро поправив одежду, направился дальше по коридору. — Вот и я о том же. Ничего у него не выйдет, — продолжил рассуждать парень, кидая быстрые взгляды на бедного Скорпиуса, которого так жестоко обломали.

***

      — Смейся-смейся, Ал, — кивнул Иванов, заправляя прядь своих волос за ухо, — вот только деньги мои потом отдать не забудь, — усмехнулся парень, отворачиваясь к своему столу. Иван хорошо знал, как сильно Поттер не любит проигрывать, а еще лучше он знал, что сам никогда не проигрывает. Наверное, поэтому они с Альбусом так редко участвуют вместе в спорах.       Травология была не особо интересным для шестикурсника предметом, она была скучная и не особо оживленная, поэтому, пропустив саркастичный ответ Альбуса мимо ушей, Иванов достал листок пергамента и принялся размышлять над планом, который величественно назвал «Башня Гейства». Способов доказать, что рыжий — гей, было не особо много, а идей для того, чтобы добиться этих доказательств, было еще меньше. Слизеринец сидел и думал, что неограниченный срок, о котором он забыл напомнить друзьям, играл ему только на руку, ведь какая разница, когда он это сделает, если в любом случае докажет и выиграет спор?